Свет в окне

Невероятное спокойствие и умиротворение. Никакой тревоги. Никаких навязчивых мыслей. Чхве Сонми, теперь именуемая Пак Сонми, чувствовала себя уверенно. Твёрдо стояла на ногах, ощущая прилив энергии этим вечером. К своим одноклассникам она была безразлична. Эти люди не подарили ей ни-че-го: ни хороших воспоминаний, ни плохих; ни понятий о дружбе или неприязни. Эти безликие существа просто прошли с ней несколько лет, но она совсем их не помнит и не знает. Она даже не вспоминала о школьных годах, проведённых в какой-то компании. Всегда одна. Всегда одинока. Всегда отличающаяся. Белая ворона в обществе. И всего два варианта: либо она была неправильной, либо общество было неправильным. Не те люди. Они не вызывали интереса. Ей не хотелось с ними общаться, собственно, как и одноклассники не горели особым желанием обзавестись дружбой с девушкой, поглощённой книгами. У всех была одна ассоциация с ней: библиотека, кофе, пергамент, чернила и тишина. И, может, прояви они минимальную заинтересованность, познали бы другую её сторону. Её считали скучной, нелюдимой заучкой. И она не может отрицать, говоря, что их мнение было неправильным. Но. Её интересовал мир, искусство, строение тела, языки, поэзия. Ей хотелось знать как можно больше, она впитывала знания, как губка жидкость, как грунт воду. Она была многогранна, мудра, умна. Рассматривала мир и людей под разным углом, анализировала и пыталась понять. Ей была интересна психология — любая, она не выбирала конкретный вид, изучала всё. Возможно, она казалась сверстникам скучной, потому что те были необразованны и незаинтересованны в знаниях. Она для них была слишком умна. Знала много слов и использовала их в своей речи. Была остроумна, и язык у неё был подвешен. Говорила о том, в чём не разбирались другие. Именно поэтому она и решила больше не проявлять какую-то инициативу, как старалась делать это в начальных классах и половину средней школы. Всё перевернулось вверх дном, стоило на втором году старшей школы прийти новому ученику. Шим Джеюн был ярким, взрывным, светлым и сияющим человеком. Он сверкал, притягивал к себе людей своей дружелюбной и тёплой энергетикой. С ним хотели дружить и общаться, на него хотели ровняться. Он освещал всех и всё, словно солнце: летнее, тёплое, палящее, яркое. Остальные меркли на его фоне. Сонми, хоть и не горела особым желанием, но тоже поглядывала в сторону дружелюбного новенького и предполагала, что после такого точно что-то должно поменяться — ведь обычно так и работает жизнь. В прочитанных романах такое тоже частенько случается: ради развития сюжета. А если случается в литературе — значит и в жизни тоже: приходит какой-то человек, ты не даёшь этому должного внимания и значения, а он по итогу меняет всё на сто восемьдесят градусов. Собственно, так всё и произошло, стоило им столкнуться в библиотеке. Пак удивлённо уставилась на нового одноклассника, пока тот извинялся, неловко улыбался и поднимал выпавшие книги с их рук. Яркий, солнечный Шим Джеюн становился спокойным и тихим среди книжных полок. Они вместе тихо читали свою литературу, пили чай с термоса Сонми и ели купленные вишнёвые булочки Шимом. Вскоре это переросло в отношения. С ним было тепло и легко. Он излучал комфорт, окутывал им Сонми. Он дарил ей улыбки, переплетая их пальцы, а потом снова принимался за чтение своей книги. Девушка поступала так же, чувствуя, как его указательный палец ласкал её костяшки под столом, гладил кожу, вырисовывал непонятные линии. Стоя перед рестораном, в котором решили устроить встречу одноклассников спустя восемь лет, Сонми думает, что Джейка быть тут не должно. Он уехал на родину сразу после выпуска, потому что бабушка тяжело заболела. Это была вынужденная мера. Светлые и тёплые отношения пришлось расторгнуть, словно какой-то контракт. Шиму место на родине — в Австралии. Всё-таки он прожил там большую часть жизни. Менталитет Кореи никогда не подходил ему. Она не жалеет о том, что рассталась с ним, хоть это и было тяжело и определённо порезало сердце, но иногда стоит отпустить, чтобы начать новую жизнь. Опыт с Джейком был прекрасным, ведь отношения были переполнены преданностью, теплом, мягкостью, стабильностью и уютом; отношения были здоровыми и переполнены любовью. Пак бережно хранила их в глубине своего сердца, трепетно оберегая как что-то очень ценное и важное, но не поддавалась ностальгии, не ища во всех своих последующих партнёрах Шима. Всё шло так, как надо. Это было правильно. Ей повезло, что первая любовь не сломала её, не ранила и не подарила множество травм, как это зачастую бывает в этом мире из-за неопытности и незрелости. У Чхве был прекрасный пример настоящих отношений — родители — как и у самого Джейка, что очень сильно повлияло и на их отношения. Она благодарна ему за опыт и светлые воспоминания, но она никогда не держалась за него, понимая, что Джейку не место здесь, в Корее, а ей не будет места там, в Австралии. Так что, чтобы не мучить друг друга, рано или поздно, им бы пришлось отпустить друг друга и ступить на новую ступень жизни, дабы получить новый опыт. Два года с ним были прекрасными. Пак пришла сюда только для того, чтобы убедиться в том, что ей действительно нет места среди этих людей. Чтобы доказать себе, что это нормально — не вписываться в общество, ведь её любимый муж тоже выделялся; он всегда твердил ей, что, если она не вписывается в общество, — она обязательно впишется в другое, в котором будут разделять её взгляды и интересы. И она вписалась в общество Пак Джея, а это уже значило, что всё хорошо, что так нужно, что это правильно и нормально. Внутри светло и тепло, отчего становится приятно и хорошо, ведь на улице дубак. И зачем им только приспичило встретиться в раннем марте? Повзрослевшие одноклассники кажутся незнакомцами, коими они и были. Она снимает своё пальто и вешает на крючок около входа, проходя к столику, за которым уже собралось около шести человек. Ким Чэвон, когда звонила Сонми, упомянула, что их будет не особо много, максимум десять человек: у кого-то дети, у кого-то работа, а кто-то вообще переехал за границу. — Чхве Сонми? — из-за стола встаёт Бомгю, удивлённо хлопая глазами. — Даже и не думал, что ты придёшь. — Ух-ты, Сонми. — восхищённо отзывается Вонён. — Так похорошела. Ей комплименты не льстят. Она коротко приветствуется, сопровождая это кивком, и садится на свободный стул. — Ну, Сонми, рассказывай, как дела у тебя? — лучезарно улыбается Сону. Поразительно, что она до сих пор помнит все их имена. — Замечательно, — спокойно отвечает девушка и обводит нечитаемым взглядом присутствующих. — Слышала, ты замуж вышла? — Йеджи обводит заинтересованным взглядом бывшую одноклассницу. — Мне казалось, что ты не создана для этого всего. — А я наоборот думал, что она будет прилежной женой, — вставляет свои пять копеек до этого молчаливый Тэхён. — Вышла, — подтверждает Сонми, оставаясь равнодушной к произнесённым заявлениям ранее. — По одежде видно, что удачно, — тон кажется безобидным, но зависть Йеджи Сонми чувствует осязаемо. Что-то остаётся стабильным — завистливый характер Хван. — Я в состоянии самостоятельно обеспечить себя. Дело не в супруге, — холодно бросает Пак. Йеджи охает и больше ничего не говорит, что к лучшему. Потом подтягиваются остальные: Чэвон, Сонхун и, к всеобщему удивлению, солнце их класса. Самый яркий человек, кажется, в мире. Джейк сияет, как и прежде. Тёплая энергетика и комфортная аура так же витает вокруг него. Он со всеми дружелюбно здоровается и садится прямо напротив Сонми, встречаясь с ней взглядом. Внешне она остаётся невозмутимой, но сердце отбивает чечётку в области груди. Его не должно быть здесь. Что он забыл тут? Почему пришёл? Вскоре приносят заказ: еду и алкоголь. Чхве отказывается от пива, но Чэвон добродушно предлагает ей вино, которое и сама собирается пить, так что Сонми соглашается составить ей компанию. Перед ней стоит тарелка с пастой карбонара, но она даже не прикасается к еде, то и дело возвращаясь взглядом к сидящему напротив Джейку, который ведёт беседу ни о чём с остальными бывшими одноклассниками. Когда их глаза встречались, Пак тут же отводила взгляд, чувствуя себя неловко сугубо из-за того, что ведёт себя как маленькая неуверенная девочка: на Сонхуна, тихо попивающего пиво рядом с Шимом и Тэхёном, на Чэвон, которая о чём-то щебетала с Вонён и смеялась, на стоящий вазон позади, на висевшую картину, на Бомгю, поедающего мясную закуску и как обычно бесящего Йеджи своими колкими комментариями на её комментарии — у них роман не удался в средней школе, после они возобновили отношения в старшей, но опять расстались. Сонми слышала, что они то сходятся, то расходятся, что было очень в их духе. Словесные перепалки, не приводящие ни к чему толковому, всегда были главной частью этого союза. Чэвон — единственная, с кем иногда поддерживала связь Сонми, — упомянула до этого, что эти ребята успели расписаться, но буквально через неделю уже подавали заявление на расторжение брака. Сейчас же они не вместе. Но, кажется, их совсем ничего не смущает. Они общаются в привычной для них манере. Дружеской. И Сонми всё равно вернула свой взгляд на Шима, увлечённого разговором с бывшими одноклассниками. Рассказывал о жизни в Австралии, о том, что сейчас у него свой маленький бизнес. Не особо прибыльный, но на жизнь очень даже хватает — комментарий Джеюна. Сонми это позабавило, ведь у Джейка своя машина и квартира с панорамным видом. Это удовольствие не из дешёвых. Она знает это из-за Сонхуна, на которого подписана в Инстаграме, из-за чего в рекомендациях попался аккаунт Джеюна, и она из-за любопытства всё же просмотрела его страничку. Как Пак известно, Шим не поддерживал общение до этого ни с кем из одноклассников. Кроме Сонхуна. Собственно, в этом ничего удивительного — они нашли общий язык с первого дня знакомства. После выпуска, конечно же, их общение стало редким, но связь не прерывалась никогда между этими двумя. — Весь вечер пялишься на него, — подмечает Сону, сидящий рядом. А от этого лиса ничего не ускользнёт. Вот что навсегда останется стабильным и неизменным. — Замужем. Сонми бросает взгляд на кольцо своё. Она прекрасно помнит об этом, ведь своего мужа безмерно любит. И Шим для неё не больше, чем воспоминание и интерес — а что же в его жизни изменилось? — Твоему мужу не понравилось бы это. — Тебе ли знать. — Сонми бросает равнодушный взгляд на Кима. — А у вас брак по расчёту или как? Иначе я не понимаю, почему занятая женщина пялится на другого мужчину. Ей известен этот тон. Хитрый. Он вынюхивает, собирает сплетни для громкого заголовка. — Смотреть — преступление? — она изгибает бровь. — Так — вероятно. Сонми хмыкает. Нужно следить за собственным языком. Всё, что она сейчас скажет, либо пойдёт ей на пользу, либо закопает репутацию. — Собираю сплетни для мужа. Шим разговаривает целый вечер и рассказывает занимательные истории. — Для того чтобы собирать сплетни, не обязательно пялиться. — А как я мужу расскажу, каким изменениям подверглись мои бывшие одноклассники? — Твои бывшие одноклассники или просто твой бывший? Сонми пропустила замечание мимо ушей. — Йеджи покрасилась в рыжий, и этот цвет сделал её ещё более взрослой. Будем откровенны: он ей не к лицу. Бомгю слегка поднабрал в весе. Вонён визуально стала приторно сладкой — яркий показатель того, что она очередная кукла индустрии красоты. У Сонхуна заметила немного седых волос. Но это его только красит. Такие мужчины, как он, — как вино, с каждым годом слаще и лучше. Сону хитро улыбается: — А Джеюн чем так зацепил? — Джейк? Не изменился. Только старше стал, и это заметно по взгляду и речи. Ну и успешнее, определённо. — А я? — Постарел. — Эй! — Сону хмурится, обиженно толкает девушку в плечо, но долго не дуется. Уж такова его натура. — Ты, Чхве Сонми, так и осталась заносчивой и равнодушной. — Мне это льстит. — Ещё бы. — он закатывает глаза в привычной для него манере. Сонми это напоминает школьные годы. Конечно же, Ким Сону ни капли не постарел. Такая миловидная и детская внешность никогда особо не исчезает, а преследует почти всю жизнь. Сону был из тех, кому на вид максимум восемнадцать дашь. С натяжкой. А по паспорту двадцать семь. Сону всё-таки замолкает. Его попытка вынюхать интересную информацию, например, что Сонми всё ещё неравнодушна к Джейку и вышла замуж по контракту, не увенчалась успехом. Сонми наблюдает за одноклассниками какое-то время, ест свою карбонару, смотрит на Шима и осознаёт, что ничего не чувствует к нему. Она не скучает по их отношениям, по нему. Она и не вспоминала особо толком моменты с ним последние три года — погружена в счастливый брак. Она скучает только по себе той — наивной, невинной, юной, неопытной, впервые влюблённой. Эта искра в глазах, горячее сердце, учащённое дыхание и пульс. Школа, неловкие прикосновения, молчаливые взгляды. Лишь воспоминания о том, какой была она тогда, заставляют её скучать. И всё. К самому Джеюну, разглядывая сейчас его, она не чувствует ничего, кроме благодарности за тот опыт, который получила. Вскоре вечер тихо подходит к концу — первым уходит Тэхён, его дома ждёт жена и двое детей. После него уходит Вонён, ссылаясь на то, что завтра ей рано вставать. Ещё через десять минут уходят Йеджи с пьяным Бомгю. Кажется, после этого они снова сойдутся. Сонми решает, что и ей пора уходить. Джей не писал и не звонил, он всегда такой — понимающий и верящий ей. Пак предупредила мужа ещё днём, что если не придёт к восьми из-за скуки, то скорее всего дома будет ближе к десяти. На часах девять двадцать восемь. — Была рада встрече, но пора домой. — Сонми встаёт со своего стула. — Муж ждёт? — не без намёка говорит Сону. — Несомненно. — Хорошего пути домой. — говорит улыбчивая Чэвон. Сонми в знак благодарности кивает. — Выйдем вместе? Мне тоже пора. — встаёт со своего места Джеюн. Он не настраивает, не навязывается, но Сонми лишь безразлично пожимает плечами. Возможно, им есть о чём поговорить. Шим бегло прощается со всеми, накидывает свою дублёнку, предлагает свою помощь Сонми, чтобы надеть пальто, как истинный джентльмен, но Пак вежливо оказывается, думает о том, что такое может выглядеть со стороны не очень. И вряд-ли, будь Джей тут, ему бы это понравилось. Хотя, если честно, Сонми и самой не нравится мысль о том, что какой-то другой мужчина, кроме её мужа, будет помогать ей надевать верхнюю одежду. Они выходят на улицу, идут молча в сторону парковки. — Ты на машине? — спрашивает Джейк. — Или тебя подвезти? Или вызвать такси? — Спасибо, я на машине. Шим понимающе кивает и улыбается мягко. Не лучезарно, а одними уголками губ. — Не знала, что ты вернулся в Корею. — почему-то начинает светскую беседу Пак. Возможно потому, что эта тишина излишне неловка и невыносима. — Я не надолго здесь. Побуду ещё месяц-два, и обратно на родину. Удачно совпал мой приезд и встреча выпускников. — он тихо хихикает и это у Сонми тоже вызывает лёгкую улыбку. — Ты изменилась. — подмечает Шим, вынуждая девушку посмотреть на него немного изумлённо. — Повзрослела. Стала ещё тише и молчаливее. Замуж вышла. Совсем прям как... Женщина. — Я и есть женщина. — Я знаю, просто я запомнил тебя юной и как будто бы маленькой. Сонми хмыкает. — А ты не изменился. — Правда? Даже совсем чуть-чуть? — Правда. Такой же яркий, тёплый и светлый. Как в юности. Джеюн улыбается и чешет затылок, они доходят до машины Сонми. — Моя машина там. — он машет рукой дальше по парковке. — В прокат взял? — Одолжил у знакомого на время пребывания здесь. Сонми кивнула. — Он хороший? — вдруг серьёзно спрашивает Шим, чем заставляет Сонми немного растеряться. Но отвечает уверенно. — Лучший. Джейк кивает, словно ставит тем самым точку в разговоре. — Что ж, рад за тебя. Успехов. Был рад встретиться. — он улыбается и Сонми улыбается в ответ, кивая. После садится в свою машину, заводит её, пишет короткое сообщение для мужа: «Еду домой» — и выезжает с парковки. Буквально в этот момент приходит сообщение от Джея. «Жду тебя дома.» По дороге домой она оставляет позади книги, чай в термосе, библиотеку, вишнёвые булочки и Шим Джеюна. Открывая дверь квартиры и заходя внутрь, она слышит как негромко играет музыка. А если играет музыка, значит муж читает книгу в гостиной на диване. Обыденность их семейной жизни. Но в итоге он приходит в прихожую, целует в её холодную щеку своими горячими губами, помогает снять пальто, и привычно спрашивает: — Голодна? Или поела там? — Поела. — Чай? — Не хочу. — Устала? — Да. И в этот момент он подхватывает её на руки, несёт в спальню. Сонми от неожиданности вскрикнула, а после рассмеялась. — Моя госпожа устала, ножки болят. Я буду плохим мужем, если не отнесу её на кровать, не раздену, и не уложу спать. — Даже без этого ты всё равно самый идеальный муж на всём белом свете. — Сонми улыбается. Искреннее. Чисто. Демонстрируя зубы. Так, как не улыбалась никогда никому другому. В этот момент ей кажется, что всё в жизни выстроилось как нужно: каждый человек пришёл, когда должен был, и ушёл, когда настало время. Первую любовь она оставила в прошлом — там, где ей место. А сейчас перед ней то, что выдержало годы, перемены, будни, быт, тишину и реальность. Любовь не всегда должна быть как пламя. Иногда она — как свет в окне, который ждёт тебя, когда ты возвращаешься домой. Она благодарна Джеюну за то, что они после школы расстались. Потому что сейчас у неё есть любимый муж. Она любима и счастлива.