Глава VIII. «План-капкан или наказание для Драко Малфоя»

𓇢𓆸

24 сентября 2018 года.

      Прислонившись спиной к двери, Гермиона закрыла глаза и сделала несколько успокаивающих вздохов. Тепло от пиджака Малфоя, который она так и не вернула, буквально обнимало её, лаская плечи. Она стянула его и поднесла к носу, глубоко вдыхая аромат мужского парфюма. Вероятно, застань её кто-нибудь сейчас, она бы выглядела глупо.       Но Драко Малфой поцеловал её, чёрт возьми! Разве можно оставаться спокойной в такой ситуации? Его близость пробуждала в ней интерес ещё задолго до их сегодняшнего ужина, а теперь и вовсе кружила голову.       Она едва не угодила под машину, и он спас её, рискуя предстать перед членами Визенгамота в качестве подсудимого из-за нарушения пункта Статута секретности. В тот момент она даже не задумывалась о последствиях этого поступка, но теперь, оказавшись внутри дома на площади Гриммо, мозг заработал с удвоенной силой.       Как она могла так беспечно себя вести на проезжей части?       Почему не посмотрела по сторонам, как делала с тех самых пор, как ей было пять?       Гермиона судорожно выдохнула и двинулась в сторону гостиной, откуда лился свет. Видимо, Гарри и Пэнси ещё не спят и чем-то заняты. Но, остановившись в дверном проёме, она с удивлением обнаружила сидящих на диване Паркинсон и Нотта.       Тео расслабленно откинулся на спинку дивана, держа в руках стакан с огневиски, пока Пэнси рассматривала какие-то фотографии. Дабы объявить о своём присутствии, Гермиона тихонько кашлянула. Две пары глаз метнулись к ней.       — Как прошло свидание? — лукаво улыбнувшись, спросила Пэнси.       — Привет, — одарив Гермиону улыбкой, произнёс Тео.       — Привет, — она прошла к свободному креслу и села, положив пиджак на подлокотник как можно незаметнее, чтобы никто не задавал лишних вопросов. Стянув жутко неудобные босоножки, Гермиона со стоном прокрутила стопой, сумочку пристроила на полу, рядом с собой. — Вечер прошёл хорошо, и это было не свидание! — она взглянула на Пэнси.       — Как интересно, — протянула Паркинсон, вернувшись к своему занятию.       — Не начинай, — с усталым вздохом сказала Гермиона. — Я больше не ведусь на твои провокации!       Пэнси возмущённо ахнула, повернулась к Тео и, ткнув пальцем в Грейнджер, пожаловалась:       — Нет, ну ты видел это? Она называет меня манипулятором!       — Потому что это правда, — пробормотала Гермиона, расслабленно откидываясь на кресле. — По какому поводу сбор?       — Я хочу попробовать себя в творчестве. Мне всегда говорили, что я восхитительно пишу картины, и Тео будет натурщиком.       Гермиона перевела взгляд на Нотта, который лишь пожал плечами, что означало: «Моё мнение никого не интересует».       — Почему бы тебе не попросить Гарри?       — Во-первых, он — мой жених. Во-вторых, я не хочу, чтобы его член стал достоянием общественности!       Тео, делавший глоток, поперхнулся и воззрился на Паркинсон. Его глаза расширились от ужаса.       — Договор был на другое…       — Какая разница? — отмахнулась от него Пэнси. — Ты только представь, как десятки ведьм восхищаются твоим телом и пытаются выкупить мой шедевр за баснословные суммы!       Гермиона сочувственно улыбнулась Тео, потому что знала, что спорить с Паркинсон бесполезно. Она встала, подцепила пальцами ремешки туфель и уже собиралась пойти к себе в комнату, как её остановил голос Пэнси:       — Эта твоя магловская штука визжала на весь дом, и мне пришлось…       — Какая штука? — Гермиона нахмурилась, застыв на месте. — Телефон?       — Да, — Пэнси кивнула на лежащий у её бедра смартфон. — Там было какое-то сообщение от «Tentation nocturne».       — Пэнс, — холодея от ужаса, Гермиона уставилась на неё, — ты ведь не открывала сообщение? Ничего не отвечала?       — Это будет интересно, — усмехнулся Тео, закинув руку на спинку дивана и переводя взгляд с одной ведьмы на другую.       Гермиона терпеливо ждала ответа Паркинсон, но уже чувствовала, как начинают мелко дрожать руки, а внутри поднимается волна гнева. Пэнси же только повела плечом и, уклоняясь от ядовитых взглядов подруги, спокойно ответила:       — Ну, он написал довольно горячее сообщение. А ты молчала несколько дней, а я же помню, как ты восхищалась им!       Паркинсон взглянула на Гермиону, но в её глазах не было ни капли раскаяния за содеянное.       — Я спросила у него то, что подходило к ситуации. Парень явно не против продолжить общение!       Гермиона протяжно выдохнула, прикрыв глаза. Зная, на что способна бывшая слизеринка, она уже мысленно выбирала необитаемый остров для своего побега. Босоножки с глухим стуком столкнулись с полом, выскользнув из ослабевших пальцев, но затем рука сжалась в кулак, когда Гермиона ощутила приближающуюся волну холодной ярости.       — Я рассказала тебе по секрету, Пэнси, — убийственно спокойным тоном произнесла Гермиона, открыв глаза.       — И я храню его! Просто дала тебе небольшой пинок для старта. Твоя девочка уже вся иссохла, а этот парень точно подойдёт, чтобы победить засуху в твоей пустыне! — затараторила Паркинсон, застыв в напряжённой позе и явно готовясь сорваться с места, если разговор пойдёт не по плану.       — Моя вагина не предмет для обсуждений! Я тебя убью! — взвизгнула Гермиона и бросилась к Пэнси.       Нотт молниеносно поднялся на ноги, обхватывая Грейнджер за талию.       — Пусти меня!       — Давай ты успокоишься, — вкрадчиво прошептал ей на ухо Тео, пытаясь удержать извивающуюся в его объятиях ведьму.       — Она даже не знает, кто он такой! Вдруг, это маньяк? Что если из-за неё я стану просто очередным заголовком в «Ежедневном пророке»?       Испуганный взгляд Пэнси метнулся к Тео, но он едва заметно мотнул головой, призывая молчать.       — Ты слишком утрируешь. Как ты подметила, мы не знаем, кто он такой. И он не знает, кто ты такая. Никто не собирается тебя убивать из-за невинного флирта в переписке, — успокаивающе произнёс Тео.       Гермиона обмякла, продолжая сверлить взглядом подругу, но затем обречённо вздохнула.       — Хорошо. Всё не так ужасно, как я могла подумать. Но мы должны обсудить соблюдение личных границ, Пэнси!       — Можно подумать, что я забралась в ванную, пока там купаешься ты, — фыркнула Паркинсон. — Не понимаю, к чему такая паника.       Тео отпустил Гермиону и усадил на диван, подальше от Пэнси.       — Ты даже Нотта не спросила, хочет ли он вообще участвовать в твоей затее, — возмутилась Гермиона, кивнув на стопку колдографий. — Ты должна научиться считаться с чужим мнением.       — Она коварно заманила меня, — подтвердил Тео, обходя диван и подходя к столику с огневиски. — Я думал, что она только хотела взглянуть на мои последние снимки.       — Я оценивала твой потенциал! — парировала Пэнси. — И решила, что ты подходишь на роль моего натурщика!       Гермиона покачала головой. Убедить в чём-то Паркинсон казалось непосильной задачей. И когда первая волна злости отступила, ей захотелось забрать свой телефон, чтобы оценить масштаб катастрофы. Она проворно наклонилась, подцепила пальцами лежащий рядом с Пэнси смартфон и открыла приложение. Перейдя в сообщения, Гермиона затаила дыхание, прежде чем кликнуть по последнему отправленному и уже прочитанному.       Red_and_Gold: А ты забавный! Какая твоя самая странная сексуальная фантазия?       — Серьёзно, Пэнс? — вскинув бровь, она посмотрела на притихшую ведьму.       Тео легонько коснулся плеча Гермионы и протянул наполненный огневиски стакан. Она с благодарным кивком приняла его и снова опустила взгляд на экран. Взгляд переместился выше…       Tentation nocturne: Заинтригован. На что же способны твои пальчики? Расскажи. А потом я смогу поделиться тем, что умеют мои.       Это было то самое сообщение, отправленное вскоре после того, как Гермиона выключила телефон и зареклась к нему прикасаться.       Стоп!       — Пэнс, как телефон оказался у тебя? — она сузила глаза, переведя взгляд на Паркинсон.       — Я же говорила, он разрывался…       — Нет-нет! — Гермиона замотала головой. — Не вешай мне лапшу. Он был выключен!       — Я не разбираюсь в этих ваших магловских штучках. Он звенел и мешал мне сосредоточиться, вот я и взяла его…       — И пароль ты мой не знаешь, — Гермиона медленно поднялась, чувствуя, как холодный стакан с огневиски обжигает пальцы, а внутри всё кричит о том, что её снова обвели вокруг пальца. — Или ты хочешь сказать, что за полчаса освоила магловские методы взлома?       Пэнси замерла. Она бросила быстрый, почти умоляющий взгляд на Тео, но тот в этот момент проявлял недюжинный интерес к содержимому своего стакана, стараясь не пересекаться взглядом с Гермионой.       — Я... — Пэнси осеклась, но слизеринская выправка взяла верх. Она расправила плечи. — Ну хорошо! Допустим, я попросила Тео помочь. У него есть свои способы подбирать ключи, Гермиона. Не будь такой занудой.       Гермиона перевела взгляд на Нотта. Тот выглядел как человек, который только что добровольно выпил одно из самых мерзких зелий.       — Тео?       — Слушай, Грейнджер, она была очень убедительна, — Тео виновато развёл руками, наконец признав поражение. — А телефон... Ну, скажем так, разблокировать магловское устройство для человека, который вырос на взломе древних родовых сейфов, — это как отобрать конфету у первокурсника.       — Немыслимо! — всплеснула руками Гермиона, забыв о стакане в своей руке.       Жидкость пролетела по дуге, разлетаясь мелкими каплями по гостиной. Возникла тишина. Гермиона слышала только своё учащённое дыхание и треск поленьев в камине. Долгие мгновения она переваривала всё то, что произошло всего за один вечер, и не могла понять, как её жизнь так круто изменилась. Сперва этот сумасшедший с подарками, потом внезапный интерес от аккаунта, за которым она следила, и, в конце концов, то, что её друзья (хотя она не могла назвать Тео близким другом, скорее приятелем) сговорились и решили устроить ей личную жизнь. Голова шла кругом. Но что Гермиона знала точно, так это то, что больше не намерена ни секунды оставаться в этом доме.       Она подошла к креслу, наклонилась, забирая сумочку, а затем выпрямилась и спокойно объявила:       — Я возвращаюсь к себе.       Она развернулась на пятках и, позабыв о брошенных босоножках, быстро поднялась по лестнице, крепко сжимая телефон в своей руке. Дверь жалостливо скрипнула, сталкиваясь со стеной. Но Гермиона не остановилась. Она хватала одну вещь за другой, полностью избавляла гостевую спальню от своего присутствия.       В один из вечеров, когда Паркинсон уговорила её выпить «немного» вина, Гермиона выдала ей свой секрет. Показала, где в доме можно пользоваться телефоном, и позволила заглянуть в аккаунт «Tentation nocturne». Но она не ожидала, что это вскоре обернётся против неё.       Сетуя на собственную глупость, Гермиона запихивала в зачарованную сумочку свои вещи. Она не проверяла, точно ли забрала всё, потому что не собиралась полностью обрывать общение с Пэнси и знала, что позже обязательно вернётся сюда. Просто сейчас ей нужно было побыть одной и успокоиться.       Когда она спустилась вниз, чтобы переместиться в свой дом с помощью камина, то в гостиной уже никого не было. Гермиона подняла позабытые в спешке босоножки и пиджак, подошла к горшочку с летучим порохом и замерла, когда откуда-то раздалось жужжание. Сперва она подумала, что ей показалось, но звук повторился. Она нащупала спрятанный в кармане телефон и взглянула на экран — ничего.       Тогда её взгляд заскользил по гостиной и наткнулся на телефон, лежащий прямо на том месте, где сидел Тео. Экран вспыхнул и погас, когда пришло ещё одно оповещение. Гермиона хотела уже ступить в камин, но что-то заставило её остановиться. Она бросила порох обратно в горшочек и, оглядевшись и заметив, что поблизости никого нет, подошла к телефону.       Сердце сделало кульбит, когда она прочитала имя того, кто так яростно написывал Нотту.       «Слизеринская неженка».       Возможно, это было нарушением того самого личного пространства, о котором она вещала Пэнси, но Гермиона провела пальцем по экрану, заставляя стопку уведомлений разъехаться.       Слизеринская неженка: НОТТ, ОТВЕТЬ НЕМЕДЛЕННО! ЭТО КАТАСТРОФА! Твоя теория — дерьмо. Я только что аппарировал от Грейнджер, мы целовались у её дома, и я клянусь, она была абсолютно искренней. НО В ЭТУ ЖЕ СЕКУНДУ Red_and_Gold ПРИСЛАЛА МНЕ СООБЩЕНИЕ, СПРОСИВ ПРО МОИ ФАНТАЗИИ! Если это не она, то кто, во имя Мерлина, эта извращенка, которую мы приняли за Грейнджер?! Выясни у Паркинсон, не её ли это шутки, пока я не аппарировал к тебе и не придушил вас обоих.       Слизеринская неженка: Я в секунде от того, чтобы перевернуть весь Лондон в поисках тебя! Где ты, блять, шляешься?!       Слизеринская неженка: Потом не жалуйся, что запасы твоего огневиски истощились! Мне нужно, чтобы ты ответил, маленький вредитель! Кого ты мне подсунул?! Ты же клялся, что это точно Грейнджер!!!       Глаза Гермионы шокировано округлились. Вне всяких сомнений, эта самая «Слизеринская неженка» — никто иной, как сам Драко Малфой! Но при чём здесь её никнейм в приложении? Пазл со скрипом, но собрался в её голове практически мгновенно.       «Tentation nocturne» — это Малфой? Гермиона, дабы подтвердить свою догадку, провела пальцем по экрану, открывая диалог полностью. Месяцы переписки замелькали перед глазами, но когда она снова пролистнула вниз, то взгляд зацепился за одно сообщение:       Слизеринская неженка: Это катастрофа! У Грейнджер из сумки на глазах всего Министерства выскочил розовый член. Либо Фрэнни слишком рано доставила его, либо я что-то напутал со временными чарами.       — Ах ты говнюк! — возмущённо прошептала Гермиона. — Ну я тебе устрою весёлую жизнь, сталкер недоделанный!       Она поспешно стёрла последние сообщения и положила телефон на место. План в голове уже сформировался и, подгоняемая праведным гневом, она снова зачерпнула порох и шагнула в камин.       Драко Малфой только что подписал себе приговор.

𓇢𓆸

25 сентября 2018 года.

      Схватившись за голову, Драко сидел в комнате отдыха для авроров, проклиная вчерашний порыв напиться вдрызг. Грёбаный Нотт так только не отвечал, и компанию Драко составляла отличная бутылка «Огдена». Конечно, Тео в конце концов вернулся домой, пытался что-то ему рассказать, но он был не в состоянии слушать. Единственное, что уловил его затуманенный алкоголем мозг: «Red_and_Gold» — это точно Грейнджер. Остальное его не особо волновало, поэтому после этой чудесной новости он вырубился.       Откупорив ещё склянку с антипохмельным зельем, Драко одним махом глотнул противную жидкость. Спустя минуту разум немного прояснился, а в голове перестал звучать назойливый молоточек.       Ему ещё предстояло весь день провести бок о бок с Грейнджер, что могло плохо сказаться на его самочувствии. План по завоеванию этой ведьмы он пока отложил, предпочитая бросить все силы на борьбу с похмельем.       Встав со стула, на котором провёл последние полчаса, Драко достал палочку и привёл в порядок мятую рубашку.       — Вот ты где, — дверь распахнулась, впуская Поттера. — Гермиона тебя искала. Расписание немного сдвинулось, вам нужно уже выдвигаться.       Он бодро подошёл к столу с выпечкой, как делал каждое утро, и выбрал самую румяную. Драко скривился от его чрезмерной жизнерадостности, а затем направился к двери.       — Кстати, вчера она была не в духе. Ужин прошёл плохо?       Драко остановился как вкопанный. Повернулся к Поттеру.       — Это она сказала?       — Нет. Пэнси сказала, что она собрала свои вещи и вернулась в свой дом. А Гермиона бы не сделала этого, не попрощавшись со мной.       — Ты придаёшь слишком большую значимость своей персоне, Поттер, — равнодушно бросил Драко, покидая комнату отдыха.       Дорога до кабинета Грейнджер оказалась слишком короткой. Драко не успел привести мысли в порядок, как уже остановился перед знакомой дверью. Он коротко постучал и застыл в ожидании приглашения. Прислонившись плечом к стене рядом с дверью, он лениво осматривал трудящихся подчинённых Грейнджер. Луна Лавгуд метнула взгляд в его сторону, загадочно улыбнувшись. Драко нахмурился, но решил, что у него нет времени разгадывать очередные бредни Лавгуд.       По другую сторону двери раздалось тихое «Войдите!».       Драко смело шагнул в кабинет и замер на месте. Грейнджер стояла у своего стола, прислонившись бёдрами к столешнице и обхватив её край руками. Шёлковый топ на тонких бретелях с глубоким вырезом открывал больше голой кожи, чем она обычно позволяла себе на работе. Глаза Драко опустились ниже, минуя особо опасные места, способные отправить его в нокаут. Но он едва сдержал порыв развернуться и уйти, когда заметил чёрную юбку, облегающую бёдра Грейнджер словно вторая кожа, и разрез спереди, открывающий вид на кружевной край чулок. Он тяжело сглотнул, отвёл взгляд.       — Доброе утро, мистер Малфой.       Драко едва не застонал вслух. Кто бы мог подумать, что ему понравится, когда к нему обращаются «мистер»? Не то чтобы он возбуждался от этого каждый раз, когда кто-то его так называл, но из уст одной конкретной ведьмы это звучало как приглашение к прелюдии.       — К чему такая официальность, мисс Грейнджер? — он засунул руки в карманы брюк, намеренно оттягивая ширинку, чтобы скрыть растущую эрекцию.       — Разве? — она вскинула бровь. — Я просто поздоровалась с тобой. Это не официальность, а вежливость.       Драко усмехнулся. Кончики его пальцев зудели от желания обхватить её бёдра и задрать ткань повыше, чтобы увидеть пояс от чулок, который виднелся через вырез юбки.       — Поттер сказал, что ты искала меня, — он нарочито медленно подошёл к ней.       Грейнджер задрала голову, глядя на него снизу вверх. Её накрашенные красной помадой губы скривились в усмешке, но не в такой, к которой он привык. Этот жест подействовал на него отрезвляюще. Похмелье мгновенно отступило, позволив сосредоточиться только на женщине перед ним. Драко оставил между ними небольшое расстояние, осознанно создавая между ними дистанцию, которая бы не причиняла ему слишком сильную боль. Потому что смотреть на неё, без возможности прикоснуться, было сродни пытке.       — Я решила отменить сегодняшнее задание. Местность слишком сложная, и моего опыта недостаточно, чтобы разработать план, — она плавным движением откинула волосы с правой стороны, открывая вид на шею, плечо и ключицу.       Руки Драко в карманах сжались в кулаки, зубы прикусили язык. Он до одури хотел провести языком по её ключице, по шее, коснуться пульсирующей жилки, которая теперь была так хорошо видна.       «Салазар… Пропади моя жизнь! Меня уволят за домогательство к начальству на рабочем месте», — пронеслась мысль в его голове.       «Да, но это будет того стоить», — подначивал его внутренний голос.       — У тебя есть карта? — внезапно охрипшим голосом поинтересовался он, надеясь отвлечься на задание.       — Конечно, — она улыбнулась и прошла мимо него, задев его грудь рукой. — Извини, не ожидала, что ты будешь стоять так близко.       «Что, блять, происходит?»       С каких пор Грейнджер стала такой? Где привычные колкости? Где излишняя занудность и её привычные блузки с длинным рукавом? Неужели вчерашний вечер что-то изменил?       Драко повернулся к ней, уже собираясь задать эти вопросы напрямую, но замер, наблюдая за тем, как Грейнджер взбирается на лесенку, предназначенную для того, чтобы доставать нужную документацию с верхних полок.       Пока она не видела, он задрал голову к потолку и протяжно выдохнул, стараясь себя не выдать. Когда его взгляд снова упал на неё, она уже была на верхней ступеньке и наклонилась вперёд, перебирая что-то в глубине полки. Юбка поползла вверх, практически оголяя её ягодицы.       Нет. Его выдержка, конечно, хороша, но не до такой степени.       — Тебе помочь?       — Что? — она оглянулась через плечо. — Нет, я уже нашла.       Она спустилась вниз, протиснулась между столом и Драко и разложила карту. Грейнджер наклонилась над столешницей, прижимая угол карты пресс-папье. Её ягодицы прижались к его паху.       — Грейнджер, — прохрипел он, из последних сил держа свои руки при себе.       — У тебя уже появились какие-то идеи? — она выпрямилась и отступила. — Я думаю, что здесь нельзя использовать аппарцию.       Работа — последнее, о чём он мог сейчас думать. Драко приблизился к проклятой карте, окинул внимательным взглядом местность, даже не уточнив, на кого они будут охотиться, потому что он просто не мог сосредоточиться!       — Нам нужно остаться незамеченными?       — Да, — она кивнула и, встав сбоку от стола, наклонилась, тыча пальцем в противоположный конец.       «Ёбаный пиздец».       Драко, как представитель древнейшего чистокровного рода, редко опускался до таких мелких выражений. Но в данный момент весь его интеллект махнул ручкой, и его телом стало управлять желание. Его глаза не отрывались от выреза на топе Грейнджер, который в таком положении открывал больше, чем следует.       Мерлиновы яйца! Он мог поклясться, что даже увидел её сосок.       Сильно ли он облажается, если прямо сейчас повалит эту ведьму на стол? Член заныл от картины, вспыхнувшей в голове.       — Так что ты думаешь?       — Что?       — Я только что объяснила тебе, почему не могу продумать план отхода в случае провала! — Грейнджер выпрямилась и положила руки на талию. — Ты вообще меня слушал?       — Прости, я отвлёкся.       Её брови поползли вверх от удивления. Драко и сам понимал, что от него довольно редко можно услышать извинения, но он облажался. Он не слышал ни слова, представляя, как ласкает языком её грудь, как его пальцы проникают под её белье, натыкаясь на влагу.       Блять!       — Драко, если ты не здоров, то тогда лучше отправляйся домой, — она нахмурилась и подошла к нему вплотную, обхватив его щёки руками и внимательно изучая его глаза. — Мне кажется, что ты мог простудиться, когда отдал мне пиджак.       В том, что произошло дальше, он будет винить исключительно свои руки, не желающие слушаться приказов его мозга. Драко обхватил одной рукой талию Грейнджер, а второй зарылся в кудри. А затем, не встретив сопротивления, поцеловал.       Салазар, это уже входит в привычку — вот так напирать на Грейнджер. Он дважды взял инициативу в свои руки, но если первый раз хоть и был хорош, то теперь прикосновение к её губам напоминало грёбаный экстаз.       Драко было плевать на доводы вдруг проснувшегося разума. Плевать на последствия. Он просто наслаждался тем, как язык Грейнджер по-хозяйски скользнул в его рот, как она обхватила рукой его шею, притягивая его тело к своему, не оставляя между ними расстояния. Её бёдро прижалось к его ширинке, касаясь возбуждённого члена. Драко углубил поцелуй. Его пальцы впились в её талию.       Он подтолкнул её к столу. На мгновение оторвавшись от её губ, одним движением усадил на столешницу и обхватил руками бёдра Грейнджер, протиснувшись между ними. Юбка задралась, открывая вид на чёрное кружевное бельё.       Он смотрел вниз, словно заворожённый, затем его взгляд скользнул выше, замечая очертания сосков сквозь ткань шёлкового топа. Наконец Драко рискнул посмотреть выше: красная помада смазалась, карие глаза горели желанием.       Грейнджер прикусила нижнюю губу, а затем опрокинула на него ушат ледяной воды.       — Думаю, мы поторопились.