***

Знаешь, а ведь моё восхождение ко дну Началось с восемнадцати юных лет. И тогда казалось, что можно ещё всё успеть, Что ещё долго кулак будет точен, а голос юн… Воздух горячий, он плавит кожу прикосновением. Под моими пальцами — вязкий песок, ещё миг, и он поглотит меня. Как я… Зачем я здесь? Открыть глаза слишком сложно, веки лежат тяжёлыми плитами и ни в какую не поддаются. Остаётся дышать этим горячим воздухом и ждать, пока кто-то отыщет меня. Ты поведал мне правду, но всю ли? Почему именно я, скажи? Почему? За твои ошибки я вынужден платить слишком высокой ценой — жизнями своих друзей, ставших мне братьями и сёстрами. Перестану ли я когда-нибудь тонуть в смоле твоих воспоминаний? Густая, точно застывшая в страхе кровь, память твоя отравляет мою душу. Что во мне осталось от меня самого, кто теперь скажет? Иногда мне кажется, что проще было и не жить вовсе. Но теперь эта роскошь мне недоступна. Здесь и надо бы всё прекратить, завершая сюжет, Многоточьем оборвав набор из букв и рифм… Я гляжу в лица друзей и вижу лишь страх и недоумение. Это отражение в их зрачках, эта тень, что стёрла улыбки с юных лиц — неужели это я? Теперешний я больше не имеет права называться вашим братом. Слишком… Мне кажется, что я прожил уже тысячи жизней, что во мне, как в сердцевине мишени, сходятся векторы всех судеб человечества. Потерять себя, чтобы освободить вас — пожалуй, лишь на это меня и хватит. Ни боли, ни страха, ни горечи не осталось. Лишь вязкая темнота, тишина, ватой забивающая уши, которую во сне пронзают крики, и я снова и снова просыпаюсь в ледяном поту, дрожа в той камере, слышу ваши голоса… Прорастая метастазами в головной мозг, Словно опухоль, что ни вырезать, ни лечить, Ты уходишь в закат, поджигая последний мост. Я смотрю тебе вслед, не пытаясь найти причин. На моих ладонях нет ни единой трещинки, в которую не забилась бы чья-то кровь, чья-то растоптанная жизнь. Но иначе я уже не могу, я не принадлежу себе. Порой я вижу сны, с трудом я научился отличать их от воспоминаний. В них горячий воздух наполняет лёгкие и обжигающе холодный песок расстилается под ногами. Мой путь лежит в пустынной темноте, но вдали я вижу светоч — столп нездешнего сияния. Оно кажется одновременно чужим и до ужаса знакомым. Понятия не имею, что ждёт меня там, но туда влечёт слишком сильно. Ноги вязнут в песке, я бреду босиком практически вслепую в этой непроглядной тьме. Я отчего-то уверен, что там найду все ответы. Те, которых не было в подвале, не было и в отцовской памяти. И нас сотрёт с лица земли И словно в первый раз Смотри в меня, смотри… Я лишь хочу ещё раз сжать твою руку, увидеть твою улыбку, как тогда. Сотри мои слёзы, прошу, и больше обо мне не плачь. Скоро всему придёт конец, и наступит долгожданная свобода.