Глава 4 — Почему везде кровь?

      Вишня помогает Саре подняться и сесть на стул. Он наливает в стакан воды и протягивает ей, обеспокоенно заглядывая в чуть расширенные зрачки. Хмыкает, удивляясь изменениям в лице девушки.       — А ты уверена, что ничего не принимаешь? У тебя зрачки расширены, — он отклоняет голову девушки чуть назад, осторожно прощупывая пульс на шее, — Выглядишь так, словно под кайфом.       — Ничего я не принимаю. Чего ты заладил? — Сара залпом выпивает содержимое стакана, раздражённо шикая на мужчину. Она никогда не пробовала наркотические вещества и сейчас не собирается. Ну что поделать с тем, как ее организм реагирует на эти вспышки? Ничего, приходится мириться.       — А что тогда со зрачками? Ещё и пульс учащенный. Это, конечно, плохо, но лучше признайся, если принимаешь. Мы тебе клинику подберём, я буду передачки носить, навещать тебя, — на последнем слове дракон начинает смеяться, показывая спутнице, что он всего лишь шутит, иначе ее взгляд сейчас просто испепелит его за долю секунды, — Ты чего в обморок валишься-то? Может, врача?       — Переутомилась, плохо спится ночами, — грустно произносит О’Нил, тяжело вздыхая. Ага, переутомилась она, просто сны спать нормально не дают.       Девушка осторожно отталкивает его от себя и встаёт, начиная разогревать пиццу в микроволновке, словно она и не падала в обморок пять минут назад. Абсолютно живая и выглядит совершенно здоровой, больше нет бледности. Вишня непонимающе садится на стул, прокручивая в голове всю произошедшую ситуацию. Ни с того ни с чего упала в обморок, а потом совершенно спокойно встала и начала заниматься своими делами? С этой девушкой явно что-то не так, но от этого мужчине только интереснее. Он ещё никогда не разгадывал женщин. Быть может, это знак?       — Приятного аппетита, — О’Нил ставит на стол две кружки с горячим чаем и выложенную на тарелку разрезанную пиццу, — ещё раз пошутишь про прием мной наркотиков, я запихну тебе в одно место что-нибудь очень неудобное, понял?       Взгляд Сары так и говорит Вишне: «со мной шутки плохи», и ягодный молча улыбается, откусывая кусок от предложенной ему еды. Горячая штучка с таким же нравом.       — Понял-понял, — он ухмыляется, — а ты смелая, раз вот так просто впускаешь меня к себе домой. Не боишься совершенно незнакомого человека?       Мужчина искоса улыбается, подпирая подбородок рукой и игриво шевеля бровями. Сара пожимает в ответ плечами, по-доброму ероша волосы вишневому.       — Считай меня полной идиоткой, но у меня такое ощущение, будто бы я знаю тебя всю жизнь. Вся опасность отходит на второй, а то и на двадцатый план. Да и как тебя можно бояться? Разве человек, что захотел бы сделать со мной что-то страшное, стал бы приводить меня в чувства? Думаю, он бы воспользовался моим беспомощным состоянием и совершил бы все свои грязные делишки, — девушка улыбается мужчине, вспоминая его бархатистый смех из сна.       Ей бы очень хотелось знать, что значат все эти сны, и почему она чувствует себя рядом с ним так хорошо, но два бездонных голубых омута пронзительно изучают ее, заставляя краснеть щёчки и чувствовать себя школьницей. Рядом с ним она отвлекается от мучающих ее кошмаров и ощущает себя как никогда хорошо. Если он — лекарство от этого ужаса, то она готова принимать его всю жизнь.       — Спасибо за чай и пиццу, — Вишня поднимается со стула, делая несколько круговых движений по животу, показывая его наполненность и сытость, — пожалуй, поеду домой. У нас с тобой завтра ещё кино намечается.       Оставаться одной ночью для О’Нил сейчас подобно встречи с самым настоящим дьяволом. Страшно, ужасно и отвратительно. И плевать, что она его совсем не знает. Спать одной ей не просто страшно, а жутко. Невыносимо жутко. Лучше с ним, чем снова проснуться в поту от кошмара или что-нибудь хуже.       — Стой, уже поздно. Куда ты в такую темень поедешь? Оставайся у меня. Я постелю тебе на своей кровати, а сама лягу в раскладном кресле, — Сара делает умоляющие глазки, пытаясь заманить мужчину в свои сети.       Разве его нужно уговаривать? Он согласен и так, но стеснять девушку своим присутствием в ее спальне, да ещё и заставлять ее спать в кресле вместо удобной кровати как-то неловко. Ягодный отрицательно мотает головой, наклоняясь к уху знакомой.       — Принцесса, ночь — это моя стихия, поэтому не переживай за меня. Спи спокойно, — Вишня оставляет лёгкий поцелуй на щеке О’Нил, проходя в прихожую.       — Как скажешь, но если ты решил, что будешь меня стеснять, то это не так. Я бы не стала предлагать, если бы мне от этого было неловко, — Сара выходит за ним, ловя на себе добрую улыбку.       Дракон на несколько секунд задумывается, отнекиваясь от заманчивого предложения. Ему бы безумно хотелось остаться, но не в его стихии ночевать рядом с симпатичной девушкой на разных кроватях, да ещё и в одежде. Слишком велик соблазн сорваться и натворить чего-то лишнего, а он бы не хотел ее пугать. Сара почему-то кажется ему такой необыкновенной и живой, и ягодный не хотел бы, чтобы их общение закончилось простым сексом. Эта девушка однозначно заслуживает большего внимания.       — Сара, я знаю, каким выгляжу в твоих глазах, но я не такой. Давай не будем лишать нас возможности на что-то большее, поэтому сладких снов, принцесса. Завтра увидимся, — он открывает дверь, посылая девушке напоследок воздушный поцелуй, и быстро скрывается на лестнице. Входная дверь издает хлопок, оповещая о своем закрытии.       Сара понимает его решение и ценит за то, каким он пытается быть рядом с ней, но лучше бы сегодня Вишня остался обыкновенным бабником. Ей действительно страшно спать одной, а спать уже хочется. Стефани сегодня приехать к ней не сможет, у нее аврал на работе. Номера Тёрнера она не знает, а Вишня слился. Значит придется всё-таки спать одной. О’Нил достает из буфета бутылку с виски, наливает в бокал четверть и выпивает за раз. Говорят, что алкоголь расслабляет. Быть может, он и поспособствует ее спокойному сну, иначе сердце точно покинет ее тело сегодняшней ночью.       Девушка принимает душ и ложится в кровать, укрываясь с головой. Тепло заволакивает ее тело приятными волнами, и Сара засыпает, погружаясь в очередную киноленту из сновидений.       — Вот так, — голос Вишни звучит позади Сары, и она ощущает его ладони на своих, — крепко возьмись за ручки. Это как велосипед, но с моторчиком. Ты ведь умеешь ездить на велосипеде?       О’Нил вертит глазами из одной стороны в другую, рассматривая местность внимательнее. Какая-то заброшенная заасфальтированная дорожка неподалеку от леса, вокруг пахнет еловыми иголками и свежестью. Прохладно и туманно. Она сидит на мотоцикле Вишни, а он любезно и очень заботливо помогает ей справиться с новым для нее занятием, осторожно поправляя положение рук и очень горячо нашептывая на ушко указания. Атмосфера доверия, дружбы и флирта царит между ними, и Сара чувствует себя волшебно. Она не наблюдает, а всецело находится в событиях, ощущая каждой клеточкой все прикосновения мужчины к своему телу.       — Умею, но байк тяжелее, — девушка расстроенно дует губки, едва заметно опуская уголки губ.       — Какая ты неженка, — ласково произносит ягодный, оставляя лёгкий и практически невесомый поцелуй на сонной артерии спутницы, — принцесса вжилась в данную ей роль? Если не хочешь, можем не учиться. Мне только в радость возить тебя.       Дракон убирает руки за спину, замечая на себе расстроенный взгляд О’Нил. Она не хочет без его рук, с ними гораздо приятнее и удобнее. С ним вообще хорошо. Он какой-то волшебный в ее глазах прямо сейчас.       — Положи обратно, так было теплее, — Сара смущенно улыбается. Ее сердце бешено колотится, когда Вишня вместо того, чтобы положить руки обратно, разворачивает ее к себе лицом и внимательно заглядывает в глаза, — что ты собрался делать?       Ей не страшно, а напротив — сладостное предвкушение действий вишнёвого заставляет ее учащенно дышать, а кожу стать невыносимо горячей. Мужчина медленно ставит ладошку на щеку блондинки, и она ответно жмется к ней сильнее. Он придвигается слишком близко, и по спине О’Нил проходится холодок, приятно затягивающий узел желания внизу живота.       — Тебе это нравится, да? Нравится, когда я к тебе прикасаюсь? — Вишня сладко шепчет, погружая Сару в невесомость, — У тебя щёчки горят. Изголодавшийся маленький ангелочек. Тебе так сильно не хватает нежности? Надо это исправить.       Ягодный проводит большим пальцем по щеке спутницы, заставляя ее прикрыть глаза от удовольствия. Сара раскрывает губы, готовясь поцеловать мужчину, но отвлекается на плечо Вишни, пугаясь и теряя дар речи в миг. Оно кровоточит. Сильно. Много крови, что стекает по руке дракона и попадает ей на одежду. Фигура ягодного замирает, и О’Нил пытается встать с мотоцикла, но какая-то странная сила ее удерживает, не позволяя двигаться. Девушка может лишь смотреть, как кровь с плеча Вишни быстро течет ей на одежду какими-то невообразимыми потоками, заставляя ее жмуриться от страха. Жидкость попадает ей на пальцы, и Сара ощущает ее тягучесть и липкость. Неприятный железный аромат ударяет в нос блондинке, и она пытается закричать.       Белоснежный потолок встречает О’Нил своей ровной поверхностью. Телефон показывает восемь утра. Ее пальцы дрожат, все ещё ощущая липкую кровь. Почему все в ее снах истекают кровью? Откуда эти странные вспышки? Как она может одновременно быть частью сна и наблюдателем? Почему у Вишни было кровавое плечо, а у Аарона живот? Завтра ей приснится Тёрнер? Что будет кровоточить у него? Колено? Если все это подсказки, то почему такие ужасные? Все ее тело чувствует усталость. Сара словно и не спала вовсе. Голова гудит, а в горле пересохло. Неужели она кричала вслух?       Холодный душ должен помочь смыть с себя остатки неприятного сна и разбудить адекватное сознание. Девушка становится под холодную воду, ощущая, как все тело пронзает резкий холод, и приятная лёгкость медленно разливается внутри, чуть расслабляя мышцы и отрезвляя сознание. Сомнений в том, что все эти сны — какие-то послания, у О’Нил больше не остаётся. Только как их разгадывать и понимать она до сих пор не осознает и даже не знает к кому за этим обращаться. Слишком сложно и непонятно. И кто вообще поверит в такую чушь? Она бы и сама не поверила, если бы не ощущала это на себе. И почему именно она? Почему злосчастный рок выбрал себе в жертвы ни в чем неповинную блондинку?       Желания идти с Вишней в кино у нее больше нет. Чем чаще она видится с ним и Аароном, тем тяжелее ей просыпаться каждый раз от этих пыток. Но отказать ему все равно что обидеть самого хорошего человека. Он так любезен с ней. О’Нил бы не хотелось его обижать, поэтому она придумывает кое-что интереснее. Тут уже ему придется решать, что с этим делать.       Мысли о снах заполнили голову Сары так сильно, что она и не заметила, как время приблизилось к двум часам дня. Она быстро надела футболку и джинсы, накинув сверху куртку. Расплела волосы и аккуратно подкрасила глаза, пытаясь избавиться от синяков под ними. Плохой сон даёт о себе знать.       На улице ее уже ждал излюбленный мотоцикл со скучающим хозяином чуть поодаль.       — Как спалось? — Вишня удивлённо осмотрел ее с головы до ног, немного не оценив внешнего вида, — для кино ты как-то слишком просто нарядилась.       — Я не хочу в кино, — Сара решительно произносит все слова, продолжая вызывать у дракона недоумение, — мне надо в библиотеку. Поедешь со мной?       Ягодный шокировано раскрывает рот, так же быстро его закрыв. Он принимает серьезный вид, недовольно и чуть расстроенно улыбаясь.       — Почему не хочешь? Что-то пошло не так? Или ты таким образом меня отшиваешь? — мужчине очень бы не хотелось оказаться за бортом. Он хочет бороться за ее сердце.       — Вишня, — О’Нил осторожно касается ладонью его щеки, невесомо проводя большим пальцем по ней, вторя движениям мужчины из сна, резко возникнувшего в ее голове, — все так. Я с удовольствием бы сходила с тобой в кино, но не могу. Мне надо разобраться с тем, что происходит со мной. И пока я не разберусь, я не хочу причинять тебе боль своими действиями. Ты можешь уехать по своим делам, а можешь поехать со мной и помочь мне.       — Чем больше ты говоришь так странно, тем сильнее я ощущаю себя идиотом. В чем помочь? Сара, ты хорошо себя чувствуешь? — вишневый заботливо заключает ее в свои объятия, ощущая, как сильно колотится ее сердце.       Сара вдыхает мужественный запах, исходящий от его одежды, и тело мгновенно заполняется невероятными ощущениями, схожими с перерождением. Такой родной запах. Почему она чувствует себя рядом с ним так, словно любит его? А, может быть, так и должно быть? Может, он где-то в будущем и есть ее парень? Но почему тогда ее фигура во сне плакала над телом другого мужчины? И эта боль, она ведь ее прочувствовала. Это была боль горя от потери самого родного и любимого человека. И это был не Вишня. Но кто тогда?       — Ты веришь в мистику? Только честно и без смеха. Просто ответь «да», либо «нет», — О’Нил строго на него смотрит.       — Да, — уверенно бросает он.       — Ты сейчас это сказал, чтобы услышать от меня объяснения? Или ты действительно веришь в мистику? Мне нужно знать точно. Я больше не хочу себя ощущать идиоткой. Спасибо, Хилл уже назвал мою правду жалкой попыткой к нему подкатить, поэтому я жду от тебя честности.       Девушка отстраняется, и ее лицо принимает слишком серьезный вид. Ей действительно бы не хотелось оказаться в очередной раз в полных дураках. В лавке было слишком неприятно слышать такие слова от Аарона, но он получил по заслугам за свои высказывания. Если и Вишня посчитает ее своей сумасшедшей фанаткой, то она окончательно потеряет желание разузнать все о своих снах. А смысл тогда?       — Я верю в мистическое, принцесса. Когда мне было двадцать, — Вишня призадумывается, — у меня умерла любимая бабушка. У нас была просто невероятная связь. Понимаешь, она была абсолютно здорова и должна была прожить ещё лет двадцать. Ей всего-то было шестьдесят два. Я не верил в то, что она умерла собственной смертью. Так и оказалось. Считается, что душа умершего бродит по земле ещё сорок дней. Она являлась ко мне во снах практически неделю. Сон длился буквально пять минут, но он постоянно показывал чашки с чаем и женские руки со множеством колец, а потом ее смерть. Сны прекратились в день похорон, когда я увидел на них мамину сестру с этими же кольцами на руках. Все встало на свои места. Если это не мистика, то не знаю, что тогда. Но я верю в то, что говорю. Это было правдой.       Вишня ловит на себе понимающий взгляд со стороны О’Нил и с облегчением выдыхает. Ее понимание тепло ударяет ему по сердцу. Она единственная, кто посмотрел на него так после этой жуткой истории. До этого никто не верил и смотрел на него с испугом и каким-то отвращением, словно презирая за этот рассказ.       — То есть ты избавился ото сна, когда разгадал загадку? Но что нужно сделать мне, чтобы эти идиотские сны покинули и меня? Они постоянно меняются, каждый день появляются новые. Ви, я могу тебе доверять? — глаза девушки начинают слезиться, и мужчина притягивает ее к себе за руку, утвердительно кивая в ответ.       — Конечно, ты можешь мне доверять. Что там у тебя стряслось? Рассказывай все в подробностях.       Сара набирает побольше воздуха в лёгкие, начиная свой рассказ. Она рассказывает Вишне все с самого начала и до конца, не упуская ни единой детали. Если уж и доверять, то полностью. Лишней помощь дракона точно не будет.       — Как мне от этого избавиться? — О’Нил задаёт вопрос, ответ на который ягодный попросту и не знает.       Да, он видел что-то подобное, но он сам внушил себе тогда эту идею с неправильностью смерти бабушки. А тут Сара оказалась заложницей каких-то странных обстоятельств, сама не желая того. Его ее рассказ, скорее, больше испугал, чем что-то разъяснил. Вишня ещё никогда в жизни с таким не сталкивался и даже не знает, к какому роду способностей или особенностей это можно причислить. Вещие сны с элементами квеста? Или управляемые сны с ребусами? Что-то мега странное и непонятное, но зато это хорошо объясняет все состояние О’Нил в его присутствии. И он ей верит.       — Каждую ночь просыпаться в страхе и бояться уснуть жутко даже для меня. Бедняга, как ты вообще ещё не сошла с ума? Ох, Сара, я и не знаю, как тебе с этим помочь. Уверен, в нашей библиотеке нет ничего такого, а вот в соседнем городке есть огромная старая библиотека, в которой собраны различные книги о суперспособностях и мистических особенностях человеческого организма. Если ты и сможешь что-то найти, то только там.       Дракон никак не может выкинуть теперь из головы мысли о том, что, возможно, в будущем их с Сарой что-то связывает, судя по ее последнему сну. Лёгкая улыбка играет на его лице от такого вероятного поворота. Он был бы не против, но вся эта кровь неспроста. Если Сара ещё не поняла, к чему это, то ягодный подозревает, что это может значить. Смерть. Кровь всегда равна смерти, особенно в той ситуации, что описала О’Нил. Кто-то точно умрет, и раз Сара уверена, что это не он и не Майкл, то остаётся лишь его лучший друг, чего очень бы не хотелось вишневому.       — Отвези меня туда, пожалуйста, — Сара умоляюще складывает ладошки вместе.       — Мы сегодня не успеем, ехать четыре часа, а библиотека закрывается в семь вечера. Завтра тебе на работу, поэтому я съезжу сам. Встану чуть раньше и поеду, — он улыбается.       — В смысле на работу? Хилл говорил, что я работаю сутки через двое. И завтра у меня законный выходной!       Сара раздражённо хмыкает, недовольно прожигая взглядом своего спутника.       — Аарон ещё с утра просил тебя очень сильно выйти завтра. Бабушка приболела немного, и он отправил ее к своей матери. У нас на носу мероприятие в казино, и он им вплотную занимается, поэтому сам выйти не сможет. В общем, он очень сильно тебя просит ему помочь. У него не оказалось твоего номера, и он передал через меня. Поможешь ему или как? — Вишня приподнимает бровь чуть вверх, замечая, как Сара задумывается на несколько секунд.       — Только ради здоровья его бабушки. И пусть он запишет мой номер, и ты тоже. Я же должна как-то держать с вами связь, — она вытаскивает из рюкзака блокнот, записывая на нем свой телефон, и протягивает бумажку мужчине.       — Спасибо, ты просто чудо, — Вишня треплет волосы Сары, обворожительно ей улыбаясь.       — Но в кино мы все равно не пойдем, прости, — О’Нил ласково берет его ладонь в свою и несильно сжимает пальцы.       — А мы там в твоих снах, — ягодный подбирает слова, — мы реально чуть не поцеловались?       Девушка усмехается, легонько ударяя мужчину в грудь кулачком. Она ему о серьезных вещах рассказывала, а он запомнил лишь их практически случившийся поцелуй? Вот мужики, только об одном и думают. Или это просто Вишня. Такой, какой есть. Все ее нутро ощущает его именно таким дурачком с огромным сердцем, готовым любить и заботиться сильнее, чем кто либо. Именно такой Вишня ей сегодня и приснился. Нежный, милый и весёлый. Такой он был и в гостиной с Хиллом. Если в этих снах и есть какой-то плюс, то только возможность посмотреть на поведение этих мужчин со стороны. И поведение ягодного О’Нил нравится куда больше, чем его лучшего друга.       — Реально-реально, — она смеётся, впервые за последние несколько дней позволяя себе расслабиться рядом с человеком из сна.

***

      О’Нил чувствует себя сегодня как никогда бодрой, ведь этой ночью ее не мучали сновидения, позволив ей отдохнуть от своего вторжения в ее личное пространство. И что же такое произошло, раз они решили исчезнуть из ее жизни? Или это однодневный отдых, дающий ей возможность выспаться и готовящий ее к более новым и страшным потрясениям? Непонятно, но ощущается без снов очень хорошо. С утра Вишня ей сообщил о своем отъезде и обещал держать в курсе всех находок. Она уже успела созвониться со Стефани на работе. Они обсудили ее самочувствие и дела брюнетки, что похвасталась огромным букетом, полученным на работе от тайного поклонника, чему блондинка была несказанно рада. Если ее подруга счастлива, то счастлива и она.       Рабочий день проходил размеренно и скучно. Ни одного посетителя, и Сара уже хотела повеситься от незнания, чем ей заняться, как вдруг дверь издает звук вошедшего покупателя, и она оборачивается, расплываясь в удивлённой улыбке. Перед ней предстают два совершенно одинаковых рыжеволосых мужчины с приятными чертами лица и пронзительными зелёными глазами. Они, вроде бы, одинаковые, но всё-таки разные, и это бросается О’Нил в глаза, как только оба начинают изучать ассортимент лавки. Один из них строг на вид и с уложенными на один бок волосами. Его тело одето в роскошный синий костюм поверх белой рубашки. Он ведёт себя спокойно и размеренно, в отличие от второго. Его образ брутальнее. Синяя кожаная куртка, под которой красуется черная футболка или водолазка, на ее вороте солнцезащитные очки, и конечно же куда без черных джинс. Волосы его никуда не уложены, а выглядят чуть потрёпанными и хаотично разбросанными по голове, создавая ощущение некой дерзости.       — Могу чем-то помочь? — женское начало берет вверх над любопытностью О’Нил, и она решается с ними заговорить. Уж очень симпатичные покупатели.       — Здравствуйте, — тот, что в костюме, обворожительно улыбается, — мы ищем вот такие часы.       Второй парень показывает картинку в своем телефоне, подмигивая девушке. Точно расхититель женских сердец.       — Бывший владелец этих часов упомянул об их продаже в лавку мистера Хилла. Мы можем их приобрести? Или они уже проданы? — брутальный брат продолжает начатое, не сводя пристального взгляда с Сары.       — Конечно, одну минуту, — О’Нил выходит из-за прилавка, подходя к стене.       Она осторожно становится на стульчик, ощущая, как мужские руки сильно придерживают ее за талию не пошло, а заботливо, видимо, заметив неустойчивость стула. Сара снимает с гвоздика часы, разворачиваясь к тому, кто все это время держал ее, не давая ей упасть. Конечно же, кто бы это мог быть из них двоих? Естественно тот, что в кожаной куртке. Сомнений быть и не могло. Этот парень точно бы не упустил шанса позаигрывать с девушкой. Такова его натура.       — Могу поинтересоваться, зачем молодым парням антикварная вещь? — О’Нил начинает производить манипуляции с кассовым аппаратом, замечая на себе заинтересованные взгляды обоих. Они словно только и ждали этого вопроса.       — Эти часы принадлежат семейству Кадоган, потомками которого мы и являемся, — первый из братьев чуть заметно улыбается. В его словах слышится восхищение, что отзывается неким отвращением у его брата.       — Боже, Крис, просто скажи, что наш отец на старости лет решил собрать все свое наследие. Зачем эти пафосные фразочки?       Сара смеётся. Наблюдать за тем, как эти двое прожигают друг друга злобными взглядами, пожалуй, лучшее, что она могла увидеть сегодня. Два симпатичных близнеца, не ладящих между собой, — безумно интересное зрелище.       — Эд, вот умеешь ты всю малину обломать, — Крис расстроенно опускает уголки губ.       — С вас одна тысяча двести пятьдесят пять долларов, — О’Нил озвучивает цену, ожидая оплаты.       Эд вытаскивает из нагрудного кармана банковскую карту и прикладывает ее к банкомату. Сара убеждается в поступлении денег и отдает товар, кокетливо улыбаясь.       — Спасибо за покупку. Буду рада видеть вас ещё! До свидания!       — Мы проездом, но с удовольствием как-нибудь ещё заедем в ваш городок, — Крис машет рукой, покидая помещение.       — Пока, красотка! — Эд ещё раз подмигивает О’Нил, вызывая у нее искреннюю улыбку. Такие смешные. Она всегда мечтала о брате или сестре, но ей пришлось всю жизнь жить одной.       Но проходит пять минут, и Сара вновь начинает скучать. Она укладывает голову на руки, закрывая глаза. А что? Делать все равно больше нечего, а раз сегодня такой счастливый шанс выспаться за несколько бессонных ночей, то грех им не воспользоваться. Товар все равно никто не украдёт, а если и посмеет, то в лавке установлены камеры. Она лично видела картинки с них в том самом маленьком помещении, в котором скрылся Хилл день назад. Она быстро засыпает, видимо, все ещё сказывается усталость.       Выстрел. Ещё. Вспышка. Выстрел. Вспышка. Темнота. Вспышка. Местность озаряется белым светом, и Сара оказывается снова в той самой потасовке, но в ее начале. В самом начале. Это заметно по ещё не начавшейся драке и по двум группам мужчин, пока что просто стоящих друг напротив друга. Их равное количество. Одна сторона в черных кожаных куртках, являющихся абсолютной копией куртки Вишни, а вторая в обыкновенной зимней одежде, и, судя по этой одежде, на улице очень холодно. А такой холод бывает лишь в январе–феврале.       Двое мужчин выдвинуты чуть вперёд. Они оживлённо о чем-то спорят, но О’Нил не слышит, о чем именно. Лишь видит, как они размахивают руками в разные стороны, и тот, что в кожаной куртке, нервно курит. Он явно чем-то недоволен. Дальше же происходит что-то очень странное. Мужчины в обыкновенной зимней одежде резко и неожиданно нападают на вторую группу, и начинается драка. Получается, ее начали именно они. Значит курящий мужчина с кем-то спорил именно поэтому? Может, он не хотел драки?       Сара подходит ближе, только сейчас замечая, что лицо Майкла все также присутствует среди всех. Парень избивает какого-то другого мужчину. Девушка приближается к кучерявому, еле выискивая его во всей этой суматохе. Она становится напротив, аккуратно ставя руку ему на плечо. Лица нет. Безумно страшно смотреть на безлицего Вишню, однако приходится. И это точно Вишня. Сара уверена как никогда. Его серьга в ухе подтвердила все ее догадки. О’Нил чувствует себя идиоткой, но всё-таки совершает то, что задумала. Блондинка набирает в лёгкие воздух и громко произносит имя дракона несколько раз:       — Вишня! Вишня! Вишня! — это звучит как крик о помощи, призыв, попытка достучаться.       Мужчина словно слышит ее, он разворачивается на звук, прислушиваясь и присматриваясь, а потом его лицо медленно приобретает все свои черты. Она была права. Однако сон на этом не заканчивается. Сара странным образом оказывается возле какой-то черной машины и видит, как из багажника вылезает ее собственная фигура и что-то очень громко кричит, привлекая внимание мужчины, что курил. Он сжимает кулаки и кидается ей навстречу, одновременно снимая с себя куртку и надевая ей на плечи. Они о чем-то живо говорят. Все происходит очень быстро и непонятно. О’Нил лишь успевает следить за тем, как события разворачиваются с бешеной скоростью. Гораздо быстрее, чем в прошлые разы. Разговор ее фигуры и фигуры мужчины длится ещё несколько секунд, и представитель сильной половины человечества разворачивается спиной к женской фигуре, нервно покидая ее.       Выстрел громко рассекает воздух своим грохотом. Пуля мучительно медленно летит сквозь воздух, оставляя за собой какие-то волнообразные сдвиги, как на замедленной съёмке. Сталь оказывается у живота мужчины в белоснежном свитере. Она с лёгкостью пронзает одежду, оказываясь в его коже и вырывая из его груди истошный крик боли. Сара каким-то образом ощущает эту боль, а потом чувствует расслабление во всем теле.       — Девушка, с вами все хорошо? — ее будит голос покупательницы, и О’Нил судорожно сжимает свой живот ладонью, все ещё ощущая эту адскую боль.