первая и последняя часть

Сатору Годжо: Когда с уст его избранницы сорвался этот вопрос, Сатору моргнул, а затем ещё раз. "Открытый брак? Это же шутка?" — пронеслось в его голове, пока он молча смотрел в её глаза. Годжо не стеснялся флиртовать с другими дамами, мог позволить себе отпускать пошлые шутки, но вот так встретиться с реальностью, в которой его женщина окажется в постели с другим мужчиной, а может даже и с другой женщиной — это было для него уже слишком. Сатору любил свою свободу, не хотел её терять, но больше этого он боялся лишиться дорогого ему человека, даже если они всё ещё останутся "верны" друг другу. На такое он никогда не согласится. Сугуру Гето: Взяв свою возлюбленную за руку, осторожно сжав её в своих ладонях, Сугуру медленно опустил взгляд. Если это было то решение, на которое его мнение не сможет повлиять — это станет концом. И чтобы оттащить их отношения от края бездонной пропасти, он будет искать необходимые ответы в себе, прежде чем захочет сдаться и признать окончательное поражение. Гето терпелив, но не покорен. Открытый брак для него — унижение обоих, где правит извращённая похоть и искажённое понятие верности. "Я пошутила!" — после того как Сугуру услышал эту короткую фразу, он облегчённо выдохнул и понял только сейчас, что задерживал своё дыхание в груди все эти минуты. Хаджимэ Кашимо: "Кто заставил тебя подумать об этом?" — спросит Хаджимэ, начиная перебирать в голове всех знакомых той, кого называл своей женщиной, своей любовью. У него внутри, ровно на секунду, впервые пошевелилось то, что люди называют словами: защитить, отстоять, и страхом потерять. Пускай Кашимо не мог причислить себя самого к тем, кто чувствовал эту тонкую, эмоциональную связь с партнёром в постели, он ни за что не стал бы вступать в открытый брак. Неугомонная мысль про то, чтобы делить свою любовь с кем-то чужим, каждый раз отзывалась мелкой дрожью по коже. Сукуна Рёмен: "Так ты хочешь вступить в открытый брак? Какой идиот заставил поверить твою глупую голову в эту идею?" Его жена — его собственность. Рёмен никогда не идёт на компромисс, особенно в вопросах, касающихся их союза. Будь это фиктивный брак, он сам сделал бы его открытым, предоставив себе больше гордой свободы — всё упиралось в его чувства, о которых он не скажет: короткое "нет" всегда скрывало в себе частицу внутреннего страха потерять. Сукуна боялся, но избегал диалога об этом — все те слова давно заменили строгие запреты и ограничения для его жены. И эта глупая шутка лишь напомнила ему о том, что действительно важно ценить. Тоджи Фушигуро: "Прекрасная идея. Посмотрим, как быстро ты захочешь вернуть всё обратно" Тоджи попытается ответить дерзкой шуткой: всем своим видом показать, что ему не больно, что внезапное предложение вступить в открытый брак его никак не задело. Но на самом деле Фушигуро едва мог держать себя в руках. Если бы его девушка только назвала имя того, кто вынудил её задуматься об этом смелом решении — на день Тоджи пришлось бы снова вернуться к своей работе. Он любил и терял, пытался учиться на неисправимых ошибках. А теперь Фушигуро не понимал, что именно сделал не так. Его безрассудное желание отстоять своё затмевало разум, препятствовало серьёзному разговору, было готово двигать его руками, испачканными в крови. Нанами Кенто: "И как давно ты хочешь открытого брака?" — единственный вопрос, который застрянет в его горле после всего услышанного. До неожиданного предложения своей спутницы жизни Кенто был абсолютно уверен в их отношениях. Уверен в них больше, чем временами в самом себе. Ведь увидеть эту женщину в объятиях другого, знать, что кто-то неизвестный будет засыпать и просыпаться с ней в одной постели — было для Нанами хуже ненавистных рабочих будней. Он бы скорее согласился уволиться, чтобы проводить больше времени вдвоём, подыскать себе новую работу, прыгая в неопределённость вместе со своей спутницей, только не это пустое принятие.