Глава 3: Новый способ общения

Уже было давно за полночь, а Драко все так же четно пытался заснуть. Казалось бы, его с ног должно было свалить, как только он коснулся этой мягкой перины, но почему-то сон, как рукой сняло ближе к вечеру. Если честно, то не смотря на всю патовость его ситуации, сейчас он был впервые по-настоящему доволен со времен войны. Лежа на теплой, уютной кровате больничного крыла, которая сейчас казалась ему самой удобной кроватью в его жизни, он наслаждался спокойствием, все выше натягивая одеяло, которое так приятно согревало. Там, где держали его во время судебных процессов, было относительно неплохо. Все-таки по закону даже преступники имели право на нормальное помещение с какой-никакой, но все-таки кроватью и прочими отребутами для "нормальной" жизни. Однако, в отличии от того холодного, противного, серого помещения, сейчас даже медкрыло казалось самым роскошным помещением в его жизни. Для Драко привычно жить в весьма серых и холодных местах: гостинная Слизерина в подземелье, его собственный дом, который сам то по себе был не самым приятным и радужным местом, а после присутствия там пожирателей и самого Волан-де-Морта - стал еще более жутким местом, куда Драко, в ближайшее время точно, возвращаться не хотел. Но не смотря на выше перечисленные места и время прибывание в них, Драко в первые хотел оказаться в каком нибудь уютном и приятном месте, где он бы мог реально забыть обо всем и просто пролежать пару часов, наслаждаясь. Парень снова перевернулся, как делал это уже бессчетное количество раз в надежде все-таки уснуть, но, как и до этого, ничего не выходило. В его голову лишь лезли те самые, не дающие уснуть по ночам мысли, которые по содержанию - одна хуже другой. Парень попытался прекратить этот поток, пряча голову под подушку и прижимая ей же сверху, видимо с надеждой, что это хоть как-то поможет. Но буквально через пару секунд, осознавая насколько это глупо и жалко, он откинул подушку подальше, да так, что та упала куда-то в даль на пол. Он лег на спину, прикрывая руками лицо, массируя переносицу и виски, все глубже вдыхая и выдыхая, приводя мысли в порядок. Но это не срабатывает, как было им задумано, и парня накрывает сильный страх, а затем и опустошенность. Он начинает обдумывать происходящие, в самом страшном ключе: его родители в Азкабане вместе с остальными кого он знал, его дом больше не его и на данный момент был конфискован самим министерством, Северус, на которого он мог еще хоть как-то положиться, и от которого в последние месяцы его жизни чувствовал заботу, - мертв, а его лучший собеседник на данный момент это Профессор МакГонагалл, а худший его новая нянька с Гриффиндора. Нерадостное заключение озарило его, но, по сути, сейчас он как никогда был одинок. Реально одинок. Даже отсутствие его старой компании( да именно компании, а не друзей) заставляло его горько усмехнуться. Еще никогда он не чувствовал себя так подавлено. Вместе с этим всем уже произошедшим дерьмом, его будущее тоже было не самым радужным. Вернее, он даже не мог сказать, что с ним случится через месяц или даже меньше, и это его действительно пугало. По сути, чтобы с ним не случилось особо никому не будет дела. Все только будут рады. И Драко не мог их за это винить. Хотел, но не мог. Его прошлая натура скользкого труса и ничего не стоющего хулигана, уже готовая начать обвинять всех, как обычно насмехаясь и беспомощно угражая, была остановлена им же самим, когда мерзкое чувство сново заставило его скривиться. Ему пора убрать, а лучше уничтожить эту часть себя. Навсегда. Кажется Драко впервые понимал насколько он был жалок, когда вел себя подобным образом, хотя в те моменты он был горд собой, как никто другой. Он считал, что все делал правильно и что они все этого заслуживают. Но как же он ошибался. Пока он считал, что это он царь и бог, а другие лишь должны перед ним пресмыкаться, как раз таки он не имел ничего настоящего. Ни друзей, ни семьи, ничего другого. Деньги вещь классная, да вот только сейчас и те не имели никакого значения. Лишь пустота и дерьмовый характер остались с ним после всего. В этой жизни определенно что-то пора меня. Не то чтобы это какая-то новая информация для него, просто именно сейчас он понял всю суть проблемы, а его желание изменить все перевалило через край и даже его собственное эго. Он готов попробовать стать чем-то большим, кем-то самостоятельным. За этими размышлениями парень медленно засопел, все также лежа на спине, со слегка спущенным одеялом и без подушки, которая так и осталась валяться где-то на полу. Утром его разбудила та самая медсестра, что помогла ему вчера. Она явно была здесь новенькой, так как Драко не мог вспомнить ее, хотя довольно часто посещал это место. Она мило улыбалась, узнавая у него его самочувствие и прочие вещи, на что парень лишь спокойно отвечал. Она принесла ему завтрак, а затем куда-то удалилась. Малфой с жадностью принялся за еду, так как вчерашняя тошнота так и не дала ему съесть ни кусочка. Еда в Хогвартсе была всегда очень вкусной, но конкретно сейчас, после всего пройденного, она казалась ему чем-то по истине райским. В медкрыле он пролежал до полудня, когда пришедшая медстестра константировала, что тот здоров и готов к переселению в общежитие,но перед этим ему обязательно надо было дождаться его знакомую Гриффендоку, которая в очередной раз должна была расписаться за него. Это подбешивало Драко, ведь теперь он не мог и лишнего шагу ступить без этой девчонки, но такова цена его свободы. И ему просто придется смириться с этим. Пока Малфой, лежа все на той же кровате в общем зале, читал какую-то книгу, в медкрыло зашла Грэнджер. Она пообщалась с Минси( ее имя Драко запомнил только после обеда), подписала очередные пару бумаг и вышла из помещения. Подобного поведения от нее Малфой как раз и ожидал. Она сразу дала понять что добровольно с ним проводить время не собирается, и, за исключением ее попечительства над ним, лишний раз общаться с ним тоже не будет. Малфоя это устраивало. Он тоже не был бы особо рад ее частой компании. В конце концов о чем с ней вообще можно было говорить? У них не было ничего общего, быть может разве что их педантичность и общее стремление к учебе, но в отличие от нее у Драко помимо этого была личная жизнь, а у нее просто ничего другого. Собравшись, он попрощался с Минси и направился на выход. - Минси сказала, что ты удивительно быстро восстановился.- как бы невзначай сказала девушка. Драко резко повернулся в сторону голоса и увидел Грейнджер, стоящую, облокотившись на стену возле двери. - Возможно...- все еще удивленно уставившись, проговорил он. Гермиона же подошла к нему на расстояние вытянутой руки и, покопошившись в стопке учебников, которые были у нее в руках, достала какой-то из них. Надо же, заучка все такая же заучка. - Учебник?- иронично приподняв бровь, спросил он. - Дневник, балда,- ответила она. - Зачем он мне?- проигнорировав в свой адрес "балда", переспросил парень. За этим вопросом последовал ее уставший стон. - Я не могу находится с тобой постоянно, как того требуют,- начала разжевывать она,- эта вещица - дневник, с помощью которого мы сможем общаться между собой когда угодно. Написанное тобой будет отображаться в моем,- она указала на выглядывающую книгу из ее стопки в руках,- пока я не прочту сообщение, оно будет сохраняться и наоборот. Так - если случиться что-то или у тебя будут какие-то вопросы - ты сможешь быстро написать о них мне, не прибегая к лишним телодвижениям,- заключила она. Драко взял дневник из ее рук, осматривая его и изучая, а после снова просто кивнул. - Вот и отлично,- воодушевилась девушка.- Тогда мне нужно будет проводить тебя до комнаты старост, где ты теперь будешь жить, и сообщить о выдаче твоих учебников профессорам. Они вместе направились к комнатам старост в полной тишине. Драко может бы и хотел заговорить, дабы просто разузнать что-то, но слова снова оставались где-то просто на языке, не давая ему покоя. Уже почти на подходе к комнате, он все-таки не выдержал, задав первый пришедший ему на ум вопрос: - Тебя тоже назначали старостой?-прозвучало почти в его стиле, разве что не хватало сарказма. - Да,- буднично ответила она, словно, не давая поводов для дальнейшего продолжения разговора. Но Малфой так просто не сдастся. - И как тебе твоя роль?- продолжал он. - Вполне, разве, что времени меньше на учебу, но я уже привыкла. Так лед дрогнул, значит можно продолжить. - А как насч... - Мы пришли.- прервала его она, как только они оказались у его новой комнаты,- Теперь это комната полностью в твоем распоряжение, хотя не мне тебе говорить об обязанностях старост, но все же, в силу неправильно понятых тобою обязанностей в прошлом, я хочу сказать, что быть старостой сейчас полностью отличается от быть старостой тогда, надеюсь это понятно? - Не сомневайся.- зло прошипел он, раздраженный тоном ее общением с ним. - Тогда я спокойна,- ухмыльнулась она,- твои учебники будут предоставлены тебе чуть позже, как только я закончу с другими делами. Она хотела уже уходить как неожиданный вопрос заставил ее остановиться: - Я хочу спросить тебя кое о чем,- вдруг резко начал Драко, и получив на это одобрительный кивок, продолжил,- Что я могу делать? Вернее, что мне можно делать, а что нет? Гермиона потупила взглядом куда-то в стенку, видимо вспоминая, а затем переводя его снова на парня: - Тебе нельзя покидать Хогвартс не при каких условиях, даже ходить в Хогсмид. Любые твои просчеты должны будут быть записаны в отдельный журнал и немедленно переданы департаменту. Ты так же не можешь посещать мероприятия в самом Хогвартсе без сопровождающего...- она запнулась, слегка прищурившись, а затем добавила,- я не могу огласить тебе точный список сейчас, но позже смогу прислать его. - Да...конечно.-опустив голову ответил он.- Что ж, и на этом спасибо. На лице Гермионы появилось искреннее удивление. После услышанных от парня слов, она, приоткрыв рот, взглянула на него так словно перед ней стоял не Драко, а сам Волан-де-Морт во плоти. Драко же на это просто хмыкнул, уходя в свое новое временное лежбище, оставляя девушку все также шокировано стоять. Идиот. Придурок. Что он только что сказал, а главное перед кем? В его голове это выглядело совсем по-другому, но если у всех на его слова будет такая реакция, то он точно откажется от этой идеи. Драко прислонился спиной к двери, прислушиваясь к любым шорохам за ней, и после того, как услышал отчетливо удаляющиеся шаги, смог спокойно вздохнуть. Он поднял голову, осматривая комнату, которая, на удивление, ему даже чем-то понравилась, хотя пожалуй любое место после заключения во временной тюрьме министерства, покажется сказкой. Но все же, Драко был рад. Он медленно прошел к большой кровати, которая занимала середину комнаты, провел по ней рукой, убеждая себя в ее реальности, а затем, по-детский, рухнул на нее прямо лицом, закапываясь в мягком одеяле. Он пролежал так добрых 20 минут, почти уснув, но резкий хлопок, заставил его открыть глаза в поисках источника неприятного шума. Когда он поднял голову, то наткнулся взглядом на стоящем рядом комоде учебники, которых до этого там не было. Гермиона на удивление быстрая девчонка. Он рассматривал появившуюся стопку, узнавая учебники прошлого года, однако все же один из них был Драко не знаком. Новый учебник по ЗОТИ, выделяющийся на фоне остальных своими мрачными цветами и сильно потрепанной обложкой. Он лениво привстал с кровати, нехотя отрываясь от нее, чтобы дотянуться до интересовавшего его учебника. Взяв его в руки, Драко, предварительно поудобнее устроившись, начал изучать содержание, с ужасом осознавая, насколько этот учебник стар и сколько в нем, запрещенных и сомнительных для школы заклинаний. Но от этого парню захотелось лишь глубже погрузиться в изучения текста, чем он и решил заняться. Закончил он только где-то к девяти вечера, сонно потирая глаза. Он с глухим хлопком закрыл книгу, убирая ее куда-то в сторону, и укладываясь поудобнее, просто глядел в потолок. Он пролежал так недолго, но почувствовав, что уже просто напросто засыпает, решил все-таки отправиться в душ, так как его вид все еще оставлял желать лучшего. Он поднялся с кровати, открыв какой-то платяной шкаф, где, к его искреннему удивлению, уже лежала стопка вещей, включая в себя и какую-то пижаму. На вид она была непритязательной, явно купленной где-то в Косом переулке или даже в Хогсмиде, в не самом дорогом магазинчике, но сейчас Драко был на это откровенно плевать. Он просто взял комплект в руки и направился в ванную, которая представляла собой просторную и очень даже эффектную комнату. Похоже он нашел свое любимое место в этом замке. Наполнив ванну, он разделся, аккуратно складывая возле бортика одежду, в затем опустился в воду. Мерлин, это было чудесно! Кажется, что простой прием ванны вызывал у него такую эйфорию в первые в его жизни. Приятно чувство от теплой, почти что горячей воды, согревавшей его, и не менее приятно чувство от осознания того, что он наконец-то смыл с себя всю грязь до конца, - вызывали в нем неподдельную радость, и ухмылка расползлась по его лицу. Он провел там около часа, не спеша выходить, но когда вода все же перестала греть, остыв достаточно сильно, он решил, что пора заканчивать. Вернувшись в комнату, уже одетый в новую пижаму, он снова плюхнулся в свою новую кровать, закопавшись в одеяле. Он приятно потянулся, чувствуя что-то вот-вот и уснет, но легкое свечение на комоде прервало его планы. Он вновь, с трудом оторвавшись от матраса, потянулся в сторону дневника, который не сильно, но все же раздражающий для Малфоя, сиял. Когда он коснулся книги то почувствовал, как та слегка нагрелась, становясь на ощупь приятной. Ее обложка была сделана из какой-то кожи, которая ярко переливалась от темно-красного до местами ярко золотого. Драко не стал особо медлить, чтобы рассмотреть ее, а просто открыл. На странице он увидел запись, написанную ровным и аккуратным почерком.

Прости, но в данный момент мне не удалось найти тот список, о котором я говорила. Возможно утром, я смогу узнать о нем у профессора МакГонагалл.

Драко лишь ухмыльнулся на это, уже ища глазами хоть какое-то близко лежащие к нему перо, и, оглядевшись вокруг, заметил такое, стоящее в чернильнице на другом конце комнаты. Преодолев сильное желание просто проигнорировать написанное, убрать книгу и лечь спать, он все-таки встал и, проходя до стола, взял из чернильницы перо, а затем лег обратно, стараясь снова найти ту удобную позицию, из которой он вынужено вышел. Он долго думал, что написать в ответ так, чтобы это не выглядело как-то сомнительно и чтобы Грэнджер ненароком чего лишнего не подумала. Но не придумав ничего лучше, он просто отправил ей:

Хорошо

Он отложил книгу в сторону вместе с пером, накрываясь одеялом чуть ли не с головой, и, словно довольный кот, тихо засопел в привычной ему манере.