Chapter 9: Not Today

У Донмина много обид за всю жизнь, но эта, пожалуй, превосходит все. Он не совсем понимал, как попал в эту ситуацию, но, прижавшись к дереву, пожалел, что не остановил Чонгука и Югёма. Спрятавшись в темноте огромного дуба, он затаил дыхание, когда рядом с ним раздался шум. Его скоро найдут, этого нельзя было отрицать. И все же он не решался открыть глаза и крепче прижался к дереву. Теплая рука вцепилась в его плечо, и Донмин чуть не выпрыгнул из кожи. – Попался! Двое убиты, остались только Джэхён и Мингю. – усмехнулся Чонгук, ведь он стал на шаг ближе к победе в игре. Да, они играли в прятки. И да, они делали это на кладбище в семь часов вечера. Для Югёма и Чонгука было логично попытаться использовать свое оборудование для охоты за привидениями, чтобы найти своих друзей, прячущихся в темноте. Возможно, им также удастся найти кого-нибудь, кто не принадлежит к их группе. Донмин вздохнул, проверив, сколько времени осталось до конца пути, за которым следил Чан. У Чонгука было еще три минуты, чтобы найти Джэхёна и Мингю и выиграть игру. Дело в том, что если Чонгук выиграет игру, он получит право командовать ими всю ночь. В том числе заставлять их делать то, что они не очень-то и хотели. Донмин мог только надеяться, что Чонгук думает о массаже спины и растирании ног, а не о каких-то планах с духами. Чан снимал весь процесс на камеру и выключил свет, чтобы погрузить всех в темноту. Чонгук ходил вокруг площадки, на которой они договорились играть. Югём и Донмин, которых уже нашли, молча наблюдали за тем, как Чонгук охотится за последними двумя из их группы. Джэхён был найден в особенно большом кусте с листьями и ветками в волосах, которые пришлось удалять Югёму и Донмину. Теперь остался только Мингю, и Чан объявил, что у Чонгука есть еще одна минута, чтобы найти его. Донмин мог только надеяться, что его кузен сможет продержаться еще хотя бы минуту. Его мгновенно подвели: тишину разорвал громкий треск, и к ним подбежал Мингю. – Что-то схватило меня! – завизжал он, вбегая в группу и указывая на место, где он прятался. Там почти ничего не было, кроме тачки, которая опрокинулась и вызвала громкий шум. Югём попросил его объяснить, что произошло, и Мингю, не раздумывая, начал рассказывать о том, как Чан только что вслух назвал время, и что-то грубо схватило Мингю, отчего он так испугался. Мингю даже повернулся, чтобы показать им часть своей толстовки, которая была порвана, и, к ужасу Донмина, там было какое-то пятно, как будто грязная рука терлась об нее. Джэхён лишь пожал плечами и сказал, что Мингю мог случайно задеть что-то и это оставило следы. Югём предложил Мингю сменить толстовку, так как у него была лишняя, и Мингю просто кивнул, все еще пребывая в оцепенении, и последовал за Югёмом внутрь церкви. Остальные члены группы вернулись на участок травы, где они решили снимать, и снова устанавливали свое оборудование. На этот раз Донмин взял в руки прибор для измерения ЭМП, Джэхён занимался спиритической коробкой, а Чонгук держал в руках термодатчик. Чан нашел для себя хорошее место, несмотря на то, что его спина была обращена к кладбищу, и он чувствовал себя немного уязвимым. Но не стоит беспокоиться, он все равно подготовился к этой поездке. Когда Югём и Мингю наконец вернулись, они сели в полукруг напротив надгробий, поставив в центре шкатулку с духами. Джэхён был в центре полукруга, Мингю и Югём слева от него, Донмин и Чонгук справа. Чан находился справа, снимая их издалека. – Я удивлен, что Чонгук не подготовил для нас одежду священника для косплея в этот раз. – заметил Джэхён, осознав, как просто они одеты в этот раз. Похоже, что официальным цветом для этой команды был угольно черный. – Не подавай ему идей, – сказал Донмин в то же время, когда Чонгук сказал: «Я бы тогда купил нам одежду монашек, мы же недавно смотрели этот фильм?» Мингю задрожал от страха, а Югём, казалось, делал какие-то мысленные заметки на этот счет. Джэхён передал Мингю жезлы для доусинга, который взял их с несколько нерешительным выражением лица, а Югём достал капсулу Рем, которую поставил на расстоянии от группы. Если кто-то прикасался к антенне капсулы Рем, она издавала звуковой сигнал и загоралась. Когда Югём сел обратно, Джэхён уже включил спиритический ящик, и они ждали и слушали, не появится ли что-нибудь необычное в переключении радиостанций. «Трава». – Через некоторое время выдал сообщение спиритический блок. На лице Мингю появилось выражение ужаса. – Ребята, мы сидим на траве. – Мингю жестом указал на землю, на которой они сейчас сидели, но никто, казалось, не обратил на него внимания. Прошло некоторое время, прежде чем духовный ящик смог сказать что-то достаточно ясное, чтобы они смогли это распознать: «Стена». После этого спиритический коробок не сказал ничего особенного, и они не увидели никакой связи с тем, что он уже сказал, поэтому выключили его и прибегли к помощи других приборов. – Хорошо, если дух сейчас с нами, можешь ли ты сделать так, чтобы эти прутья пересеклись. – сказал Мингю, держа в руках два металлических стержня. Мингю мог только пытаться держать руки неподвижными и в страхе смотреть, как стержни медленно вращаются наружу и останавливаются только тогда, когда они соединяются в крест напротив Мингю. Что ж, этот дух немного отличался от предыдущего, с которым они тогда встретились, их способы поворачивать стержни внутрь или наружу были разными. Мингю кивнул и попытался придумать другой вопрос. Донмин понизил голос и спросил: – Можешь направить жезлы туда, где ты сейчас находишься? Через две секунды жезлы начали медленно вращаться, левый жезл вращался против часовой стрелки, а правый – по часовой. Оба стержня вращались в своем собственном темпе, проходя по кругу. Лицо Мингю побледнело, и он, казалось, был готов потерять сознание, так как не контролировал стержни в своих руках. Осторожно Югём забрал у Мингю пару вращающихся стержней и взял их в свои руки. – Может ли быть так, что вокруг нас сейчас находятся духи? Ведь стержни вращались по кругу. – Джэхён сказал вслух то, что все уже начали думать. Он бросил пристальный взгляд на Югёма, который держал зондаж. Югём посмотрел на неподвижные параллельные стержни в своих руках, которые мягко поблескивали в свете камеры: – Ваше тело похоронено здесь? Перекрестите жезлы внутрь – «да», не перекрещивайте – «нет». Стержни медленно сошлись и встретились с небольшим металлическим звуком. Югём с удивлением смотрел на стержни, ему все еще было трудно поверить, что они двигались сами по себе. – Эй, ребята, – перебил Югёма Чонгук, прежде чем тот успел задать еще один вопрос. – Я просто следил за термокамерой, и тут сзади появилась красная фигура. – Чонгук указал в темноту, где стояли ряды надгробий. Джэхён стряхнул пыль со штанов и встал: – Думаю, мы должны пойти туда. Все было просто: они должны были пойти туда, где, по их мнению, они смогут получить доказательства, но в сердце Мингю зародилось беспокойство, но он его подавил и тоже встал. Чонгук повел их к месту, где он увидел красные участки на термокамере, а Донмин начал прочесывать местность с помощью прибора для измерения ЭМП. Это было незаметно, но он не пропустил ту долю секунды, когда зеленый свет стал желтым, и обернулся, чтобы убедиться, что Чан стоит позади него и снимает то, что он только что увидел на камеру. – Чан, ты снял это на камеру? – судорожно спросил Мингю, и Чан просто повернул камеру под углом вверх и вниз, чтобы показать, что она «кивает». Мингю тоже кивнул и вздохнул с облегчением, а затем поднял голову и посмотрел на надгробие, которое они только что опознали. Оно выглядело точно так же, как и сотни других надгробий во дворе. Толстый слой пыли и грязи покрывал надгробие, из-за чего слова на нем были плохо различимы. – Ким... Дэ... Хван... 1935-1956. – Югёму пришлось прищуриться, чтобы прочитать имя человека, которому принадлежало это надгробие. Он умер в молодом возрасте, и об этом было грустно думать, ведь ему был 21 год, когда он ушел из жизни, а у Донмина и Чана есть друзья, которым сейчас столько же лет. Некоторое время они стояли, размышляя о том, что делать дальше, когда Югём вдруг взял в руки жезлы для зондирования и установил их в нужное положение, после чего сказал: – Господин Ким Дэхван, если это вы привели нас сюда, пожалуйста, направьте жезлы внутрь. Жезлы медленно встали на свои места, показывая «да». Югём громко выдохнул и продолжил: – Господин Ким, если вы хотите, чтобы мы сопровождали вас здесь и поговорили с вами еще немного с помощью нашего спиритического ящика, пожалуйста, скрестите стержни еще раз. Прутья оставались в неперекрещенном положении, и Югём дал духу немного времени, чтобы собрать энергию для перемещения прутьев, но ничего не произошло. – Господин Ким, вы хотите, чтобы мы ушли? – спросил Донмин, внимательно наблюдая за стержнями. Стержни быстро переместились в скрещенное положение. – Хорошо, господин Ким. Мы вас покинем, спасибо за общение с нами. –Чонгук потянулся в карман и достал пачку влажных салфеток, которыми он протер пыльное надгробие, несмотря на то, что грязь слишком хорошо прилипла к камню, и ему едва удалось очистить его. Группа вернулась на небольшую площадку, где они были до посещения надгробия, и снова уселась. Почему-то казалось, что время летит незаметно, когда они занимаются исследованиями, ведь было уже десять часов вечера. В этом районе было не так много источников света, и они ориентировались в темноте только по свету камеры Чана. – Давайте немного изменим ситуацию, мы разделимся на две группы. Чан пойдет с Донмином и Джэхёном, а Мингю - со мной и Чонгуком. – Югём сказал, что Чонгук ушел искать другую доступную камеру, которую он мог бы использовать для съемок, в дополнение гоу-про, которые были у Югёма и Мингю. Мингю быстро понял, что он объединился со злыми макнэ Чонгуком и Югёмом, и тут же пожалел о своем решении. Его руки потянулись к Донмину и Джэхёну, когда его утащили два лучших друга, все было запечатлено надежной камерой Чана. Донмин протянул руку Джэхёну, который удобно взял ее, и они начали идти в темноте. На Джэхёне была надета обвязка гоу-про, а на Донмине – обвязка и палка для селфи. Чан просто молча снимал их спереди, не обращая внимания на холод в спине. Чем холоднее становилось на шее Чана, тем теплее становилось кольцо на его левой руке, и это его успокаивало. Он действительно должен когда-нибудь поблагодарить Чонина за это кольцо. – ЭМП просто подскочило. – сказал Джэхён, поднимая считыватель ЭМП, который ему дали. Когда он поднял прибор немного выше, в сторону здания церкви, он стал мерцать от светло-зеленого к оранжевому, а затем снова к светло-зеленому. Донмин еще крепче вцепился в руку Джэхёна, пока они шли к зданию церкви. – Это из-за окна. Внутри все усилилось, когда ты подошел к окну. – понял Донмин, указывая на витраж. Джэхён молчал, изучая окно и пытаясь понять, есть ли в нем что-то необычное. Чан спросил, почему с окном связана какая-то значительная энергия, и Донмин достал зонд, который он ранее приобрел у Югёма. – Если здесь есть какой-нибудь дух, можете ли вы использовать эти жезлы, чтобы указать направление, в котором вы сейчас находитесь? – спросил Донмин. Стержень в его левой руке слегка повернулся в направлении окна, и Джэхён издал тихий звук «хм». – Ты дух, который застрял в окне? Прутья не сдвинулись с места. У Донмина возникла идея: – Может быть, ты дух, запертый в здании? Прутья медленно сошлись в крест, и Джэхён и Донмин встретились взглядами с недоверчивыми выражениями на лицах. – Возможно, дух заперт в церкви и хочет выйти наружу, поэтому он постоянно задерживается у окна. – предположил Донмин, а Джэхён лишь пожал плечами и сказал, что лучший способ проверить их гипотезу – отправиться в церковь и провести собственное расследование. Тем временем вторая команда уходила все дальше от территории церкви и приближалась к подлеску неподалеку. – Ладно, ребята, давайте не будем забегать вперед. Почему мы идем так далеко от церкви, если мы пришли сюда специально, чтобы исследовать церковь? – Мингю должен был быть голосом разума, когда в компании было два слишком увлеченных исследователя. Югём попытался объяснить: – Ну, там внизу есть небольшой двор рядом с маленьким домиком, который принадлежал предыдущему смотрителю церкви. Когда он умер, никто больше не заботился о кладбище, поэтому многие люди говорят, что в этой маленькой хижине живут духи. Мингю вздохнул и пошел дальше, он никак не мог убедить этих двоих не ходить туда. Он мог бы просто плыть по течению и не отставать от двух других, демон в темноте мог бы наброситься на его лодыжки, а ему нравилось, что его лодыжки хорошо сидят на его теле. – Мы здесь! – Чонгук с гордостью показал заброшенную хижину Югёму, который держал в руках камеру. Мингю просто стоял рядом с Чонгуком, засунув руки в карманы толстовки, и медленно покачивал головой от энтузиазма, который тот излучал. Чонгук подергал ручку двери, и она легко поддалась, позволяя им войти в пыльную хижину. По комнате были разбросаны случайные вещи, и, похоже, что она служила пристанищем для бездомных, так как там валялись пустые упаковки из-под продуктов и разный мусор. Югём расчистил для них место на полу и достал шкатулку с духами, поставив ее в центре помещения. Чонгук расставил вокруг них камеры под максимально возможными углами, и они оказались в полной темноте. Мингю поставил Rem-капсулу рядом с дверной рамой, и они уселись поудобнее, готовясь к тому, что должно произойти. – Привет, если дух старого смотрителя здесь, давайте представимся. Я - Чонгук, это Югём и Мингю, и мы здесь для расследования. Если возможно, пожалуйста, общайтесь с нами через этот ящик для духов. Он будет считывать ваши электромагнитные сигналы и, надеюсь, даст нам несколько слов, которые мы сможем понять. Вон там находится капсула Рема, пожалуйста, коснитесь антенны на ней, чтобы сообщить нам, что вы здесь, с нами. И наконец, эта термокамера поможет нам узнать, находитесь ли вы рядом с нами. – объяснил Чонгук, указывая на каждого из своих друзей и на оборудование, которое он принес с собой. Все началось без заминок, спиритическая коробка время от времени сообщала что-то, относящееся к их окружению: «пыль», «темнота», «трава» и, почему-то, «утка». Мингю утверждал, что в этом районе могли водиться утки, и старый смотритель мог знать об этом. – Я думаю, здесь не так много... Что за... – Мингю вскочил с места, где сидел, скрестив ноги на полу, и указал на пищащую капсулу Rem, светодиодные лампочки которой практически сходили с ума. Через некоторое время Рем-капсула перестала пищать, и они все уставились на дверной проем, где она находилась. – Можно ли предположить, что, то, что вызвало срабатывание REM-капсулы, сейчас находится в комнате с нами? – спросил Чонгук как можно вежливее, и REM-капсула издала звуковой сигнал, как будто соглашаясь с ним. – Можем ли мы предположить, что это дух смотрителя, который жил в этой хижине? – Югём продолжал задавать вопросы духу, с которым они находились рядом. Наступила тишина, пока Мингю не вскрикнул: – Что-то коснулось меня! Клянусь, ребята, я почувствовал, как что-то снова потянуло меня за капюшон. О боже, я стою прямо перед камерой go-pro. Клянусь, если мы не снимем это на камеру... Мингю, маневрируя, направился к Чонгуку, который стоял в отдалении, изо всех сил стараясь не опрокинуть шаткие разнокалиберные предметы, сложенные внутри хижины. Чонгук снова включил спиритический ящик и заставил Мингю сесть рядом с ним. Мингю не хотел оставаться в хижине, но он больше боялся темноты за ее пределами и послушно сел рядом с Чонгуком. Как и прежде, занятие со спиритическим ящиком оказалось не слишком полезным, и Гук с Югёмом решили, что им пора возвращаться в главную церковь. Когда они вернулись в церковь, было уже чуть больше полуночи. С другой стороны, у Джэхёна, Донмина и Чана не было веских доказательств их теории о запертом в церкви духе, и они решили отдохнуть. Они расположились возле своих спальных мешков, Донмин и Чан уже переоделись в одежду для сна. Джэхён смотрел на дверь церкви, пытаясь понять, где находится вторая половина группы. Когда ему это удалось, он и Донмин сели рядом друг с другом и стали звонить своим родным и близким друзьям. – Мы вернулись! – пропел Чонгук, войдя в церковный зал и заставив Донмина испугаться до такой степени, что он ударил Джэхёна в грудь. Чан мог только беззвучно смеяться, пока Джэхён потирал больное место, а Донмин извинялся. Чан посмотрел в сторону Югёма и спросил: – Есть что-нибудь? Югём только покачал головой и сдержанно вздохнул: – Всего лишь деятельность Ремпод. Но это ведь что-то значит? Чан кивнул и сказал, что с их стороны тоже не было ничего необычного, и что, возможно, им пора заканчивать. Чонгук на это возмутился: – Но, чувак, ведьминский час наступает в 3 часа ночи… Джэхён посмотрел ему прямо в глаза: – А как час ведьм отразится на буквально церкви? Чонгук вынужден был признать, что в словах этого парня есть смысл, и он уважает крестовый поход Джэхёна за большее количество отдыха. Если уж на то пошло, краснота в глазах Джэхёна была признаком того, что бедный парень не высыпался, будь то до или после того, как присоединился к каналу. Югём кивнул и сказал, чтобы они готовились ко сну, на что Донмин и Чан усмехнулись, указывая на свои пушистые пижамные штаны, говоря, что они уже готовы. На этом их ночные исследования закончились, и все отправились спать. Югём и Чонгук разыграли небольшую сценку, в которой уложили остальных членов команды в их маленькие спальные мешки и поцеловали их на ночь. После последней проверки, чтобы убедиться, что камеры работают правильно, два лидера команды тоже улеглись в свои спальные мешки и быстро заснули, так как усталость от дневной беготни навалилась на них. Было ровно 3:03 утра, согласно показаниям камер, когда в спальном мешке послышалось шевеление. Мингю рывком проснулся посреди глубокой дремы и повертел головой из стороны в сторону, пытаясь привести в порядок свои чувства. Что-то разбудило его, он был уверен в этом. Он подумал о том, что это могли быть остальные, разыгрывающие его, поскольку они знали, что он самый пугливый из всех, но они, похоже, мирно спали. Глядя на безмятежные лица своих друзей, Мингю почувствовал, как по позвоночнику пробежал холодок. Если не они, то кто? Когда Мингю снова поднял голову, чтобы проверить, нет ли еще кого-нибудь, что-то пронеслось вне его видимости, и он замер. Он понятия не имел, что делает, но смутно различал, что его босые ноги ступают по холодному полу, и от каждого шага по ногам пробегали ледяные мурашки. Тем не менее, он не мог остановиться и все ближе и ближе подходил к главной двери. Распахнув дверь, он огляделся снаружи. Ничего. Все, что он увидел, это ряды и ряды надгробий, обращенных к нему, словно строй солдат в смертельной форме, медленно марширующих к нему и несущих его к гибели. Страх схватил сердце Мингю в свои холодные, ледяные руки, но он стиснул зубы и сделал шаг за дверь. Там кто-то был, он был уверен в этом. Он был похож на мужчину, среднего телосложения и выглядел довольно молодым. Мингю был уверен, что это он его разбудил, и ему нужно было поймать этого чудака, пока он не сделал с ними что-нибудь еще более странное. Что, если он украл что-то, пока они спали, или даже сфотографировал их? Не исключено, что фанат преследовал их, в конце концов, все они были по-своему знамениты. Ради своих друзей Мингю мог бегать босиком по траве. Подождите, по траве. Трава на кладбище? Было очень темно. Мингю едва мог разобрать руку, которой он размахивал перед своим лицом. Где, черт возьми, он был? О, подождите, трава. Да, он чувствовал ее под подошвами ног и между пальцами. Он начал шевелить пальцами ног. Это было неправильно. Почему было так темно? – Мингю! Какого хрена ты стоишь здесь? Мингю казалось, что он слышит Чана, но он не мог увидеть Чана. Где был Чан? Почему было так темно? И тут появился свет. Свет залил зрение Мингю, прогоняя помутнение, проникшее в его разум. Следующее, что Мингю осознал, это то, что он сидит на своем спальном мешке, который уже успел остыть, а Донмин накидывает ему на плечи свою куртку. Джэхён стоял на коленях на полу и ругался, пытаясь согреть ноги Мингю. Югём выглядел слегка ошарашенным, но в глазах Чонгука горел огонь: – Что это было, черт возьми? У нас есть правила, согласно которым ты не можешь гулять сам по себе! Мингю лишь молча опустил голову, а Чонгук продолжал его ругать. – Хватит, Чонгук. Я подозреваю, что Мингю даже не знал, что происходит. Что случилось, Мингю? – Чан попытался успокоить Чонгука и одновременно утешить Мингю. – Я... я не знаю. Я внезапно проснулся и мне показалось, что я кого-то увидел. После этого я просто последовал за фигурой на улицу. Я даже не понимал, что делаю. – Мингю положил голову на руки. Если подумать сейчас, то его поступок был совершенно глупым, и Чонгук имел полное право злиться. В глубине души Мингю знал, что он злится только потому, что смертельно переживает за Мингю, и это заставляло Мингю еще больше извиняться. – Больше так не делай, хорошо? В следующий раз, что бы ни случилось, неважно, большое или маленькое, возьми кого-нибудь с собой, хорошо? – Чонгук крепко взял Мингю за широкие плечи и наклонился к нему, строго глядя ему в глаза. Мингю кивнул и прошептал свои извинения остальным членам группы. – Думаю, нам нужно как можно скорее собрать вещи и покинуть это место, если мы не хотим повторения того, что произошло сегодня ночью. Слава богу, у Чана есть отцовский инстинкт, и он почувствовал, что один из нас пропал. – Джэхён наклонил голову в сторону Чана, и Чан покраснел. – Это умение приходит само собой, когда есть семеро безответственных детей, о которых нужно заботиться. Клянусь, Феликс – единственный, кто держит всех вместе, я люблю своего сына. Кроме того, я думаю, что Джэхён сделал несколько хороших замечаний. – ответил Чан. Чонгук кивнул и начал снимать ближайшую камеру гоу-про: – Ладно, давайте собираться. Может, найдем круглосуточную кофейню, где мы сможем отдохнуть. Команда принялась за работу: Чан, Югём и Чонгук упаковывали камеры, Джэхён – оборудование, а Донмин и Мингю – спальные мешки и припасы. Если кто-то и заметил бледное лицо, смотревшее на них через окно, они никак этого не показали и продолжили выполнять свои обязанности.