Часть 30

Узи осталась одна. Пещера, которая ещё недавно казалась ей убежищем, теперь ощущалась как загробный мир. Холодный камень тянул тепло из корпуса, вода продолжала монотонно капать где-то в глубине, а ветер снаружи выл, словно злобно насмехаясь над ней. По крайней мере, сейчас ей так казалось. Она сидела на холодном, каменном полу, обхватив колени руками, и неотрывно смотрела в одну точку. Фиолетовый свет в глазах был тусклым, почти что мёртвым. "Я убийца — крутилось в голове. — Я всегда ей была. Просто забыла на время из за Эна". Каждое слово Син вгрызалось в неё, как ржавчина в металл. Узи капалась в своей голове, пытаясь найти хоть что то, что могло опровергнуть эти слова, но нашла лишь пустоту. Чёрную, вязкую и болезненную пустоту. Иногда вспыхивали обрывки: чей-то смех, тепло какой-то руки, ощущение, что она не одна. Но всё это тут же тонуло в боли и чувстве вины. Она медленно подняла руку и взглянула на на лезвие, которое выдвинулось само собой и отражало ее лицо. Металл блестел в слабом свете аварийного фонаря, оставленного Эном. — Если я убью себя… то хотя бы перестану быть проблемой. Для всех. И для рабочих, и для экипажа. Тихим шепотом она рассуждала в пустоту. Узи закрыла глаза. Уже тускло фиолетовые слезы вновь потекли по экрану. Она понятия не имела, сколько времени прошло — минуты, часы. Время окончательно потеряло смысл, хоть и раньше по сути его не имело. ***  Тем временем в бункере рабочих царила тяжёлая тишина. Эн шёл за Син молча, смотря под ноги и переваривая все, что случилось. Каждый шаг давался с большим трудом.  В груди было такое ощущение, будто кто-то сжал все его внутренние сложные механизмы в кулак, ломая их. Син шла впереди, безразличная и спокойная как статуя, что умеет ходить. Как всегда. Будто ничего особенного не произошло. Как только они вошли в жилой сектор, их встретила Долл. Она стояла у стены с скрещенными руками на груди. Её лицо было мрачнее обычного. — Ну что? — спросила она тихо, в голосе не было дрожи, но читалось беспокойство. — Нашли её? Эн кивнул, не поднимая глаз с пола и только тихо ответил: — Нашли. Син прошла мимо брата и встала рядом с Долл. — Она решила остаться там, — спокойно сказала девочка. — И это ведь т и правильно. Так безопаснее. Долл резко повернулась к ней. — Ты серьёзно?! — голос Долл дрожал от сдерживаемой ярости. — Ты хоть понимаешь, что ты наделала? Я слышала ваш разговор с Нейтом. Всё слышала. Ты заставила его стереть ей память полностью! Не просто подержать на улице, а уничтожить все то, что ей было важно. Ты не имела на это право, даже если ненавидишь ее!  Син безразлично посмотрела на Долл без всякого интереса. — А что, нужно было оставить всё как есть? Чтобы она в один прекрасный солнечный день пришла и убила Эна? Как наших родителей? — Мы даже не знаем точно, что произошло с родителями! — почти выкрикнула Долл. — Ты была маленькой! Ты не можешь помнить всё так, как говоришь! — Я помню достаточно, — холодно ответила Син. — И я защищаю свою семью. В отличие от вас двоих. Эн стоял в стороне и молчал. Он смотрел то на сестру, то на Долл. Он уже не удивлялся как именно Узи потеряла память, теперь это было вообще не самое важное. В голове крутилось всё, что произошло в пещере. Узи, готовая бросить в Син кинжал. Узи, сломленная и плачущая. Узи, которая буквально умоляла их уйти. — Я.. надо вернуться к ней, — наконец тихо сказал он. — Нет, — отрезала Син. — Ты никуда не пойдёшь. Она опасна. — Она не опасна! — Эн впервые за долгое время повысил голос на сестру. — Она просто.. сломана. Из-за нас. Из-за тебя. Повисла тяжёлая тишина. Долл смотрела на Син с смесью жалости и отвращения. — Ты зашла слишком далеко, — тихо сказала она. — Даже для мести убийце. Есть много способов наказать кого то, но лишать важных фрагментов памяти для жизни..  Долл замялась. Она не помнит как родился Нейт. Не помнит лиц своих родителей. Помнит только обрывки их фраз и голосов, даже не в состоянии составить их характер.  Нейт был не просто дефектным. В нем таился вирус, который мог на несколько секунд попадать в другого дрона и стирать ему память. Для каждого рабочего такая «акция» одноразовая. Стереть память он может лишь один раз одному человеку. Так он стер память сам себе, еще на первых секундах жизни, но тогда на него это не сильно повлияло, он бы и сам не запомнил. А когда Долл и Нейт остались без родителей, тот случайно стер память сестре, после чего, у нее остались лишь обрывки воспоминаний. Да, с годами она начала вспоминать больше, но так и не смогла построить целую картину.  Позже вирус они начали использовать в своих целях. Долл помогла брату научиться контролировать вирус: Выбирать, стереть ли всю память или отдельный кусок событий. Имеет ли человек шанс вспомнить что либо или нет. Но до сих пор, из за недостаточного возраста, он не может лишать памяти полностью. Но обрывки памяти, что пытался удалить вирус, всегда вызывают как минимум дискомфорт, а как максимум, тошноту и мигрень. *** Узи тем временем вышла из пещеры. Снег падал густыми хлопьями. Холод пробирал до самых проводов. Она шла без цели, просто вперёд, оставляя следы в свежем снегу. В голове крутились обрывки воспоминаний — слишком болезненные, чтобы их выдерживать. «Зачем я вообще подходила к ним? Зачем позволила себе..» Она вспомнила похвалу Лиззи. Вспомнила, как Эн улыбался ей. Вспомнила, как Син смотрела на неё с этой холодной, взрослой ненавистью. Узи остановилась посреди заснеженного  поля. Корпус дрожал, и не только от холода. — Я устала. — прошептала она. — Так устала быть тем, кого все боятся. Кого все ненавидят. Она опустилась на колени прямо в снег. Лезвие на руке выдвинулось само собой. Узи поднесла его к груди, туда, где находилось ядро. «Один точный удар… и всё закончится. Никто больше не будет страдать из-за меня». Рука дрожала. Она не могла нажать. — Чёрт.. — прошептала Узи. — Даже это я не могу сделать как следует… В этот момент она услышала шаги. Тяжёлые, уверенные. — Ну наконец ты соизволила вернуться, — раздался знакомый голос. Узи медленно подняла голову. Перед ней стояла Лиззи. Рядом с ней, скрестив руки, стоял Тед. Оба выглядели уставшими и напряжёнными. — Мы обыскали пол-окрестностей, — продолжила Лиззи, прищурившись. — Ты где пропадала, эмо-девочка? Узи молчала. Она просто смотрела на них пустым взглядом. Тед фыркнул. — Что, опять истерика? Сколько можно уже ныть? Ты демонтажница или тряпка? — Заткнись, Тед, — резко рявкнула Лиззи. Она подошла ближе и присела на корточки напротив Узи.  — Что с тобой? Ты выглядишь.. эм.. хуже, чем обычно. Узи горько усмехнулась. — Я… я пыталась убить ребёнка. Сегодня. Маленькую девочку. Потому что она сказала мне правду. Что я чудовище. Что я убила её родителей. Что я должна была убить Эна. Лиззи и Тед переглянулись. — Какого ещё ребёнка? Что за Эн? Рабочий какой то? — осторожно спросила Лиззи. Узи не ответила. Она просто закрыла лицо руками. — Я не могу так больше. Я не хочу быть убийцей. Но я и не могу быть другой. Всё, что я делаю — приношу боль. Всем. Тед закатил глаза, но даже он на этот раз промолчал. Лиззи протянула руку и неуклюже положила ладонь на плечо Узи. — Слушай… я не знаю, что там у тебя произошло. Но ты часть экипажа. Даже если иногда бесишь. Возвращайся в капсулу. Разберёмся. Узи подняла чуть посветлевший фиолетовые глаза. В них было столько боли, что Лиззи на секунду отвела глаза. — А если я не хочу возвращаться? — тихо спросила Узи. — Если я просто.. хочу исчезнуть? Лиззи долго молчала. — Тогда все равно пойдешь. Давай, не оставлю я тебя тут. Знаю я, каково это — чувствовать себя ненужной мразью. Поверь, знаю. *** Эн тем временем снова вышел на поверхность. Он шёл к пещере, несмотря на все возражения Син и Долл. Снег падал ему на плечи, но он не замечал холода. В голове было только одно.  Когда он подошёл к пещере, там было пусто. Только упавший фонарь и следы, ведущие наружу. Эн немедля пошел по ним по ним. Узи сидела в снегу между Лиззи и Тедом. Она уже не плакала. Просто смотрела в пустоту. — Я не знаю, кто я, — тихо сказала она. — И, наверное, никогда не узнаю. И даже не вспомню. Лиззи хотела что-то ответить, но в этот момент из снежной пелены появился Эн. — Узи! Он подбежал к ней, тяжело дыша. Его глаза были полны отчаяния и надежды одновременно. Лиззи и Тел напряженно переглянулись, увидев рабочего, но Лиззи жестом показала ему не трогать его. Узи посмотрела на него. И впервые за долгое время улыбнулась — слабой, грустной улыбкой. — Ты всё-таки пришёл..  Эн подошел к ней, все еще с отдышкой. — Слушай.. — он хотел начать говорить, но заметил взгляд убийцы. Узи долго смотрела на него. Потом медленно встала и взяла его за руку. — Может быть… — прошептала она. — Может быть, в другой жизни у нас бы получилось. Или в другой вселенной. Я уверена, где то точно. Она замолчала на несколько секунд, потом добавила. — Я думаю, что дружба или любовь между убийцами и рабочими невозможна, но я рада что у тебя есть надежда, возможно раз она есть, то я ошибаюсь. Она встала на цыпочки и поцеловала Эна. А на пятой секунде ее ядро было проткнуто лезвием, что час назад отражало ее лицо.  И только при адской боли, она вспомнила все моменты с ним. Последняя фиолетовая слеза покатилась ее по монитору, за секунду до его отключения.