~

Я любил её… Моя нежная, ласковая, и красивая девочка… Но в моей памяти отпечаталось и одно самое ужасное воспоминание, которое мне хотелось бы забыть навсегда… *** Я любил её… Моя любимая девочка, твои рыжие волосы я буду помнить всегда… Как они струились на плечах, будучи не сильно длинными, как ты накручивала кудри, при этом смеясь и улыбаясь мне. Твоя лучезарная улыбка, о боже, как её забыть? Моя любимая девочка… А твои глаза? Никто даже не знает, какой у них определённый цвет, но я всегда видел зелёные с голубым отблеском, словно они — море. Я тонул в этом море, и оно будто тянуло меня на дно. Я скучаю, малышка, сильно скучаю… Я помню как красиво ты рисовала, аккуратно двигая кисточкой по холсту. Как измазывала мой нос краской, когда я лез к тебе под руку, а после этого бегала по комнате, так как боялась увидеть такое же «ответное» пятно на своих ключицах. Я скучаю, малышка, сильно скучаю… Ты перестала стесняться сразу же после первого раза, да? Ведь после этого я частенько стал замечать как ты рисуешь лишь в одном нижнем белье. Ты постоянно говорила, когда я подходил к тебе со спины и обнимал, обжигая дыханием кожу: «Неужели так сложно сдержаться? Ты мне мешаешь.», на что я отвечал: " Я не могу сдерживаться, потому что ты настолько красива и нежна, что мне хочется касаться тебя и вообще не отпускать…» Ты улыбалась и получала улыбку в ответ, заправляя выпавшие из хвоста волосы за ушко… Моя милая… Я даже не помню, в какой момент всё пошло не так. Малышка, поверь, я не хотел, чтобы всё было так… *** Я помню первую ссору. Тогда ты уехала к маме, а я остался один, совершенно не зная, что делать. А ведь из-за чего? Я просто приревновал тебя к парню на улице, который спросил как пройти к дому культуры, а потом поинтересовался как тебя зовут. Ты улыбнулась, и сказала, якобы: «Ну чего тут такого?». Да, ничего такого не было, я дурак… Просто дурак… Я начал скандал дома, после того как мы немного выпили. Ты чуть фыркнула на меня и сказала что-то «не то», а я разбил зеркало, кинув в него фужер. Ты очень сильно испугалась. Я зря наехал, на тебя, малышка, я очень сожалею… Тогда день был солнечным, но ночью пошёл дождь, сразу после того как ты заплакала и собрала вещи… На следующий день мне позвонил твой отец. Сначала он пригрозил, что если я тебя ещё раз обижу, то он открутит мне голову, а потом сказал, чтобы я приехал хотя бы просто извиниться. Я так и сделал. Купил цветы, коробку конфет твоей маме и какой-то коньяк, чтобы выпить с твоим отцом. Ты выбежала на улицу, вроде даже с улыбкой на лице, но быстро её спрятала, делая вид, что тебе плевать. Ты была такой милой в этот момент… Твоя мама расставила руки в боки и вышла, становясь тебе за спину. Я встал перед тобой на колени и начал искренне извиняться за свой проступок, протянув тебе букет. Ты расплакалась, начиная говорить, чтобы я встал, но я сказал, что даже этого мало чтобы ты меня простила. Ты меня подняла и кинулась мне на шею, вытирая одной рукой слезы. Твоя мама улыбнулась и сказала, чтобы мы проходили. В этот вечер никто больше слез не проронил… *** Моя милая девочка… Одна ссора, вторая, третья… Я, кажется, сбился со счета, но могу сказать, что это были наверное чисто ссоры на бытовой основе, ведь я больше ничего не ломал, не разбивал, а она не уезжала к маме. Но в какой-то момент мне всё надоело. — Да что не так?! — Нам нужно расстаться! — выкрикнул я, шумно выдыхая через нос. Ты буквально упала на рядом стоящий стул, а я распахнул глаза, наконец переварив то, что сказал, и подлетел к тебе, пытаясь подхватить. Ты же протянула руку, не подпуская к себе и опустив глаза. — Ч-что? — твой голос дрогнул, а у меня внутри всё сжалось из-за этого. Ты снова плакала из-за меня, я же снова извинялся, говорил, что с горяча, но это всё уже было бессмысленным… — Я устала. Я сама уйду. — Ах, так? — А что ты хотел? Я устала терпеть, ты мне скажи, любишь ты меня или нет?! — ты сорвалась на крик, подскачив со стула. — Ну? Чего молчишь?! Господи, да ты… — Я не люблю тебя! — выкрикнул я. Я подумал, что так будет легче, лучше для нас. Твое выражение лица из злого постепенно превращалось в грусть, недоумение… Слезы в твоих красивых глазах меня убивали, особенно когда до этого доводил я. Но ты не заплакала. Быстро стащила сумку со шкафа, собрала вещи и оставила ключи на тумбочке. В твоих глазах читалась злость, но так же и горечь. Ты просто не могла показать мне, что на твоей душе, ты решила уйти гордо… Да… Глупо было извиняться, а потом ответить вот так… Малышка, я тогда тебя очень сильно любил, и до сих пор люблю… Моя нежная, ранимая девочка… *** Прошла неделя. Ещё чуть чуть, и я уйду в реальный запой… Я уже не помню, сколько девушек со мной переспали… Но я не могу даже так забыть тебя. Малыш, я любил только тебя, я соврал, когда сказал, что не люблю… В одно утро я психанул и купил кольцо, после чего поехал к твоим родителям. Мы с твоим отцом переписывались пару раз, он говорил, что ты в ужасном состоянии, и чтобы я не смел даже приближаться к его дому и тебе… Ахах, но я не могу… На полной скорости еду к тебе, боясь потерять хоть одну минутку. Господи, как же тогда меня моё чувство не подводило… Я подъезжаю к дому. На этот раз никто на улицу не выбежал, и не состроил гордое лицо… Меня очень сильно это взволновало. Но, заметив, что машины твоих родителей нет, я понял, что ты дома одна. Я боялся заходить, даже не думая, какая у тебя будет реакция. Я постучал, но никто не ответил, и даже не подошёл к двери. Что и требовалось ожидать… Я в наглую зашёл сам и прошёл к тебе в комнату… Лучше бы я приехал вчера вечером… Ты… Твоё тело лежало на полу… Кожа была бледной, персиковые губки приобрели чуть ли не сероватый цвет… Боже… Я кинулся к тебе, поднимая на руки, и увидел, что твоя рука вся в крови, а с глаз стекло пару слез, застывших в них. Рядом лежало лезвие, выпавшее из руки, а на столе лежала записка. Я заплакал. Нет, даже не заплакал. Я закричал, что есть силы, но уже было поздно. Если бы только я приехал вчера вечером… *** Когда твои родители увидели эту картину, думали что я что-то сделал. Мама истошно закричала, а отец вцепился в меня, готовый удушить. Но я молча указал на стол, сказав сквозь слезы, что сам приехал только минут двадцать назад… В записке было сказано, чтобы никто не винил меня, она сама этого хотела, так как потеряла смысл жизни, чтобы я не думал об этом, забыл о ней, или что-то такое, я не вдумывался в слова, состояние не позволило… Но я то знаю, что они будут ненавидеть меня до конца своих дней. А я буду любить тебя вечно…