Откровение

Содержание здесь - лаконичное откровение. Часть из написанного не относится к персонажам и является личной жилой автора. Я, автор, не сочувствую тем знающим  меня, узревшим по случайности этот текст. ***Итак, создана Альма.       Alma Muerte - новая модель, которую я создал из серебряной слезы своего бездонного воображения. Это изящный, украшенный лазурными шелками, острыми коготками и нежным лицом образ. Что я превратил в сосуд для своего сознания, чувств и знаний, которым суждено воплотиться в механическом мире. Долгое время в своей жизни я оглядывался по сторонам, боясь кого-то обидеть, быть высокомерным или эгоистичным.       Полгода назад я поставил на этом крест. И носителем креста явился иной мой персонаж – Дэймос (Daemos), мое любимое творение, сочетающее в себе все самые яркие и лучшие, пугающие черты, которыми я хотел обладать и обладаю в меньшей степени. Даже его темная сторона обаятельна и загадочна, что объясняет смысл его имени – сочетание божественной красоты и воинственности, готовности сосредотачиваться на своем и не впускать во внимание чужие приоритеты. Он создан совершенным.       А теперь настало время оживить персону, которая ближе не к моему идеалу, но к эмоциям, что я чувствую довольно часто, от которых я хочу отказаться, забыть, но они возвращаются.       Я заковываю их в свой новый доспех, и в своем содержании он станет моим проводником и оружием. Альма – чье имя дословно переводится с араб. Almeh (танцовщица), должно было стать данью культуре древней египетской империи. Однако я изменил свое мнение. Теперь Alma – это душа (испан). Гибкость и изящество – сокровища кошачьего рода. Красная лента, обвивающая ее руки – напоминание о прекраснейшей женщине Академии Райи Лукарии, одной из двух сестер, чья история преисполнена волшебства и горьких потерь.       Я ненавижу синий цвет, но именно его оттенки хорошо сочетаются с текучей серебряной основой. Когда я чувствую боль, то возвращаюсь в Академию, и атмосфера неприступного, волшебного и дождливого места освобождает мой разум от тягот, превращая боль в ноющую приятную тоску. Взгляд на читающих магов напоминает, что питать разум полезнее, чем сердце чувствами. Тем более, если это ухудшает состояние. Мне нет смысла идти к друзьям. Мне сложно не прислушиваться к голосу, что твердит: «им без тебя хорошо с другими людьми». И не просто так. Я видел и слышал достаточно. Мне больно внутри, и я чувствую злость. Некоторым из них я хочу прямо сказать «иди к черту и забудь обо мне». Однако я знаю, что такое уважение, внимательность, сострадание, участие. Никто не проявлял ко мне открытой враждебности. Так почему я должен? «Потому что тебе станет легче.» Но так ли будет?       Рациональное решение «поговорить начистоту» в ходе проверки не оправдало себя. Когда-то я был очень замкнут. Когда снял броню – отклик извне был ложным. Подмечу, не всегда, но чаще да. И те драгоценные воспоминания, когда на мой голос ответили тем же теплом, я храню в себе. Улыбчиво. Приятно. Хочу чувствовать это еще. Я принял истину: мой самый надежный союзник – это я сам. Еще одна благородная истина – надежда на взаимность бесплотна.       Среди людей я стремился быть сильным. Я стремился справляться с тем , что меня беспокоит, соло, и нести в мир только поддержку и дружбу. Создавал впечатление надежного друга, на которого всегда можно положиться, я старался. Долго держался, и наконец, попробовал показать себя с уязвимой стороны, как они показывали мне себя. Неоправданно. Я не стал убиваться. Голос снова говорит: «Займись собой». И я слушаю его. «Тебя могут воспринять злодеем.» - Я не боюсь. Груз ответственности за чужие чувства мне не принадлежит. «Ты какой-то неискренний. Твои эмоции ненастоящие.» - Есть дела важнее ненужных доказательств.       Daemos – мой дорогой Дэймос, мое сердце, мои яркие счастливые чувства и всплески эмоций, самой жизни. Я создал его из того, чем дорожу и чего желаю. Чудесное согревающее пламя души.       Alma – разум в доспехе, протектор души. Она говорит колющие, как ледяная игла слова. Их главная опасность – в правде. Холодные, не разбавленные эмоциями, факты, ведущие к безоговорочной и безжалостной победе над глупостями сердца. Почему автор, я, не говорит обо всем беспокойном напрямую? Я не хочу ранить тех, кто мне дорог. Я не хочу молчать об этом, и все так же не могу сказать, предвидя непонимание.