Глава 1. «Отсутствие чувств».

Сама вторая высшая луна редко покидала свой храм. В этом не было нужды. В качестве пищи он мог спокойно использовать девушек из своего культа, а выход в квартал красных фонарей был своего рода «развлечением», где он мог полюбоваться и полакомиться более красивыми девушками. Тот день стал одним из таких. Прогуливаясь по оживлённым и шумным улицам, Доума внимательно разглядывал девушек, все были безусловно красивыми, но казались…одинаковыми. Они все преследовали лишь цель вытащить как можно больше денег у толстосумов. В один миг, протискиваясь сквозь толпу, его взгляд поднялся на балкон, где стояла невероятной красоты девушка. Эти красивые сверкающие волосы, глаза, которые кажутся такими яркими, но в то же время безнадёжными — всё начало манить его, он ощутил в себе какое-то новое чувство, которое раньше он не мог ощутить. Увы, но большой поток людей не дал ему наглядеться на девушку, но в памяти демона остался публичный дом, в котором та ночная бабочка была замечена им. Изначально в планах было съесть, подарить такой красоте вечный рай, но такое желание быстро испарилось, что не похоже на него. По возвращению в храм он не мог выкинуть её из головы, она ведь тоже заметила его, он был уверен в этом.  На следущую ночь демон снова отправился туда. Он никогда не ходил в квартал два дня подряд, но сейчас…в его мечтаниях были лишь встретиться с ней вновь, пусть хоть взглядами, но Доуме нужен её волшебный взгляд на себе.  Придя в то заведение, было легко описать её, внешность была завораживающей, любой, кто хоть раз видел её, мог узнать такое описание. «Длинные светлые волосы с перламутровым отливом, светло красные глаза, которые кажутся пустыми, что огорчает. Глаза большие и выразительные, а черты лица совсем кукольные». Денег у предводителя культа было предостаточно, и вот его уже вели к ней. Хозяйка поклонилась ему и ушла, а он, открыв сёдзи, увидел её.  Она сидела и смотрела в окно, глаза были слегка прикрыты и чувствовалось умиротворение, которое прервалась с его заходом в комнату. Сама комнатушка было обычный, футон с узорами в виде цветов, который выглядел потрёпано, немного тумбочек, туалетный столик с зеркалом, рядом с которым стояла не первой свежести косметика, небольшой диван с зелёными подушками в углу комнаты, ну и само окно, рядом с которым был выход на балкон. Увидев его, светловолосая не смогла скрыть удивление на лице, что послужило Доуме знаком, что ей он тоже запал в душу. Зайдя и задвинув за собой сёдзи, мужчина сел напротив неё. Выглядел молодо, крупное и маскулистте телосложение, тёмные густые брови и те самые глаза, в которых должны были отражаться тонна эмоций, но их там не было. Блондинистые волосы аккуратно лежали у него на лице, а сзади были собраны в хвост. Сам он был одет в красную водолазку, которая подчеркивала его фигуру, и в широкие штаны в полосочку, которые держались на талии белым ремнем. Вся одежда была сшита из дорогостоящей ткани, ведь смотрелась сама по себе красиво, а на таком мужчине с идеальной внешностью, всё смотрелось лишь лучше. Тишина нарушилась. «Как тебя зовут, красавица? » — ах, а голос! Он так ласкал слух…интонация, растяжения звуков — всё было идеальным. Но девушка взяла в себя в руки, решив не поддаваться слащавым звукам, и сказала — «Акари. А как к Вам можно обращаться, господин»? После этих слово она поняла, что внутри неё не хватает кое - чего… А именно отвращения. Чистое отвращение и ненависть питала героиня ко всем людям, с которыми разговаривала, будь то ребёнок или старушка, мужчина или женщина. Она винила всех, так что ненавидела всех одинаково. Но после его появления и слов… такое чувство не появилось, это было очень странно для неё. Обычно, так воспринимать без негативных эмоций она могла только животных, но тут такие. Странно. Очень странно.  Все эти мысли проносились в её голове, на какой-то момент ей показалось, что она даже впала в транс, из которого голос мужчины смог выбить её.   Голос казался нежным, добрым, заботливым, но в то же время фальшивым и наигранным — « Ох, дорогуша, меня ты можешь называть Доумой». У себя в мыслях она проговорила его имя, будто пробуя его, всё таки такие чувства с ней впервые, она не понимала почему так.  «Сколько тебе лет? » — послышалось вновь. Чтож, мало кто это спрашивал, девушка слегка неуверенно перебирала волосы и ответила — «Пятнадцать полных лет». Удивление показалось на его лице, как демон, он естественно понимал, что она молода, но чтоб настолько. «Какой ужас, это кощунство работать в таком возрасте в подобном заведении, бедное дитя!» — сказал он, показывая золотой веер с узорами лотоса, который выглядел неприлично дорого. Раскрытый веер прикрывал часть лица людоеда, который сейчас так старался показаться хорошим и милым этой глупой девочке. Сама Акари слегка замялась, веера ей понравились, но она была сжатой, поэтому не говорила. После он прикрыл веер, перекладывая его в другую руку. «А с родителями что?» Спросил он, со слезами на глазах. Увидев слёзы она удивилась, она не чувствовала в нём ни капельки грусти, но всё равно плакал? Зачем, почему? Такими вопросами задавалась она, видя такое поведение впервые.  —«Мама умерла, а отец…Не знаю что с ним». Сказала она, задумываясь стоит ли говорит, что именно по вине отца она здесь, ведь не хотелось на первой встречи создать впечатление, что единственная её способность это ныть и жалеть себя за несчастную судьбу. Хотя в глубине души она осознавала, что только этим и занимается, не сильно торопится девушка улучшить своё состояние. «Вот оно как» — кивнул с пониманием, утирая свои «бутафорские» слёзы с его радужных глаз. —«Мои родители тоже погибли, это так ужасно, когда дети теряют опекунов, а такие бедные девочки вынуждены идти в такие порочные места». Акари всё ещё смотрела с непониманием, но услышав про смерть родителей начала сочувствовать ему, может он такой ненастоящий из-за этого? Может так сложилась его судьба, не дав выбора? Как же она ошибалась. Доума же внутри чувствовал удовлетворение, только это он и умел испытывать. Ему нравилось то, что такая красавица искренне сочувствует ему и даже не насторожена. Какая прелесть. По ней было видно, что она человек закрытый, но он так хотел, чтоб она излила ему душу, как все те глупые прихожане его культа. Только вот их он не горел желанием слушать, а красноглазую очень даже.  Весь вечер он пытался разговорить девушку, и у него это даже получилось. Правда ничего про свои беды она не сказала, но зато он узнал многое другое. Она была начитанной, умела играть на многих традиционных японских инструментах, с такой девушкой легко можно было потеряться во времени, ведь она рассказывала столько историй! С ней демон даже позабыл кем является, что обычно он поглощает ей подобных.  «Мне здесь очень скучно, поэтому я много читаю!» — говорила она ему, пока тот сидел напротив неё, даже не пытаясь потрогать. С одной стороны он хотел ощутить свои руки на ней, но с другой стороны, ему казалось, что она сломается, стоит подышать на неё неправильно. Сама же Акари была удивлена, что он не распускал свои руки. Ей это обычно не нравилось, но почему то именно его прикосновений она хотела, но мысли в слух не озвучивала. Читая много книг, она могла поведать множество интересных историй, а если говорить честно, некоторые даже сам бледнолицый за свою долгую жизнь не слышал. Красивая внешность, ум, манера речи и поведение — всё это до глубины души впечатляло в ней, что покидать или убивать такую девушку не хотелось. С ней всё было странно! Он даже не хотел рассказывать про себя, как он обычно это делал и бесил своих коллег. Он искренне слушал её и давал сказать, а потом уже отвечал. За пару часов девушка рассказала столько историй, поделилась своими знаниями, что Доума очень поздно опомнился по поводу рассвета. Он был всего через час, ему точно пора уходить. Прервав её, он встал. — «Ты очень интересная, но боюсь мне уже пора уходить. Но ты не волнуйся, мы ещё встретимся, скоро» — с этими словами он улыбнулся и начал в спешке удалятся, пока его собеседница пыталась быстро подняться. Она хотела коснуться его плеча, остановить, но прям перед этим повеяло страхом и холодом, что она замерла на месте.  После хлопка она тихо сказала — «я буду ждать нашей следующую встречу с нетерпением, господин Доума».