Alone in the darkness, they're coming for you С1

"Шел 3 месяц, как я свалил из горячо любимой страны и скитаюсь по разным странам, как одинокий волк. Связь с ребятами, конечно, получается поддерживать, но снимать комнату на пару дней, в которых самое безобидное, что ты можешь встретить это персону "я-против-иноагентов", которая каждую ночь будет норовить тебе выбить зубы. За что? А вот захотелось ему. Благо я уже тоже не тот мальчишка, который боялся насилия (все еще не одобряю его), многое успел повидать. Так сказать, посмотрел на Европу с двух сторон. Завтра выступление, нервничаю пиздец. Не хочу снова нарваться на каких-нибудь патриотов-эмигрантов — уже поперек горла стоит вся эта хуйня." Я прислонил небольшую записную книжку к груди, смотря на потолок. Мда уж, не думал, что первое время будет так тяжело. Пару раз концерты сорвались из-за некоторых событий и мне пришлось поспешно сваливать. Хоть я и получал прилично, но, учитывая цены здесь, особо не пошикуешь. Чтоб с ума не сойти, я начал вести что-то вроде дневника. Чисто символически, когда до Дена дозвониться не могу. Он-то со своим голубком строит семейное гнёздышко.. Хоть у кого-то постоянное место жительство есть. Даже завидую. Я вздохнул, поворачивая голову к дальней стене. На настенных часах в полутьме смог разглядеть время: 03:21. Блестяще. Концерт через 15 часов. На сон осталось где-то 7-8. На то, чтобы привести себя в порядок и собрать вещи полтора часа, на дорогу час.. А там уже тупо подготовка. А, стоп, ещё ж пожрать заехать надо. Со всеми этими метаниями совсем на базовые потребности забил. Дерьмово, конечно. Я закинул книгу в рюкзак, ручка полетела следом. Накрылся одеялом и отвернулся спиной к стене, смотря на соседнюю кровать. Молодой паренек, явно азиат, дремал едва слышно и иногда вздрагивал. Ну да, это же не ваши татами или футон. Даже жаль его. А еще больше жаль себя. Если бы не эта херня, я бы.. Аргх. Не знаю, вроде я и жалею, что свалил, а вроде и что бы я там делал? Отец умер, матери нет дела, друзья разъехались, кто куда. Один Макс только периодически пишет. И то, учитывая события, которые предшествовали нашему успешному "расставанию", счастливо замечаю, что Максон оказался действительно надежным другом. Хотя в моменте я реально думал, что он мне ебало начистит. Закрыв глаза, я снова начал погружаться в воспоминания. Эти постоянные смены обстановки очень сильно напрягают, так что я часто возвращаюсь к чему-то спокойному и привычному. Тусовки с пацанами, шутки Дена, школьное время, отношения с Алиной до.. Москвы. Я вздохнул и постарался вести мысли в нужное русло. Забыть того, с кем у тебя едва ли не четверть прожитой жизни была проведена достаточно сложно, но особо выбирать не приходиться. По крайней мере, я не скучаю.

***

Спустя каких-то 11 часов, в которые входили сбор вещей, подготовка себя, сытный перекус — мне же на сцене скакать почти 2 часа, если все пройдёт, как запланировано — время на проезд и.. я уже сижу со звуковиками, пытаясь на немецком объяснить, что мне надо. Черт, вроде на одном языке говорим, а они все равно, как дебилы. — Ist diese Lautstärke normal? — парень поднял на меня взгляд, а я уже хотел повысить голос от нервов. Да, осталось 4 часа, но такими темпами мы настроим только четверть необходимого! Почему менеджер был сговорчивее или это у них тут так принято — договариваться, а потом оставлять остальное на другое сторону? Не могу же я настолько плохо объяснять.. На помощь пришел какой-то парень и, кажется, смог объяснить то, что я требую. Да, похоже, я реально дерьмово объясняю. Пальцы скользнули по струнам. Ну, другое дело. Хотя я бы все равно немного подправил для лучшего вайба. Ну да ладно, черт с ним. Итак долго возились. Проверив свет, я направился в гримерку. Теперь нужно заняться сценическим образом. — Entschuldigung, könnten Sie mir bitte helfen? — я обратился к девушке, которая крутилась около гримерки добрые минут 30, пока я красился. И вот, что я скажу — ебал я эти стереотипные макияжи гитаристов. Пробовать новое, конечно, стоит, но на мне это выглядит так будто я накрасил себе ресницы, прорыдал всю ночь и размазал все это дерьмо по лицу. Гримёр знатно постаралась, пытаясь спасти то, что я смог кое-как на себя нанести. Вышло вполне неплохо, но по ее выражению лица, я сделал вывод, что мне самому лучше больше не красится. Черт, вот так каждый раз, вроде уже не первое выступление, а все равно мандраж. После нервотрепок из-за поиска временного жилья, всегда ощущаю эту приятную волну по телу, когда готовишься оторваться на сцене. Оставалось полчаса, когда ко мне подошел один из звуковиков и сказал, что нужно проверить подключение к гитаре ибо что-то там у них не считывается. Блять, теперь я начал нервничать. Мы же уже все итак проверили, на кой черт меня лишний раз дергать? Выходил я на трясущихся ногах. Конечно, когда тебе сообщают, что "со звуком что-то не то, но ты не переживай" у меня особо не получается себя успокоить. Но слыша толпу.. Ох, нет. Когда я увидел толпу, по телу снова пробежала дрожь. Главное, чтобы голос не сорвался от волнения. Все будет хорошо. — ... Отсчитал три секунды, пока настроюсь. И пошел в разнос. Ладно, не совсем в разнос, но я все равно словил дикий кайф. В ушах собственное пение и моя гитара, сердце стучит в собственном ритме. Охуенно. Как же я обожаю это. Зал, пожалуй, был даже чересчур отзывчивым. Хотя, блять, о чем я, в моменте я подумал, что было бы забавно прыгнуть в толпу. Мне просто гитару жалко и аппаратуру — за такое точно по головке не погладят. В общем говоря, если не вдаваться в подробности того, как я и зал кайфовали от каждой моей песни, которую я знаю, как верующий Отче наш, то все было изумительно. Сногсшибательно. Можно даже сказать, трусослетательно. Да, нашлась какая-то фанатка.. Едва успел увернуться без травмы для психики. Не самое худшее, что в меня прилетало, но все же, дамы, я же стесняюсь.. Завершив концерт новой песни, я произвел настоящий фурор и даже в моменте испугался, что может случайно начаться потасовка. Но нет, все в порядке. Зал вскоре успокоился. Уходя, я театрально поклонился и улизнул за сцену, едва не танцуя на месте. Давно у меня не было такого замечательного концерта. Я уж думал, что белая полоса не появится в моей жизни, но нет. Так как на встречи с фанатами я никогда не соглашаюсь — слишком устаю после концерта — путь мой лежал прямиком к ответственному за все. Мне же нужно убедиться, что я не вызвал своим выступлением проблем — денежки я терять не хотел из-за компенсаций за ущерб, а в Германии тут к этому серьезно относятся. — Alles in Ordnung? — я чуть склонил голову, заглядывая за плечо женщины. Она отвлеклась от разговора с одним из охранников и повернулась ко мне. Вид у нее был не очень-то дружелюбный. — Abgesehen von einigen Personen, die leichte Verletzungen erlitten haben, ist alles in Ordnung. — она бросила взгляд в сторону парочки людей, возле которых крутились медики. Блять. Я состроил виноватое выражение лица. Нет, я чувствовал вину. Но, блин, я же не могу полностью контролировать толпу из тысячи человек, когда сам едва управляю собой! — Aber keine Sorge, es wird Sie in keiner Weise berühren. Gehen Sie, ruhen Sie sich aus. — она снова отвернулась к охране и они что-то начали бурно обсуждать на немецком. Я с вежливой улыбкой кивнул и развернулся, поскорее уходя в гримерку, чтобы переодеться и смыть все, что у меня на лице. Я все, что требовалось выполнил. Осталось получить деньги и можно двигаться дальше. Куда я там хотел? В Нидерланды? Надо бы билеты заказать, пока относительно дешманские. Я тут все равно еще неделю буду, пока немцы все порешают и выдадут мне деньги, учитывая все издержки и еще прочие свои моменты. Выйдя на свежий воздух через черный выход здания, я вдохнул прохладный воздух. Лето уже кончается, осень совсем скоро. Надо бы закупиться одеждой, а то в легкой куртке гонять как-то не в кайф. Кое-как я смог разобраться, как пробраться к главному выходу через эти закоулки. Проходя мимо фанатов, я почти не привлекал внимания. Ночью улицы хоть и были освещены, но особо на лица при таком освещении не поглазеешь. На голову я натянул бейсболку, чтобы слегка скрыть светлую шевелюру, после чего двинулся в сторону своего "пятизвездочного отеля". В этот раз спать на жестком матрасе я буду, как убитый — мышцы очень ноют. Проходя через толпу — а сквозь нее было короче — я задел кого-то плечом и извинился. В ответ извинения я не услышал. Вот же ж.. Слегка закатив глаза, я продолжил пробираться сквозь толпу. Вылез я из нее с другой стороны улицы. Из рюкзака достал бутылку воды — снова захватил пить, хотя во время и после выступления я выпил литров пять, если не больше. Залпом осушив еще пол-литра, я продолжил путь. На улице начинало быстро холодать, так что пришлось идти быстро. Благо улицы освещены и некое чувство безопасности присутствует. До своей временной точки проживания я дошел быстро. На ресепшене поздоровался, быстро похвалился результами, обменялся вежливой улыбкой и направился к себе. Азиата в комнате не было. Мне же лучше. Сняв куртку и обувь, я упал на кровать и выдохнул. Нет сил даже переодеться. К черту, завтра все. Сегодня я перевыполнил свою норму физической активности. Можно и на покой. Спокойной ночи мне.