Часть 8

*** На город опускались густые и холодные сумерки. Джордж сидел за кассой и считал выручку за день — в магазине уже не было покупателей. Фред полдня провёл в подвале, поэтому брата он давно не видел. Когда цифры сошлись без ошибок в пергаменте, Джордж закрыл смену и повернул табличку на входной двери в положение «Закрыто». Он отряхнул руки, уставшие за целый день работы, и спустился в подвал. Там было довольно душно и темно. Фред включил только одну масляную лампу и сидел прямо на полу, рассматриваю какую-то вещь. — Эй, Фредди, пошли домой, — окликнул его Джордж. — Ты иди, я сейчас закончу и приду, — Фред даже не оторвал взгляда от штуковины в его руке. — Ты опять собираешься проторчать тут всю ночь? — Нет-нет, дай мне час…, — в этот момент вещица в руках Фреда издала писк и резко взорвалась. — Твою мать, Фред, что это? — Джордж подбежал к брату и пытался рассеять облако пыли и грязи, которое поднялось после взрыва. Когда глаза снова стали видеть, он заметил окровавленную ладонь Фреда, — О чёрт! Сиди спокойно, я сейчас, — Джордж достал из кармана пиджака волшебную палочку. — Стой! — вскликнул Фред, — Принеси лучше аптечку, давай без магии! Джордж удивлённо покосился на брата, но заручившись его спокойствием, пошёл в кабинет. Фред же тем временем завороженно смотрел на свою ладонь. Впервые после той битвы он видел свою кровь — и она будто гипнотизировала его. А боль, разрывавшая руку, поднимала адреналин. Парень снова почувствовал вкус опасности на своих губах, в душе разыгрался азарт. Снова захотелось рискнуть, чтобы почувствовать себя живым. Он аккуратно поднёс ладонь к своему лицу и дотронулся кончиком языка до крови. Металлический вяжущий вкус в миг охватил его рот. Было приятно ощущать физическую боль — Фред чувствовал, как она затмевает боль душевную. Сейчас он наслаждался происходящим и вдруг захотел сделать себе ещё больнее. Он нашёл самый острый обломок взорвавшейся вещицы и поднёс к открытой ране. — Что ты делаешь? — удивлённо спросил появившийся в подвале Джордж. — Хотел поддеть кожу, чтобы достать мелкий осколок, — отмахнулся расстроенный Фред. — Дай лучше я, — Джордж сел перед братом на колени и аккуратно взял ладонь, рассматривая рану, — Что это вообще за штука была? — Прототип «Зловредного портключа», — Фред пожал плечами, наблюдая, как близнец обрабатывает его рану и перематывает руку бинтом, — Помнишь, обсуждали эту штуку… — Да помню-помню, — ответил раздражённый Джордж, — какого чёрта только ты начал его испытывать, он же был ещё не готов! И как ты появишься с такой рукой на глаза маме? Она тебя живьём съест. Близнецы посмотрели друг на друга. После короткой паузы Джордж задал вопрос: — Ты же не пропустишь день рождения Билла из-за неё? Фред молчал. Он знал, что на семейном празднике обязательно будет Рон, а значит и Гермиона. — Не пропущу, Джорджи, всё хорошо. А для мамы придумаю какую-нибудь достоверную отговорку. Вскоре Джордж затянул тугой узел на запястье брата и помог ему подняться. — Пойдём-ка домой, — сказал он, — С экспериментами сегодня можно завершить. Фред был благодарен брату за то, что тот не задавал лишних вопросов. Его рану на ладони можно было спокойно устранить с помощью волшебства, Молли Уизли сама позаботилась о том, чтобы близнецы умели оказывать первую помощь. Но волшебство также убрало бы и боль. А он внутри ощущал странное удовлетворение от пульсирующей раны под бинтом. Впервые ему было хорошо. В это же время Гермиона сидела за столом кухни в их с Роном арендованной квартире. Последний сидел прямо напротив девушки и разливал вино по бокалам. Когда Гермиона вернулась со встречи с Малфоем и Гарри, её ожидал неприятный сюрприз — Рон устроил очередное свидание. Накрыл стол, поставил свечи и приглушил свет. Купил её любимое вино и ждал, когда девушка вернётся. Решимость Гермионы заявить о расставании померкла, но она продолжала держать эту мысль в своей голове. Они ели, Гермиона слушала рассказы Рона о работе, иногда даже тихонько посмеивалась над забавными ситуациями, свидетелем которых был парень. Но всё же этот вечер не доставлял ей никакого удовольствия. Вдруг она вспомнила слова Малфоя. «Молчать — это худшее, что можно сделать» Она отпила глоток из своего бокала, чтобы убрать сухость во рту, а потом поставила его на стол. — Рон, послушай, — перебила парня Гермиона. Рон напрягся и посмотрел на девушку. — Я… Нам надо расстаться, — Гермиона нервно крутила тонкую ножку бокала вокруг своей оси. — Что? Но почему? Девушка набрала в грудь побольше воздуха и, смотря Рону прямо в глаза, продолжила: — Мы оба понимаем, что этих отношений вообще не должно было быть. Мы поторопились. Война внесла свои коррективы. Я не чувствую себя в них счастливой, потому что… Потому что всё это время любила другого. Прости. Рон ошарашенно молчал около минуты. — Гермиона, это мне надо извиниться. Я сам тебя втянул в них и даже не спросил твоего мнения… Но неужели ты была несчастлива со мной? Я думал, что последние несколько недель тебе всё нравилось. — Нравилось, — убедительно ответила Гермиона, — Но ты же понимаешь… Мы столько лет были друзьями, я не могу воспринимать тебя по-другому. Да и ты меня тоже, уверена. Ты мне очень помог пережить первые месяцы после войны, помог прийти в себя… Но я не могу подарить тебе любви. Скажи, ведь ты тоже думаешь об этом? Ты ведь тоже… Не любишь меня? — Люблю, — ответил Рон, положив руки на стол, — Не знаю, больше как друга, или уже как девушку. Не разобрался. Но я не могу держать тебя взаперти, особенно если ты говоришь, что любишь другого… — Прости меня, Рон… Я не хотела причинить тебе боль…, — девушка не ожидала таких его слов. Она считала, что в разговоре с Гарри Рон сам сказал, что не чувствует к ней любви как к девушке. — Нет, Гермиона, это я не должен был причинять тебе боль этими отношениями. — Ты не понял! — Я всё понял, Герми. Разве можно быть счастливой в отношениях, если ты любишь другого? Ты права, мы поторопились. Ты права, это всё случилось спонтанно, из-за войны. Возможно, я сам искал утешения — на нас слишком много всего обрушилось. Но я не буду держать тебя, потому что хочу, чтобы ты, Гермиона, была счастлива. Тот, другой парень, он ещё любит тебя? Глаза Гермионы наполнились слезами: от великодушия Рона, от того, что разговор проходил легче, чем она думала, от мыслей о Фреде. — Я не знаю, — призналась она, — Пока он даже и видеть меня не хочет. — Я могу тебе с этим помочь? Хочешь, я поговорю с ним и всё ему объясню? Скажи, кто это? — Нет, Рон, я должна разобраться в этой ситуации сама. Наконец-то сделать хоть что-то правильно, — твёрдо сказала Гермиона, — Спасибо тебе за… За понимание. И за то, что был рядом. Мы же друзья? Рон кивнул и взял Гермиону за руку. — Конечно, друзья. И как хорошо, что мы наконец это выяснили. Аж камень упал с плеч… Хорошо, что не успели пожениться! — А у тебя были такие планы? — удивилась девушка. — Да, я думал об этом. Понимаешь, я считал, что ты завяла, потому что в нашей жизни ничего не происходило. Я же не знал, что у тебя творится в душе. Думал, что если начну устраивать для тебя свидания, выполнять твои просьбы, то ты снова станешь собой. Думал, что наша свадьба могла бы дать тебе твёрдую опору под ногами… Уверенность в завтрашнем дне. — Ты готов был пожертвовать своей свободой и счастьем ради меня?! — А я могу по-другому? Ты мне дорога, — Рон грустно улыбнулся. Гермиона подскочила и крепко обняла парня. — Ты мне тоже очень дорог, Рон. Боже, как я рада, что всё разрешилось, что мы снова друзья, что мне не придётся терять тебя! Я уверена, что ты встретишь достойную девушку, которая полюбит тебя всем сердцем, и я обязательно буду рада за тебя, за вас. — Герми, — Рон тихо рассмеялся, — Ты тоже должна быть счастлива. Я помешал твоей настоящей любви, и если я всё-таки могу помочь, только скажи. — Я обязательно обращусь к тебе, если у меня не получится решить проблему самостоятельно, — пообещала счастливая Гермиона. Первый пункт в плане вернуть Фреда выполнен. И она даже не понесла потерь. — А теперь, может, продолжим наш дружеский ужин? — спросил довольный Рон. Он тоже чувствовал облегчение. Гермиона вернулась на своё место и с удовольствием съела кусочек сыра. Конечно, она очень хотела прямо сейчас найти Фреда и всё ему рассказать, но действовать на горячую голову было неправильно. Девушка знала, что он ни за что не пропустит день рождения брата, и эта семейная встреча могла стать отличным поводом для разговора. Снова друзья, Рон и Гермиона, продолжили свой ужин — девушка рассказала ему о встрече с Драко, Рон выпытывал у неё подробности и, кажется, всё ещё не доверял Малфою. Гермиона высказала свои мысли на этот счёт, но особо не погружалась в анализ поведения Драко, потому что её голова была занята другим.