Том 1. Глава 22. Возвращение

      Два месяца. Шестьдесят дней, прожитых в пограничном состоянии между кошмаром и яростной решимостью. За это время я научилась обуздывать новый вихрь силы, бушующий в моих жилах. Я стала сильнее и быстрее. Каждое чувство, каждая мышца была настроена на одну единственную цель — возвращение. Возвращение в Джерико, чтобы свести счеты.       Мерилин Торнхилл, или Лорел Гейтс, как выяснилось, должна была поплатиться. Она отняла у меня не просто человеческую жизнь — она украла мою обыденность, мое спокойное будущее. Но что куда важнее, она отняла покой у Тайлера, превратив его в орудие и сломав его волю. И за это я должна была ее остановить.       План был выверен до мелочей. И теперь мы мчались в Джерико на внушительном внедорожнике — вся моя семья, моя личная армия, готовая обрушить гнев веков на голову той, кто посмел причинить вред их племяннице, их дочери. Их молчаливая поддержка была мне надежной опорой.       Над Джерико висела луна — полная, тяжелая, кроваво-красная. Ее свет заливал город зловещим багрянцем, будто сама природа предвещала грядущую расправу. И сквозь эту адскую ауру я чувствовала его. Тайлера. Слабый, искаженный болью и яростью, но все еще живой след нашей связи. Мое сердце, теперь бившееся в новом, вечном ритме, неумолимо тянуло меня к нему, а моя волчица, наконец обретшая покой в знании, что ее пара рядом, вела меня сквозь чащу.       А как я узнала, что все случится именно сегодня? Благодаря Энид Синклер и ее неистощимому потоку постов в соцсетях. Она, сама того не ведя, стала моим личным шпионом, подробно живописуя растущее напряжение в школе и странное поведение мисс Торнхилл. Спасибо ей.       Мы прибыли как раз вовремя. Я выпрыгнула из машины, едва она остановилась.       — Ждите здесь, — бросила я, встречаясь взглядом с отцом. — Я заберу Тайлера и вернусь. — Будь осторожна, — его голос был низким и напряженным, в голубо-зелёных глазах бушевала знакомая буря отцовской тревоги.       — Пап, я бессмертна, — я позволила себе короткую, уверенную улыбку. — Успокойся.       И я рванула в лес. Я бежала со скоростью, недоступной смертным, деревья мелькали размытыми пятнами, а земля упруго пружинила под ногами.       И я примчалась как раз в тот момент, когда кошмар готов был повториться.       Хайд, огромный и искаженный яростью, уже занес свою ужасающую лапу над Энид, которая отчаянно рычала в своем волчьем облике.       — Тайлер!       Монстр замер. Его могучие плечи вздрогнули, а затем он медленно, почти неверующе, обернулся. В его горящих красных глазах, обычно полных лишь слепой ярости, промелькнуло что-то неуловимое — проблеск узнавания, отчаяния и немой надежды.       — Глаза на меня, малыш, — сказала я мягко, и на моих губах играла успокаивающая улыбка.       Я перевела взгляд на Энид и едва заметно покачала головой, давая ей знак отступить. Она, все еще рыча, кивнула и отпрыгнула в сторону.       Уэнсдей стояла неподвижно, ее лицо было маской шока, но ее острый ум уже анализировал ситуацию. Через мгновение она развернулась и бесшумно исчезла в направлении школы.       Шериф Галпин, бледный как полотно, стоял, прислонившись к дереву, не в силах принять ужасающую реальность — его сын был тем самым чудовищем.       Хайд сделал неуверенный шаг ко мне. Я в ответ шагнула навстречу, закрывая между нами расстояние.       — Это правда я, Тай, — прошептала я. — Я жива.       Он издал низкий, гортанный звук, больше похожий на стон, чем на рык.       Затем его огромное тело начало сжиматься, кости с хрустом возвращались в свое человеческое обличье. Через несколько мгновений передо мной на коленях сидел Тайлер — изможденный, испачканный грязью и кровью, дрожащий от истощения и пережитого ужаса.       Я подошла и накинула на его плечи мягкий плед, сотканный из чистой магии, который согрел его голое тело. Затем я опустилась перед ним на корточки, не обращая внимания на холодную землю.       — Мне… мне сказали, что ты мертва, — его голос был хриплым и надломленным. Он смотрел на меня, но словно не видел, его взгляд был затуманен болью. — Я видел твою кровь… у того дерева… Там, в лесу…       — Хэй, — я нежно взяла его лицо в свои ладони, заставляя его встретиться со мной взглядом. — Посмотри на меня, Тай. Я здесь. Я жива.       И в этот миг он наконец увидел. Не призрак, не галлюцинацию, а меня — настоящую, живую. Его глаза, полные слез, широко раскрылись, а затем он рухнул в мои объятия, вцепившись в меня с силой утопающего.       — Это ты… Хоуп… — он прошептал мне в плечо, и его тело сотрясали беззвучные рыдания.       Я обняла его крепче, позволяя ему выплакать всю свою боль.       — Вот так… — тихо сказала я, гладя его по спина. — Я тоже по тебе скучала.       — Но как? — он отстранился, его взгляд был полон смятения. — Как ты выжила? Что случилось в тот день?       — Я расскажу тебе все, — пообещала я. — Но позже. А сейчас… тебе нужно поспать.       — Что? — он непонимающе моргнул.       — Ad somnium, — я мягко взмахнула рукой, и моя магия, нежная и убедительная, окутала его. Его веки тяжело сомкнулись, и он погрузился в глубокий, исцеляющий сон. Я нежно провела рукой по его волосам.       Затем я подняла голову и посмотрела на шерифа Галпина.       — Шериф Галпин, — мой голос прозвучал твердо и властно. — Прошу вас, отвезите его домой. И, если вы хотите, чтобы он остался на свободе и получил помощь, никому ни слова о том, что вы видели сегодня.       Шериф на мгновение заколебался, его взгляд метнулся от моего лица к бесчувственному телу сына. Но затем он кивнул с решимостью отчаявшегося отца. Он подошел, бережно поднял Тайлера на руки и понес его к своей машине.       Я же направилась к Энид, которая уже возвращалась в человеческий облик. Я накинула на ее дрожащие плечи розовое пальто, которое материализовала из воздуха. — Энид, — сказала я мягко. — Иди к школе. Там ты найдешь тех, кто поможет тебе. Все будет хорошо. Не торопись, хорошо?       Она кивнула, ее глаза были полны благодарности и остаточного шока.       — Вещь, — я обратилась к отрубленной руке, стоящей рядом с Энид. — Помоги ей.       Рука подняла большой палец вверх, и я с легкой улыбкой повернулась, чтобы бежать обратно к Невермору. Моя работа здесь была еще не закончена.       Мерилин уже была на улице, ее фигура вырисовывалась на фоне зловещего лунного света. Я послала сообщение семье — план вступал в финальную фазу.       Я подошла к ней с беззвучными шагами.       — Привет, Лорел, — мои слова прозвучали ледяным ветром, и на моих губах играла хищная ухмылка.       Она резко обернулась, и в ее руке тут же оказался пистолет.       — Хоуп? — ее глаза расширились от чистого, неприкрытого ужаса. — Но… как? Я же убила тебя!       — Пистолетом? — я рассмеялась, и мой смех был лишен всякой теплоты. — Не смеши меня. Убить трибрида? Это невозможно.       — Что? Трибрида? — она отступила на шаг, ее уверенность начала трещать по швам. — Да кто ты такая?!       — Знаешь, тебе не следовало связываться со мной, — я медленно пошла на нее, и с каждым моим шагом воздух вокруг становился гуще. — Потому что если ты связалась со мной… — я сделала паузу, и в этот момент из теней вышли они — моя семья, Майклсоны, живые легенды и воплощенная мощь. — …ты связалась и с моей семьёй.       Я остановилась, позволив своей истинной сущности вырваться наружу. Черные вены, словно трещины по фарфору, поползли от моих глаз, а зрачки загорелись ярким золотом.       — Я — Хоуп Андреа Майклсон. Первенец вампирского рода Майклсонов. Единственная дочь Никлауса Майклсона. И единственный в мире трибрид. — Я посмотрела на нее, и в моем взгляде не было ничего, кроме холодной ярости. — И это ты завершила мой переход. За это я тебе почти благодарна. Теперь я чувствую себя… полноценной. Но… ты отняла у меня человеческую жизнь. И за это ты поплатишься. Ты будешь страдать. Смерть для тебя — слишком легкая участь. Поэтому моя бессмертная семья позаботится о том, чтобы твои страдания длились вечно.       Она попыталась отпрянуть, но наткнулась на твердую грудь моего дяди Кола. Он наклонился к ее уху, и его голос прозвучал сладким, безумным шепотом:       — Привет, Лорел. Знаешь, я всегда думал, что твои рыжие волосы будут потрясающе смотреться на фоне окровавленного кафеля.       Я же, не оборачиваясь, пошла прочь. Ее судьба была предрешена. А у меня были дела поважнее.       Мне нужно было к Тайлеру. К моей второй половине. К новому началу.