Часть 1

      Он хочет показать Люмин Снежную. Они похожи как две капли воды: обе такие же чарующие, манящие, восхитительные и обе заставляют биться его сердце чаще. Признаться честно, у Чайльда есть лишь две безграничных любви, за которые, пожалуй, он готов ещё раз разрушить Ли Юэ, а может даже весь мир: Снежная и Люмин. Стоит говорить, любовь к первому — сущие крохи, по сравнению с тем, как кружит голову ему иноземная путешественница?       Порой Тарталье кажется, что Снежную создали по образу и подобию Люмин. Всё, абсолютно всё на родине с недавних пор начало напоминать её: снег столь же белый, как её светлая кожа (о, как же невообразимо приятно касаться её рук, плеч, щёк, целовать её губы), пшеница на бескрайних полях столь же светлая, как её густые мягкие белокурые волосы, что так чудно обрамляют её видное личико, а глаза её (видит Царица!) ослепляют красотой так же ярко, как солнце светом во время сильных морозов.       Он хочет показать ей Снежную. Хочет, чтобы она нашла в Снежной ту же дивную красоту природы, ту же неповторимую грацию и великолепие, что когда-то нашел он в ней самой. Хочет, что бы она познакомилась со всей его семьёй. Хочет, что бы с непривычки жалась к нему ближе по ночам. Тарталья хочет, что бы она забыла брата и начала жить своей жизнью. Хочет, что бы она была матерью его детей. Подумать только, у них будут самые красивые дети на свете! И Чайльд уверен, он будет их обожать до беспамятства, впрочем, так же как и Люмин.       Тарталья хочет, что бы среди холодных хребтов его суровой родины, его милая путешественница нашла дом.