Часть 5

      Аккуратно коснувшись пальцами к телефонной трубке девушка подняла голову взглянув в сумрак ночи и фонари, что ослепляли прохожих на улице. Долгие гудки сменились тихим мужским дыханием, каждый раз отчётливее переходя на стон и тихий скулёж, взывая к ней и моля сказать хотя бы что-то. — Мерзость, — бросила в трубку девушка, ощущая как с каждым его выдохом к горлу подходил её тихий стон, который она проглатывала со скопившимся во рту воздухом.       Он уже не подбирал моменты, стонал на ухо девушке всё разборчивее оглушая остаточный слух громкими чавкающими движениями. Мужчина по ту сторону трубки взывал к ней с каждым грубым толчком в силиконовую игрушку, прося назвать его имя, проскулить, простонать, да что угодно, лишь упоминая его в этом действии. С каждой мольбой коленки непослушно тряслись от накатившего возбуждения, с каждым новым стоном, пальчики отметая все за и против аккуратно касались к клитору, массируя его кончиками пальцев, отзываясь тихим выдохом мужчине на ухо. — Глубже... — она с тихим стоном, подобно кукле, что была в крепких ладонях мужчины толкнула пальцами внутрь себя, оглаживая измученный пальцами клитор, наконец простонав его имя.       Тихий рык был ответом на это, жалостливый стон, когда пальцы стали двигаться медленнее, будто с каждым глубоким толчком, он замедлялся, делал слишком нежно, не так как до этого. Послышался громкий шлепок силиконовой поверхности о кожу и вновь нарастающий темп, что у обоих выдавливал шумные стоны, застрявшие в скором завершении. — Мм~ Да~ — девушка слышит громкий, тающий в высоких нотах стон парня и кончает следом за ним, — Я люблю тебя.       Говорит тихо девушка, зная как он реагирует. Слышится вновь мягкий, дрожащий стон парня, он стонет в ответ: «Повтори», двигает рукой достаточно быстро, чтобы дать себе возможность кончить вновь, лишь от её тихого голоса: — ... люблю тебя, — она говорит, тихо, вслушиваясь вновь в громкий, подобно девичьему стон, а после хриплое: «И я тебя люблю».       Гудки ударили по ушам, трубка домашнего телефона вернулась на своё место оставляя ту, на потуги собственных мыслей, в которых она бы ни за что, не сказала подобного вновь так открыто.