Глава 12. Между гранью

      Я мало что знаю о сновидениях, но могу поклясться, что это был какой-то знак. После того, как мы с Сайко победили, мои кошмары перестали появляться, но я не ожидал, что спустя месяц может снова что-то случиться. И я не говорю о припадках или о странном поведении Хацунэ, я говорю о сновидении.       Я не видел себя и не чувствовал, как будто я являюсь призраком, но я видел школу. Я почему-то ходил снаружи здания и высматривал уголки. И вдруг я услышал, как по стенам проходит скрежет. Я подхожу к нему все ближе и ближе, а звук ставал все громче и противнее, потому что тот, кто царапает стену, издает неприятный звук, который сильно бьет по ушам. Я сворачиваю за угол и вижу какого-то человека. Он был одет в черный пиджак, а также он имел причудливую прическу. Он с помощью камня чертит символы, прямо на том месте, где показывал мой учитель Крово. Неужели перед моими глазами настоящий владелец клятвы? Я не видел его лицо, но его внешность была похоже на школьную. Значит, он обычный ученик нашей школы?.. И значит это он, кто создал священную клятву?       — Эй! — окликнул я его.       Он остановился и спустя пару секунд резко посмотрел на меня. Его глаза светились от безумия. Его руки дрожали, а символы были неровными. Кто же… Кто же он такой?       Когда он встал с земли, сон вдруг прекратился. И когда ветер в ушах перестал слышаться, я открыл свои глаза. Я смотрел на свой потолок и слегка удивляюсь, что спустя большое времени снова происходят со мной странные вещи.       — Привет, потолок, — говорю я.       Теперь я решил, что когда у меня случаются необычные события, я говорю потолку «привет». Это мне хорошо напоминает о том, что мое пробуждение ото сна было с новинкой.       За дверью своей комнаты я слышал, как мои папа и мама о чем-то спорили. Значит, сегодня у меня не обычная жизнь школьника?.. А я так надеялся, что это продлится чуточку больше. Ладно, может быть споры моих родителей и странное сновидение ничего не значат, но я точно уверен, что это новые моменты из моей жизни.       Я поднялся с кровати и в очередной раз натянул на себя школьную форму, собрал нужные вещи в сумку и спустился вниз.       — Да, но разве это не должно значить, что они обязаны принять совместный проект? — спрашивает мама.       — Я с этим тоже согласен, — отвечает папа. — Мы же завершили его на хорошей ноте! Почему они должны неожиданно отказать нам?       — Вот-вот!       — Что у вас случилось? — с тяжестью говорю я.       Из-за того, что у меня случился странный сон, у меня выпали все силы хоть что-то нормально сделать. Поэтому мне придется поднапрячься, чтобы произнести даже одно слово.       — Отказали, — говорит папа. — Тем более это было даже неожиданно.       — Люди умеют делать гадости, — говорю я.       — Правильно мыслишь, Акира. — Мой папа сделал пару глотков кофе. — Я не понимаю, почему они вдруг высказали свое недовольство к проекту… Месяц назад его одобрили!       Мама кивала, тихо соглашаясь с ним.       — Ладно, что у нас сегодня на завтрак? — спрашиваю я.       — Как обычно яичница и бекон, — отвечает мама.       — Снова?       — Да. Извини, соня, другого у нас больше нет.       Я помню, как за долгое время я решился съесть хлопья с молоком. Сделал я это один раз, и когда мои мамам и папам начали давать больше выходных, у меня всегда утро начинается с того, что я ем яичницу с беконом, а после этого запивая все это апельсиновым соком. Идеальный завтрак, но иногда надоевший.       Мы с папой сели за стол. Мама нам подала тарелки, и мы начали есть свой завтрак вилками.       — Как у тебя проходит учеба? — спрашивает папа.       Удивительно, но это второй раз, когда моих родителей заботит учеба.       — Нормально, — отвечаю я. — Но с чего такой вопрос?       — Просто мы давно не говорили о чем-то другом.       Хотя нет, ошибаюсь. Помню, когда мой папа искал подходящую работу, его больше всего заботило моя успешность в школе. Честно, это напоминает ситуацию с учителем, когда его стала волновать больше всего бюджет, чем ученица со странными доводами. Но раньше наш разговор с моими родителями не был нормальным или необычным, он был никаким, совсем. Мы редко беседовали что-то вместе, поэтому наши разговоры всегда выглядели подобно телешоу. К примеру так: Смена кадра Завтрак в доме № 13 по улице Отомесандо. Семья Судзуки — Акира Судзуки (15 лет), только что поступивший в старшую школу, Сато Судзуки (41 год), отличная учительница с великим умом, и Кимико Судзуки (42 года), менеджер в офисе, ранее работавший обычным курьером — садятся завтракать. КИМИКО: Как прошел школьный день? АКИРА: Нормально? КИМИКО: Это вопрос? АКИРА: Нормально. КИМИКО: Как тебе старшая школа, Акира? АКИРА: Я нашел себе нового друга. КИМИКО: Неплохо! Как его зовут? АКИРА: Синдзи. Он учится в школе больше меня. КИМИКО: И насколько же? АКИРА: Где-то на год. САТО: Будь осторожен с выбором друзей, Акира-кун. Вдруг ты попадешь в плохую компанию. АКИРА: Мама, я очень осторожный ученик в старшей школе Японии. САТО: Это хорошо. Но все-равно будь всегда настороже. КИМИКО: А как проходит учеба? АКИРА: Просто замечательно. Наш учитель отлично обучает нас. САТО: Мне всегда нравился учитель Крово. Он хорошо заботится о своих учениках. КИМИКО: Дорогая… САТО: Что? Он отличный человек в своем деле. Я сама в этом убедилась! КИМИКО: Ну… возможно, я с тобой соглашусь.       И это происходило каждый день. Правда, кроме того момента, где я говорю о своем новом друге. Но сейчас мои родители постоянно заняты, поэтому у нас не хватает времени на обсуждение моей учебы.       — Говорю же, они должны принять проект! — восклицает моя мама.       — Конечно, дорогая. Мои друзья хорошо старались над каждой деталей! — восклицает мой папа.       И, похоже, даже прямо сейчас.       — Завтрак был вкусным, — говорю я, но они меня не слышали.       Тогда я взял с пола сумку, поправил свои волосы, надел на себя обувь и вышел из дома. И я еще слышал, как мои родители еще продолжали обсуждать над неудавшимся проектом.       Я закрыл дверь и неторопливо направился в школу.       Когда я шел в учреждение, я раздумывал о том, что может случиться, если Сайко снова станет ненормальной. Хотя, может, мне не стоит вовсе беспокоится, а просто стоит забыть об этом?.. Я даже не знаю. Мой учитель не боится, что это может произойти снова, значит, мне тоже стоит перестать боятся? Наверное. Я ведь, как никак, хочу снова вернуться к обыденной жизни, а не получать пищу размышлений о том, что с Хацунэ может случиться что-то снова. И если я так этого хочу — мне нужно перестать об думать. Прямо сейчас.       Это код твоего шкафчика из кабинета А3.       Но я не могу. Меня будто рвет на части, когда я не пытаюсь разбирать этот инцидент в своей голове. И кстати… Записка. Я замечал, что Сайко до сих пор посещает эту таинственную девушку. Может, мне стоит навестить ее? Ведь она является возможным ответом к некоторым моим вопросам. Если она и вправду достаточно знакома с ней, значит она знает о ее проблеме и все о остальном. Но как я узнаю ее, если я даже не видел ее буквально в лицо?       — Сэмпай!       Я повернулся и увидел лицо Хацунэ. Она широко мне улыбалась.       — А, Сайко… Вижу, ты хорошем в настроении.       — Да. Идем вместе в школу!       — Конечно…       Мы шли молча. Мы преодолели поворот, где должен стать Синдзи, но его там не было.       Кажется, он пошел в школу один, поэтому у нас выпал шанс поговорить с Сайко с глазу на глаз.       — Слушай, а помимо меня у тебя есть еще друзья в школе? — спрашиваю я.       Она глубоко задумалась. Наверное, она думала о том, следует ли мне рассказывать это, или же не стоит. Даже если она соврет, то мне это не повредить, ведь я уже знаю ответа на свой вопрос. Но все-таки… Будет лучше, если она ответит мне честно.       — Ты ведь и сам знаешь, сэмпай, — отвечает она.       Точно, я слегка не подумал… Я же… Следил за ней.       — Но кто она тебе?       Она тихо усмехнулась.       — Просто подруга.       Значит, она все-таки пытается это скрыть. Ладно…       — Как скажешь, Сайко.

* * *

      Придя в школу, мы с Хацунэ переобулись и зашли в свой класс. После этого мы сели по своим местам и каждый из нас начал раскладывать свои вещи из сумки.       Я посмотрел на парту Синдзи, и не мог поверить только что своим глазам. Его здесь не было. Может быть, он заболел? Или нагло прогуливает уроки? Нет, это не в его стиле. Возможно, он просто еще не пришел в школу.       Я перевел взгляд на Сайко. Она пристально рисовала в своем дневнике. Подождите… А почему нету стопки бумаги от других рисунков? Она их выбросила?       — Сайко, где другие твои наброски?       — Что?       Она хлопала глазами.       — Рисунки. Почему у тебя в дневнике только один?       Она снова похлопала глазами и начала перелистывать страницу. Здесь находился только один рисунок, но где другие?       — А я не знаю…       — В каком смысле «не знаешь»?       Сайко почесала голову и хмуро посмотрела на дневник.       — Я их не вырывал, — оправдываюсь я. — Мне это даже незачем.       — Мои мини-комиксы, — расстроено произносит Сайко и она, кажется, собирается расплакаться.       — Не переживай, — говорю я, пытаясь ее утешить. — Я их оставил в своей памяти.       — Ты их видел?! — воскликнула она.       — Эм…       Ты же давала мне свой дневник. Естественно, я увидел!       — А, точно… — сразу осознает Хацунэ и слегка краснеет.       — Кстати, Сайко, — начинаю я. — Почему ты рисуешь себя в костюме кролика?       Этот вопрос меня мучал, ведь я не понимал, что значит этот костюм. Он преследовал меня во сне и в мини-комиксах. Но что он значит?       — Он меня защищает, — отвечает она.       — Как и плюшевый кролик? — добавляю я.       — Ну… Да…       У меня чесался язык сказать ей, что этот костюм теперь является частью моего кошмара, но я собирался держать это в себе. Мы еще с Сайко не обсуждали кошмары, и я думаю, что этого не стоит делать.       Вдруг из двери появляется учитель Крово. Разноголосый шум немного прекращается, а сэнсэй спешно шел к учительскому столу и кладет на него текстовые документы.       — Акира, можно тебя на минутку? — спрашивает он.       — И что на этот раз?..       — Идем.       Я вздыхаю и поднимаюсь со стула. Я чувствовал, как мне был прикован взгляд Сайко.       — Не бойся, я быстро, — говорю я, и быстро удаляюсь из класса вместе с учителем.       Прошло минуту как мы зашли в учительскую, где не было ни одной души. Я не знаю, откуда у учителя такая спешка, но это скорее всего из-за важной информации, которую нужно срочно передать.       — Акира, ты был прав… — говорит он, пытаясь выровнять дыхание.       — Что? Что такое? — беспокойно спрашиваю я.       — Акира, он вернулся… Снова…       — Что?! — воскликнул я. — Но как?!       — Оказывается, мы… Допустили огромную ошибку!       Он берет листок со стола, и я начинаю осматривать содержимое. Здесь было написано о бюджете школы, и о том, что его нужно срочно решать.       — Учитель… Вы это серьезно?! — снова воскликнул я. — Я думал вы про Сайко!       — Нет, я про экономику. И ты был прав, мы и вправду планировали ненужные вещи в школу. Так что спасибо тебе.       Я ударил себя по лицу, потому что я только что осознал, что учитель звал меня только для того, чтобы сказать про успешный бюджет нашей школы. И все это оказывается благодаря мне, как говорит мой сэнсэй.       — Боже мой…       — Ладно, я не только за этим тебя позвал, — говорит он.       — Правда?       — Ты заметил, что Синдзи еще не появился в школе?       Я заметил это с того, как я пришел в свой класс.       — Ну да, а что?       — Он заболел, поэтому можешь его не ждать.       Наверное, учителя теперь не сильно волнует Сайко, потому что он даже не собирается упоминать ее.       — Но что насчет Хацунэ?       — М? А что с ней?       — Разве вы не должны сказать, например: «Пожалуйста, береги ее и хорошенько приглядывай за ней»?       — Ну, ты и сам этого прекрасно знаешь.       Я закатываю свои глаза.       Я собираюсь уходить из учительской, но учитель сказал мне кое-что напоследок:       — Ты и вправду приглядывай за ней. Если ты уничтожил клятву — это не говорит о том, что она вернулась к нормальной жизни.       Я киваю и потом уже удаляюсь из комнаты. Закрыв за собой дверь, я глубоко вздыхаю.       — Как же все это надоело.       И это чистая правда. Мне уже надоело, потому что я не только играю с огнем, но и пытаюсь понять, как можно помочь Сайко. Первым делом, это не давать ей грустить и проводить с ней больше времени, а иначе она почувствует одинокость, и она снова сможет подвергнуться второму «я».       — Да кого я обманываю… — говорю я. — Если с Сайко действительно что-то происходит, то…       Я даже боюсь это произносить вслух. Я не хотел верить, что он снова может пробудиться и сможет взять Хацунэ под контроль. Но я не обязан этого допустить. Только не снова… Не снова…       Я вздыхаю и направляюсь обратно в класс. У меня появился некий план, который сможет доказать его присутствие. Для этого мне нужно будет отправиться в лес, туда, где все именно и началось.

* * *

      Наконец прошел школьный день. Не думал, что я почувствую скукоту, когда у меня снова появится новая зацепка. Это сновидение и глубокий неизведанный лес. После всех этих уроков я быстро собрал вещи в сумку и собирался удалиться, но в конце я посмотрел на Сайко. Она грустно смотрела на парту и даже не намеревалась собирать вещи. Что это с ней?       Я глубоко вздохнул и подошел к Хацунэ.       — Что-то случилось? — спрашиваю я.       Она подняла на меня глаза.       — Нет, ничего, сэмпай…       Сайко скрестила руки и вертела большими пальцами.       — Слушай… А я странно себя в последнее время… Не вела?       Боже… И как я должен на это ответить?       — К чему ты клонишь?       Я смотрю на нее вопросительным взгляд, и я никак не могу допереть до того, что она имеет ввиду.       — Может быть я тебя пугала или вроде того…       — Сайко, — перебиваю я, — ты просто обычная ученица.       Я прикоснулся к ее волосам и начал гладить Хацунэ с медленной скоростью.       — Так что не волнуйся. Все пучком.       Я ей улыбнулся, и она улыбнулась мне в ответ.       — Понятно. Тогда пойдем домой вместе?       — Угу.       Мы вышли на улицу. Я вспомнил свой сон, когда я посмотрел на стену своей школы. Там был парень в черном одеянии, который с помощью камня царапал на задних стенах учреждения странные символы. Интересно, что они значат? И парень, который был в сновидении, существует ли он на самом деле? Опять слишком много вопросов… Даже голова начинает раскалываться.       — Эй, сэмпай…       Я посмотрел на Сайко. Она обеспокоенно смотрела на меня.       — С тобой все в порядке? — спрашивает Хацунэ.       — Все нормально, — отвечаю я, — я просто задумался…       Было бы проще, если бы Сайко сказала про это прямо, но она этого скрывает, и тем самым она дает мне пищу размышлений, который быстро ставится в тупик. Эх, ну почему же так все сложно?.. Почему нельзя просто получить ответы, нет, тебе сначала нужно идти в предположенное место, где могут быть твои заветные результаты. И я снова имею ввиду про лес. Я почему-то уверен, что там могут быть разгадки. Даже если прошло большое количество времени — там по любому могло что-то остаться.       Мы с Сайко дошли до поворота ее в улице, там мы разлучились, и я спешно начал идти к своему дому. Скоро будет вечер, и мне нужно сейчас направиться в лес. Я не хочу, чтобы мои родители смогли что-то заподозрить. Мне не хотелось оставаться там до ночи, поэтому нужно действовать прямо сейчас. Да, я могу пойти туда в выходные, но тогда я чувствовал, что я смогу потерять то, что смогу потом не увидеть. Так что мне лучше поспешить, ведь чудеса не могут случаться дважды. Добравшись до дома, я тихо вошел внутрь, поднялся по лестнице прямо в свою комнату, быстро сбросил с себя сумку и надел уличную форму.       — Теперь я готов.       И вдруг я вспомнил про свой фонарик. Точно, я ведь так и не забрал его. Возможно, он до сих пор лежит у пруда, если, конечно, его не забрали полицейские. И я на это крайне надеюсь, потому что мне хотелось вернуть его на место, в свою полированную тумбочку.       Я открыл дверь и спустился обратно на кухню. Я уже собирался уходить из дома, как вдруг я услышал сзади мамин голос:       — Куда-то это ты собрался?       Я оборачиваюсь и вижу ее лицо. Я не видел ее недовольство, но я видел ее вопрошающий взгляд.       — Эм…       Я думал, как мне отмазаться от того, что я собираюсь проникнуться духом леса. Но хорошо что передо мной была мама, ведь у меня был туз в рукаве. И я имел ввиду Сайко Хацунэ, ученицу, с которой я часто провожу время.       — Я пойду гулять с Сайко, — отвечаю я.       — Правда?! — воскликнула она. — Это просто замечательно!       Затем я открыл дверь и уже собирался уходить. Я хочу просто уйти, уйти, уйти…       — Передай мне от нее привет!       — Д-да… Конечно… — неуверенно говорю я и ухожу из дома.       Я пытаюсь выровнять дыхание, потому что у меня чуть не выпрыгнуло сердце. Я думал, что мне уже конец.       — Так, Акира, соберись.       Я похлопал себя по лицу и собрался с мыслями.       Потом я пошел к тому переулку, где живет Сайко. Как я понял, только там находится вход в лес, так что так я по крайней мере не потеряюсь.       Прошло всего пару минут, как я здесь оказался. В доме Хацунэ горел свет, и там, кажется, доносились голоса. Я не мог их разобрать, потому что они были слишком глухими.       Ладно, я пришел не за этим, а пришел за тем, чтобы забрать свой фонарик, и найди то, что поможет мне быть ближе к разгадке. Надеюсь, мой поход в лес не обрушится прахом. На этот раз не будет здесь зловещей ученицы, а только я и пения тихих птиц.       Я шагнул в сторону леса. Меня сразу же покрыло мурашками, ведь оттуда шел холодный ветер, хотя на улице было прекрасно тепло.       — Я не учусь на своих ошибках, — говорю я.       Раньше я не надел на себя кофту, и на этот раз я поступил ровно также. Глупый Акира, теперь терпи холод, который отвечал тебе прямо из леса.       День понемногу переходил в вечер. Мне стоит побыстрее закончить этот поход, а иначе это действительно может затянуться до утра.       Акира! Где ты пропадал?! Почему ты гулял с Сайко до ночи?! Ты еще совсем мал до таких прогулок!       Эти возможные мамины слова преследовали меня по дороге в пруд. Если я и вправду не успею к ужину, то у меня могут возникнуть проблемы. Серьезные проблемы. Моя мама строга насчет того, что, если я начну пропадать дома и не буду сообщать им о том, чем я таком занимаюсь на улице — она будет сильно об этом волноваться. И допустить этого я никак не могу.       — Гуляю с Сайко, ага… — вздыхаю я. — Прогулка с психопатом, желавший задушить меня насмерть. Ну конечно.       Витая в своих облаках, я наконец добрался до круглого пруда. На воде играли солнечные блески, поэтому мне приходилось закрывать свои глаза руками, чтобы они не начали болеть.       Я медленно подхожу к пруду, стараясь не намочить свои ноги. Затем я наклоняю голову и начинаю рассматривать мокрую землю: здесь лежал мой потерянный фонарик. Он был наполовину в воде, и наполовину на суше.       Я достаю фонарик и проверяю его работоспособность. Хорошо, что мой прибор был не водопроницаем, поэтому с ним было все в порядке.       — Отлично.       Я убрал фонарик в карман и старался осмотреть перед собой деревья. Может мне показалось, или там и вправду было что-то развешано? Что-то на деревьях, там показывались белые листки, которые слегка шуршали под воздействием ветра.       Из-за солнца у меня начинают слезиться глаза, но мне сейчас никак не до этого. Я подхожу к одному из деревьев, стараясь найти оттуда прикрепленный листок. И когда я чувствую и слышу бумагу, я хватаю его и начинаю его осматривать за тенью деревца. Содержимое меня только что повергло в шок.       — Это же…       Передо мной было произведение Хацунэ. Здесь было изображено то, что я никогда не видел, но я видел что-то похожее из этих. Тут нарисована Сайко, на нее пристально смотрели множество черных глаз, и ее лицо показывало сильную тревогу. Четыре щупальца схватили Хацунэ за руки и за ноги. Она не могла пошевелиться, она была в неизбежной ловушке.       Я стал осматривать другие деревья, и там были еще четыре прикованных рисунка. Я подошел к другому листку и взял его в руки. На этот раз я не увидел здесь Сайко, а свое лицо. Но помимо моего лица тут был изображен Синдзи. Его голова заштрихована, а сверху его головы была стрелочка, которая на него и указывает. Правда, меня ничего в этом не пугало, пока я не увидел здесь устрашающую надпись. «УБИТЬ».       Я слегка усмехнулся и еще раз переосмыслил увиденное: может быть, это вовсе не он? Но его прическа действительно напоминало его, поэтому я не могу отрицать тот факт, что здесь нарисован именно он.       Потом я взял еще остальные три листка. На этот раз они были мне знакомые, так что рассматривать их детальнее я не намеревался.       После этого я еще раз осмотрелся и полностью убедился, что здесь больше ничего для меня не осталось. И когда я уже собирался уходить из чертового леса, я вдруг услышал карнавальную музыку. Она тихо доходила из моей спины. Она понемногу ставала все громче и быстрой. Такое чувство, будто музыка дает мне знак того, что за мной что-то погонится, что-то резкое и очень опасное.       Мое сердце начало бешено колотиться. Я сглотнул накопившуюся в горле слюну и легонько повернулся. На самом деле мое воображение лишь украшало возможную угрозу, но это была обычная музыка, которая шла из маленькой золотой шкатулки.       — Что за?.. Откуда она взялась? — спрашиваю я.       Шкатулка стояла возле пруда, с другой стороны. Я обошел его и взял ее в руки. Она до сих пор играла карнавальную музыку, которая с каждой минутой понемногу ускорялась.       — Ее же здесь не было, или я просто ее не заметил?.. — Она играла еще громче и быстрее, и тут меня чуть не охватило гневом из-за надоевшей мелодии. — Эх, к черту!       Я кинул ее в воду, и она перестала играть. Я не собирался брать ее с собой или найти нормальный способ как выключить эту мелодию. Я просто хотел от нее избавиться, потому что это было максимально стремно. И теперь, когда я утопил эту шкатулку, мне вдруг показалось, или я в лесу уже не один?       — Нет, нет… Такого не может быть, — отрицаю я. — Это просто моя фантазия.       Я поспешил убраться из леса, потому что мне стало совсем не по себе. Мне уже казалось, что за мной уже следят, или что еще похуже…       Спустя мгновенье я наконец оказался на улице Хацунэ, и здесь меня немного отпустило.       — Кто ее поставил? Или она уже была здесь? Тогда почему заиграла?       Я помахал головой, потому что мне об этом не хотелось даже думать. Я потер себя руками, чтобы хоть немного согреться. И когда я уже был уверен, что я отошел от происходящего, я двинулся к своей улице, чтобы наконец поужинать и уложиться спать. Завтра я отдам эти листовки Хацунэ, и я надеюсь, что она не подумает о том, что эти рисунки мог забрать именно я.