Глава 12. Сладкое Безумие

Ночь. Переулок за клубом. Воздух всё ещё пахнет жжёной резиной и свежей кровью. Эл идёт медленно, будто танцует — её шаги лёгкие, пальцы играют с ремешком сумки. Сзади доносится слабое, тревожное эхо суматохи — в клубе явно подняли тревогу, но ей уже всё равно. Она ушла, оставив после себя хаос. Смартфон вибрирует. Майки: — 📩 Где ты сейчас? Эл останавливается, склоняет голову к экрану, как будто он ей шепчет на ухо. Усмехается, прикусывает губу, поднимает бровь. Печатает медленно, смакуя каждое слово: — Одинокая женщина в баре. Что ещё сказать? — Ничего личного. Просто… мои потребности. Нажимает "отправить" — и словно подмигивает экрану. Поворачивает за угол, растворяясь в городе. Дома ещё далеко. Снова вибрация. Удар. Майки: — Он мёртв. — Держу в курсе. — Из-за тебя. Эл на секунду замирает. Смотрит на экран с видом: ну-ну, удиви. Секунда — и пальцы уже скользят по экрану. — Я? Его? — Не думаю. — Я просто вышла из клуба. — Всё остальное — твои проекции. Пауза. Тишина. Экран пуст. Потом: Майки: — Ты знала, чем это закончится. Она приподнимает плечо, как будто пожимает их себе в ответ. — Конечно. — Но ты же не ждёшь, что я буду жалеть? — Он был милым. — Но я просто… воспользовалась моментом. — Ты бы сделал то же самое. Тишина. Звенящая. Майки: — Мне плевать, что ты чувствуешь. — Я найду тебя. Она улыбается — легко, как будто он сказал что-то милое. — Ну так найди. — Вдруг окажусь интереснее, чем ты думаешь? Она вышла из чата раньше, чем закончился разговор. Техподдержка Вселенной™: — Ты думаешь, он купился на это безразличие? — Нет. Он не купится. Но теперь он думает. Сомневается. А если сомневается — значит, я вхожу ему в голову. И ломаю ему сон. Техподдержка Вселенной™: — Он может тебя убить, если догадается. Прямо посреди улицы. Ты же это понимаешь? Это его территория. — Конечно. Именно поэтому я буду осторожна. Завтра — следующий шаг. Ещё глубже. Ещё ближе. А пока… — Пока он не знает, кто я. А значит — я выигрываю. Техподдержка Вселенной™: — А что дальше? — Завтра. Завтра я буду ближе. Но пока… пусть думает. Тем временем, в том же клубе, Майки сидел всё так же неподвижно. Его взгляд был устремлён в одну точку, но мысли... бурлили, как кислота. Ему было наплевать на мёртвого парня, ему было больно от мысли, что кто-то посмел быть умнее него, быстрее него, и посмел заявить права на его эмоции. — Я посмотрю, сколько она выдержит. Или сломается. — пробормотал он, слова были тяжелыми, как гранит. Коко криво усмехнулся, нервно дёрнув щекой. — Сомневаюсь, что кто-то способен сломать тебя, Майки. Майки не ответил. Он просто встал и вышел, оставляя за собой ледяную пустоту и запах неминуемой катастрофы. Тем временем Эл уже лежала на своей кровати, уткнувшись в подушку, и тихо шептала: — Это было круто. Техподдержка Вселенной™: — Безумно, опасно, смертельно — но круто. Ты больная. — Второй день будет интереснее. Техподдержка Вселенной™: — Он уже не спит, если что. Говорят, Майки редко спит, но сейчас он не спит точно. Думает. Об одном: как тебя уничтожить. — Прекрасно. Завтра — новая головоломка. А я — её автор. Утро началось не с будильника, а с едкого, раздражающего солнца, пробившегося сквозь щель между шторами и прямо в глаза. Эл сморгнула, зарылась глубже в подушку, попыталась притвориться, что её не существует — но реальность была упрямей, как его настырность. Она не спешила вставать. Зачем? План на сегодня был прост: абсолютная, холодная нормальность. Игнорировать мафиозные импульсы, пока они сами не забьются в конвульсиях. Где-то на подоконнике завибрировал телефон. Она не открывала глаз, но знала: это он. Её собственный, персональный, взбешённый демон. Майки:-Ну что, королева драмы, готова завтракать вместе? Он. — Вот же ты, зараза, потерявшая контроль, — выдохнула Эл, злорадно усмехаясь. Телефон мигнул ещё раз. Майки: — Ты уже нашла нового идиота, чтобы подставить его под пулю, пока я жду? Смех просочился сквозь сон. Это было отлично. Ответа не последовало. Пусть варится в собственном соку. Она встала. В ванной долго стояла перед зеркалом. Не из самовлюблённости, нет. Просто пыталась разобраться: кто она сегодня? Обычная девушка с пустыми глазами — или всё ещё та, что вчера держала на поводке самого Майки, заставляя его дёргаться? Она причесалась, выбрала простую одежду. Футболка, джинсы, кроссовки. Она сегодня — никто. Самый опасный, блять, никто. Кофейня нашлась быстро — одна из тех, где бариста делают вид, что они выше всей этой «латте-суеты», но всё равно рисуют сердечки в пенке. Эл устроилась у окна, заказала кофе и круассан, открыла заметки на телефоне. Планов на жизнь по-прежнему не было. Зато было время разложить по полочкам, как именно он сейчас бесится. "Майки." В голове всё ещё звучал его голос: он мёртв из-за тебя. Она не испытывала вины. Это был не её труп, это была его реакция. Эл знала, что заставила его сделать нелогичное, спонтанное убийство — а это самая большая слабость для лидера. Ещё один вибро-сигнал. Более резкий, злой. Майки: — Перестань. Играть. Я не твой менеджер по развлечениям. Она проигнорировала. Протёрла экран салфеткой, словно стирая пыль. И тут же написала себе в заметки: Никогда не отвечай слишком быстро. Он должен ждать. Чем больше он ждёт, тем меньше он контролирует. Его ярость — мой воздух. Техподдержка Вселенной™ (в чате): — Ты даёшь ему слишком много времени на планирование. Он сейчас вычисляет каждую трещину в твоём окне. Эльма: — Я даю ему время устать от самого себя. Он привык к мгновенному подчинению. Моё молчание — это новый вид пытки. После кофе — прогулка. Без цели, но с холодной, точной мыслью. Она зашла в книжный. Она выбрала триллер про женщину, которая выживает, потому что никто не верит, что она умна. Эл цинично усмехнулась. Самоирония — лучший спутник, когда ищешь собственную могилу. Техподдержка Вселенной™: — Он просит тебя ответить. Он вышел из своего замка, чтобы написать тебе «Ты не ответила». Это победа, Эл. Слишком лёгкая. — Легкие победы — ловушки. Я знаю, что он не успокоится. Ему нужно знание, контроль и возмездие. Я дам ему знание, которое его сломает. Эл поймала такси до дома. Город уже окутывался вечерней, свинцовой мглой. Она посмотрела на телефон. Сообщений больше не было. Тишина — это его новый, самый опасный ход. Она поставила книгу на стол, переоделась в домашнее. Всё было почти идеально — если бы не телефон, мигающий в темноте, как одинокая сигарета в подворотне. Настойчиво. Зло. Новые сообщения. Майки: — Ты издеваешься надо мной? — Или тебе просто нравится чувствовать власть? — Пиши. Она читала — молча, с лёгкой, почти незаметной усмешкой. Потом аккуратно поставила телефон экраном вниз. Как будто захлопнула дверь перед его лицом. «Сегодня — день тишины. Сегодня ты не контролируешь ничего, Майки. Сегодня я решаю, когда начнется твой следующий адский круг.» Она пошла в душ, медленно, будто смывая с себя остатки ночной суматохи и чужой крови. Горячая вода шумела, приглушая всё — мысли, сигналы, тревогу. В какой-то момент ей даже показалось, что этот день — её. Не его. Не Bonten. Не всех этих игр и опасностей. Просто тишина. Уже ближе к полуночи Эл вновь оказалась на улице. Решила прогуляться. Просто пройтись — без цели, без смысла, но с точным ощущением хищника, выходящего на охоту. Город ночью дышал иначе. Тише, глубже, опаснее. То, что днём казалось фоном, ночью превращалось в атмосферу. Её атмосферу. Она свернула в узкий переулок, вышла к тихой части города, где фонари редко мигают, а машины проезжают не чаще, чем падающие звёзды. И тогда — шаги. Не торопливые. Уверенные. Мягкие, как у того, кто знает, где ступать и кого ищет. Она обернулась. — Извините, — сказал он. Голос ровный, почти скучающий. — Вы не терялись? Эл подняла взгляд. Спокойно. Без испуга. Без единой лишней эмоции. Пронзительные, расчётливые глаза. Спокойная поза. И… интерес. Слишком живой, анализирующий интерес. Она знала, кто перед ней. Коко. Финансовый мозг Bonten. Один из тех, кто никогда не подходит просто так. И один из тех, кто ищет её. Но он не знал, что это она. — Бывает, — ответила Эл спокойно. — А вы? — Постоянно, — сказал он, с намёком на улыбку. Улыбка была холодной и дорогой. — Особенно в ночи. Здесь легко потеряться. — Или раствориться, — подыграла она, взглядом предлагая ему новый сюжет. — Смотря у кого какие цели. Коко смотрел чуть дольше, чем положено. Внимательно, цепко. Он явно что-то чувствовал. Но у него не было данных. Он не мог быть уверен. — Знаете, — сказал он, наконец, — в городе ищут одну женщину. Говорят, опасная. Умная. Играет не по правилам. — Ну, тогда удачи им. Сложно найти того, кто не хочет быть найденным. Она уже начала поворачиваться, чтобы уйти, но Коко бросил ещё одну фразу, словно контрольный выстрел: — Если увидите — передайте, что лучше ей не попадаться на глаза не тем людям. Есть границы, даже у тех, кто играет в свою игру. Эл кивнула. Не быстро. Не медленно. Просто… утвердительно. Как будто соглашалась с правилом, которое сама же написала. — Передам. И ушла. Без спешки. Без страха. Как будто ни на что не намекала. Как будто это был просто вежливый разговор. Коко остался на месте. Он смотрел ей вслед ещё долго. Психологический отпечаток остался. Теперь и Коко будет думать о ней. Раздражение Собственника Майки сидел в темноте своего кабинета, пальцы стучали по столу — ритмично, нервно. Каждый удар — вызов. Телефон молчал. Сообщений от Эл — ноль. Он был не из тех, кто привык ждать. Тем более — от тех, кто его дразнит и играет с огнём. Его огнём. «Игнорирует… Ну, что ж, играет в мою игру», — промелькнула мысль. Но даже в этом раздражении было что-то странное — смесь нетерпения и… уважения к противнику. Эта игрушка оказалась слишком дорогой, слишком своенравной. «Она думает, что может меня так оставить? Забавно», — выдохнул он, сдавливая кулаки. Хватка собственника.