Часть 38

КРИМИНАЛЬНАЯ. Лежу на Сашином плече, не спешу открывать глаза, растягиваю сладкую полудрему. Лениво размышляю о том, как я только могла всерьез считать, что мне понравится жить одной. Остро понимаю, что я наконец-то, счастлива и довольна. Осталась одна единственная загвоздка, ведь я пообещала Саше рассказать обо всех своих приключениях. С чего начать? С шапки с помпоном, с падения в ванной, или с психушки? Пытаюсь сформулировать, хотя бы более или менее, складный рассказ обо всех чудесах произошедших со мной за последнее время. Сколько всего было! Я и сама не заметила, как привыкла к тому, что моя жизнь окончательно перестала быть скучной. Вот сейчас проснемся, позавтракаем, и начну излагать свою странную историю… Но у жизни, оказывается, совсем другие планы. Дверной звонок надрывается, словно в агонии. Странная история все продолжается. Саша тянется за джинсами. –Лежи, я сам разберусь. Лежу, прислушиваюсь, до меня долетают обрывки напряженного мужского разговора. Слов разобрать не могу, но слышу, что голоса абсолютно не знакомые. Умираю от любопытства. В воздухе назревает что-то тревожное. Когда же Александр вернется и все объяснит?! –Странные ребята, – сообщает он, входя в комнату, – угрожают, пальцы растопыривают. А по-человечески, ничего объяснить не могут. В юриспруденции не ноль, а минус два. –Почему минус два? – глупо переспрашиваю я. –Потому что их двое. –И что они хотят? –Понять было трудно, но в конце концов я разобрался… –И-и-и? –В общем, они хотят твою квартиру. –Еще чего?! Я резко сажусь на кровати, даже ударяю кулаком по мягкому одеялу. –Они имеют на это полное право, – как-то растерянно признает Саша. – Дело в том, что они ее практически купили… –Купили?! У кого? –У твоего Сереги. –Да он к этой квартире никакого отношения не имеет! – громко возмущаюсь я. – Это квартира моей бабушки, мне досталась по наследству. –Но ведь он твой брат, значит тоже наследник. –Он мне не брат! И бабушки у нас разные! Он мне никто, бывший сожитель, бывший любовник… как тебе больше нравиться. –Честно говоря, – помолчав, произносит Александр, – мне никак не нравится. А еще я должен сказать, что этот твой бывший, просто сволочь! –Сволочь! – охотно соглашаюсь я. – Только я не понимаю, каким образом он мог продать мою квартиру. –Ты недавно уезжала из дома надолго? –Уезжала, – морщусь я. – Можно я тебе потом расскажу куда. –Это сейчас не важно, важно то, что Серега за это время сумел заполучить документы на твою квартиру, что он не только живет здесь, давно и капитально, но и является владельцем. –Зачем? Для чего ему такая бумага? –С этим документом, он отправился к очень серьезным ребятам. –В банк? –Не совсем. Вернее, совсем нет. Он решил занять денег у местного авторитета под залог твоей квартиры. –Гад! Гад! Гад! Да как он мог! А я-то думала, он просто дурак и бабник! Я вскакиваю на ноги, в бешенстве швыряю подушку в дальний угол. Задыхаюсь от гнева. Вдруг спохватываюсь. –А что же мне теперь делать? –Само собой, твой дружок долга не вернул, а сам сбежал. Так что все проблемы он оставил нам. Об этом и приходили сообщить эти минус два юриста. –Господи! Я пропала! Меня убьют! Тебя убьют! Все ужасно! Саша обнимает меня, останавливает мой порыв, все перебить и разорвать. –Не паникуй. Теперь мы вместе, а этим ребятам нужно просто заплатить. –Просто заплатить?! Мне нечем платить не этим ребятам, ни любым другим! – в отчаянии кричу я. –Не шуми, – пытается успокаивать меня Александр. – Поверь, я что-нибудь придумаю. Только дай мне время. Посиди дома, спокойно подожди меня. –Ждать?! Я ненавижу… я не люблю…я, я … да я боюсь сидеть и ждать! Хотя бы скажи, что ты собираешься делать? –Если тебе это так важно… для начала я собираюсь посоветоваться с отцом. Он уж точно лучше нас знает, что предпринять в такой ситуации. На такое разумное предложение мне, конечно, возразить нечего. Я соглашаюсь ждать, однако, взяв с Саши обещание вернуться не позже чем к вечеру. Оставшись одна, я стараюсь осмыслить произошедшее. Хотя соображается с превеликим трудом, меня всю так и потряхивает от пережитого. В памяти сразу всплывает тот странный временной парадокс, когда я наблюдала за визитом Сереги в мой дом. Он ведь явно меня тогда не видел и был уверен, что действовал тайно. Жаль, я тогда не рассмотрела, что за бумагу, он так тщательно скрывал от меня. Интересно, помогло бы мне сейчас, если бы тогда я смогла забрать ее. –Ну, кто бы мог подумать, что мой тюфяк Серега затеет предательство, да еще разовьет такую активность?! – громко возмущаюсь я, расхаживая по комнате. Абсолютно не знакомая с моим бывшим сожителем Пальма, ничего не понимая, бродит за мной. Я слоняюсь без дела. Не умею ждать. Жду стоя, жду сидя, жду уставившись в телевизор, понимаю, что чувствую себя так же, как Анхен из снов, сжимавшаяся от страха, в ожидании пока Ганс вернется и ее спасет. Нужно срочно чем-то заняться… От нечего делать в голову лезут всякие страсти. Вроде той: что приходившие утром бандиты, встретили моего Сашу и отомстили… пока я придумываю за что, моя кошка принимается истерично орать, требуя рыбы. Я вспоминаю, что сейчас раннее утро, и накормив Пальму, сама засовываю в рот пару бутербродов. –Может в институт сходить? Вопросом этим, я сама себя удивляю и озадачиваю. В самом деле, глупо сидеть дома, когда преподаватели, наверняка, уже подумывают о моем отчислении. Не имея ни малейшего понятия о сегодняшнем расписании, сую в сумку, первые попавшиеся тетради, одеваюсь и топаю в институт… Я-то, лентяйка надеялась, что опоздала на первую пару и учиться придется, все хоть чуть-чуть меньше. Не тут-то было! Лена появляется еще позже меня, радостно сообщает: –Ты молодец! Откуда узнала, что первой пары все равно нет? Многие приперлись к восьми, сами виноваты, будут сидеть здесь до конца четвертой пары. –Так у нас четыре пары? – Вырывается у меня жалобный стон. –Без первой только три. А ты, я смотрю, совсем отвыкла учиться. Безделье плохо сказывается. –Ох, плохо! У меня все очень плохо! –Так уж прямо и все?! – сомневается моя подруга. – выглядишь прекрасно, значит, кое-что все же хорошо. Как, например, на любовном поприще? –Прекрасно… –Тогда что может быть плохо?! – поражается Ленка. –Мою квартиру практически продали! –Что за времена! Когда в стране кончиться этот бардак?! –Может быть в новом тысячелетии. –Сомневаюсь. Звонок! Пошли уже, на паре расскажешь подробности. В результате, вместо сосредоточенного карпения над физическими формулами, я снова занята только мыслями об утреннем происшествии. Мне приходит в голову даже воспользоваться тем же приёмом, который так хорошо мне помог в истории с бензовозом. Но, честно говоря, я и придумать не могу, какое именно нужно вернуть время, чтобы все исправить, и как сотворить такой фокус. Пока я размышляю об этом, мирно и незаметно проходит еще две пары. Честно пишу в тетрадь столбики цифр, черчу графики, но даже не пытаюсь вникнуть в суть, поглощенная мыслями совсем о другом. Моей эмоциональной подруге совсем не нравиться такая отрешенность. Она по-своему пытается с нею бороться: –Хватит прибывать в своем унынии! Тебе что велено? –Ждать… –А ждать не обязательно в унынии! Поэтому поводу у меня предложение: после лекции сразу идем ко мне, я показываю тебе свои новые наряды, последние фотографии и ставлю кассету с лучшими Пашиными песнями. Я даже не сомневаюсь, что от твоей хандры и следа не останется! Мне не особенно нравится ее план, но спорить с Ленкой сейчас у меня нет ни сил, ни желания. Только представлю, как она кипятиться, повышает голос до веселого визга, сразу хочется зажмуриться и зажать уши. Мы идем к Ленке, развлекаться, чем Бог послал. До ее дома – целое путешествие. Не представляю, как она каждый день ездит в институт. Даже не каждый, а так редко, как она это делает. Мне бы не хватило героизма регулярно пересаживаться с одного транспорта на другой. И ехать, ехать, ехать… К концу пути, мне уже отчаянно хочется оказаться в уютной Ленкиной комнате. Я прибавляю шагу и первой влетаю в ее подъезд. В лифте хочется подпрыгивать от нетерпения, но у меня хватает благоразумия этого не делать. Благополучно вплываем на благословенный девятый этаж. Лена вставляет ключ в замок: –Странно, не заперто. Родители еще должны быть на работе. Она толкает дверь, смело шагает через порог, манит меня: –Пошли, пошли, сейчас маминого борща навернем. Слово «борщ» вызывает у меня прилив горячего счастья. Ленка шмыгает в комнату. Остаюсь разглядывать чужую прихожую. Тесная, коричневая, похожая на узкий шкафчик. Большое зеркало, как окно в светлый мир, не успеваю полюбоваться своим отражением, подруга поспешно возвращается. На ее лице выражение прямо противоположное счастью. –Что-то случилось? – осторожно спрашиваю я. –Кажется… Голос подруги глухой, какой-то незнакомый. –Что там, Лена? – пугаюсь я. –Кажется… кажется нас обокрали. –И вас тоже?! – вырывается у меня. –Почему тоже? – вяло спрашивает Лена. –В Марининой квартире устроили погром. –Кто? – бесцветно спрашивает она. –Еще не нашли. Везет мне последнее время, то и дело прихожу в ограбленные квартиры. –Ограбленные квартиры… – повторяет подруга. Эти слова ее резко меняют. Лена нервно хватает с тумбочки газету, мнет ее в руках, расправляет, начинает обмахиваться, как в жаркий день. –Родители, наверное, еще не знают. Надо им позвонить. –Много чего пропало? –Нет, только, самое ценное. Можно подумать, воры знали где искать… Она снова мнет газету, бросает в угол, затравленно оглядывается, кажется, ищет, что еще бросить. Я болтаю первое, что приходит в голову: –Знаешь, по телеку слышала, что все люди хранят ценности в одних и тех же местах. Любой вор, уже знает такие места наперечет. Только приходят в квартиру и сразу проверяют одни и те же шкафы, находят, что им надо и быстро линяют. Лена меня не слушает, смотрит не понимающе. Отвечает не впопад: –Да, я сейчас позвоню отцу и мы пойдем отсюда. Пусть все остается как есть… –Конечно, конечно, ничего не трогай, и вообще, лучше сразу вызвать милицию. –Нет, я этим заниматься не буду! – категорично заявляет моя подруга. – Пусть разбирается отец. Он знает что делать. А я… все перепутаю… мне так страшно! –Куда же мы денемся, до прихода твоего отца? –Мы сейчас же уходим, нам нужно отвлечься, переключиться. Я не могу в одиночку переживать такие стрессы. –В одиночку?! – обижаюсь я. –Ну, ты меня понимаешь… мне срочно требуется мужская поддержка. –И где же ты ее собираешься искать? –Как раз это очень просто, – воодушевляется Ленка. – Нам только нужно найти Пашу. –Тоже мне мужское плечо, – фыркаю я. –Ты ничего не понимаешь, его творчество способно творить чудеса. Мне сейчас так нужна его поддержка! Его уверенность. Предпочтя оставить при себе свое нелесное мнение о новом объекте Ленкиной любви, и уж тем более о партии хвостоненавистников, я молча сопровождаю подругу до ангаров, где обитает ее рокер. По знакомому маршруту, мы проходим мимо лупцующих друг друга каратистов, дико шарахаемся от ребят с длинными палками и короткими, но злыми нунчаками, и добираемся до закутка музыкантов. Их подобие двери оказывается открытым, мы входим, по очереди запинаемся об микрофонные провода, аккуратно обходим барабанную установку, и резко останавливаемся. Шедшая впереди меня Ленка стоит как вкопанная, тычет перед собой пальцем и повторяет то тихо, то оглушительно визгливо: –Это наше… наше…наше… это наши вещи! Я выглядываю из-за нее, и вижу в углу каморки сваленные в кучу телевизор, видик, шкатулки, коробки, пару норковых шапок и рыжую Ленкину шубу. Оглядываюсь по сторонам, хорошо что мы еще здесь одни. –Надо убираться отсюда, пока нас никто не видел! – я тороплюсь, командую как Маринка. –Уже увидел… – хрипит Лена. Теперь и я вижу, замерших в дверях хвостатого Пашу и его приятелей. –Тю-ю, девочки! Мы вас не ждали! Паша старается смотреть сурово, но я замечаю, как трудно ему остановить блуждающий взгляд. Я понятия не имела, как отличить наркомана под кайфом. А теперь ясно понимаю, что перед нами стоят сразу пятеро наркоманов. –Мы зашли на минуточку, – перепугано щебечет Лена. – мы уже уходим. –Никуда вы не пойдете! Я против! – развязно заявляет Паша. Он вваливается в каморку, придвигает к себе табурет, падает на него, растекается жидкой квашней. Остальные музыканты следуют его примеру. Мы оказываемся напрочь отрезанными от выхода, окон в каморке нет! –Сейчас начнете ныть, что никому не скажите, – гнусавит Паша, – или того лучше примитесь вопрошать: «Пашенька, зачем тебе это надо?! У тебя же талант!». Терпеть не могу! Я сам разберусь, что моему таланту нужно. Таланту нужно есть! И еще кое-что… таланту позарез нужны впечатления, а какие здесь впечатления? Скучно мне! Пока он куражится, я лихорадочно ищу выход. Напрягаю все душевные силы, пытаюсь вернуть время вспять, туда, где мы еще можем не заходить в проклятую комнатушку. Но видно, жуткий страх лишает меня сил. Только и остается молиться: «Господи! Сделай хоть что-нибудь!». Один из воров достает пистолет, наставляет на нас. –Безопаснее всего, – рассуждает он, – нам будет вас пристрелить и бросить в каком-нибудь лесочке. Вокруг такого добра полно! И трупов там всяких разных видимо-невидимо. Менты ищут, ищут и никого не находят. –Прекрасная мысль! – поддерживает его Паша. – Только это все мы сделаем когда стемнеет, когда разбегутся дурочки-каратисты. Вот, он сам подсказал! Я знаю что делать! –По-мо-ги-те-е-е!! Сюда! Убива-ю-ю-ют! Я ору что есть мощи! Ленка сразу подхватывает пискливо: –Ма-ма-а-а! Лю-дии-и-и! Убиваю-ю-ю-ют! Наркоманы бросаются на нас, Паша сбивает меня с ног, зажимает рот! Падаю, долблю пяткой по большому барабану. Оглушительный грохот будит во мне воительницу, что сражалась у банка. Отталкиваю Пашу, вскакиваю, хватаю его за длинные волосы, бью головой о злосчастный барабан. Разбрасываю пару нападающих, смотрю сверху вниз, на их жалкие попытки подняться. Паша неподвижно валяется на полу. И вдруг, меня осеняет! Знаю, где я его видела! Это же он был вторым парнем, пытавшимся ограбить Серегу. Я его уже била! Ошарашенная догадкой, почти спокойно смотрю, как распахивается хлипкая дверь, в каморку врываются разгоряченные ребята в белых кимоно, в мгновение ока, валят и скручивают разбушевавшихся наркоманов. Вижу, как Лена сидит на полу отряхивает, поправляет смятую одежду. Каратист подает ей руку, помогает встать, она счастливо и кокетливо улыбается ему. Парень смущается, говорит какие-то глупости. –Теперь надо ментам звонить, – обращается ко мне каратист постарше. – Вы не беспокойтесь, я сам с ними поговорю. На удивление, быстро приехавший серьезный, пожилой милиционер устало выслушивает наш сбивчивый рассказ, вздыхает: –Наркоманов развелось немерено. Житья от них нет. Что не вызов, обязательно нарки. Вы девушка идите пока домой, понадобитесь, вызовем. Я радостно несусь подальше от ангаров и от криминальных разборов. А Лена наоборот, сама настаивает на том, чтобы задержаться. –Я должна отомстить, чтобы жить спокойно! – театрально заявляет она. Но у меня возникает сильное подозрение, что не только отмщение эксвозлюбленному заставляет ее задержаться, но и большие зеленые глаза обаятельного каратиста. Я слышала, как он предложил проводить ее, как только у него кончится тренировка. Счастливая! История с воровством проскочила для Ленки, между двумя влюбленностями. Умеют же люди! Размышляю о превратностях судьбы, рассеянно глядя в пыльное окно автобуса, чувствую себя романтической книжной героиней, спешащей вернуться к своему единственному возлюбленному. Честно говоря, я не очень-то подхожу на такую роль. В отличии от литературных героинь, кроме пламенной любви, мои мысли занимают мечты о полной тарелке супа и котлетке с гарниром. Лишний раз убеждаюсь, что голод не тетка. Моя Анхен точно плод воображения и снов, если может спокойно жить, питаясь так редко. Эх, что теперь с Гансом и Анхен? Давненько я их не видела! Мысль прыгает от современности к средневековью и обратно, и дорога кажется мне гораздо короче. Я почти не замечаю, как возвращаюсь в родные пенаты. Перешагнув порог квартиры, сразу бегу к холодильнику и только поглотив изрядное количество съестных припасов, осознаю, что благополучно выбралась из очень мерзкой ситуации. Из одной мерзкой ситуации, но я запасливая, у меня есть еще. Смотрю на часы, вот и прошел день, а Саши все еще нет. Неужели, еще что-то случилось?! От блаженного сытого спокойствия снова срываюсь в волну беспокойств и волнений. Тут уж главное не захлебнуться, но я готова пойти ко дну! Столько времени держалась вполне прилично, а теперь бегаю, как ненормальная, из комнаты в комнату в тщетных попытках убежать от своих страхов. Наблюдающая за мной ужасно породистая кошка, близка к тому, чтобы покрутить пальцем у виска. Она лениться проделать столь сложные маневры по квартире и просто громко пищит мне вслед, что-то очень похожее на людские ругательства. Я беру себя в руки, оказывается, быть круглой дурой, так неприятно. Плавно опускаюсь на диван, включаю телевизор, даже стараюсь вникнуть в смысл начавшийся передачи. Все бесполезно! Могу только тискать кошку, чесать ей за ушком и слушать довольное урчание. Из оцепенения меня выводит звонок в дверь. Лечу открывать, кошку на всякий случай не отпускаю, прижимаю к груди, несмотря на ее активное сопротивление. Саша заходит улыбающийся, очень довольный собой и объявляет: –Кончились твои страдания! Ближайшие лет десять нас никто не потревожит. Только… –Только? – настораживаюсь я, едва успев обрадоваться. –Мелочи. Придется некоторое время побыть пешеходами. –Пешеходами? О чем ты? Недоумение останавливает мой порыв броситься ему на шею. –Какая ты не ласковая! – смеется Александр, – я весь день крутился, как белка в колесе, а дома даже поесть не предложат. Мне становится стыдно. Давно ли я сама мечтала о супчике?! Но, разогревая суп, не могу удержаться, пристаю с расспросами: –Может быть, расскажешь все толком? –Нечего рассказывать. Твой Серега в бегах, его скорее всего найдут, не бандиты, так органы, за подделку документов. В конце концов, достанется на орехи, и от тех и от других. –А моя квартира? –Честно говоря, я сам не очень представлял, что теперь делать, рассказал все отцу, он куда опытнее в таких делах. К сожалению, у нас, любой бизнес вынужден кланяться криминалу. Оказалось, он знаком с хозяином тех ребят, что стращали меня утром. На самом деле, отец все и устроил, а я только летал как связной воробей. –Связной воробей, это что-то новенькое в орнитологии, – счастливо улыбаюсь я. Подробности мне уже кажутся не особенно важными. Я осознаю главное – все хорошо, когда хорошо кончается! –Мне так и не удалось выяснить, зачем твоему Сереге понадобилась такая внушительная сумма денег. Но, судя по всему, первое время, он надеялся ее вернуть и никуда бежать не собирался. –Еще бы, резвился тут с блондинкой, – вставляю я. –Ура блондинкам! – хохочет Александр, – они помогли мне занять Серегино место. –Оно всегда было твоим, – ласково мурлычу я, – а у меня сегодня тоже выдался жутко трудный день. Я во всех ярких подробностях живописую Саше свои невероятные приключения, когда дохожу до сцены сражения с наркоманами, он возмущенно восклицает: –Подумать только, из-за всех этих квартирных разборок, тебя спас не я, а мои приятели – каратисты! Вот чувствовал, надо было сегодня вырваться на тренировку. –Да, было бы красиво, – соглашаюсь я, – но ты спасал меня в другом месте. Объясни мне все же шутку про пешеходов. –Разве я еще не сказал?! В уплату долга предложил вместо квартиры – джип. Кредиторы не соглашались, твердили, что этого мало, пришлось отдать в довесок, и деньги которые откладывал на свою квартиру. Главное, что теперь всю историю с займом, можно считать законченной. Все вернулось на круги своя. Ничего и не было. Забудь…