Часть 2

На следующий день они не пересекались на занятиях, но зато он догнал её в коридоре, положив руку на плечо сзади. Она остановилась и обернулась. – Привет. Не видела тебя сегодня на занятиях. – Ах да, я правда сегодня не ходил. — Они медленно пошли вперёд рядом друг с другом. – Прилип к кассете? — Сегодня тон Гермионы был гораздо более дружелюбным. – Да, есть такое. Конечно, я до сих пор не до конца понял, что это, но, кажется, мне понравилось. Carcass, верно? — Рассказывая, Драко немного жестикулировал. – Ага. Мне кажется, ты ничего подобного раньше не слышал, правда? – Ну, дома у нас, если и играет что-то, то это заколдованные матерью музыкальные инструменты, типа скрипки, арфы или флейты. — Он рассказывал, попутно вспоминая детали. – Хмм… интересно. А ты умеешь так заколдовывать? — Кажется, она что-то придумала. – Ну, я могу спросить у мамы. А зачем? – Я не видела таких заклинаний в книгах, да и было бы интересно попробовать заколдовать, к примеру, электрогитару. – Что заколдовать? — Кажется, потомственный аристократ об этом даже не слышал. – Ну, это один из главных инструментов, участвующих во всех песнях, которые ты слышал с этой кассеты. Да и вообще в большинстве всех песен маглов. Жаль, в Хогвартсе нет какой-нибудь студии. — Они дошли до башни Гриффиндора и остановились. — Хотя у меня дома есть одна старенькая Yamaha... — Не успела она закончить мысль, как воодушевлённый Драко перебил её с шуткой. – Это ты меня уже к себе зовёшь? — Гермиона снова не очень оценила, и уже было хотела зайти в башню, как Малфой схватил её за запястье, так что та удивилась. — Ах да, совсем забыл. Возвращаю. — И, другой рукой достав из кармана плеер, он положил его ей в руку. – Спасибо, пока. — Кажется, она не злилась, и, когда он отпустил её руку, та ушла, на секунду глянув на него с какой-то странной, около хитрой улыбкой. Драко развернулся и пошёл к себе, рассуждая: — «Так, сейчас начало мая. Какой шанс, что я смогу попасть в Лондон на каникулах?» Он ещё не знал, зачем точно ему туда надо, но уже понял, что хочет быть ближе к ней. Мысль встретить её вне Хогвартса очень привлекала его, даже так, что он забывал о разумности. Тем более, ведь это же она его позвала? Ну, вроде так. Значит, она хочет его видеть? Ему бы хотелось, чтобы это действительно было так. Из рассуждений его вытянуло то, что он ожидал меньше всего, — аккуратная женская рука на его плече, принадлежавшая той самой причине его размышлений. – Я взяла ещё несколько кассет! — Она сравнялась с ним, и он увидел их в её руке. — Тут альбомы таких групп, как Paradise Lost, Godflesh, Electric Wizard, Anathema и даже Cathedral. — Драко обратил внимание на её довольно радостное лицо. – Ты ведь говоришь эти названия, зная, что я их впервые слышу, да? — Парень задал риторический вопрос, но всё равно был больше чем рад, увидев её сегодня ещё раз. Девушка только улыбнулась. – Вообще да, хоть я и всё ещё не представляю, как ты жил до этого дня. Сейчас мы будем тебя просвещать, идём! — Она взяла его за запястье и, быстро пойдя большими шагами вперёд, повела его за собой. Он удивился, но быстро поддался, следуя за ней. Скоро они вышли из самого замка, и она довела его до одинокого дерева на территории. Когда они остановились, она сняла с плеча сумку. Только сейчас Драко заметил, что ходила она с большой, явно не новой почтальонкой, на которой были значки с каким-то уродством, пару из которых, кажется, он видел на кассете Heartwork. Она закинула сумку на большую ветку и начала залезать сама, что удивило его. Прежде чем он успел что-то спросить, она уже протянула ему руку. — Давай, залезай! — Он удивился ещё больше, но, держась за её руку, спустя несколько неловких движений залез. Гермиона уже достала плеер, и, когда Драко разместился поудобнее, протянула ему один из наушников, другой надев на себя. – Что включать? — Она снова протянула ему кассеты. — Выбери по обложке. Парень взял их, подметив, что значки всех этих групп есть у неё на сумке, даже самодельная нашивка Paradise Lost, сделанная достаточно качественно. На этой группе он и остановился, поместив кассету в плеер. Когда музыка заиграла, он посмотрел вперёд, свесив ноги с дерева, как и Гермиона. Он заметил, что солнце только садится, и для него это означало, что ещё целый вечер был у них впереди. Он не переставал подглядывать на неё — на её лице читалась беззаботность, отражённая в мечтательном взгляде на закат. Его рука осторожно легла на её руку, и, когда парень убедился, что взрыва не следует, взял её за руку. Гермиона же даже не сразу заметила, как их руки сплелись, отвлечённая музыкой, но руку убирать не стала. Спустя полчаса молчания он заговорил. – Помнишь, ты что-то говорила про электрогитару сегодня? – Ага, музыкальный инструмент. Хотя без комбоусилителя ты не повторишь то, что мы прямо сейчас слушаем, но, тем не менее... — Она начала объяснять. – Я о том, что у тебя такая была, — разъяснил он. — Я могу это воспринимать как приглашение? — Драко посмотрел на неё с надеждой. – Ну, знаешь, если у тебя всё-таки получится прийти, то я буду тебя ждать. — Голос девушки звучал как-то умиротворённо. — Я тебе всё тогда и расскажу. – Думаю, я смогу. — У него поднялось настроение. Они продолжили сидеть и слушать музыку, пока полностью не стемнело. – Кажется, нам пора. Не хочется попасться на глаза Филчу после отбоя. — Она начала собираться, а Драко в это время слез с дерева, а после подал ей руку. Шли они не спеша. Малфой всё ещё держал её за руку и продолжал часто подглядывать на неё. Два дня назад он об этом и не мечтал, а уже сегодня может так близко находиться и разговаривать с ней как друзья. Уже этим летом он увидит её в Лондоне — эта мысль сводила его с ума. Ему было бы уже глубоко плевать, если бы его отец начал что-то говорить про продолжение рода, сохранение чистоты крови и прочее. Сейчас его волновала только держащая его за руку девушка. Музыка, которую она слушает, была так далека от её образа, но тут же дополняла его, создавая уникальный контраст. До этого отец уже пытался сводить и знакомить его, по его мнению, с достойными девушками, но стоило им пообщаться пять минут, как он понимал, что они по своей сути изначально были воспитаны и поданы как будущие жёны, но не как объект любви и причины бессонницы. Рядом с ней же сейчас прежде всего человек, прекрасный человек, в открытости которого можно быть уверенным. Который представляет собой притягательную уникальность, рядом с которой хочется просто быть. Девушка, которая существует независимо от своего происхождения, статуса и прочего. Он действительно может сказать, что она — это та, которая держит его за руку. Та, которая вспылит и ударит, потому что действительно неравнодушна. Она — это её характер и её поведение, она — Гермиона Грейнджер, и ему хочется быть рядом не с чистокровной женой, а с простой Гермионой. Когда он закончил внутренний монолог, они подошли к башне и остановились. Глянув в её глаза, он убедился во всём этом, и, попрощавшись, они разошлись. Он, счастливый и мечтающий, как после летнего дождя среди июня, пошёл в своё подземелье, думая только о ней.