Часть 1

Ночь. Автострада. Дальний пустырь. И ноль полицейских. Вдали от цивилизации раздавался скрип шин об асфальт и звук рычали моторы машин. Трое спорткаров, что уж ярко выделялись при свете фонарей, ехали со скоростью не меньше 250, и дрифтовали так, словно эта жизнь одна. За рулем темно-синего спорткара раздавался заливистый девчачий смех — Рози снова смогла обогнать своего дядю Наклза. Тот стукнул по рулю. Раздался протяжный губок. Но это не остановило девушку — она лишь сильнее разогналась. За очередным поворотом она остановилась. На дороге появился черный след от ее шин. Наклз притормозил рядом и вышел из машины, закрывая дверь. — Как тебе удается так легко меня обгонять? Рози вышла из машины следом. Ветер обдул ее иголки, приятно щекоча. Она облокотилась на дядино плечо и просияла. — Это просто в крови, дядюшка Наклз! Я знаю эту трассу, как свои лапы. Наклз цокнул языком. Он пытался обогнать свою племянницу уже во второй раз после получения ее прав, но все без толку — Рози прекрасно помнила уроки в автошколе и ездила не хуже любого другого водителя их города. Права она получила относительно недавно: ей исполнилось 20 лет, и в четь этого Соник оплатил ей обещанные уроки в автошколу и подогнал спорткар. Он знал об ее увлечении гонками. Рози любила гонки с детства. Как-то раз отец привез ее на спортивную площадку. Вокруг носились звери, готовя автогонщиков к старту. Соник спустился вместе с дочерью вниз и подошел к одному из них. Разговор Рози не помнила, но ей четко запомнились черные иголки и злой взгляд из-под полуопущенных ресниц. Возможно, отец представлял ее этому автогонщику, но этого она тоже не помнила — ей было тогда около восьми лет. И с тех пор Рози грезила мыслями об автоспорте. Гоняла на велосипеде вместе с другими ребятами в своем дворе, увлекалась машинами до мозга костей, а когда ей исполнилось шестнадцать, то упросила отца через четыре года обучить ее в автошколе. Мама же не мешала своей дочери увлекаться чем-то подобным — тоже поддерживала ее и дарила каждый год эксклюзивную модель машины. Самой любимой в этой коллекции был Weber Faster One . Опытные автогонщики на ней не катались, но когда эту модельку подарили Рози, ей понравилась внешность машины. Впоследствии Рози подсела на McLaren F1 , которая широко используется многими автогонщиками. Но больше всего Рози нравилось смотреть на трансляции автогонок. Ее любимым спортсменом был тот самый автогонщик с черными иголками и томным взглядом, который провел на трассе не так уж много времени, но девушка не знает почему. Вспомнив о нем, девушка улыбнулась. Чем он сейчас занят и почему внезапно выбыл из гонок? Даже если бы девушка знала, она, скорее всего, не поняла бы этого. Но загадочный автогонщик остался лишь образом в ее голове, которому она подражала. Из мыслей выдернул звук зажигалки. Наклз снова принялся курить. Рози отстранилась, скрестив руки у своей груди и стала смотреть на трассу. Она вновь представила себя в гоночном костюме, как она надевает шлем и садится внутрь машины. В ухе раздается чей-то грубый голос, настраивающий на победу. И залитая солнцем трасса принимает у себя около шестнадцати машин разных команд. Все это остается только мечтой, которой не суждено сбыться. А даже если и появится шанс, то единственным тренером, который должен взять ее к себе под крыло, будет тот самый темный автогонщик из прошлого. — Пора домой, — резко оборвала свои мысли вслух Рози, возвращаясь к машине, — А то мама не одобряет мои поездки за городом. — Я с ней поговорю, — Наклз потушил сигарету и последовал примеру племянницы, — Так что спокойно едем. Обратная дорога выдалась без дрифта — полицейские начали патруль. Приходилось ехать строго по правилам и по знакам, ведь штрафы оплачивать Рози из своих карманных не собиралась. Спорткар был тихо припаркован у почтового ящика. Наклз припарковался у соседнего дома — да, дядя Рози приходился ей соседом. Попрощавшись, родственники разделились и отправились по домам. Внутри свет горел только в одном месте — на кухне. Там сидел Соник, спокойно попивая чай и читая газету. — Рановато ты, — он отпил свой чай. — Знаю, пап, — Рози разулась и принялась снимать кожанку, — Там это менты выползли. Не ожидала. А мама где? — Спит. И тебе бы пора. — Уже иду… У девушки не было вопросов, почему отец ее не ругает — это он был инициатором ночного дрифтинга на пустыре. Да, он переживал за свою дочь, но потому с ней катался его друг Наклз, которого та и называла дядей. Он тоже любил кататься и был не против. Соник отложил газету, подошел к дочери и погладил ее по спине. Та улыбнулась, глядя на своего отца. — Иди в кровать. Завтра будет насыщенный день. Рози не стала спорить. Пожелав спокойной ночи, она отправилась в свою комнату, оставляя отца одного на кухне. *** Утро началось с запаха свежего омлета на кухне. По телевизору крутился спортивный канал — мама вновь его включила на фон. Отец снова читал газету, на сей раз сегодняшнего дня, а Рози, только умывшись, уже села за стол и принялась за скромный завтрак. — А теперь мы хотим объявить набор на нашу новую гоночную трассу… Рози прислушалась — диктор рассказывал о новой трассе, построенную возле их города, а также об условиях. Завтрак был отложен — теперь вся семья смотрела телевизор, а Рози почти не отнимала от него взгляд. Одним из главных условий был тренер. Девушка потеряла интерес. — Доченька, тебе не хочется попробовать себя? — Эми поставила перед ней кружку с кофе, — Это же твоя мечта! — Мечта, мам, — Рози отпила кофе, — Но моим тренером будет только тот автогонщик. — Какой «тот»? — Эми села посередине столе, между Соником и Рози. — Она про того черного, дорогая, — Соник спокойно читал газету, попивая свой кофе, — Помнишь его? — А, конечно помню! Давно он к нам не заглядывал. Рози насторожилась — неужели родители знают его? — А мы его знаем? Соник молча встал со своего места, вышел из кухни, и вернулся обратно уже с рамкой в руках. Он поставил ее на стол перед лицом Рози. Часть омлета упала с ее вилки обратно на тарелку. На картине был ее отец, восьмилетняя она и тот самый автогонщик из ее детства! — Помнишь, я водил тебя на гонки? Тогда впервые на трассу вступил Шедоу. Я приехал его поддержать, а мама настояла взять тебя с собой. В голове снова начал всплывать момент из детства, но в более детальных красках. Теперь уже Рози вспомнила лицо Шедоу — он был немного уставший, словно не спал около ночи. Соник представил ее Шедоу как свою дочь. — Ты уже и ребенка завел? — совершенно безучастно ответил Шедоу, — Ты поэтому из автоспорта ушел? — У меня не было выбора, Шедоу. Мне нужно растить ее. Шедоу рвано выдохнул. Ему было неприятно смотреть на мелкую ежиху, что безотрывно смотрела прямо на него. Ток скользнул по рукам, иголки на голове задрожали. Соник увидел это и положил Шедоу руку на плечо в попытке успокоить. — Что с тобой? Волнуешься? — Нет! — Шедоу отбросил его руку в сторону, — Это все твоя мелкая. Ее взгляд аж в дрожь бросает. Лучше убери ее. — Не говори так о моей дочери! Она еще маленькая, ей все интересно. — А мне интересно другое. Ты зачем пришел? Я бы и без… Вашей поддержки справился. Слово «вашей» было выделено голосом, тем самым не давая забыть Шедоу, что она тоже здесь. Та испугалась его голоса и спряталась за папу. Соник не стал как-то комментировать это, продолжая держать ее за плечо. — Поддержка всем нужна. Тебе — тем более. Я ведь тоже раньше был на твоем месте. Так что просто настройся на гонку и. — Да-да, порви их там, знаю. Мы же из одной команды, еж. Шедоу направился к своей машине, но на полпути остановился. Он принял шлем из рук тренера, но обернулся к Сонику. — Как зовут хоть? Соник только собирался ответить, как Рози ответила сама: — Рози. — Рози… — Шедоу улыбнулся, — Вот что, Рози. Надеюсь, ты никогда не полюбишь гонки. Здесь не место таким, как ты. И он сел в свой спорткар и помчался на старт. Вспомнив детально этот разговор, Рози взглянула на отца — его мотивы поощрения ночных поездок стали казаться через чур странными. Ведь после подобных слов, тем более от друга, внимание к собственной дочери должно было оказаться превыше всего. Этот немой вопрос Соник уловил, и ответил совершенно спокойно: — Он сказал тебе не приближаться к гонкам. Не потому что это опасно, а потому что ты моя дочь. Мы с ним соперничали, и это перешло к тебе. Он побоялся, что ты пойдешь в меня и займешь его место. — А еще это все же опасно! — отозвалась Эми, смотря на фотографию, — Ты у нас одна. Я не хочу тебя потерять! Что-то в голове Рози первернулось. Ее отец был известным автогонщиком, но после он бросил спорт и занялся семьей. Автогонщик из детства, Шедоу, ненавидел их семью, и потому не хотел, чтобы она становилась участницей всего этого. Захотелось утереть нос старому автогонщику, даже если пришлось бы переломать все кости. Рози решительно встала из-за стола, подбегая к отцу. — Где он? Он мне нужен! — Нет, Рози, не думай даже! — Эми начала тянуть дочь дальше от отца, — Автоспорт это не шутки! Ты легко можешь умереть, или убить кого-то! — Мам, это мечта всей моей жизни! — глаза начали застилать слезы, — Я всю жизнь хотела этого! А сейчас хочу доказать Шедоу, что он неправ! Что я могу стать автогонщицей, каким был папа или каким был он! Просто позволь мне найти его! Обе девушки начали плакать. Рози — от несправедливости мира, Эми — от переживаний за дочь. Соник, глядя на все это, молча отдал Рози бумажку с адресом и обнял Эми крепко-прикрепко. — Эми, — Соник поднял на себя ее красноватые глаза, — Просто дай ей поговорить с Шедоу. Только он сможет ее отговорить. — Но пап! Соник наклонился к Рози и тихо прошептал ей: — Доверься мне. Рози пришлось подыграть — она быстро всунула бумажку в карман и выбежала на улицу. Эми продолжала беззвучно плакать, но Соник принялся ее успокаивать. Рози села в свой спорткар и поехала на нужный адрес. *** Навигатор привел девушку на окраину города. Еще издали был видел особняк с забором и большой гараж. Припарковавшись рядом, Рози подошла к воротам и дернула их на себя. Те поддались, и та прошла внутрь территории. На участке было довольно просторно — стоял большой бассейн, была площадка со скамейкой, а возле дома в гамаке расположился Шедоу. Он спал, натянув на себя солнцезащитные очки. Рози тихо подкралась к нему и принялась рассматривать. Он почти не изменился за эти двенадцать лет. Казалось, он даже помолодел. Шедоу выглядел не как ровесник отца, а как ровесник Рози — уж очень молодыми были его иглы. Рози засмотрелась — послышался земок, и Шедоу стянул очки вверх. — Ты еще кто? — Я. Я. Кхм — Рози вытянулась по струнке, хватая ртом воздух, — Мне нужно с вами поговорить! Шедоу слез с гамака, но продолжил на нем сидеть. Он смерил Рози взглядом, явно не узнавая ее. — Опять фанатка… Проваливай нахрен, пока полицию не вызвал. — Я не фанатка! Я дочь вашего друга! Шедоу вновь смерил ее взглядом — за последние пару десятком лет у Шедоу почти не было друзей, кроме одного. — А, дочь Соника, — Шедоу вновь натянул очки, — Папа тебе не говорил, что я ему не друг? — Но он смотрел все ваши гонки! И я тоже! — Так ты все же моя фанатка? Рози прошипела сквозь закрытые зубы. За спорами мог пройти весь день, так что та решила сразу перейти к делу. — Пожалуйста, будьте моим тренером! Шедоу опешил. Он еще раз смерил Рози взглядом, на сей раз вспомнив, кто она такая. Он фыркнул, ложась на гамак и поворачиваясь спиной. — Я ведь тебе говорил. Не суйся в автоспорт. Упрямая, как батя. — Не упрямая, а целеустремленная! — устав, Рози села прямо на землю. — Упрямая. Целеустремленные в такой вид спорт не идут. — Ну а я другая! Я целый год уже занимаюсь дрифтом. Послышался грубоватый, ехидный смех. Шедоу начал кувыркаться в гамаке, в то время, как Рози не понимала, что говорит не так. — Месяц? Да это мало для автоспорта. Многие гонщики могут годами ездить на спорткарах и не принимать участия в соревнованиях. Отец тебя совсем этому не учил? — Он не упоминал вообще, что занимался этим… — Рози поникла, начала теребить травинки, — Я только пару часов назад это узнала. Шедоу вновь сел в гамаке и стал смотреть вперед. — Значит, он все же меня послушался, — он усмехнулся, — Все-таки не тупой. — Всмысле? — Рози подняла голову. — Он хотел тебе рассказать о своем увлечении и спросил совета, — Шедоу схватил с земли стакан давно остывшего лимонада, — Спросил, стоит ли тебе рассказывать о том, что он завоевывал призовые места на трассах до твоего рождения. Я ответил ему прямо — нет. Боялся, что ты через чур безбашенная полезешь туда, куда неженкам не стоит. Походу, даже это не помешало. Рози начала вскипать. Она не терпела, когда к ней обращались не по достоинству. Она встала, отряхиваясь. — Да вы даже обо мне ничего не знаете! — А разве надо? — спокойный тон Шедоу пригвоздил Рози, — Мне достаточно знать того, что ты его дочь. А гены, знаешь ли… Не просто слово. — Какая сейчас разница? Вы давно вышли из спорта! Я не соперница вам, вы не имеете право мешать мне! — А ты вообще знаешь, почему я ушел? Шедоу повернул голову к Рози. Та не знала, что ответить. Тогда Шедоу продолжил за нее: — Тогда был дождь. Опасная была погода для гонок, но их не отменили. Твой отец снова пришел меня поддержать, но уже один. Он не спускался ко мне, лишь помахал. Я ехал быстро, как всегда. Но мой соперник был коварен. Он специально повернул через чур сильно, и я вылетел с трассы. Но тогда еще сыграла роль дорога — я ехал на горке. И вылетел, конечно, в зрителей. Прилетел в твоего отца. Сломал ему обе ноги. Хоть он и был лучше меня и ушел на пике своей популярности, но он не должен был получить эти травмы. Я приходил к нему в больницу. Видел тебя повзрослевшую. Ты ничего мне не говорила, лишь просила быть рядом с отцом как знак извинения перед ним. Видел твою маму. Она не винила меня в этом. А я себя винил. По моей вине твой отец не мог ходить. И я ушел из автоспорта. Не выдержал. Шедоу почувствовал, как его руки коснулись. Рози крепко обхватила его левое запястье, сжимая в своих теплых пальцах. Шедоу выдохнул. — У меня много аварий случалось. Но эта. Отразилась сильнее. Я тогда пообещал себе, что не вернусь в автоспорт. Хоть твой отец меня и не винил. — Вы не виноваты. — Рози села рядом, — Это все соперник. Вы многое могли доказать остальным, если бы решили иначе. — А зачем? Меня запомнили как автогонщика, чуть не убившего зрителя. Не оотмыться теперь. — Вы можете доказать обратное, — Рози улыбнулась, — Просто станьте моим тренером и помогие в гонках. Тут Шедоу откинул руку и поспешно встал с гамака. — Нет. Кого угодно, но не тебя. — Почему? Вам же не придется даже выходить на трассу. — Мне придется нести за тебя ответственность. А я не хочу, чтобы при любом удобном случае все вокруг винили меня. Здесь легко погибнуть. Твои родители не перенесут. Шедоу направился внутрь дома. — Поезжай лучше домой и забудь о гонках. Передавай Сонику привет. Рози не собиралась сдаваться — она зашла внутрь дома и продолжила уговаривать Шедоу. Но тот остался непреклонным — Шедоу продолжал отказываться от звания тренера. Он думал, что Рози уйдет, но та отказалась — демонстративно легла на диван и уснула. Такое упорство Шедоу никогда не видел. Он хотел уже разбудить девушку и выпроводить ее, но за окном началась гроза. Пришлось ее укрыть и уйти в свою комнату. По утру Рози встала раньше. Она принялась готовить завтрак. Этому ее научила мама. Готовила она из того, что нашла в холодильнике — яйца и колбаса. На завтрак спустился Шедоу, все еще не веря тому, что Рози осталась. — Ты не собираешься уезжать? — Шедоу сел за стол, зевая. — Нет, — Рози насыпала соль в сковороду, — Вы еще не согласились стать тренером. — Господи, перестань так обращаться, я еще не старый дед… — Шедоу прохрипел, учуяв аромат свежего кофе. — Ладно, «старый дед», — Рози повторила его последнюю фразу заливистым тоном, — Буду обращаться на «ты». Девушка поставила перед Шедоу завтрак и кофе, а сама села напротив. Она не стала портить трапезу и принялась есть, пожелав приятного аппетита. На удивление, Шедоу успокоился. Он давно жил один и не привык не то, что к завтраку — он не привык делить трапезу с кем-то еще. От вкусной еды желудок приятно урчал, и еж принялся к поглощению. Когда завтрак был съеден, он вышел из особняка и отправился в гараж. Рози последовала за ним, и рот открылся от удивления — в гараже стояло несколько спорткаров! — Это же все машины, на которых ты гонял! — Рози принялась рассматривать машины, повторяющие ее модели точь-в-точь. — Ага. А вот моя любимая. Недавно приобрел. Шедоу остановился возле Mercedes-AMG ONE . Рози подбежала к машине, принявшись рассматривать ее со всех сторон. — Дашь покататься? — На моей крошке? Пф, нет уж. Это только моя машина. — Тогда у меня другое предложение. Давай подрифтим! — Бросаешь вызов бывшему автогонщику? — Да. И не просто так. Если я обгоню, ты станешь моим тренером. А если нет, то. — Ты уедешь обратно и забубешь об автоспорте. Шедоу не хотел проигрывать. Азарт и адреналин оставались в его крови даже после завершения карьеры. Поэтому он решил пойти по-хитрому — предложить свое условие для проигрыша. Он увидел, как Рози на секунду засомневалась, но после та рьяно согласилась. Шедоу сел за свою машину, а Рози помчалась к своей, заводя ее. Пара выехала на трассу. Особняк Шедоу располагался далеко от города и не патрулировался — дороги были пусты. Был обозначен один круг, который нужно было объехать 3 раза для победы. У каждого был одновременно включен таймер. По-началу Шедоу лидировал, как и полагало бывшему гонщику. Но к концу второго круга Рози обогнала его и заняла лидирующую позицию — Шедоу оставалось лишь глотать пыль перед собой и позволить Рози выиграть. Та победно вышла из машины и начала кружиться, пока Шедоу молча смотрел на ее победу. — Признаю, ты хорошо водишь. Но где-то в поворотах хромает тактика. — О, уже начал учить! Это хорошо! — Подожди, я еще ничего не сказал. Есть условие. — Опять? Ты не можешь отказаться. — Я и не собирался. Лишь попрошу не рассказывать об этом твоим родителям. Рози перестала прыгать. Посмотрела на Шедоу и подошла ближе. — Они не позволят тебе участвовать. Вспомни мой вчерашний рассказ. Если хочешь участвовать в большом спорте, тебе придется им соврать. По-другому никак. Врать родителям Рози хотела меньше всего. Ведь они ее любили и желали одного счастья. Но девушка вспомнила реакцию мамы на ее уезд — она плакала. Рози не хотела, чтобы это повторилось. А потому молча кивнула. — Ладно, совру. Но после я им расскажу. — Один раз. — Что? — Один раз я тебе помогу, — Шедоу подошел к Рози, поглаживая свои иголки, — Если проиграешь, больше тренером не зови. Он повернулся, чтобы уйти к своей машине, но краем глаза уловил начавшиеся слезы — Рози стала плакать. — Ну почему ты такой? Согласился мне помочь, и тут же наседаешь. Зачем ты так? Он вернулся к ней. Аккуратно вытер слезы. И посмотрел в самую глубину глаз: — Затем, что в большом спорте принято побеждать. А если проиграешь, зачем мне тебя тренировать? Это будет бессмысленно. Так что, пожалуйста, Рози… — Шедоу выдохнул сквохь зубы, не веря самому себе, — Не рушь мое доверие. На этом начались изнуряющие тренировки. Рози подала заявку на участие в гонках, и ее приняли. Каждый день они катались на спорткаре Шедоу почти также, как в автошколе — Шедоу словами говорил, где и как нужно поворачивать. За день до гонок гонщикам было позволено проехать трассу ровно один круг для ознакомления — этим Рози с Шедоу тоже воспользовались. В день гонок Рози не ожидала увидеть никого из поддержки, но к ней спустился тот, кого она не хотела бы видеть. К ней пришел отец. Вместе с ее бывшим. Соник подошел к Рози, держа руки внизу. — Почему не сказала? Рози хотелось плакать. Но сейчас не было времени на слезы. — Ты бы не позволил. Я все знаю о той аварии. Пап, я ничего не могу поделать, я люблю гонки! Но еще больше я люблю вас с мамой. И не хочу, чтобы мама волновалась. Пойми, пап… Это моя жизнь. Соник подошел к дочери и обнял ее. — Я понимаю. Я пришел тебя поддержать. Ты всех порвешь там. Оторвавшись от дочери, Соник вернулся на трибуны. К Рози подошел уже ее бывший. Этой встрече девушка не была рада. Шедоу уловил эти нотки. Он увидел, как парень пытался ее поцеловать, и оттолкнул его от Рози. Но не руками — собой, закрывая ее от внешнего мира. Перед Рози все перевернулось — лишь в ее снах была такая картина спасения от кого-либо. Бывший убежал наверх, а Шедоу положил руки Рози на плечи. — Ты как? Слова кончились — его щеки коснулись в легком касании. Черные щеки покрылись румянцем. Рози быстро отстранилась, принявшись надевать шлем — объявили выезд на старт. — Нормально. Давай порвем всех. Сосредоточиться теперь было трудновато. Но Шедоу смог переборот себя, и отправился на свое место. Он стал командовать по микрофону, на что обращать внимание и как ездить. Уроки дрифта не прошли даром — Рози умело маневрировала и очень быстро занималась верхние места. Но дальше второго она не ушла. Тем не менее, это не омрачило ей радость, и она была счастлива за себя. На пъедестал к ней подошел Шедоу с букетом цветов в руках, протягивая ей и улыбаясь. — С победой тебя. Рози приняла цветы, принявшись обнимать своего тренера. Так, словно они снова были на пустыре, а не на гоночной трассе. — И тебя, тренер Шедоу. Ты исполнил мою мечту! — А ты мою. Рози удивилась. Не поняла его слов. Но их и не надо было — Шедоу крепко поцеловал ее, не обращая внимания на папарацци. Теперь все гоночные трассы мира открылись перед юной автогонщицей вместе с бывшим автогонщиком. И нынешним ухажером.