Часть 2

Глава 3 — Отсчёт Взрыв перекрыл всё. Пыль взмыла. Свет погас. Звук стал плотным, как тело. Рейд упал — и мир уменьшился до земли, до запаха крови, до металла у виска. Он видел только тёмные очертания. Руки искали рычаг, а ноги не слушались. Кровь на пальцах — чужая, чья-то, липкая, горячая. Крики — как разрывы на ткани. Кто-то матерился. Кто-то молился. Никто не звал по имени. — Стрелки! — крикнул Кай и затащил Рейда за тельник. — Вправо, влево — не стой! Они ползли под обстрелом. Земля шевелилась от взрывов. Камни летели, как острые слова. Рейд увидел синего, что застрял в траншее. Лицо вдвое меньше обычного. Рейд ткнул в него прикладом. Тот смотрел без выражения. Кай шил ему шейку автоматом, будто сшивал одежду. Тот едва шелохнулся. — Помогай! — рыкнул Нор. Рейд оторвал ремень, перерезал ткань на груди. Кровь брызнула ему в лицо. Вкус металла в рту — как старое пиво. Он молча давил, пальцы липли. Рядом взорвался кассетный снаряд. Тепло от разрыва заставило их выгнуться. Вдруг над полем прошло что-то, похожее на тень от самолёта, но это были не самолёты — это была тень аппаратуры, прикрывающейся дымом. — A.A.H.W.? — прошипел Кай. — Не знаю, — ответил Рейд. — Но это что-то обрубает всё на корню. Слева провалились двое. Они упали, и звук от их тел — тихий, как затухающая струна. Никто не полез за ними. Никто не мог. Рейд вспомнил лампу. Имена на коробках. Бирки, шорохи. „Они считают — а потом забирают“, — мелькнуло где-то в голове, но думать было опасно. Он поднял голову. Взор остановился на фигуре — в сером, как серый камень. Она шла медленно, ровно, как будто шаги были метками времени. В её руках не было оружия. Только планшет. И палец, который ставил галочки. Рейд захотел крикнуть. Но горло отказывалось. Фигура подошла. Посмотрела на битву, как на таблицу данных. — Сколько у вас осталось? — спросила она, и голос был без оттенков. Рейд не ответил. Он вытер ладони о штаны. Кровь высыхала полосой. — Запись подтвердите, — повторила фигура. — Скан идентичен. Она прошла мимо, не касаясь. Её тень смыла цвета. — Они считают нас во время боя, — прошептал Нор. — Чтобы знать, кого можно взять. Чтобы знать, кого можно... выключить. — Рейд завершил мысль за него. --- [РАДИО: ФРАГМЕНТ] > — ..повторяю, сектор D3 — под контролем. Запрос на эвакуацию — принял. Транспорт — в пути. — Стоп. Что за помехи на 4.5? — голос молодой. Пауза. — Слишком много помех. Подтвердите визу. Звучит статический писк. Потом — тишина. --- Почти без вдоха они добрались до холма. Там, в углублении, лежала женщина — десяток лет, не больше. Рваная куртка. Лицо залито грязью и краской. Ее глаза — большие, слезящиеся. Она не просыпалась. Рейд почувствовал, как внутри что-то оттаивает. Человеческое — не в отчёте, но всё ещё было там. — Помоги ей, — сказал он. — Если она умрёт — никто не скажет её имя. Кай молча пробил вену, вставил ту же соломку. Сосуд закрылся. Она закашляла, выплюнула землю и посмотрела на них. — Почему вы в сером? — спросила она еле слышно. — Они считают, — ответил Рейд. Её взгляд метнул искру. Она засмеялась — дурной короткий смех. — Тогда считайте меня, — сказала она. — Но считайте сильно. Её руки были холодные, но пальцы сомкнули их, как обещание. --- [СПИСОК: Инвентарь после столкновения] Набор аптечки: 2 бинта, 1 антисептик, 3 таблетки. Оружие: 2 автомата, 1 короткий пистолет (осечка), 10 патронов. Личные вещи: фотография, обожжённый блокнот, шрам на левом виске. --- Кровь на поле могла бы стать картографией. Она текла по углублениям, образуя новые линии. Люди ползли по ней, как по старым дорогам. В середине боя к ним подошёл человек в плете — с эмблемой, которую никто не видел. На его плече — шрам в виде буквы. — Вы не с ними? — спросил он тихо. — Никогда не был с ними, — сказал Рейд. Человек задержал взгляд на фотографии в кармане Рейда. Он увидел лицо брата. — Береги это, — сказал он. — Рано или поздно ты заплатишь цену за то, что помнишь. И ушёл. --- [ЛОР — ОДНА СТРОКА] > Война помнит тех, кто считает; А.A.H.W. помнит тех, кого забыли. --- Они шли дальше. За каждым холмом — новые тела. За каждым телом — коробки. За коробками — машины. За машинами — тишина. Ночь пришла быстро, с запахом жжёного волоса и кислой крови. Небо было гладкое, как металл, и в нём не было глаз. Рейд думал о том, как легко превратить человека в строку. Как легко поставить код рядом с именем. Как просто — зачеркнуть. В тишине среди груды тел он услышал скрежет. Это были не шаги. Это были числа, слова, команды — что-то, что не было человеком, но говорило от имени людей. — Счёт, — сказал Нор. — Они ведут счёт по нашему дыханию. Рейд взял фото брата и сжал до белого. — Если посчитали нас — значит, где-то есть место для ошибки. — Он посмотрел на звёзды, которых не было. — Я не дам им всё до конца. Кай бросил взгляд на пустую коробку. — Как ты остановишь таблицу? — спросил он. — Не остановлю, — сказал Рейд. — Но могу оставить метку. Чтобы кто-то ещё нашёл. Чтобы кто-то вспомнил. Ночь смыла кровь и оставила запах городов, которых уже не было. Они ушли прочь от тела, которое было им домом целый день. --- [ДНЕВНИК — ЗАПИСЬ №_1453] Время: 03:12 Место: Восточный склон, D4 Событие: Столкновение с колонной неизвестного происхождения. Потери: 8. Выжившие: 4. Запись: Не доверять официальным бланкам. Они делают людей аккуратными. --- В окопе, где их приняли другие выжившие, Рейд заставил себя заснуть. По телу текли металлы, по венам — дым. Внутри была пустота, но та пустота была шириной в несколько шагов. Сон пришёл как удар. Он увидел пресс. Он увидел брата, ставшего ровной плитой. Он увидел коробки — шеренги, как ряды урожая. Он проснулся от того, что кто-то шептал имя. Это была та самая девушка — она сидела рядом и рассматривала фото, что вытащил Рейд. — Как его зовут? — спросила она. — Том, — ответил Рейд. — Том. Брат. — Хочешь, я спою ему? — сказала она. Она напела один короткий мотив — несколько нот, полька старого времени. Звук, как маленькая лодка на тёмной воде. Рейд закрыл глаза и впервые за много дней улыбнулся. --- К утру они двинулись дальше. Впереди лежала дорога, где стояли столбы с номерами. Каждая цифра — как приговор. Рейд положил руку на фотографию и почувствовал, как тепло возвращается на минуту. Война продолжалась. Таблицы — тоже. Но у него был а метка. Маленький след человечности, спрятанный в кармане. Маленькая вещь, которая не была строкой. Он шёл, считая свои шаги: один—два, один—два. Считал не для кого-то, а для себя.