Глава 8

... Когда-то давно, когда люди ещё помнили об уважении друг к другу и к другим слабым существам, все жили в гармонии. Ни войн, ни революций, ни ущемления, ни рабства, как сейчас, это бывает. Бог внимательно смотрел за всеми нами, когда один маг решил сделать себя самым сильным. Он втайне от всех пошёл в самую глубокую пещеру в его округе и спустился там в расщелину, где жила Аркана. Аркана — дочь Божья, поэтому никто не смел перечить ей. Но тот маг этим пренебрёг и выпросил у неё могущество и силу, что нет даже у Бога. Аркана послушно сделала это, и тот маг пошёл и убил Бога той же ночью. Аркана была настолько зла, будучи ещё маленьким ребёнком, что прокляла того мага на вечные страдания и отвернула его от общества. Но он не сдался — каждый, кто был отвергнут обществом, мог прийти к нему и получить такое же могущество, как и он сам. Так и появились Теневые маги. Так к чему это я? Я — одна из последователей Бога, что наградил меня силой своей дочери Арканы ещё очень давно, когда я была прекрасной и красивой девушкой. Но тот случай гнева Арканы превратил всех нас, последователей, в ужасных монстров. Мы вынуждены скитаться по земле, ища себе дом и защищаться от бравых волшебников, ищущих тайну нашего лидера. Сирена, сила морской стихии, Аркарос, сила телепортации и скорости, Медуза, сила обращения в предмет, Двойник, сила копий и обращения в животное, Алиса Мунвук, сила эмоций, Нонкраст, сила погоды, и я, Дельтара, сила желаний. Разве ты хочешь, чтобы мы мучились? Ты ведь являешься последователем Аркароса, одного из последователей и лучших друзей Арканы. Но раз ты так жесток и холоден по отношению к нам, то быть твоим вечным страданиям здесь! Тот голос замечательной Дельтары, прекрасного ангела, обращённого в химеру пса и вороны, зазвучал в белой комнате и пропал, оставив Миркла со своими мучениями. Его руки покрыты кровоточащими и не заживающими шрамами, похожими на удар молнией. С каждой секундой они ответвлялись, создавая новые маленькие молнии и обрамляя руки, с невыносимой болью. Он лежал в собственной крови, не мог пошевелиться или встать на ноги. Боль была такая сильная, что он скоро перестал чувствовать свои руки. Хоть боль была невыносимая, Миркл почти не плакал, лишь проронил пару слез. Но он не переставал молиться о своей пощаде, о Боге, о своем светлом стремлении к знаниям и магии. И, видимо, Бог, или то, что от него осталось, услышал его пожелания, и он вернулся в свой мир, словно вспышка, пронессясь перед глазами. Небо уже не было таким серым и унылым, а скалы обросли горными цветами. Миркл даже подумал, что он перенёсся во времени, но увидев прежний пейзаж домов он убедился в обратном. Перебинтовав руки, он отправился домой. Люди странно на него смотрели, спрашивая про окровавленные бинты. Миркл на них не отвечал, вместо этого он отдалился от всех людей и продолжил путь пешком в одиночестве. Уже в Меджикуте он встретил Геберсона и Мелори. Миркл тогда уже успел поменять бинты и они не так сильно испачкались, так что они не спрашивали про них. После этого снова начались годы затишья, в которых Миркл обдумывал весь свой поступок и как он может применить все то, что он узнал...