22. Слияние Завершено

—Значит Орочимару удалось сбежать? В офисе Хокаге. Какаши и другие докладывали Сандайме о провале их миссии. В сердце Сандайме сейчас буйствовал настоящий ураган противоречивых эмоций. С одной стороны он сожалел, что Анбу упустили Орочимару, но так же, всё ещё был не готов увидеть смерть своего ученика. —Хорошо, я понял. Все, кроме Джираи, могут идти. Все Шиноби Анбу исчезли после этих слов. —Старик, что ты хочешь сделать со мной?—сказал Джирая с нотками лукавости. Увидев спокойное состояние Джираи, Сандайме не мог не удивиться. Он слышал, что как только Джирая услышал о дезертирстве Орочимару, выскочил в догонку за ним, как сумасшедший. —Ты выглядишь довольно неплохо, неужели ты уже оправился от поступка Орочимару?—спросил с любопытством Сандайме. —Орочимару....он выбрал свой собственный путь. Так как я не смог его остановить мне нечего больше сказать,—небрежно ответил Джирая. Но Сандайме видел, что за его внешним спокойствием скрывалась буря эмоций. —Тогда что ты собираешься делать дальше? Продолжишь путешествовать по миру? —Конечно, мне всё ещё нужно собрать материалы для моей книги,—сказал Джирая, рассмеявшись. —Ты... Не хочешь ли ты остаться и помочь мне? Коноха сейчас довольно слаба, мне пригодится твоя помощь,—сказал Сандайме, с надеждой смотря на Джираю. У Сандайме было только трое учеников, на которых он мог положиться. Но теперь Цунаде была убита горем по погибшим дорогим для неё людям. Пока в её сердце была эта рана, она не вернётся в Коноху. Орочимару, на которого у Сандайме были самые большие надежды, стал искажённо смотреть на мир, и теперь объявлен преступником. Единственный кто остался, так это Джирая. Хоть он и выглядел довольно легкомысленным и ненадёжным, но Сандайме знал, что он мог быть очень серьёзным человеком, на которого всегда можно было положиться. К сожалению, Джирае пришлось разочаровать Хокаге. —Прости, Старик. Ты ведь знаешь мой характер. Такие вещи совершенно не подходят мне,—сказал Джирая извиняющимся тоном. Сандайме вздохнул, и в его взгляде появилось разочарование. Хотя он уже заранее знал ответ на свой вопрос. —Похоже мне пока что придётся полагаться на свои кости,–сказал Сандайме. Его старая фигура, сидящая в кресле Хокаге, выглядела уставшей и одинокой. —Старик, ты не должен так думать. Шинске и Асума уже скоро вырастут, и тогда ты сможешь полагаться на них.( П.п. Шинске это отец Конохамару) —Ха-ха, я знаю. Шинске действительно молодец, но вот Асума... этот ребёнок будто постоянно пытается меня разозлить,—сказал Сандайме, чувствуя головную боль от выходок Асумы. —Ха-ха, просто он сейчас в своём бунтарском возрасте. Это нормально. Видя Сандайме, который сейчас выглядел, как обычный отец, Джирая чувствовал прилив бодрости. —Ты...—начал было говорить Сандайме, но замолчал. Глядя на счастливое лицо Джираи, ему хотелось то ли плакать, то ли смеяться. —Какаши тоже отличный выбор. В будущем он станет опорой для Конохи,—внезапно сказал Джирая. —Какаши?—переспросил Сандайме, закуривая трубку. Казалось, что он о чём-то задумался. Затем он произнёс: —Этот ребёнок начал меняться после смерти Минато. —Да, я приятно удивился, увидев каким он стал. Его сердце сейчас чистое, без малейшей тьмы. Я верю, что у него безграничный потенциал. Старик, ты должен хорошо его воспитывать и тренировать. Не только для деревни, но и ради Сакумо, тоже. Сандайме пристально посмотрел на Джираю, затем он вздохнул и сказал: —То, что случилось с Сакумо... —Забудь об этом, Старик. Сакумо не был дураком, и он сам выбрал такой путь. В противном случае, с его силой, разве стал бы он так поступать? Да, в этом есть вина Конохи. Поэтому мы и должны сделать всё возможное, чтобы хорошо воспитать его сына. Недолго помолчав, размышляя об этом, Сандайме медленно продолжил: —Я знаю, с сыном Героя Конохи все должны хорошо обращаться. Будь уверен, я позабочусь о Какаши. —Отлично, я уверен что Какаши в будущем станет отличным шиноби, поддерживающим Коноху. Ну, а пока мне нужно уйти. Старик, если что-нибудь произойдёт обязательно свяжись со мной, и я тут же вернусь в деревню. Сандайме рассмеялся и сказал: —Хорошо, но ты должен обещать мне иногда возвращаться в деревню повидаться с этим Стариком. —Конечно. Двое людей посмотрели друг на друга и рассмеялись. Они знали, что всегда будут беспокоиться о благополучии друг друга. Какаши, наконец, вернулся домой. Сейчас Какаши сидел на кровати и хмурился. С его лица капал пот, который уже полностью пропитал его одежду. Какаши закрыл глаза из-за того, что сейчас у него жутко болела голова. Сейчас в его теле происходило окончательное слияние двух душ—оригинального Какаши и нынешнего, белого и чёрного. Слияние душ достигло последней стадии, и после этого духовная энергия Какаши совершит большой скачок роста. Затем она продолжит расти, и Какаши сможет использовать Мангёке Шаринган. Но также, если во время окончательного слияния что-то произойдёт не так, то нынешний Какаши и настоящий умрут. Верно, это шанс стать сильнее, но при малейшей ошибке он мог умереть! В этот момент чакра внутри тела Какаши неистовствола, а три томое шарингана бешено вращались, выглядя при этом довольно пугающе. От жгучей боли во всём теле Какаши не смог сдержать крик. К счастью он жил один, и никто не услышал воплей его страданий. Черная и белая душа начали сливаться, вращаясь, будто они были Инь и Янь. Но вскоре разделение между ними пропало и они слились в одну целую серебряную, как волосы Какаши, душу. Невыразимое и чудесное чувство начало наполнять его разум. Его голова будто полностью очистилась от всего лишнего и прояснилась. Он почувствовал, что его интеллект значительно возрос. Сейчас он мог понимать свои способности и Ниндзюцу лучше, чем когда-либо прежде. Но его тело было полностью истощено после этого действия. Какаши попытался медленно встать, и понял что у него совсем не было сил. Однако, даже при этой усталости, он чувствовал себя легко и расслабленно. Затем Какаши медленно открыл свой Шаринган. Три томое завращались быстрее обычного и слились, образуя узор чёрного дротика. Это был Мангёке Шаринган!