5. Наложница‐фаворитка.

От лица автора.

Некоторым временем ранее.

— Вы что, с ума сошли?! — ошарашенно задала вопрос рыжеволосая, держась за всё, что можно, главное чтобы её не уводили в ванную комнату. — Владислав мой друг! Я не могу так поступить! Это же... Это же грязно, особенно для такой девушки как я! — Успокойся ты, неугомонная девчонка! Сам король пожелал тебя! — крикнула светловолосая, не сдержав свой гнев, хотя всегда была спокойной. — Ты вы все врёте! Не мог Мороков позвать меня! — Алёна выпутылась из рук ранее упоминавшейся служанки, не дав снять с себя платье. — Рыжова, хватит. Кроме тебя, пойдут ещё девушки, не переживай, — уже более менее успокоившая Снежка, пыталась подбодрить кареглазую. Крестьянка опустила взгляд на пол, изучая каменные плитки, прикусив уголок губ. Она немного поразмышляла и взвесив всё, выдала свой вердикт: — Так уж и быть.

Настоящее время.

Тёмноволосый парень с голубоватыии глазами, при свете излучающие неоном, восседал на своей королевской кровати, поедая фрукты, такие как: виноград, яблоки. Иногда перебивая их вкус более сладостными вещами: пастила, курага, орешки. Рядом тихонько играла спокойная мелодия, невольно заставляя рядом стоявших с королём, слуг, плавно двигаться в такт. Небольшое количество девушек, наряженные в яркие красивые платья, у которых в редких местах была просвечивающая ткань, позволяющая чуть лучше рассмотреть формы их тела, вышло вперёд перед правителем. Каждая из девушек строила глазки Владиславу, но он их не замечал, ведь взгляд был прикован к другой, которая покорно скрывала своё загорелое лицо за своими рыжими кудрями. Прозвучала более весёлая музыка, ненамеренно заставляя парня двигать головой в такт. Девицы приподняли свои руки, их лица скрывала просвечивающая яркая ткань, но может было понять, что смотрят они на короля довольно таки пошло. Мороков хмыкнул от их взглядов, весьма забавно наблюдать за кучкой незнакомых ему дам. Женская компания иногда плавно менялась местами друг с другом, контактируя с кожей партнёрш лёгкими, изящными, ни на что не намекающими движениями. И вот, теперь Рыжовой предстоит танцевать переди всех, чтобы исполнять главный и последний танец. Остальные крестьянки встали позади, ходя за её спиной кругом, взмывая руками вверх для красоты. Алёна тяжело вздохнула и начала исполнять свой коронный номер. Она провела пальцами с низа живота до груди, касаясь очертаний талии и невольно слегка приподнимая отдельную майку костюма. Повелитель не отрывал взгляда от её нежных, но вульгарных телодвижений. Рыжеволосая продемонстрировала танец живота, заставляя сидевшего и других людей сглотнуть слюну в горле. Спустя пару минут, выступление подходит к концу и под прекрасную конечную ноту девушки кружатся, останавливаясь вокруг кареглазой и вместе с ней поднимают руку к потолку, смотря при этом на свою часть тела. Резко и неожиданно в ладонь Рыжовой попадает синеватый платок, возникший со стороны стула Владислава. Она удивленно опускает руку вниз, внимательно его разглядывая, не понимая, что это может значить. Алёна оклемалась от короткого транса тогда, когда услышала скрипы закрывающей двери и почувствовала чьё-то чужое, но пр этом знакомое дыхание: — Владислав..? — промямлила Рыжова, не обарачиваясь. — Я слушаю тебя, Алёна, — окликнулся Мороков, оставляя мокрый поцелуй на загоревшей коже девушки. Рыжеволосая вздрогнула. — Что... Что это всё значит? — робко спрашивает она, пытаясь освободиться от крепких мужских рук, обвивших её талию. — То, что ты на всю ночь теперь моя, — прошептал король, покусывая шею девицы. — То есть... Мы должны..? — кареглазая не договорила, увидев краем глаза утвердительный кивок парня. — Разве так можно? Мы же с вами приятели! — Нет уж, Алёнушка, — отрицал тёмноволосый. — Я люблю тебя с первой нашей встречи. — Меня? — застенчиво переспрашивает Рыжова, поправляя выбившую прядь из причёски за ухо, пытаясь скрыть румянец. — Тебя, — утвердил парень, распуская её рыжие кудрявые волосы и разворчивая к себе. — И ты меня тоже. Я это знаю. Поверь. От переизбытка чувств, у девушки подкосились ноги и она упала прямо в руки Владислава, но была в сознании. Они долго смотрели в глаза друг друга, но никак не могли решиться на что-то более смелое. Алёна перевела свои очи на его тонкие потрескавшие уста, так намеренно ждавшие страстного поцелуя. Мороков это заметил и стал медленно приближаться к её лицу. Рыжова прикрыла свои глаза, поддаваясь ему навстречу. Их губы прижались друг к другу, переминая то нижнюю, то верхнюю часть. Пара оторвалась друг от друга, выразительно смотря в глаза любимого человека. Они вновь прижались устами к чужим, но целуясь более желанно. Владислав аккуратно переместился на кровать, подмивая рыжеволосую под себя, не отрываясь от её губ. Рыжова решила не сдерживаться и стала расстёгивать пуговицы на рубашке любовника. Тёмноволосый помог ей и сняв с себя лишний атрибут одежды, кинул её куда то на пол. Он также быстро раздел Алёну, оставляя её в одном нижнем белье на ягодицах. Мороков проник двумя пальцами под резинку её трусов, зацикливая взор на её лицо и спрашивает: — Можно? — Да, — раздаётся уверенный женский голос. И без каких-либо повторений он стягивает с неё белье, также швыряя к своей рубашке. Владислав опустился меж её ног, сжав в руках ляшки лежавшей. Он вдохнул приятный, для него лично, запах, закатывая глаза вверх. И только сейчас до девственницы Рыжовой доходит, что сейчас будет. Какой абсурд! Сам король сейчас находится между её ног, вдыхая в себя запах её эрогенного места, кошмар! Она бы хотела его остановить, но почувствовала острый язык, коснувшийся её половых губ. Алёна с шумом вздохнула, смиряясь с тем, что сейчас произойдёт. Такая реакция девушки устроила Морокова и он припал всем ртом к промежности. Он аккуратно коснулся кончиком языка клитора, водя по нему. От таких резких, но приятных ощущений, Рыжова опрокинула голову, рефлекторно зажимая голову парня между своих ног. Он водил своим языком то по клитору, то по половым губам, заставляя дёргаться рыжеволосую от возбуждения. Вдоволь насладившись от её первых реакций на его ласки, Владислав стал посасывать клитор, чтобы Алёна вновь получила приятных ощущений. Рыжова уже не в силах держать в себе эти пошлые звуки и, как только Мороков принял в рот её саму, она стала издавать стоны и случайно протянула: — Владик! Кареглазая быстро захлопнула рот своей ладонью, зажмурившись, боясь смотреть на короля. — Для тебя я буду кем угодно, — темноволосый оторвался от своего "важного" дела, приблизившись к её лицу и ласково убирая чужую ладонь, трепетно целуя в знак успокоения. Девушка ответила со всей любовью, как только могла. Голубоглазый оторвался от неё, с нежностью разглядывая её лицо. Алёна случайно перевела взгляд на его пах, где уже во всю стоял половой орган. Рыжова с некой осторожностью коснулась его низа живота, и слегка припустив руку, легко сжала в ладонь его член вместе с тканью: — Сделай это, прошу, — взмолилась рыжеволосая, поднимая свои глаза на его лицо. Мороков еле заметно кивнул и быстрым движением снял с себя лишнюю одежду, представляясь перед девушкой тоже полностью обнажённый. Он аккуратно коснулся головкой члена её промежности, изучая лицо Рыжовой. Та лишь тихонько вдохнула. Владислав зашёл наполовину в её вагину, а Алёна уже застонала, выгибаясь в спине. Король по-началу заходил и выходил медленно, чтобы лежавшая привыкла к его габаритам. Прошло пару минут, честно говоря, кареглазая устала от его заторможенных движений, ей хотелось больше, ярче, быстрее и страстнее. Она жалобно проскулила, требуя большего. Голубоглазый без лишних слов понял её и двинулся под тот ритм, который она желала. Его мир, будто бы зависит только от рыжеволосой. Она одурманила его голову и хорошенько туда засела, не пытаясь оттуда и выбраться. Да, это не правильно, но как любила говорить его мама "Любовь правит миром", и она абсолютно права. Владислав двигается и наконец, они достигают финальной точки полового акта. Со всеми оттенками чувств, из их уст вырывается полный наслаждения стон. Смерматозоиды парня попадают в организм Алёны и им на это всё равно, главное, что они находятся рядом друг с другом. Решив взять малюсенький перерыв, Мороков улёгся рядом с Рыжовой. Они повернулись друг к другу, глядя в глаза полные любви и признались одновременно: — Я так тебя люблю.