Часть 7

— Да, хорошо, я поняла, — ответила Лата и закрыла дверь в квартиру. Туже завязав шарф, девушка была готова нажать на кнопку вызова лифта, но ее кто-то успешно опередил: Лата услышала, как лифт едет не к ней. Ждать его снова очень не хотелось, поэтому Лата с нахмуренными бровями поплелась по ступенькам вниз. Хочешь не хочешь, а принести продукты в дом придется, ведь кушать очень хочется, а в холодильнике мышь повесилась. До первого этажа оставался аж один пролет, но Лата уже слышала мужские голоса. Очевидно, это они и вызвали лифт раньше Латы. Она замерла на считанные мгновения. Может не идти к ним?.. Екающее сердце подсказывало именно это. Ей искренне не хотелось идти к ним, но выхода другого не имелось. К тому же, чем быстрее она их пройдет, тем спокойнее ей будет. Именно с такими мыслями она спускалась вниз. Лата остановилась в десяти ступеньках от них. По этим голосам она распознала как минимум несколько личностей — братьев Щукиных и Кострова. Стало быть, все остальные тоже здесь. Что самое увлекательное — Щукин-старший рассказывал какую-то шутку, а все остальные с этого дружно посмеивались. По рассказам Макеева Лата поняла, что самым веселым в компании хоккеистов был Кисляк. Очевидно, сегодня он сдал позиции… Девушка даже не двинулась с места: стала прислушиваться. Не хотелось быть разоблаченной. Наконец, когда ребята приутихли, а лифт подъехал и был готов принять их, Лата позволила себе вынырнуть из-за угла и убежать в сторону входной двери. Девушка оглянулась, чтобы убедиться, что дверь лифта закрылась и увезла ребят наверх, но столкнулась с неудачей: на первом этаже остался Андрей и кучка неизвестных из команды (остальные уже, наверное, уехали наверх, ведь Кострова с Щукиными Лата не наблюдала). Лата столкнулась с пронзающим взором Кисляка и открыла рот в немом возражении. Чёрт. Андрей молча глянул ей вслед и ступил одной ногой в лифт. Лата выскочила из здания как ошпаренная. Чёрт. Чёрт. Чёрт! Кто ее вообще просил оборачиваться?! Бежала бы себе дальше и беды бы не знала! Если бы она не обернулась, он бы не узнал ее и не глянул! Хотелось бы надеяться, что он ее не узнал… Но так как они встретились взглядом, а со зрением у него проблем нет, раз в хоккей играет и видит клюшку с шайбой, — да и пальто ее он наверняка узнал, — то оставалось надеяться, что он просто никому ничего об этом не скажет. На миниатюрном журнальном столике в квартире Макеева стояла настольная игра в хоккей, которую с радостью притарабанили «Медведи». Буквально сразу же они и стали в нее играть, ведь каждому хотелось поконкурировать с тренером. И в этот раз такое удалось сделать именно Диме Щукину. Парни стояли с разных сторон и подбадривали обоих, но в конечном итоге «взяла» Макеева со счетом 3:1. Радостные возгласы снова озарили квартиру тренера команды. Мужчина на это засмеялся. Весь веселый настрой вмиг разрушил звонок в дверь. Улыбка спала с лица Макеева, он затих и напрягся. Неужели Лата?.. А он ведь ее не предупредил! В голове как некстати всплыли картинки возможного расклада событий, если это таки звонит Лата: она врывается в квартиру с шутливо-нравоучающими возгласами, вся команда замолкает, пытаясь найти оправдание в глазах Макеева и самой Латы; Лата в шоке, но недолго: после очень быстро приходит в себя, не замечая дрожи в коленках от волнения, а Кисляк, отлавливая каждое ее действие, вслед за тем встречает ее своим до жути похотливым взглядом, игнорируя всех присутствующих. А вскоре бы по команде расползлись слухи о новом тренере и его молодой пассии… Все это аж никак не прельщало. Нужно было как-то выбираться из этой ситуации. Сергей дернулся в сторону двери, желая закрыть собой племянницу и выпроводить ее на недолгий срок, но Антипов удачно заметил поползновения тренера к двери. Парень не дал мужчине и встать, жестом показывая, что сам откроет — зачем ему еще утруждаться? Егор поджал губы. Кажется, они не вовремя… У Макеева наверняка есть личная жизнь (видный мужик ведь!) и его спутница рано или поздно вернется домой, если она, конечно, имеется. На пороге квартиры Макеева стояла… Юля. Сережа в буквальном смысле обомлел, когда Антипов отошел в сторону, чтобы тренер мог увидеть кого это принесло. Черт. Он-то думал, что это Лата и им каким-то образом придется выползать из этой ситуации, но все оказалось значительно хуже, нежели предполагалось. В квартире застыла давящая на каждого тишина. Да уж, ситуация щепетильная и неоднозначная. Егор встретился с понимающим взглядом Кисляка и кивнул ему в знак солидарности. Да, это точно мама Антипова! И пришла она сюда не просто так. Макеева сейчас не интересовало ничего, кроме как… реакции Антона на все происходящее. А Антипов замер. Издав робкое, но ошарашенное «мама?», парень впустил женщину в квартиру своего тренера — не мог же он противостоять ей! Юля провела сына взглядом и ступила в сторону столика, за которым сидели все присутствующие в квартире. Ошарашенные парни вразброс поздоровались с мамой своего друга: в конце-то концов, вежливость никто не отменял. Она в ответ поздоровалась с каждым, а затем вручила Сергею пакет с медикаментами. Мужчина нерешительно кивнул в знак благодарности. Хотелось провести как можно больше времени с очаровательной Юлией, но на данном этапе об этом даже не могла идти речь. Не было смысла и дальше задерживаться здесь, да и причин, поэтому Юля спокойно покинула помещение, попрощавшись. В определенный момент команда хоккеистов подумала, что фраза, гневно выброшенная Назаровым тогда в раздевалке, обоснуем которой была ревность и зависть, — ведь Антипова пропихнули в первую пятерку, а его нет! — имеет небеспочвенную основу. Ведь мама Антипа-то откуда-то знала адрес Макеева! И медикаменты ему купила — хотя это в принципе можно было бы обосновать, ведь Юлия Борисовна — фармацевт, но на данном этапе об этом никто не задумался. Следующие фразы Сергея вмиг перечеркнули всю ярко размалеванную парнями картину: — Антон, твоя мама — очень хороший человек. И если бы не она, то вряд ли я добрался бы до дома. После того, как Макеев произнес последнюю фразу, он зыркнул на Назарова. Тот и без того сидел, опустив голову, а после этой фразы абсолютно поник. Неправ, неправ, и только сейчас это осознал! Сергей не успел выдохнуть от произошедшей ситуации, как следом за ней явилась новая, не менее напряженная. Кисляк оторвался от своих раздумий и обратил внимание на неумолкающий телефон с вибрацией, рядом с которым лежала «таблетка» от домофона. Раз телефон лежал на тумбе, значит, его владелец — Макеев. Или, может, кто-то из парней случайно закинул, пока они все находились здесь… Но Кисляк придерживался мнения, что это телефон Макеева и, когда глянул на него вновь, не прогадал: единственный сенсорный телефон, который вообще был в их компании, был у Макеева. Парень глянул на загоревшийся дисплей телефона — чисто ради интереса. Большими буквами было написано имя, которое он меньше всего был готов увидеть — Лата. Под ее именем красовался номер ее телефона, а на заставке, благо, не было их совместной душещипательной фотографии. Парень тяжело сглотнул. Наверное, так будет правильно. Андрей перевел свой взгляд с телефона на Сергея Петровича, и аккуратно передал смартфон своему тренеру так, чтобы никто из его соратников не увидел имя того, кто звонит. Невольно повернувшись вполоборота к Андрею, Сергей видел, что Кисляк вглядывается в телефон, но длилось это недолго. Он понимал, что это телефон его, а значит, что звонить могли только два человека — либо ВасГен, либо Лата. Как вариант, еще Юля, но ей-то нужды нет. Было бы прекрасно, если бы это звонил ВасГен… Андрей передал ему телефон с таким спокойствием, что это даже показалось подозрительным. Увидев на дисплее имя Лата, Сергей глянул на Кисляка под новым углом: с неким оттенком благодарности. Возможно, Кисляк не такой уж и засранец, коим себя пытается показать: когда — в данный момент — у него имелся прекрасный шанс, чтобы показать свое мастерство в подколках, он показал свою человечность, — ну, или не неприязнь к Лате, что также похвально — ведь он не открыл свой рот и не дал волю слухам и своей безудержной фантазии. А Лата звонила вполне настойчиво и уверенно: примерзнуть к асфальту около парадного вообще не входило в ее планы. Девушка хотела как можно скорее зайти внутрь дома с пакетами, а не ждать «у моря погоды». Ключи от домофона она как назло оставила на тумбе рядом с телефоном Макеева, а из парадного никто не выходил… Ожидание было в буквальном смысле томительно, а самое противное — так это то, что она понятия не имела, ушли ли «Медвежата» со своим амбалами от Серёжи. И шли они вообще к нему… Наконец, после минуты ожидания, которая для Латы длилась вечность, дядя Серёжа соизволил поднять трубку. — Слушаю, — серьезно начал Сергей. — Я так понимаю, они еще рядом? В ответ лишь — краткое «Да». — Поняла, — также кратко ответила ему она, а затем продолжила: — уйдут нескоро? — Ну… Не планируем, да, — расплывчато ответил Макеев, но Лата поняла его прекрасно, о чем и сообщила. — Поняла. Предупреди, как только они выходить соберутся: мне еще исчезнуть отсюда надо будет. — Я тебя понял. Лата усмехнулась и первая положила трубку. Как же хорошо беседовать с «понятливыми»! Весь скупой диалог Латы и Сергея Петровича Кисляк держал ухо востро: уж очень интересно было узнать и понять, чего же самозванка из раздевалки звонит его тренеру ближе… к восьми часам вечера. Никакой информации Андрей для себя, увы, не подчерпнул — парни издавали слишком много шума, не давая услышать вопросы Латы, а Макеев отвечал уж слишком односложно и неинтересно, буквально желая отобрать у Кисляка всё его желание узнать правду, которую ему никто не обещал. Андрей в этом шуме и гаме позволил себе хмыкнуть — все равно никто не услышит. Раз она звонит — значит, связь они поддерживают. И не факт, что просто как друзья. Если слухи по поводу мамы Антипова и Макеева не подтвердились — не факт, что такое же произойдет и с Латой. Андрей задумался. Всё же, он видел её, выходившей из этого парадного, а сейчас она наяривает ему… Ясно же, что ушла от него. И взгляд ее он запомнил довольно-таки ярко: она не желала, чтобы он прокололся перед друзьями, а раз не желала, значит, очевидно, есть что скрывать. А если есть что срывать, значит, Андрей это скроет… Пока ему самому будет это интересно. И то — только до того момента, пока он этой ситуацией сможет держать Лату на крючке…