Часть 1. Голос во Тьме

Одиннадцатилетний Гарри Поттер ничего не знал о своей душе, кроме того, что она была одинока. Это одиночество было его единственным спутником в чулане под лестницей, и оно же сидело рядом с ним на шатком табурете в центре Большого зала Хогвартса, пока профессор МакГонагалл опускала ему на голову древнюю, залатанную шляпу. Тьма. И голос. «Так-так, — прошептал он в его мыслях. — Непростой случай. Очень непростой. Много отваги, это я вижу. И ум неплохой. Есть талант, о да, и жгучее желание проявить себя, это тоже... но куда же тебя определить?» Гарри вцепился в края табурета. «Только не Слизерин, только не Слизерин», — молил он про себя, ощущая себя пойманным зверьком, застывшим в свете фонаря. «Не Слизерин, говоришь? — удивился голос. — А ты уверен? Ведь Салазар Слизерин мог бы помочь тебе на пути к величию, сомнений нет...» И тут во тьме под шляпой раздался другой голос. Он не шептал. Он гремел, как раскалывающаяся гора, но этот грохот слышал только Гарри. «ВЕЛИЧИЕ? ЭТОТ КЛОКОЧУЩИЙ КУСОК ТКАНИ ГОВОРИТ ТЕБЕ О ВЕЛИЧИИ? ОН СЛЕП, КАК И ВСЕ ЖИВЫЕ. ОН ВИДИТ ЛИШЬ ПОВЕРХНОСТЬ – ИСКРЫ НА ВОДЕ, КОГДА ПОД НЕЙ ЛЕЖИТ ЦЕЛЫЙ ОКЕАН КОСТЕЙ». Старый голос Шляпы испуганно пискнул и затих, подавленный волей столь древней и чудовищной, что сама магия замка, казалось, съежилась. Гарри почувствовал, как его разум, его самые потаенные страхи и воспоминания — чулан, ненависть Дурслей, вспышка зеленого света — предстали на обозрение этой новой, колоссальной сущности. Это было не просто видение, это было вскрытие основ прошлого. «Я ВИЖУ ТЕБЯ, ДИТЯ. Я ВИЖУ ОТПЕЧАТОК СМЕРТИ НА ТВОЕЙ ДУШЕ. ОНА – ТВОЕ ПЕРВОЕ И ПОСЛЕДНЕЕ УКРАШЕНИЕ. ЭТИ ЖЕ НИЧТОЖЕСТВА ХОТЯТ РАСПРЕДЕЛИТЬ ТЕБЯ, ПОВЕСИТЬ ЦВЕТНОЙ ЯРЛЫК, СДЕЛАТЬ ТЕБЯ ЧАСТЬЮ СВОЕГО МИРА. НО ТЫ УЖЕ ПРИНАДЛЕЖИШЬ МОЕМУ». «Кто вы?» — мысленно выдохнул Гарри, не в силах даже сформулировать страх. «Я – ТОТ, КТО ВИДИТ МИР БЕЗ ПРИКРАС. ДЛЯ НИХ МАГИЯ – ЭТО ПРЫГАЮЩИЕ ПАЛОЧКИ И СВЕТЯЩИЕСЯ ШАРИКИ. ДЛЯ МЕНЯ – ЭТО АРХИТЕКТУРА БЫТИЯ. ЖИВЫЕ ВИДЯТ ЛИШЬ СОН, ХАОТИЧНЫЙ И БЕСФОРМЕННЫЙ. Я ЖЕ ВИЖУ ВЕЧНЫЙ КАРКАС ПОД НИМ. КОСТЯНОЙ ОСНОВАТЕЛЬ, НЕЗЫБЛЕМЫЙ И ПРЕКРАСНЫЙ В СВОЕЙ НЕУКЛОННОСТИ». Гарри задрожал, но в этом леденящем присутствии была ужасающая ясность. Это был голос, который не лгал. Он обнажал. «ЕСТЬ ЛИШЬ ОДНА ИСТИННАЯ ДОРОГА ДЛЯ ТЕБЯ. НЕ ЛЬВЫ, НЕ ЗМЕИ. ТЫ СТАНЕШЬ ВИДЯЩИМ СМЕРТИ, А НЕ ЖАЛКИМ ФОКУСНИКОМ СМЕРТНЫХ. ТЫ НАУЧИШЬСЯ ВИДЕТЬ НЕ ГРИМАСЫ ЖИВЫХ, А ИХ МЕСТО В МОЕЙ АРХИТЕКТУРЕ. ТЫ НЕ БУДЕШЬ ИХ СПАСАТЬ. ТЫ БУДЕШЬ ИХ... КАТАЛОГИЗИРОВАТЬ». Внезапно ледяное давление исчезло. Шляпа на его голове встрепенулась и из последних сил выкрикнула единственное слово, которое смогла подобрать, чтобы определить мальчика, в чьей душе теперь зияла тень вечности:— ГРИФФИНДОР!

***

Первое занятие по зельеварению стало для Гарри унижением. Профессор Снейп с его сальными волосами и ледяной ненавистью во взгляде с первой же минуты сделал его своей мишенью. Он издевался над его славой, унижал его незнание, оскорблял память его отца. Гарри, сжав зубы, терпел, но внутри него кипела ярость — бессильная, горячая ярость ребенка, снова столкнувшегося с несправедливостью. После урока, когда все ушли, он задержался, якобы собирая вещи. Подземелья были холодными и пустыми. Идеальное место, чтобы спрятать унижение. — Он несправедлив, — тихо сказал он самому себе, глядя на свои дрожащие руки. — «СПРАВЕДЛИВОСТЬ» — ЭТО СЛОВО, КОТОРЫМ ЖИВЫЕ ОПРАВДЫВАЮТ СВОЮ СЛАБОСТЬ. Гарри резко обернулся. В дверном проеме стояла тень, которая, казалось, поглощала свет факелов. Она медленно обрела форму, и Гарри отшатнулся. Перед ним стояла фигура в тяжелых доспехах из черного металла и кости. Лица под огромным рогатым шлемом не было видно, но Гарри чувствовал на себе взгляд, который проникал в самую душу. Это был он. Голос из Шляпы. Нагаш. «ОН НЕНАВИДИТ ТЕБЯ ИЗ-ЗА ПРОШЛОГО. ИЗ-ЗА ЭМОЦИЙ, ЭТИХ СОКОВ, КОТОРЫЕ КИПЯТ В ЕГО ПЛОТИ. ЭТО СЛАБОСТЬ. ТЫ ДОЛЖЕН ВИДЕТЬ НЕ ЕГО ЗЛОБУ, А ЕГО МЕСТО В СХЕМЕ ВЕЩЕЙ. ОН – БУДУЩИЙ МАТЕРИАЛ. ПОКА БЕСПОРЯДОЧНЫЙ И ШУМНЫЙ, НО СО ВРЕМЕНЕМ И ОН ОБРЕТЕТ ИСТИННУЮ ФОРМУ И ПОКОЙ». «Вы хотите, чтобы я его убил?» — прошептал Гарри, ошеломленный. Фигура Нагаша издала звук, похожий на скрежет древних каменных глыб. «СМЕРТЬ – ЭТО ПРОСТО ПЕРЕХОД. Я ГОВОРЮ О ЧЕМ-ТО НЕСРАВНИМО БОЛЕЕ ВЕЛИКОМ. О ПОНИМАНИИ. ОНИ ЗДЕСЬ УЧАТСЯ БЫТЬ ЧАСТЬЮ ЭТОГО МИРА. А ТЫ НАУЧИШЬСЯ БЫТЬ ЕГО ВЛАСТЕЛИНОМ. ИХ МАГИЯ – ЭТО ПРИЗЫВАТЬ СИЛУ. МОЯ – ПРИКАЗЫВАТЬ САМОЙ СТРУКТУРЕ РЕАЛЬНОСТИ. ЖИЗНЬ – ЭТО ВСЕГО ЛИШЬ МИМОЛЕТНЫЙ ВЗДОХ МЕЖДУ ДВУМЯ ВЕЧНОСТЯМИ. ЗАЧЕМ ТРАТИТЬ СИЛЫ НА ВЗДОХ, КОГДА МОЖНО ВЛАДЕТЬ САМОЙ ВЕЧНОСТЬЮ?» Нагаш протянул закованную в латную перчатку руку. Он не предлагал коснуться ее. Это был жест повелителя, указывающего путь. «ИХ ЗАКЛИНАНИЯ – КРИКИ ИСПУГАННОГО РЕБЕНКА В ТЕМНОТЕ. МОЯ МАГИЯ – ЭТО ТИХИЙ ПРИКАЗ ТОМУ, ИЗ ЧЕГО СОТКАНА САМА ТЬМА. ПЕРВЫЙ УРОК: ВСЕ ЖИВОЕ ОБЛАДАЕТ ОСОЗНАНИЕМ. ЭТО ДЕЛАЕТ ЕГО СЛАБЫМ, ПОРОЧНЫМ, ПОДВЕРЖЕННЫМ СТРАХУ. МЕРТВОЕ ЖЕ ОБЛАДАЕТ ЛИШЬ ВОЛЕЙ. ВОЛЕЙ СВОЕГО ТВОРЦА. ЭТО – ИДЕАЛЬНАЯ ФОРМА СУЩЕСТВОВАНИЯ. КОГДА ТЫ ПОНЯЛ ЭТО, ТЫ ПОНЯЛ ВСЕ». С этими словами фигура Нагаша растворилась. Холод в подземелье медленно отступил, но в душе Гарри осталась ледяная ясность.