Поиск демона в квартале

Красные фонари освещали троицу молодых истребителей демонов под присмотром Узуя. Пока молодежь увлеченно разглядывала убранство зданий в квартале удовольствий, Тенген рассказывал им об особенностях этой миссии. Здесь уже находились его жены, которые, как и он сам, являлись ниндзя. Поэтому Узуй особо за них не переживал, однако легкое чувство беспокойства все же присутствовало. Все же от них уже давно не приходили отчеты, как их муж мог не волноваться? Танджиро, Зеницу и Иноске заметили его лёгкую нервозность, поэтому старались не доставлять еще больше хлопот. Ну и как-то отвлечь. Второе, если говорить честно, получалось лучше. Раньше Узуй не верил, что дети могут быть еще более прилипчивыми, чем Ацуко в свои детские годы. Этот малец, Танджиро, ох, как же он бесил Тенгена. Постоянно крутился где-то неподалёку — поучился бы у того ребенка в желтом хаори, Тенген так и не запомнил его имя, который сейчас во все глаза рассматривал окружающую местность и не доставлял никаких проблем нервной системе Узуя, — а еще этот беспокойные ребенок постоянно выспрашивал что-то про Ацуко. «А как вы познакомились?» «А почему она носит маску?» «А когда? А как? А почему?» В конце концов Тенген не выдержал. Он вроде бы обещал не говорить, но на самом деле прям «обещания» же не давал. Значит, можно и сказать. Потом правда ему прилетит от Ацуко, но тут уж ничего не поделаешь: — Ацуко тоже здесь. Спроси у неё сам, не доставай меня. — Ёсикава правда здесь? А что она тут делает? — Следит за обстановкой. Заткнись уже. — Тогда как же вы общаетесь? Вы же передаете информацию.. — Через Бурана, — увидев непонимающий взгляд Танджиро, Узуй все же смилостивился и решил пояснить. — Ее питомец. Соболь. Узуй все еще помнил тот день, когда Ацуко нашла Бурана где-то в лесу, куда ей вообще-то запрещалось ходить, но она преспокойно эти правила игнорировала. Девочка держала маленького соболя на руках, и, включив щенячьи глазки, и на все лады скандировала «Настааавник, ну он такой хорошенький, оставим, а? Давайте оставим!» Тенген не смог ей отказать. Теперь за пазухой Ацуко всегда находился маленький каштанового цвета соболь. Однако вопросы маленького приставучего ребенка никак не заканчивались. Моральные принципы Тенгена дрожали по швам. С одной стороны, убивать нехорошо, особенно детей, а с другой.. Как же этот малец его достал! Почему он не может заткнуться хотя бы на секунду? Нет, Тенген нисколько не отрицал, что рот человеку дан, чтобы общаться. Но «общаться» и «не затыкаться вообще никогда» две разные вещи. И второе Тенген совсем не одобрял. Продавая отправляя на задание подчиненных по домам удовольствий, чему те были не очень-то и рады, Тенген явно показывал свое облегчение. За это небольшое время эти ребята настолько вывели его из себя, а ведь раньше Узуй гордился своим терпением. Ему казалось, что жизнь с маленькой Ацуко научила его спокойно принимать любые вещи. Но нет. Ацуко, по крайней мере по сравнению с этими тремя, были просто ангелом и божьим одуванчиком. Не девочка, а золото.