Глава 17

Вода падает с грохотом, как будто весь лес рушится. Я сижу на гладком, холодном камне под тенью высокой скалы, где всегда туманно и сыро. Здесь никто не ищет меня — слишком далеко, слишком мокро, слишком шумно. Именно поэтому я люблю это место. Потому что тишина в голове приходит только здесь, где даже мысли не могут кричать. Сквозь водяную пыль на лапе я вижу своё отражение. Глаза потускнели. Усы сбились. Шрам на щеке ещё болит, хотя рана зажила давно. Я вглядываюсь в своё отражение и вижу её. Закатную Лапу. Ту, с кем я могла смеяться. С кем делилась рыбьими косточками, принесёнными тайком. Ту, чьё дыхание я чувствовала у самой своей шеи, когда мы лежали в высокой траве у границы, глядя на звёзды. Ту, чьё последнее слово, обращённое ко мне, было: — Предательница. Это режет до сих пор. Хуже когтей. Хуже темницы. Хуже взгляда Скользящего Листа, когда он шагнул из-за кустов в ту ночь.