// Не красивая //

      // Не красивая // — Алиса. Девушка сидит на коленях, положив руки себе на бёдра и не поднимает взгляд. Её пряди тёмных волос аккуратно уложены на худые плечи. Пальцы напряжены в ожидании действий от мужчины. Арсений проходит в комнату в своём излюбленном синем костюме, негромкими шагами преодолевает нужное расстояние и становится перед девушкой. Она открывает глаза и смотрит на лакированные чёрные туфли — это всё, на что она может смотреть. — Подними голову. Бархатистый голос разрезает тишину комнаты. Подбородка девушки касаются пальцы и требовательно тянут вверх, открывая вид на лицо. Глаза она по прежнему не поднимает — ей не давали разрешения смотреть на мужчину. — Ты такая красивая. У тебя есть сомнения на этот счёт? И каждый прекрасно знает ответ. Врать бессмысленно, а, главное, бесполезно, так что девушка только коротко отвечает: — Да, Господин. — И почему же? На этот холодный, властный вопрос практически нет ответа, всё тело сводит судорогой, а после на смену приходит стыд. Стыдно чувствовать то, что по факту абсолютно не так. — Я задал вопрос. — звучит строже, и девушка вздрагивает, её плеч и шеи касаются ладони, нежно водят по чистой коже, чуть усиливая нажим. — Я… Я не нравлюсь себе, Господин. Я считаю, что могла бы быть лучше, что многое, чего у меня нет, я не могу получить только из-за того, что я не такая, как все. — её голос тонкий, но достаточно различимый и чёткий в тишине комнаты. Девушка снова чувствует стыд за то, что говорит сейчас. — Хм. А тебе нужно быть такой, как все? — скептически спрашивает он, останавливаясь позади, кладя обе ладони на плечи, разминая их, доходит до шеи, гладит и сжимает. Ему это доставляет истинное удовольствие. — Иногда мне кажется, что да. — прерывисто выдыхает она. — Хочется надувные губы, куриные мозги, ценности одни на всех вместе. Может, ты хочешь как и они богатого папика, для которого ты будешь резиновой куклой? — он задаёт этот вопрос с усмешкой, искренне восхищаясь чужой красотой и покорностью. Как же без этого. — Нет, Господин. — тут же отвечает девушка, будто даже напугано. — Я люблю только вас. — тише произносит она, опуская взгляд, почти что закрыв глаза, хотя посмотреть на мужчину хочется больше всего на свете. — Это правильный ответ. — довольствуется он, вновь становясь перед девушкой, и её лицо оказывается на уровне его паха, что только возбуждает обоих. — Я люблю в тебе всё: твои яркие глаза, мягкие черты лица, женственные ноги, — он дышит, кажется, совсем близко, обволакивая девушку собой, — твою идеальную фигуру и твой светлый внутренний мир. — губы касаются мочки уха, он совсем рядом, так близко, что даже страшно, страшно сделать что-то не то, страшно не поверить в совсем не чужие слова. — И мне очень жаль, что ты не видишь того, чего вижу я. — выдыхает жарко он, от чего нижнее бельё начинает намокать. — Простите, Господин, я буду пытаться… — шепчет девушка, перебивая. — Я разве разрешал извиняться? — тут же выпрямляется мужчина, становясь грубым и показывая свою власть. — Ты считаешь себя непривлекательной, считаешь, что никто не смотрит на тебя, что ты не сможешь ничего добиться, считаешь себя ниже других… Ведь так? — он вплетает свои пальцы в длинные волосы, портя аккуратные пряди и превращая их в только ему один известный хаус на голове. Ему это очень нравится. — Да. — стыдливо. — Это совершенно неправильно, у тебя нет на это никаких оснований. Ты поступаешь плохо, думая о себе так. А что я должен сделать за плохие поступки? — он вновь приподнимает голову девушки за волосы, и та стремительно прячет взгляд. — Наказать. — внятно произносит она. — Правильно. Я буду любить тебя, пока ты не поймёшь, насколько ты не права. Напомни мне правила, которые ты должна соблюдать. — Не касаться. Слушаться. Не смотреть. — Умница. — брюнет отпускает волосы, медленно подходит к комоду и достаёт оттуда ленту. — Руки за спину. Тонкие руки тут же заводятся назад. Мужчина снова подходит к спине и опускается на корточки, завязывая руки в районе кистей плотно, но не больно. — Встань. Девушка быстро поднимается, наученная тренировками вставаниями без рук. Арсений берёт её лицо двумя пальцами, задирая подбородок и властно шепчет: — Посмотри на меня. Взгляд зелёных, изумрудных глаз несмело переводится на мужчину, отчего сердце заходится в бешеном ритме и тяжелеет в паху. Взгляд из-под длинных ресниц такой преданный, молящий, доверяющий. Девушка сама не понимает, как смотрит на него. И её целуют. Жарко, мокро, по-собственнически, вылизывая языком сначала губы, а после и рот. Девушка не успевает отвечать, но ей и не особо нужно: весь контроль, контроль её тела у мужчины, и она прикрывает в удовольствии глаза, стараясь не упасть и чуть слышно стонет, потому что целоваться с ним — это нечто. Ноги предательски слабеют, но её вовремя подхватывают под бёдра, сжимая ягодицы сквозь ткань коротких тонких шорт. Не переставая глубоко целовать, пальцы мужчины скользят между двух половинок, и резинка стрингов натирает промежность, отчего девушка звонко стонет, прогнувшись в спине и рефлекторно откинув голову назад. — В следующий раз я заставлю ублажать себя перед зеркалом, чтобы ты не только слышала свои стоны, но и видела себя со стороны. Ловко развязывая ленту на запястьях, девушку аккуратно кладут на постель. В районе ширинки брюнета видна выпуклость, что заставляет внутренне закатить глаза и не переставая пялиться туда. Как же она любит, когда он возбуждается. Брюнет кладёт её на постель, нависая слишком близко сверху. Заводит её руки наверх и перевязывает лентой. — Боже… — девушка тяжело дышит и не знает, куда ей деть ноги: обвить талию мужчины ими нельзя, как раздвигать и сводить, но она буквально чувствует, как её стринги промокли и смазка течёт по нижней стороне бедер. Ей хочется, чтобы её скорее раздели и доставили удовольствие, но она не может себе позволить попросить. — Можно просто Господин, принцесса, ты помнишь. — жарко шепчет в самые губы, смотрит в глаза, пускай те и не подняты на него. Он спускается ниже, ведёт поцелуями дорожку от скулы вниз, раздевает свою девушку, снимая с неё лёгкую шёлковую майку чёрного цвета и красивый кружевной бюстгальтер. — Прекрасна… — выдыхает он, и тело девушки покрывается мурашками. Спускается к мягкому животу и оглаживает идеальную талию. Лижет языком — доказывает, что лучше просто нет. Руками стягивает шорты и остаётся приятно удивлен, когда под ними оказывается ещё один влажный элемент одежды. Хотя стринги одеждой Арсений привык не называть. — Малышка, ты решила надеть нижнее бельё? — усмехается он, вспоминая свои ранние действия, когда целовал свою девушку на себе. — Это же неудобно, и тебе и мне это могло доставить дискомфорт. — Я думала вам понравится, Господин… — в забытье шепчет она, стараясь справиться с бушующими чувствами внутри. — То есть, ты надела их для меня? — уточняет низким голосом брюнет, всё ещё держа голову на уровне чужих бёдер. Слишком близко. — Да-а… — выстанывает девушка, не в силах терпеть. Её буквально разрывает от чувств внутри, но её мужчина не любит, когда эмоции накапливаются и превращаются в слезы, поэтому она сдерживает себя и не допускает влаги в глазах. — Ты знаешь, я хочу тебя любую. Без одежды больше. — упрекает он её, и теперь Алиса в шаге от того, чтобы не заплакать. — Однако то, что они намокли так быстро мне очень нравится… Будешь течь так для меня? Как же ему нравится заводить. От каждого его слова, сказанного властным, хриплым и низким тоном, в девушке словно взрываются салюты, готовые поджечь что угодно, и даже её саму. Она вновь протяжно стонет, Арсений облизывается и освобождает её от лишнего куска ткани, откидывая тот в сторону. Бледные ноги чуть раздвигаются под чужими руками и внутренняя сторона бёдер красиво блестит от естественной смазки. — Ты очаровательна. — он шумно выдыхает и целует низ живота, руками размазывая излишнюю смазку. — Господин… — стонет в голос девушка, жмурясь и сжимая простыни от возбуждения. Ей стыдно, что она не может больше терпеть — хочет, чтобы к ней прикоснулись, но не имеет на это никакого права. Она — игрушка в этих сильных, властных, обворожительных руках, увитыми синими венами. — Что, не терпится продолжить? — неожиданно рычит мужчина, стискивая зубы. — Ты забываешься, детка, — он рывком поднимается с места, одним слитным движением поправляя на себе синий костюм. — Встань. — он ждёт пару секунд, за которые девушка поднимается с постели и голая опускается перед ним на колени, оказываясь лицом на уровне сильно выпирающей ширинки. — Кончать будешь только когда я этого захочу, поняла? — в волосы вплетается рука, хватает за пряди и с силой тянет назад, заставляя запрокинуть голову. — Намалеванные безмозглые шлюхи, к которым ты так стремишься, вообще не испытывают оргазма после секса с очередным состоятельным мужиком. — он лицом утыкает девушку в свои брюки, шумно выдыхая. — Я тебя научу любить себя, но сначала опустись до их уровня, поработай ртом. Нос упирается в ширинку и девушка уже чувствует мускульный запах желания и возбуждения, что исходит от паха. Ей помогают расстегнуть ширинку, мужчина снимает кожаный ремень и приспускает брюки с нижним бельём, доставая член и яйца наружу. Крупный, увитый венами, в меру длинный и с небольшой головкой, он кажется идеальным, особенно в возбуждённом состоянии, учитывая, что его не трогали ни разу. Во рту тут же накапливается слюна, которую девушка без зазрения совести выплёвывает на член, не боясь запачкать строгий костюм своего Господина. Она знает, что это его любимая часть, как и её, так что никто не против продлить её и использовать в своё удовольствие. Она буквально наслаждается своим положением: руки перевязаны, и из подвижных частей тела у неё только лицо. Она носом ведёт по крупному члену, наблюдая за смазкой, что выделяется из уретры, после чего приоткрывает рот, накрывая губами только головку, и, изумившись жару плоти, начинает играться языком: лижет по кругу, касается кончиком уретры, втягивает щеки и посасывает, помня о том, что ей нельзя смотреть наверх — ей никто не разрешал. — Глубже. — слышится приказ и мужская рука вновь вплетается в волосы, но уже на затылке, надавливая. Девушка охотно приоткрывает рот, пропуская в себя весь член, и плотно обхватывает его губами, заставляя мужчину шумно дышать через нос. Её голова движется, как угодно её Господину, она продолжает активно вести губами от основания до головки, снова и снова, забывая о собственном желании прикоснуться к груди или ниже: сейчас всё её удовольствие в одном мужчине, и она сделает для него всё, что он попросит. Член разрешают выпустить изо рта, но девушка, преисполненная желанием, припадает к мошонке и ощутимо лижет яйца всей поверхностью языка. Посасывает место под членом, вылизывает чувственно снова, берёт в рот одно и ласкает уже внутри. Мужчина стонать в голос готов, оттого что вытворяет с ним эта особа, но ему нельзя выпадать из образа, поэтому он только грубо отстраняет девушку от себя, запрещая прикасаться к члену. Наклоняется, хватает под ноги и перекладывает на кровать за пару секунд. Девушка всё ещё не смотрит на него — нельзя. Она только сейчас промаргивается и осознаёт, что она абсолютно голая, в комнате довольно холодно, руки всё ещё перевязаны лентой, а ноги влажные из-за смазки, ведь она не переставала течь из неё во время минета. Мужчина же быстро раздевается: снимает с себя брюки, пиджак и рубашку, отбрасывает всё это в сторону и накрывает девушку своим телом, чтобы не смела замерзать. Он пальцами ведёт по бёдрам от колена, а после приподнимается и видит глазами всю эту картину, пошло ухмыляется: — Посмотри, ты течёшь, как сучка. — полу рычит он, сдерживаясь, чтобы не вогнать в мокрое нутро пальцы. Вместо этого обводит талию ладонями, сжимает мягко грудь, вновь ложится поверх прекрасного тела и утверждает: — Моя сучка. Длинные ресницы вздрагивают от слов, пока мужчина и не думает заканчивать говорить: — Только моя. Красивая, превосходная, очаровательная, замечательная, неповторимая, волшебная, любимая, чудесная, горячая, мокрая и страстная — вся моя. Пальцы держат бёдра, голубые омуты смотрят в глаза. Девушка готова раствориться перед ним прямо сейчас. — И твои загоны и страхи — тоже мои, только я могу решать, имеют ли они место быть или нет. И я покажу тебе, что ты желанна не только мне, тебя хотят абсолютно все в округе, но никто не подходит, потому что они бояться встретиться со мной. — талию сжимают сильнее, а к груди припадают губы, начиная страстно целовать, обводить мягкий контур, лизать языком соски. Всё, что делала с блаженством девушка, сейчас с не меньшим удовольствием вытворяет Арс, облизываясь и то и дело задевая вставшие крупные соски. — Идеальна. — он сжимает руками упругую грудь, лижет живот, наслаждаясь вкусом любимой, и уверенно спускается ниже, к заветному месту, которое весь вечер сегодня обделяют вниманием. Сам раздвигает худые ноги, сгибая их так, как ему нужно, вылизывает места под коленкой и выше, где был тонкий слой смазки. Поднимается языком, попутно слизывая скользкую жидкость и наконец добирается до эпицентра хауса и его неровно бьющегося сердца — мокрая киска, блестящая, розовая, призывно открыта для него и он лижет половые губы, языком начиная играться с клитором, проходится между складочек, спускается ниже, ныряет внутрь, отчего девушка громко стонет и сдерживается, чтобы не выгнуть спину — ей этого не разрешили. — Я могу продолжать так долго, мы оба знаем это, но ты же не этого хочешь, так? Он пальцами оглаживает половые губы, периодически слизывая с них выступившую смазку языком, пока девушка, находящаяся в настоящем блаженстве, запоздало может только кивнуть. — Я задал вопрос. — строже говорит Арсений и убирает пальцы, приподнимаясь. — Д-да. — выдавливает из-за себя она. — Да кто? — Д-да, Господин. Он довольно хмыкает и привстает, чтобы плюнуть девушке на промежность — ему нравится, когда та мокрая до невозможности и в его слюне. Прикладывает ладонь и размазывает двумя пальцами, отчего девушка стонет ещё громче, того и гляди теряя контроль над собой только на этом моменте. — Чщ, чщ, чщ, — успокаивает её брюнет, наклоняясь, чтобы быть на одном уровне с её лицом, — так не терпится, чтобы я тебя заполнил, Лис? Девушка крупно вздрагивает, будто по щелчку пальцев выведенная из транса, но мужчина тут же накрывает её губы своими, не давая опомниться, страстно целует, одновременно надрачивая себе свободной рукой и приставляя горячую головку к вагине. Войти в горячее мокрое тело хочется до невозможности, но он сдерживает себя, дразня: водит по половым губам уретрой, особое внимание уделяя розовому клитору. Девушка сжимает простыни, стонет, широко открыв рот, так что целоваться с ней становится невозможно и мужчина выпрямляется, неотрывно наблюдая за своим членом, променающем половые губы так, как ему захочется. Он одним движением резко въезжает членом на всю длину в вагину, замирая, слыша сверху громкий облегчённый выдох. Чужая смазка стекает по яйцам, он трогает упругую грудь, соприкасаясь с девушкой носами и шумно дыша. — Лучшая. — шёпотом выдыхает он. — все, кто смели тебя обижать — мудаки, — он кладёт руки под ягодицы, сжимая. — Такая прекрасная и сладкая, — облизывает чужие губы, — я каждый день не могу поверить, что ты досталась мне. Крупный член заполняет изнутри, Алиса замирает, не дышит почти, чувствуя вокруг себя только безопасность и полный контроль, и от чувства спокойствия и расслабленности хочется жить. Хочется радоваться жизни и замечать людей вокруг, например, одного человека, что по прежнему сжимает её в своих руках. Арсений выпрямляется, держит талию и медленно выходит, чтобы вновь рукой провести по члену, не обделяя вниманием головку, размазывая их смазку по стволу, проезжается раз по женскому животу, ощущая мягкость кожи. — Ты когда топы свои с короткими юбками надеваешь, у меня сразу встаёт. — он вновь вторгается в её тело, на этот раз начиная двигаться в одном темпе, наблюдая, как член пропадает в вагине и вновь появляется — плавно, красиво. Одно из лучшего, что он видел в жизни. — Я хочу слушать тебя. Хочу, чтобы соседи слышали тебя, чтобы никто не смел косо смотреть на тебя — он будет гореть долго. — мягкое тело переворачивают и ставят на колени, Арсений вновь входит — теперь жадно, быстро, громко, как он умеет. Смазка хлюпает от движения, шлепки яиц о ягодицы смешиваются со стонами девушки, что не сдерживает себя и издаёт звуки по приказу. Ей невероятно хочется большего, но ей ясно дали понять, что так просто она не кончит. — А! Ах!.. — Арсений чувствует, как становится невыносимо скользко, смотрит вниз и видит, как из его девочки выделяется ещё смазка, и с каждым толчком она всё больше пачкает яйца, стекая по ним на постель. — Я так люблю, когда ты не можешь контролировать что-либо, — мурлычет он, выходя полностью, отчего девушка не сдерживает разочарованный стон. Конечно, будь её воля, она контролировала бы и своё тело, не текла бы при виде своего мужчины, сдерживала бы слезы, но ей это неподвластно, а поэтому она перед ним как открытая книга. Он трогает соски пальцами, покручивает и щипает, мнет грудь, отчего на теле остаются белые следы от рук. Алиса уже готова умолять, чтобы её заполнили снова, так ей сложно выдерживать мучения своего парня, который играется с её телом, как с игрушкой, но Арсений опускает свои ладони ниже, фиксирует талию и въезжает членом неглубоко, чтобы сразу начать быстрые движения. Им нужно жарче, им нужно больше: сцепиться, стать единым целым, проникнуть друг в друга глубоко и Арсений добивается этого, разрешая своей девочке кончить. Вдалбливается в её тело, выпрямляет спину, входит резко до подрагивания ног и кладёт руку на низ живота, пальцами начиная поглаживать клитор по кругу, отчего девушка звонко стонет, мечется по постели и громко кричит, содрогаясь всем телом. Арсения слишком много и она вцепляется в его предплечья, продолжая вздрагивать от фрикций, но тот лишь увеличивает темп и со стоном кончает следом, из-за чего девушка вновь кричит. Он валится на неё, не выходит, продолжает изливаться в податливое тело, не может себя остановить: так ему приятно. Двигается медленно снова и Алиса мычит, не имея больше сил и мыслей в голове. — П-пожалуйста, выйди, — лишь просит она и её желание выполняют, перед этим чмокнув в скулу. Тело сразу же сворачивается в клубок на мятой постели, а мужчина быстро приносит салфетки и вытирает все следы с девушки, что вытекали из её промежности. Заканчивает, ложится рядом, осторожно приобнимает. — Ты всё поняла? — спрашивает тихо, но всё равно строго и серьёзно. — Да. — она молчит какое-то время, анализирует свои ощущения, приходит в себя. — Спасибо. — Ты прелесть. — вместо всего отвечает Арс, — и все твои страхи и комплексы мы будем делить пополам. Алиса в спокойствии прикрывает глаза, ощущая себя в безопасности и под защитой. Чувствует сквозь сон, как её гладят по спине и ягодицам и понимает для себя: Она красивая.