СНЕЖИНКА, КОТОРАЯ КЛЮЧ

Шапка до бровей, шарф почти до кончика носа. Закоченевшие руки прячу в карманы – варежки дома остались, а зря. Стою, мёрзну. Даже не стою, подпрыгиваю. Ну и морозище! А Пашке не холодно. Глаза блестят у него, пальто нараспашку. Щёки красные, как два снегиря, и сам Пашка будто большой снегирь в красном свитере, зимняя птица. А я птичка-зяблик, ага... Высунутым языком Пашка ловит снежинки. – Наглотаешься снега, заболеешь, – ворчу я. – Не-а, – смеётся он. – Что в них такого вкусного, – не понимаю я. – Вода – и всё. – Не все снежинки одинаковые, – загадочно произносит Пашка. – Знаю. Каждая уникальна, – вспоминаю я. В журнале об этом писали, в «Юном технике». – Но для чего их глотать? – Могут попасться... ну, которые не простые снежинки. – А какие? – Они очень редко попадаются. Снежинка-ключ! – Какой ключ? – удивляюсь я. Читаю много, а знает Пашка гораздо больше меня, особенно про всякие чудеса. Говорит, что получает информацию прямо из воздуха. Может, врёт? Но очень уж складно у него получается. Снежинки эти... – Такой. Ото всех тайн на белом свете. Проглочу её – и сам стану человек-ключ. Все тайные мысли людей знать буду. – И мои?.. Я замираю, даже дрожать от холода перестаю. Мне так жутко делается, как будто Пашка уже проглотил ту самую снежинку-ключ, и все мысли мои перед ним – как на ладони. Мало ли их – тайных-то! – Ага, боишься! – хохочет Пашка. – Вовсе нет, – обижаюсь я. – Мне скрывать нечего. Вру, конечно... – Твои мысли и без всяких чудес видать. Хочешь, вот прям-щас скажу, о чём ты думаешь? Я зажмуриваюсь и храбро киваю. Неужели скажет? – О том, что я наврал всё это – про снежинки. Угадал? – Нет, – говорю я. – Нет?! – Не наврал, а нафантазировал. И осторожно так высовываю кончик языка. Не верю я в чудесные Пашкины снежинки, но... А вдруг?