14. Мысли и чувства

      Положив ладонь на ключицы, Смайли облегчённо выдохнул:       — Весьма рад, что ты не держишь зла на меня.       Тень с долей неловкости улыбнулся, потерев шею, когда в ответ ему фыркнули, скрывая тем самым мягкую, снисходительную усмешку.       Налл слабо, но доброжелательно улыбался. В его груди теплилось довольство тем, что он быстро и спокойно смог уладить со Смайли волнующие вопросы, пока Херобрин тем временем провожал Софью домой.       Однако его лицо посерьёзнело, когда он в очередной раз проверил, не пришло ли ему смс от подруги о том, что она добралась до дома. Сообщения всё ещё не было, что невольно заставило его нахмуриться.       Сущность уже отнесла её одежду и теперь, сидя с живой тенью на диване, ждала возвращения подруги в квартиру, чтобы поговорить с ней о дальнейших действиях.       Хотя, казалось, было ожидаемо и даже банально очевидно, что теперь он, Налл, будет присматривать за Соней, сидеть подле неё по ночам, как это делал ранее Энтити. Только с тем отличием, что это действительно будет делаться ради её защиты.       — Налл, — тот повернулся к Смайли, в чьём взгляде отчётливо горели тревога с сочувствием, — мне очень жаль, что так вышло. Надеюсь, эта ситуация с Триста три не затянется слишком сильно.       Он мягко улыбнулся в ответ на чужой страх за них и уж было хотел сказать что-нибудь обнадёживающее, успокаивающее, но ему не дали это сделать:       — Налл, ты же понимаешь, что это не совсем тот случай, когда можно спокойно сказать: «Всё будет в порядке», — горько произнёс тень, опечалено опуская голову. — Я бы и сам хотел бы это сказать, но я и ты прекрасно знаем, что, скорее всего, будет происходить.       Смайли нервно поёжился, припомнив, в каком состоянии была Софья на момент своего нахождения. Ему было страшно думать, что было бы, если бы он с Херобрином не успели. В каком состоянии она была бы, найди они её позже? Если, конечно, вообще нашли бы… Тень искренне хотел бы создать и поддержать оптимистичную атмосферу, однако ситуация казалась ему слишком серьёзной, слишком опасной, чтобы просто разбрасываться подобными фразами.       — Вот именно, — согласился Херобрин, появившийся в прихожей. Повесив куртку, шапку и разувшись, он подошёл к ним, хмурый и с тяжёлым предчувствием плохого в груди.       Налл насупился, поморщился, ощущая некую досаду, и опустил глаза на пол, понимая, что так-то они правы.       И это пугало.       Пугало Налла так же и то, что он чувствовал себя несколько растерянно из-за непонимания, как теперь относится к 303.       Прошло уже достаточно времени, чтобы чувства и эмоции подостыли, давая возможность здраво оценить произошедшие события, подумать о других путях решения конфликта, помимо насильственного, и понадеяться, что всё закончится более-менее хорошо.       Однако знание и понимание, что Софья может в любой миг умереть от рук знакомого или он может сделать с ней что-то иное, вводило Налла в новый приступ жуткого гнева, а воспоминания обо всём, что случилось за прошедший месяц с половиной, проведённый в этом мире, и обо всех остальных проступках 303, которые он совершил до всех этих событий, только закрепляли это состояние. Уже не так хотелось решать конфликт как-то по-другому, — и это уже создавало внутри Налла новый конфликт с собственными принципами, отчего в груди неприятно ныло.       Брови сдвинулись к переносице. Губы стали подрагивать.       Это уже второй раз, когда всё внутри просит пометить кого-то громким словом «враг». Второй раз, когда 303 так близок к этому. И уже который раз, когда Налл может лишиться человеческого друга из-за какого-то ненормального. Или даже по другой причине, но тем не менее связанной с Энтити и тем, в каком безнадёжном и тяжёлом по эмоциям положении оказалась девушка из-за него.       Беспокойство резко тронуло душу, и лицо парня исказил ужас от самой мысли о смерти Софьи. От неё уже веяло тихой печалью, тревогой и непонятной виной, а он прекрасно знал, что из этого может выйти, если вовремя ничего не предпринять.       Сердце ёкнуло от накинувшегося чувства несправедливости и бессилия, от ощущения знакомого жуткого страха. Парень судорожно сглотнул и помотал головой, пытаясь отогнать от себя гнетущие мысли, которые набросились на него, как хищник на добычу.       «Не накручивай себя, не накручивай себя…», — стал шёпотом повторять Налл себе, сжав свитшот в районе сердца, ненормально сильно бьющегося.       Смайли поглядел несколько секунд полным горечи взглядом на сущность, борющуюся с тревогой, и сложил ладони в замок. В нём теплилось желание помочь им, дабы хоть как-то отплатить долг за то, что на него не злятся, и избавиться тем самым от всё ещё ноющей вины за столь трусливый побег. Но оно же причиняло острую боль, ибо тень не понимал, что он может сделать. Да и его трусость ограничивала его в действиях… Тень поджал губу от чувства собственной никчёмности.       Херобрин скрестил руки, смотря угрюмым взглядом на Налла, начавшего казаться сгустком тревоги и неясного страха за человека. Лицо мужчины посерьёзнело от неприязни и отвращения к 303, отчего морщинки на нём стали более заметны. Он прикрыл глаза, задумавшись.       303 и раньше вытворял ужасные вещи, тем самым принося всем уйму проблем и переживаний. Для него было не впервой преследовать кого-то из чувства страха быть оставленным или желания отыграться за принесённую ему эмоциональную боль. Однако в этот раз, казалось, парень превосходит сам себя: сперва пристал к подростку, а теперь терроризирует его, угрожает ему, так ещё, как мельком сказала ему Соня по дороге, такими вещами, что Херобрину становилось откровенно не по себе.       Херобрину было искренне жаль Софью и обидно за неё. Она для него всё ещё ребёнок, потому мысль, что какой-то эмоционально нестабильный идиот с садистскими наклонностями отравляет ей жизнь, приводила его в состояние неистового возмущения и даже бешенства. Хотя даже если бы Софья была бы старше, Херобрин всё равно был бы зол, ибо Энтити опять доставляет всем неприятности.       У него была идея для решения данной проблемы, довольно радикальная, зато эффективная, отчего их проблема сразу разрешится, заодно 303 больше никому не будет досаждать. Но Херобрин знал, что Налл на такое ни за что не пойдёт, и они только поссорятся на почве этого предложения.       Херобрин устало вздохнул и вновь посмотрел на Налла, который уже стоял около дивана и печатал ответ Соне. Мужчина подошёл к нему и похлопал по его плечу.       — Прошу тебя: ты о себе не забывай, — спокойно произнёс он. — А то я знаю, ты больше думаешь о других, а о себе в самую последнюю очередь. Ты, как-никак, тоже выглядишь уставшим.       Парень смягчился, чувствуя чужую тревогу за него и его здоровье. Впрочем, в словах старшего была доля правды. Но что поделать, Наллу ведь искренне нравится помогать другим. Видеть и чувствовать чью-то такую милую, приятную и тёплую радость, причиной которой является он, — прекрасная награда для него. И, как итог, чужая радость становилась и его радостью.       — Не беспокойся, — Налл слабо улыбнулся, убирая телефон в карман. Херобрин легонько вскинул бровь в лёгком скепсисе. — Всё будет в порядке.       — Как скажешь, — вздохнул мужчина. — Я буду здесь. В случае чего приходите, помогу чем смогу. Думаю, семья, приютившая меня, отнесётся с пониманием.       — Я тоже здесь буду, — сообщил Смайли, который за ночь, проведённую в этом доме, принял решение остаться. — Если, конечно, меня примут… — тихо добавил тень.       Налл в ответ кивнул.       Его не смели больше задерживать, потому, попрощавшись и обувшись, он телепортировался.

***

      Дни шли, числа сменяли друг друга. Наступил март, но не разрешение ситуации.       Воспоминания о том, что случилось восемнадцатого февраля, до сих пор были достаточно свежи, чтобы отдаваться в душе чем-то унылым, горьким, болезненным. Что уж говорить о последствиях, которые дополняли эту боль.       Налл старался не поддаваться этому угрюмому настроению (ради подруги, потому что иначе им будет вдвойне тяжелее), не концентрироваться на этом сильно; вместо этого — обращать внимание на то, что происходит вокруг: поначалу с большим интересом отмечал, как дни постепенно становятся длиннее, а ночи — короче, как погода меняется и солнце потихоньку начинает чаще показываться на небосводе, и как окружающие его люди радуются тому, что постепенно вредные холода отступают. Сущность спокойно подолгу находилась в квартире, аккуратно наблюдала за происходящим на улице и проводила время с девушкой, когда родителей не было рядом, чтобы защитить от 303 и не давать ей поддаваться тревоге и грусти. Плюсом ко всему дополнительной мотивацией находиться рядом было ещё и то, что человек сильно заболел.       Когда это случилось, парень не удивился. Как-никак Софья извалялась в холодном снегу и очень замёрзла, но он не был уверен, могла ли болезни поспособствовать магия, да и пережитые события в целом.       И всё же люди такие хрупкие, невольно думал Налл. Тот факт, что Соня — человек, так ещё не имеющий магии, в какой-то степени заставлял его переживать за подругу больше обычного, касаться её с предельной осторожностью и более пристально контролировать свою чрезмерную силу, дабы случайно не навредить.       Софья всё это время желала по минимуму слышать об Энтити, а лучше вообще ничего. И уж тем более девушка хотела не видеть его, ведь один его вид заставлял всё внутри неё холодеть, дрожать от страха, а её саму задыхаться от неминуемой панической атаки. В противовес этому Соня с каждым днём становилась всё теплее и теплее по отношению к Наллу. Она вела себя с ним всё более открыто и доверительно и уже могла сама легонько приобнять, будучи в более-менее спокойном состоянии, и эти изменения не могли укрыться от самого парня.       303 объявлялся резко и всегда старался всё сделать быстро. Однако это всё не получалось у него нормально благодаря Наллу, у которого ещё оставались крупицы надежды решить всё мирно. Всегда сперва начиналась словесная потасовка, что вмиг перерастала в серьёзную драку. Когда же Налл начинал доходить до точки кипения и, как следствие, представлять заметную угрозу, Энтити вскоре сбегал. И так уже произошли четыре нападения — по два раза в неделю.       С каждым его приходом Налл всё больше чувствовал себя неважно, но старательно скрывал это, делая вид, что у него всё в порядке. Даже несмотря на понимание того, что рано или поздно уже не получиться так делать, что, вероятно, в один момент это сделает всё только хуже…

***

Пятница 11.03.XX 10:01

      «Уже почти половина марта», — думал парень, глядя вялым взглядом на то, как вода в чайнике начинает кипеть.       Он вздохнул, невзначай сделав вдох запаха кофе, царивший на кухне, и коснулся виска.       Прошло уже почти два месяца с того злосчастного дня, а их дело — починить Командный блок и вернуться домой — всё стоит на месте. Налл, разумеется, не рассчитывал на то, что всё случится быстро. Он прекрасно понимал, что найдутся вещи, что будут препятствовать им. Однако время от времени парень вспоминал об этом и каждый такой раз всё равно опечалено вздыхал, задаваясь вопросом, как там его друзья и Майнкрафт в целом.       Даже несмотря на то, что здесь, на Земле, у него есть хороший друг, всецело принимающий его и относящийся к нему с душевной теплотой, а сам мир никаким образом его не отталкивает, Налл не перестаёт ощущать себя каким-то чужим и желать вернуться в более привычную обстановку.       Парень выключил плиту и через секунду живо оказался в комнате Сони. Убедившись, что та на месте и спокойно спит, вернулся. Он потёр глаза и принялся заваривать себе чай с ромашкой. Недовольное мычание сорвалось с его губ.       Наллу ужасно хотелось поскорее урегулировать конфликт с Энтити.       Из-за 303 мышцы Налла постоянно находятся в напряжении, чтобы в случае чего кинуться в бег или атаку, отчего тело уже начинало болеть. Беспокойство и настороженность то и дело терзали душу, как бы тот не убил Софью. Периодически мучила и паранойя, ведь мало ли что взбредёт в голову этой психически нездоровой сущности?       Налл до сего момента переживал, что Энтити может в любой миг взять и, допустим, просто устроить пожар в квартире, взорвать дом, как-то ухитриться подсунуть иглу либо что-то другое вредящее в её еду или банально свернуть шею Софьи телекинезом. Однако всего этого так и не случилось, что наводило Налла на мысль, что тот хочет именно что поиздеваться над ней, а не просто убить. К тому же 303 пока что ни разу не направил лезвие на её родителей и друзей, что говорило Наллу по крайней мере о том, что он уж слишком сильно зафиксировал своё внимание на Соне, раз позабыл о них.       Но самое главное, что обнаружил у себя Налл как результат данной ситуации, — это то, что он стал легко приходить в раздражение, которое с каждым разом становится всё труднее подавлять и, как следствие, скрывать.       И ладно бы время от времени раздражал только 303 своей невозможностью отпустить их и перестать доставлять неудобства, но нет!       Раздражение в последние дни хвостом следует за Наллом и весьма сильно бьёт по самообладанию, ведь бесит буквально ВСЁ: цвета, мебель, техника, стены, квартира, вид за окном, дома, город; слабость и напряжение в теле; постоянное ощущение человеческого страха с унынием; невозможность по-мирному, простым разговором разрешить конфликт, покинуть эти четыре стены, оказаться в поле или в лесу и вдохнуть свежий воздух, почувствовать такую важную для него, сущности, свободу, почувствовать себя живым; и люди.       Это очень не нравилось Наллу и даже пугало его. Особенно это касалось последнего, ибо почему он должен злиться на людей? Они ему ничего не сделали. Что уж говорить, большая часть из них банально не знает о нём и его существовании! Однако больше всего его заставляло волноваться то, что его раздражает и Соня.       Парень боится, что, если так всё и продолжится, то раздражение перетечёт в агрессию, и он случайно сорвётся на подругу… От этих мыслей его настроение стало ещё более подавленным и серьёзным. Перспектива травмировать подростка ещё больше Налла не радует от слова совсем.       Пар поднялся от содержимого кружки. Приятный запах чая с ромашкой стал расползаться по квартире. Парень отпил немного и, взяв кружку двумя руками, бесшумными шагами зашёл в комнату Софьи. Мельком взглянув на спящую девушку, он аккуратно поставил сосуд на стол, опустился на стул и устало вздохнул, немного сутулясь.       Налл прекрасно понимает: ему нужно отдохнуть и поспать, дабы ему стало лучше. Поспать хотя бы часа два. Но как тут отдохнуть-то? Это слишком рискованно.       Парень раздражённо цокнул и, достав из кармана резинку, собрал свои длинные по грудь волосы в небрежный пучок, дабы при возможной драке они не мешали ему. Он засучил рукава свитшота до локтей и с досадой взглянул на редкие мелкие царапины и парочку тёмно-серых пятнышек — гематом — на предплечьях, причиной которых является 303.       Налл сидел и неторопливо пил чай, стараясь расслабиться, чтобы мышцы так не болели. Время от времени он смотрел на Софью, дабы убедиться, что та на месте. После этого сразу отводил взгляд, поскольку считал, что это как-то некрасиво и некультурно — таращиться на спящего.       Вдруг со стороны человека послышалось мычание, и сущность живо обратила всё своё внимание на него.       Соня легонько морщилась, а пальцы её подрагивали.       «Опять кошмар, наверно», — опечалено подумал парень, вставая со стула.       С недавних пор они периодически мучают её. Соня зачастую быстро забывала их содержимое, особенно если вскакивала с грузной паникой на душе, а если и помнила, то делилась с ним. И сны эти всегда оканчивались её смертью либо намёком на вещь, которую Софья боялась не меньше или даже больше смерти.       Девушка повернулась спиной к стене и заметно сжалась. Налл горько взглянул на неё и присел на край кровати. Он осторожно коснулся её ладони и стал нежно поглаживать, желая успокоить. Мускулы её лица расслабились, так что теперь она выглядела спокойно. Увидев это, сущность отвернулась, не желая больше глазеть на человека.       Вдруг Соня вздрогнула, чем испугала парня, и резко распахнула глаза. Её внимание быстро зацепилось за его силуэт, и теперь испугалась уже она.       — Налл, блин, — буркнула девушка, смотря на него большими глазами.       — Прости, — он неловко почесал затылок.       Она села, чувствуя, на своей ладони его, более крупную и шероховатую.       — Ничего, — сказала Софья и, выгнув бровь, непонимающе покосилась на их руки. — И это…       — Тебе, судя по всему, снился кошмар. Я попытался успокоить тебя так, — спокойно объяснил Налл, отпуская её ладонь. Взгляд голубых глаз после этих слов смягчился. — Прости, если я тебя смутил. Доброе утро.       — Всё в порядке, — просто ответила Соня, шмыгнув, и мило улыбнулась ему. — Доброе утро.       Парень кивнул, поднимаясь с постели. Софья встала следом, потянулась, промычав, а затем чихнула. Припомнив, что здесь говорят, когда кто-то чихнул, сущность сказала:       — Будь здорова.       — Спасибо, — поблагодарили его, потерев нос.       Когда Соня вышла в коридор, она заметно насторожилась и напряглась из-за запаха кофе. Заметив это, Налл мигом объяснил, что это её родители варили данный напиток. Это чуть-чуть успокоило её.       — Можешь, пожалуйста, открыть окно на кухне, чтобы проветрилось, — попросила девушка, стоя у двери в ванную и неприязненно морщась от ассоциаций, связанных с кофе.       — Хорошо, — кивнул он, наблюдая за тем, как она скрывается за дверью в данную комнату.       Налл быстренько вернул на место кружку, открыл окно нараспашку и поставил кипятиться чайник. Он повернул голову в сторону коридора и тяжко выдохнул, неосознанно сжимая ладони в кулаки.       Беспокойство за подругу всё не давало покоя.       И пускай конкретно на Соню Энтити напал лишь раз (ночью пятого марта), а теперь атакует больше его, ведь он — главная преграда. Всё-таки 303 хоть и импульсивный, но не глупый; наверняка уже додумался до того, что он к ней не подберётся, пока Налл находится в такой близости к Софье. Тем более в данном случае упор идёт на скорость — успеет ли Энтити коснуться её, дабы забрать с собой, — и Налл здесь будет побыстрее. Но 303 также понимает, что Налл переживает за неё, что ему приходится, не смыкая глаз, присматривать за Соней и что рано или поздно он банально выдохнется, следовательно, ослабнет. А там и до Софьи недалеко…       Тем не менее Налла волновала так же сама Соня и её состояние.       Она старается делать вид, будто всё в порядке, будто ничего не случилось. Даже с ним, Наллом, так себя ведёт, хотя прекрасно знает, что истинные эмоции и чувства от него не скрыть. Да и зачем скрывать-то?.. Однако на деле у неё всё откровенно не в порядке. Из-за этих приходов Энтити у неё усилилась тревога и паранойя. И ей не так уж и радостно…       Парень вздохнул. И так с восемнадцатого февраля продолжается до сих пор. Три недели… Налл поджал губы от осознания этого факта.       «Может, зря я её не отговорил?», — с печалью подумал парень, опустив взгляд на пол.       Налл задавал себе этот вопрос уже не раз и всё думал: а могло ли всё пойти по иному пути?.. И вслед за этим вопросом он испытывал лёгкую обиду и некое разочарование, ведь Софья хотела попытаться хоть чуть-чуть улучшить своё положение. Налл хотел улучшить её состояние. Они хотели как лучше! А в итоге к чему всё пришло?.. Стало будто в два раза хуже. 303, как и ожидалось, стал по отношению к ним особенно агрессивным и постоянно доставляет самые разные неприятности, психика Сони пошатнулась, а желание Налла помогать как будто начинает вредить ему же…       Вскоре чайник вскипел, и парень оповестил подругу об этом.       Придя на кухню, девушка, переодетая в домашние футболку и брюки, тут же подошла к верхним шкафчикам. Открыв один из них, Софья ловко достала оттуда упаковку пакетиков с чёрным чаем. Но вот с зелёным было чуток посложнее, ведь он был на полке выше. Налл вскинул бровь при виде того, как та досадно посмотрела на полку и потянулась к стулу. Он быстрым движением взял нужную упаковку и протянул ей.       — Спасибо, — поблагодарила та, забирая из его рук зелёный чай и кладя его на тумбу рядом с чёрным.       — Почему ты никогда не просишь меня что-либо достать?       Парень уже не раз видел, как Софья использует разные предметы, дабы взять то, до чего не может дотянуться, однако она ещё ни разу не попросила его помочь. Это казалось ему странным. Конечно, он не отрицает, что Соня просто хочет делать всё сама, но всё-таки не будет ли проще и быстрее получить нужную вещь, попросив его?       — Я всё время об этом забываю, — сказала она и отвела неловкий взгляд от парня.       Софья заварила им чай, и какое-то время они, в основном молча, пребывали на кухне, сидя рядышком за столом и попивая неспеша содержимое кружек. Девушка поглядывала то на него всё ещё каким-то неловким взглядом, то на что-то в телефоне.       — Так… Чем займёмся? — вскоре спросила Соня, шмыгнув. Вставая, она глянула на время в телефоне. — У нас есть время до пяти.       В пять ей надо быть в поликлинике, дабы забрать справку. Поняв, что ей придётся выйти на улицу, Софья немного встревожилась, ведь снаружи Наллу явно будет труднее присматривать за ней и защитить в случае нападения Энтити.       Парень успокаивающе похлопал её по плечу, мол, не волнуйся, и задумался, что же им поделать сегодня. Налл с лёгкой досадой глянул в окно, на улицу.       — Может… — он замолчал, перебирая в голове возможные варианты, и взглянул на Софью, что открыла холодильник и с каким-то равнодушным видом оглядывала его содержимое. Идея сама собой пришла в голову, и парень тут же её предложил: — Может, приготовим что-нибудь?       — Например?       — Не знаю, — растерялась сущность. Наллу, как и 303, еда не нужна. Однако, в отличие от того же Энтити, он не особо стремится что-либо есть, так что и каких-то желаний и предпочтений в этой области у него нет. Ему одного зелёного чая или чая с ромашкой для счастья хватает. — Что ты хочешь?       Соня задумчиво посмотрела в сторону, закрывая холодильник.       — Давай блины сделаем, — предложила девушка, глянув на него слегка воодушевлённым взглядом.       Он сразу согласился, и Софья, предварительно быстро посмотрев что-то в телефоне (вероятно, рецепт, подумал Налл), попросила его достать определённые продукты и вещи, а сама сбегала в свою комнату за резинкой для волос. Когда Соня вернулась, на столе были пакет молока, три яйца, мука, сахарница, баночка с солью, небольшая бутылка подсолнечного масла и ещё кое-какие нужные предметы. Девушка поблагодарила его за выполнение просьбы и завязала волосы в хвост.       Попросив Налла добавить соль и сахар в миску, Софья разбила яйца и вылила их содержимое в посуду, затем принялась перемешивать венчиком до однородности. Парень встал рядышком, начиная наблюдать за действиями подруги и ожидать дальнейших указаний и просьб.       — Налл, можешь рассказать что-нибудь? — вскоре негромко попросила Соня. Он добавил в миску молока и вопросительно глянул на неё. — Ну там о себе, к примеру, — девушка глянула на него в ответ и тут же отвела взгляд обратно на посуду, начиная выглядеть как-то неловко.       Взгляд Налла стал удивлённым, отчего Соня ещё больше смутилась.       — Ну что ты так на меня смотришь? Ты уже фактически полноценно живёшь здесь (пускай об этом знаю только я). Почему бы не узнать друг друга получше? Тем более мне действительно интересно.       Он хмыкнул, мысленно соглашаясь с её словами, и задумался, о чём бы ей рассказать. Вспомнился тот случай, когда они ждали 303, и парень посерьёзнел. Налл постоянно возвращался к этому и всё хотел рассказать об этом Софье, но то и дело забывал об этом из-за других дел и проблем. Правда, он был не уверен в том, действительно ли тогда был тот, о ком подумал, но, раз уж на то пошло, надо рассказать, а заодно предупредить об опасности, которую представляет его неприятель. Всё-таки было неясно, занесло ли сюда буквально всех, как говорят она и прочие игроки, мифов или нет, а если тот всё же здесь, то последнее следует сделать сто процентов!       — Помнишь, тогда, когда мы ждали его, я тебя прижал к себе? Я тогда почувствовал чей-то взгляд, холодный и наполненный неприязнью, как минимум ко мне точно. — У Сони пошли противные мурашки по телу от чувств опасения и злости, резко возникших возле него, и она поёжилась. — Я беспокоюсь, что это может быть один мой недруг, — Налл серьёзно взглянул на неё и указал пальцем на себя. — Скажи, ты встречала кого-нибудь похожего на меня вот этой чернотой, что видишь ты, и ростом, но имеющего при этом светящиеся белые глаза?       — Вроде, был кто-то похожий… Или нет? Я не помню, если честно, — неуверенно ответила девушка, напрягши память, и жестом попросила его добавить муки. — Но я так поняла, у тебя есть враг, который внешне похож на тебя?       Он выполнил её просьбу, и та продолжила перемешивать.       Софья уж было собралась бросить вопрос, не приходится ли тот ему братом, но мигом закрыла рот, руководствуясь мыслью, что, по сути, она не знает, как Налл выглядит, а то, что эти двое нормально ей не видны, говорит лишь это самое. Как-никак, она не знает: эта черта внешности распространена среди сущностей или является этакой особенностью, присущей определённым индивидам, а может, это вообще нечто иное. К тому же Налл из другого мира и другого вида, отчего у них что угодно может быть по-другому.       Плюсом ко всему парень, судя по ощущениям, сейчас не совсем спокоен. Случайно спровоцировать его на гнев очень не хотелось, поэтому Соне казалось, что следует хорошенько думать, прежде чем говорить.       — Я бы не сказал, что мы похожи, — протянул Налл с нотками раздражения и сказал себе в мыслях, что злиться в данной ситуации — крайне глупо. Софья не виновата в том, что некоторые вещи ей неизвестны. — Но для вас, людей, мы, наверное, действительно можем выглядеть похожими, — сущность вздохнула с разочарованием.       — Ну так… Кто он и чем тебе насолил? — осторожно спросила девушка, чувствуя, как тот невольно напрягается.       Соня перестала перемешивать тесто, чтобы легонько, успокаивающе погладить друга по плечу. Это немного помогло.       Парень сел на стул, сложив ладони в замок, и опустил глаза на пол.       — Он тоже сущность, — с этого решил начать Налл мрачноватым голосом, немного сгорбившись. — У меня с ним во многом разнятся и взгляды, и характер, из-за чего мы в постоянном конфликте. Ему не нравится то, что я спокойно иду на уступки, крайне против решать конфликты кулаками, да и в принципе не жалую любое насилие и предпочитаю водиться с людьми, а мне — то, что он думает лишь о себе, ведёт себя так, будто у него есть какие-то «особые» права и все ему должны, и смотрит на всех, в особенности на людей, свысока… — Сущность отвела рассерженный и в какой-то степени презрительный взгляд в сторону. — И из-за него чуть не погибли мои человеческие друзья.       Парень поджал губы. Тяжёлые, неприятные воспоминания прошлись перед глазами. Он чуть вздрогнул, словно опять услышал испуганные крики, увидел напряжённые, бледные от ужаса лица своих друзей и их раны…       Софья убрала в сторонку молоко, которое, пока парень делился своими мыслями, она добавила в тесто, и с сочувствием взглянула на Налла. Она чувствовала, что нужно что-то сказать, как-то поддержать, однако предложения никак не хотели формироваться на языке. Девушка посмотрела на свои ладони, потом на него. Не придумав ничего лучше, Соня приблизилась к нему и неуверенно обвила руки вокруг его шеи, прижимая к себе, своим ключицам.       Он немного оторопел и с некоторым изумлением поднял на неё глаза, словно она сделала что-то странное.       — Я пытаюсь тебя поддержать! — пояснила Софья, шмыгнув.       Налл моргнул пару раз, анализируя её слова, и тихо усмехнулся, легонько боднув ту головой.       — Твоё присутствие рядом и сочувствие — уже хорошая поддержка, — тепло улыбнулся парень и ласково взлохматил её волосы.       — Не делай так больше! — наигранно ворчливо попросила Соня, поправляя одной рукой чёлку.       — Хорошо, хорошо! — пообещал Налл, хихикнув. Он вслушивался в стук чужого сердца, ощущая, как сам успокаивается, и нежно обнял в ответ. — Спасибо.       — Пожалуйста.       Девушка начала мягко водить рукой по его лопаткам, поглаживая. Из его рта вырвался, казалось, облегчённый вздох, который легонько пощекотал её кожу, вызвал приятные мурашки.       Он прикрыл глаза, осознавая, что в какой-то степени ему не хватало таких наполненных теплом объятий.       — Как бы я хотел, чтобы ты не встретилась с ним… — через несколько секунд заговорил Налл серьёзным голосом. Он отстранился, положив ладони на её плечи. Чёрные глаза обеспокоенно взглянули в голубые. — Но если, к сожалению, это произойдёт… если ты увидишь его или нечто похожее на туман, но такого тёмно-серого, чёрного цвета, будь осторожна и постарайся убежать или спрятаться до того, как он тебя заметит. Если же случится так, что у вас завяжется разговор, аккуратно подбирай слова и критично относись ко всему, что он говорит, — я не раз замечал, что он склонен манипулировать. И… Я не могу сказать, убьёт он тебя сразу или нет, но… Учитывая то, что я тебе сказал, думаю, понятно, что встреча с ним всё равно будет скорее неприятной.       Налл уже более спокойно глянул на неё. От того, что он наконец-то рассказал о нём Софье, даже как-то легче на душе стало.       — Угу, — кивнула она, отстраняясь. — А как, кстати, его зовут?       Он отвёл в сторону взгляд, какой-то возмущённый, хмурый от факта, который ему по понятным причинам нужно раскрыть, и пробормотал:       — Его зовут Ноун.       Соня вскинула брови от удивления, пока парень недовольно фыркнул.       Иногда Наллу казалось, что судьба над ним насмехается. Ну серьёзно, мало того что его могут спутать внешне с его врагом, а то и за братьев или двойников их принять, так у них ещё и имена похожи!       Чувствуя, что друг пребывает не в самом хорошем расположении духа из-за данной темы, Софья предложила вернуться к готовке и ненавязчиво попросила его рассказать о другой, но не менее интересующей её вещи: о сущностях и о том, как всё у них там устроено. Её интерес был особенно прикован к тому, что он, как и Энтити, не удивился её словам про то, что для неё и остальных здешних людей Майнкрафт — это игра, когда она в один из будних дней рассказывала ему более подробно о месте, куда он попал. Да и аспекты игры, вроде того факта, что у неё есть версии, и её отличия от Земли, не вызвали ни удивления, ни какого-либо особого интереса и уж тем более вопросов что у Налла, что у Энтити.       Соня села на стул, так как он захотел продолжить мешать, подпёрла подбородок рукой и приготовилась слушать приятный её слуху голос.       Налл сделался ещё более мрачным и каким-то подавленным, чем был до этого. Эта тема была для него несколько неприятной и являлась одной из тех тем, на которые он не мог найти много слов, а тут, как назло, надо ещё понятно объяснить другому существу то, что он в своей жизни ни разу не видел и не слышал. Однако отказываться не хотелось, потому что Софья была искренне заинтересована, отчего её настроение было чуть лучше обычного. Да и ему казалось, что она даже должна знать об этом в какой-то степени.       Заметив, что чужое настроение, вопреки её ожиданиям, наоборот ухудшилось, Соня засомневалась, не зря ли она задала этот вопрос. Девушка захотела сказать, что если он не хочет, то может не рассказывать об этом, но парень в этот момент как раз заговорил:       — Если честно, я не очень люблю думать и говорить про это… — тихо начал парень и вздохнул. Собравшись с мыслями, он продолжил, но уже звуча погромче. — У меня нет тёплых воспоминаний, связанных с остальными сущностями. И я чувствую себя каким-то чужим среди них… Не знаю, у меня душа как будто не лежит к остальным. К тому же мне кажется, для большинства из них я слишком нормальный, — Налл нервно усмехнулся, а затем кашлянул в кулак так, как это делают, когда разговор либо заходит в тупик, отчего образуется напряжённая тишина, либо становится неловким, но в любом случае нужно срочно сменить тему. — Но если перейти к твоему вопросу и говорить вообще, у нас, сущностей, естественно, есть определённые общие черты: мы… мы не должны существовать, не должны были появляться; мы все поголовно по своей сути баги и ошибки, и из-за этого случаются вот такие странности с внешностью, — он повертел одной рукой и легонько оттянул кожу на ней, а затем горько вздохнул, — и проблемы с ментальным или физическим здоровьем, а иногда сразу и тем, и тем.       Налл сглотнул, понимая, что ему так-то повезло. У него всё в порядке с психическим и в целом с физическим здоровьем; всего лишь имеются проблемы с магией и эта чернота, мешающие нормально действовать в определённых ситуациях, но это такая ерунда по сравнению с тем, что он видел в своей жизни.       — Ещё из-за того, что мы ошибки, у нас нет семей, нет родственников, нет детства… — продолжал он. — Мы, можно сказать, просто появляемся на случайном сиде. Кто-то, как я, уже выглядели как-то, что вы называете «взрослый» определённого возраста, а кто-то, как Триста третий, появились подросткового возраста и до определённого момента медленно росли, менялись внешне, как люди, эндермены или другие подобные существа, пока не застыли на определённом возрасте.       Но это, как и многое остальное, фактически зависит от того, как тебе повезёт. Мне вот повезло с ментальным здоровьем. С физическим тоже. Да и люди, которые в основном и оказывали на меня какое-то значительное влияние, в большинстве встречались мне приятные. А кому-то повезло меньше…       Воспоминания о прошлом снова накрыли его с головой. В частности его случившийся когда-то в прошлом, достаточно полный откровений разговор с 303, с которым тогда буквально недавно каким-то чудом удалось уладить похожий на нынешний конфликт. Вспомнилось, что Энтити тогда сказал, как ему завидно от того, что у кого-то есть семья и нормальное детство… И тут же он постарался забыть о 303, ибо от него и воспоминаний о нём уже начинало тошнить, заставлять сжимать зубы крепко-крепко и чувствовать покалывание в пальцах, так и ноющих о том, что нужно как-то избавиться от переходящего границы нормы раздражения.       — А… А ты можешь рассказать о своих… Получается, первых днях жизни? — осторожно поинтересовалась Софья.       — Я уже мало что помню из своих самых первых дней, — признались ей. — Но, думаю, я навсегда запомнил то, что появился абсолютно безучастным ко всему в каком-то одиночном мире, а затем в какой-то момент… Наверное, я могу сравнить это со вспышкой какой-нибудь звезды? Чувства и эмоции возникли так же резко и ярко и медленно заполнили всю ту пустоту, что была у меня в груди. А интерес и симпатия ко всему живому заставили пойти скитаться по всему Майнкрафту, что не могло не привести к столкновениям с другими сущностями. Не знаю, что это было. Возможно, что-то случилось с моим кодом, а может, что-то внутри меня просто наконец-то сформировалось, хах, — Налл как-то невесело усмехнулся. — Ох, и ещё я помню, что был тогда таким… по-детски наивным?       — Это… Странно, — не смогла не прокомментировать девушка.       Сущность в ответ пожала плечами, не отрицая, но и не соглашаясь с этим утверждением.       — Ну и Херобрин с Войдом несколько раз отметили, что я, Триста три и другие сущности уж очень свободолюбивые и можем остро отреагировать на попытку нами командовать, — негромко добавил Налл.       Он замолк, продолжая механически перемешивать; его тяжёлый взгляд уставился в одну точку. И молчал до тех пор, пока не вспомнил про вторую часть вопроса.       Налл заговорил про место, где нет ни утра, ни вечера; где программный код, который всё время куда-то «идёт», иногда выглядывает наружу, становится виден обычному глазу. Рассказывал, что это место, пространство огромное-преогромное и разное по внешнему виду в зависимости от версии Майнкрафта; что там находятся бесчисленное количество сидов (или же просто миров), — как выразился Налл, одиночек, ожидающих, когда на них зайдёт игрок, и серверов. Говорил, что они называют это — «Межкодовое пространство», или просто «Межкодье»; что местами там красиво, что местами — мрачно, жутко, одиноко, и по-своему холодно. А ещё опасно.       Ещё сказал, отвечая на вопрос Софьи, что все, «по крайней мере сущности точно», знают, что реальность, в которой они живут, — это игра для людей из её мира, потому что это легко понять, и очень удивился непониманию подруги и новому вопросу, почему он воспринимает это так спокойно.       — Ну игра как игра. Что с того? — пожимая плечами, просто отвечал ей Налл. — Разве есть смысл раздувать из этого проблему глобального масштаба, которую срочно нужно исправить? К тому же наша жизнь ничуть не меняется от этого факта. И вообще, разве мы можем как-то повлиять на это? Вот именно: никак.       Но что отметила Соня для себя, так это то, что Налл рассказывал без холода, но и без тепла, свойственного, когда вспоминаешь родные места, где провёл большую часть начала своей жизни; да и его описание было больше мрачным и немного сухим.       — А ты не скучаешь по дому? — спросила она, когда он закончил говорить, после чего попросила перестать мешать.       Софья добавила в тесто подсолнечное масло и убрала его вместе с молоком в холодильник, после чего взглянула на парня. Он стал ещё больше хмуриться и раздражаться, отчего внутри девушки всё потихоньку сжималось, а по спине тихонько начинал ползать знакомый холод, невольно припоминая прошлый опыт, как после безобидных вопросов и просто слов на неё срывались.       Налл сжал венчик сильнее, из-за чего по его деревянной рукоятке побежала тонкая трещина       — Только не по этому пространству. Оно наводит на меня какую-то тоску и неприятные воспоминания о начале своей жизни.       На этом разговор зашёл в тупик. Парень не желал что-либо говорить и, казалось, вообще замкнулся в себе, лишь продолжал перемешивать, смотря на тесто. Софья же не хотела тревожить Налла из-за ощущения его на редкость раздражённого и неприветливого настроения, которое вызывало тот ещё дискомфорт и страх.       Стук сердца стал подступать к горлу, ушам, досаждая и пугая возможностью панической атаки. Соне становилось всё неспокойнее рядом с ним.       Девушка по-тихому ушла из кухни, чтобы его настрой не давил на неё так сильно, но вскоре вернулась из-за теста. Парень всё ещё мешал, однако уже менее энергично, и, судя по тому, в каком положении была его голова, скорее всего, смотрел в окно. Он всё ещё был угрюм и рассержен.       Софья внимательно взглянула на содержимое миски, не подходя слишком близко к сущности. Решив, что теперь можно оставить тесто постоять, она пусть и с неуверенностью, но всё же понадеялась на характер Налла, на то, что, если она сейчас его окликнет и скажет, что больше делать ему это не нужно, ничего страшного не случится. Ей же не будет снова больно, верно?..       Соня осторожно встала сбоку от него.       — Налл, — окликнула она его, робко дёрнув за свитшот.       — ЧТО?! — чересчур громко воскликнул парень, резко обернувшись к ней и схватив её за предплечье.       Однако этого хватило, чтобы Софья рефлекторно сжалась и закрыла голову рукой в страхе, что её снова побьют.       Налл впал в лёгкий ступор при виде её реакции и от такого резкого, противного, склизкого чувства, что заелозило, а затем и на его лице отразился страх вместе с тревогой за человека.       Похоже, он уже начинает доставлять неудобства…       Парень вмиг опустился на одно колено, дабы быть с ней более-менее на одном уровне, и нежно погладил её по голове, начиная говорить успокаивающие слова. Девушка настороженно, испуганно взглянула на него, и Наллу стало крайне стыдно. Он аккуратно приобнял её. Софья обняла в ответ и уткнулась ему в плечо, подрагивая.       Через некоторое время Соня осторожно, словно боясь, что ей за это сделают больно, отстранилась от него и посмотрела на него внимательно, ожидая его реакцию и дальнейшие действия. Мельком она поглядывала ему за спину, на дверной проём, что парень воспринял как желание уйти. Он отошёл в сторону, давая ей эту возможность.       Налл опечаленным, обеспокоенным взглядом проводил её и тут же вспыхнул злостью на самого себя. Сущность села на стул и сгорбилась, рвано выдохнув.       Чувствовать снова этот противный страх, причиной которого является он, было крайне неприятно. Но ещё что было неприятно, так это осознавать то, что на этот раз это случилось из-за его поведения, а не из-за отталкивающей внешности, как это обычно бывает.       Он просидел так несколько минут, пока Софья не вернулась и не окликнула его.       Налл поднял на неё глаза. Девушка выглядывала из-за дверного проёма. Её взгляд был внимательным, встревоженным, стыдливым.       — Т-ты почему себя так чувствуешь? — не понял парень. Ему казалось, что лишь он тут должен это ощущать.       Соня медленно подошла к нему, и он разглядел в её глазах и крохотную вину.       — Софья, ты чего? — приподняв одну бровь, спросил он. — Ты ни в чём не виновата.       — Я-я… Ну из-за меня же ты здесь сидишь. И из-за меня ты пренебрегаешь сном и истощаешь себя и свою нервную систему, — начала объяснять она, потупив взглядом свои стопы. — Понимаю, я и ты — по факту разные виды, и я не знаю в полной мере всех особенностей твоего организма, но… Мне кажется, в последнем мы можем быть с тобой похожи. То есть я хочу сказать, что полагаю, что у тебя могут быть похожие или точно такие же последствия для здоровья из-за постоянного стресса, как у людей… И-и ты же сам это знаешь. Я… переживаю за тебя. И не могу избавиться от мысли, что я виновата в том, что ты сейчас такой нервный и уставший.       Она легонько вздрогнула, когда почувствовала, как его тёплая рука ласково коснулась её холодных пальцев, аккуратно сжала её ладонь, будто говоря не переживать на этот счёт.       — Ты не виновата, — уверенно повторил Налл, нежно глянув в её глаза.       «Но ведь ты же действительно сидишь здесь такой из-за меня…», — пронеслась в её голове горькая мысль. Однако вместо неё девушка высказала другое:       — Может, когда будет возможность, сходим к Херобрину с утра пораньше и пробудем у него до вечера? Или даже останемся у него на ночёвку?       — Чтобы я отоспался? — смекнул он, выгнув бровь.       — Ну да, — согласилась Соня. — Я буду в безопасности, так что тебе не придётся беспокоится!       Налл хмыкнул и подумал, что заодно можно будет передать ему все найденные осколки, ведь он уже рассказал ему, как вернуться домой. Парень знал, что Херобрин с пониманием отнесётся к этому и наверняка скажет, что постарается сделать всё, что в его силах. Однако Налл не надеется на то, что если он повесит это дело и на Херобрина, то оно не будет стоять на месте. Всё-таки у него тоже есть люди, за которыми он должен приглядывать, дабы они не умерли от чьих-то рук.       — И ещё: может, как-нибудь просто выйдем погулять? Куда тебе угодно, — предложила девушка и улыбнулась. — Тебе, наверное, уже надоело сидеть дома.       — Хорошо. И… Прости за это. Я не должен был себя так вести.       — Ничего-ничего! — отозвалась Софья, чуть-чуть замахав руками. — Я же знаю и понимаю, что ты не специально!.. И ты меня прости.       Налл вопросительно уставился на неё. Соня объяснила свои слова тем, что ей стыдно за свою реакцию. Парень тяжко вздохнул и сказал, что ничего страшного, что у них вышло всего лишь небольшое недоразумение.       Софья чуть-чуть оживилась, успокоилась, поняв, что на неё не злятся, и протянула ему мизинец в знак примирения. Налл посмотрел на это, не понимая смысла, ибо так-то они не поссорились, однако всё же ответил.       — Мир, дружба, жвачка, — сказала Соня, глядя на их руки.       Налл поморгал непонимающе.       — А при чём здесь жвачка?       — Не знаю, — призналась девушка, пожимая плечами, — но так говорят.       Сущность усмехнулась.       После того как тесто постояло, они вновь вернулись к готовке. Софья зажигала плиту, пока Налл ставил подогреваться чайник и доставал сковороду. Первые пару блинов сделала девушка под внимательным взглядом Налла, после чего тот высказал желание попробовать самому испечь хотя бы один блинчик.       По обычаю мило болтая друг с другом и поочерёдно сменяя друг друга у плиты, скоро на столе стояли две тарелки горячих, румяных и вкусных на вид и запах блинов. Поставив рядом с ними кружки с чёрным и зелёным чаями, Софья опустилась на стул и оглядела приготовленную еду голодным взглядом. Налл, ласково улыбаясь, пожелал ей приятного аппетита и сел за стол.       — А ты в принципе хочешь вернуться, ну, в Майнкрафт? — спросила Соня, потому что, исходя из его ответов, она этого не поняла.       — Да, как же ещё. Там всё-таки остались близкие мне люди, а также там есть места и вещи, по которым я скучаю, — сказал Налл, пожав плечами. — А почему ты спрашиваешь у меня это? Хочешь, чтобы я остался?       Он по-доброму хихикнул и с теплотой взглянул на Софью, которая заметно смутилась.       — Ну нет… Ну не буду же я тебя держать здесь, — быстро ответила та, отводя глаза на еду, и решила сменить тему. — А чего это ты не ешь? Попробуй, они очень вкусными получились!       Налл стал вежливо отказываться, аргументируя это тем, что ему еда не обязательна и вообще она ей нужнее, но Софья не отступилась и всё-таки смогла уломать его. Он довольно промычал, чувствуя нежное тесто во рту, и она слабо, но искренне улыбнулась. Это не укрылось от его глаз, и он внутренне порадовался.       Они разговаривали всё ещё спокойно, тепло и даже без вспышек раздражения со стороны Налла. В один момент девушка вспомнила, что он говорил, что у него остались «там» близкие люди, и задалась вопросом, в каком именно из сидов и вообще как так вышло, что именно что люди, такие как она, но имеющие магию, там есть, ибо, судя по его словам, сиды похожи на игру вплоть до наличия игровых механик и даже багов в той или иной версии. Так откуда там взяться людям? Да и припоминая то, что ей рассказывал Смайли, у неё появлялось ещё больше вопросов.       Но спрашивать об этом Налла не хотелось. Вдруг снова вспыхнет раздражением и угрюмостью и на этот раз точно заденет её рукой?.. Это однозначно лучше спросить у того же Смайли или, может, у Херобрина. Тем более Налл наконец за долгое время выглядит таким спокойным. Уж очень не хочется снова испортить ему настроение!       Поев и попив чаю, они занялись другими повседневными делами, и так время и пролетело до четырёх. Девушка старалась не показывать, что она очень волнуется по понятным причинам. Налл принялся успокаивать её, говорить, что всё будет в порядке. Софья лишь кивала ему, стараясь поверить в его слова, но сделать это так и не получилось.       Соня взяла необходимую ей одежду и скрылась в ванной. Налл тем временем вытащил из-под её кровати свою обувь. Глянув мельком на свой телефон на зарядке, он принялся спешно обуваться.       Положив кнопочный телефон в карман, парень облокотился о стену напротив двери в ванную. Через пару минут Софья, переодетая в свободную футболку и тёмно-серые штаны, боязливо выглянула в коридор. Увидев Налла, девушка подуспокоилась, закрыла за собой дверь и приблизилась к другу, тяжко вздыхая. Она потёрла ладонью чуть ниже левой ключицы, чувствуя учащённое биение своего сердца и как что-то тяжёлое будто осело где-то внутри груди, заставляя ещё больше переживать за себя, за важных для неё людей, за будущее.       Тот мягко положил ладонь на её голову, стал успокаивающе поглаживать её. Сказал, что всё будет в порядке.       Но в его душе начали скрестись кошки из-за её состояния и ощущения чего-то плохого, опасного. Из-за коснувшегося его на миг чужого, лишнего в этом доме взгляда. Такого злобного, полного ненависти к нему и… Налл не успел понять.       Он рефлекторно толкнул Софью в сторону и, схватив Энтити за руку, исчез.       Шикнув, Соня приподнялась на локтях на полу. Левая сторона тела болела, особенно плечо и бедро. Девушка шокировано и испуганно глянула на место, где секунды назад стоял Налл, пока осознание только что случившегося нового покушения и того, что она будет одна какое-то время, доходило до её разума.

***

      Они материализовались на небольшой белой поляне, обхваченной смешанным лесом. Свет солнца не мог пробиться сквозь плотную завесу облаков.       Энтити стиснул зубы от боли и нецензурно выругался, когда ударился спиной и головой об дерево. Он отошёл на метр в сторону от растения, и на его плечо с ключицей стала надавливать чужая ладонь. 303 со злобой и досадой посмотрел исподлобья на Налла.       Он почти смог до неё дотянуться. Почти! Не хватило всего нескольких сантиметров, чтобы он смог отыграться, воплотить в жизнь все свои кровавые идеи и мысли, постоянно всплывающие, кричащие в последние недели в его больной голове. Данный факт взбесил Энтити ещё больше. Он попытался вырваться, за что его сильно встряхнули и заставили стоять на месте.       Налл прожигал алоглазую сущность спокойным, холодным взглядом, однако свободная, сжатая в кулак рука, а также словно накалившийся воздух говорили о том, что он был жутко зол, пусть и старался это скрыть.       Налл взглянул пронзительно прямо ему в лицо, в его глаза. Он вспомнил, какая яркая отрада, какое восторженное предвкушение вместе с широкой улыбкой были на лице Энтити, каким странным, мерзким блеском горели его глаза, что Наллу стало очень дурно.       Он перестал держать маску ледяного спокойствия, и его лицо приняло ожесточённый вид, отчего в чужом взгляде мелькнуло изумление. Всё, что накопилось за эти почти два месяца, в особенности за последние три недели, стало вылезать наружу.       Давление на плечо стало сильнее. Ключица болезненно заныла, будто предупреждая, что вот-вот может сломаться. 303 в этот момент немного струхнул.       Налл поджал губы, из последних сил стараясь удержаться за свои принципы. Но, казалось, что-то в нём даёт трещину. Что-то, такое чужое и дикое, в нём ужасно сильно желает решить всё иначе, не так, как хотят того разум и сердце.       Он уже слишком устал, раздражён и возмущён поступками Энтити, чтобы пытаться разрешить всё мирно.       303 почувствовал, что что-то изменилось, что что-то стало не так. Ощущение, что он далеко не в безопасности, стало тревожно биться в нём, будто птица в силках. Энтити досадливо покривился, понимая, что не может каким-либо образом вырваться из чужой хватки и встать на более-менее безопасную дистанцию.       «В последний раз…», — мелькнула мысль в голове Налла.       — Уходи, — резким, приказным тоном сказал он, пронзительно смотря тому в глазах. — И не возвращайся больше.       Энтити переменился в лице, стал выглядеть то ли неприятно удивлённым, то ли растерянным. Налл до этого не вёл себя так.       — Чт– Ты чего это, блять, раскомандовался, а?! Совсем уже охуел рядом с людьми?! — взбесился 303, сузив белые зрачки. Его взгляд приобрёл обиженность.       Налл фыркнул, чувствуя, что может вот-вот окончательно выйти из себя.       — Кто бы говорил, — возмущённо процедил он. — Ты сам всё время указываешь, кому и что делать, ты постоянно ко всем нагло лезешь и нарушаешь чужой покой! Да ты умудрился НАСТОЛЬКО всех наших заколебать, что теперь если кто и есть у тебя, то только такой же изгой, как и ты!.. И ты минуту назад пытался убить Софью, в который раз посчитав, что имеешь право решать, кому жить, а кому нет, — последнее парень прошипел из-за внутренней ярости.       «Если не ещё что-то решил», — подумал Налл, морщась. Он был несколько не уверен в этой мысли, зная чужую импульсивность с непостоянством, отчего не факт, что всё из тех угроз 303 воплотил бы в жизнь, но даже так его всё равно пробрало презрение и отвращение.       Его вспыхнувшие новые чувства больно кольнули 303. Молочные зрачки сузились. Энтити нервно переступил с ноги на ногу и неспокойно задышал.       — А теперь повторю: проваливай, да по-хорошему. Себе же лучше сделаешь, если отпустишь и оставишь нас в покое, — уверенно заявил Налл, внимательно следя за эмоциями и действиями сущности напротив.       303 молчал, лишь смотрел на него со странным негодованием и тревогой.       Ладонь Налла стала доставлять ощутимый дискомфорт. Она будто колола, как если бы Энтити наступил на сотни игл, и горела, словно свежая рана. А кости уже полноценно хныкали, умоляя сбросить чужую руку.       Налл чутка ощерился, чувствуя, что зашёл в тупик. Разговор отчётливо шёл в далеко не благоприятное русло, пока в руках стал ощущаться зуд от навязчивого раздражения и гадкого отчаяния, так и прося выпустить пар путём уничтожения чего-либо (или кого-либо). В лучшем случае ему бы побыть одному, привести мысли в порядок и успокоиться, при этом постаравшись ничего не сломать. Тут не Майнкрафт как-никак.       Он зло взглянул на 303, из-за которого он и не может уйти.       — «Нас»… — прошептал Энтити. Он немного отвернул голову, скрестив руки, и посмотрел на него с ещё большей обидой и разочарованием. — Вижу, ты к тому же со слабым и сломленным человеком себя важным ощутил… Впрочем, ты же предпочитаешь людей? Неудивительно. Тебе с ними и место, ведь ты такой же ничтожный и жалкий.       303 ударили по лицу. Раздался смачный хруст, а за ним и вскрик от боли.       Три пары глаз, наблюдающих издалека, дружно округлились в небольшом изумлении.       Парень отлетел на пару метров и рухнул на рыхлую снежную землю. Капюшон спал, переставая прятать лицо.       303 коснулся носа и сразу одёрнул руку, жмурясь и издавая звуки, похожие на страдальческие стоны. Он с небольшой тяжестью перевернулся на живот и приподнялся на локтях, чувствуя, как жжётся болью нос. Горячая кровь насыщенного, яркого красного цвета стремительно потекла из повреждённого участка лица. Снег немного подтаял от капель, упавших с его подбородка.       В глазах замельтешили тёмные пятна, а сознание помутнело, словно готовясь в любую секунду покинуть парня. В животе завязался узел; тошнота и подступающая к горлу рвота отзывались противным кислым привкусом на языке. В его подобии желудка уже как несколько дней было пусто, однако, к сожалению для 303, его организм не считал это причиной, дабы рвотные позывы отступили.       Энтити тяжело дышал ртом, дрожал, стараясь не потерять сознание от явного сотрясения головного мозга и не свалиться в снег, и, повинуясь реакции своего организма, сильно кашлял, словно пытаясь избавиться от рвоты, что должна была выйти наружу.       Налл сжимал и разжимал кулаки, пока 303 упирался полным шока взглядом в снег, на свои кровь и слюну. И это он ещё сдержался, чтобы не вмазать ему в полную силу и не убить ненароком.       Белые пряди его волос покачнулись, когда он поднял голову и уставился молочными мелкими зрачками на Налла, что весь пылал гневом и смотрел на него с нескрываемыми неприязнью и презрением.       Перед алыми глазами всё ещё мельтешили тёмные пятна, что, казалось, скоро полностью поглотят мир вокруг, пока сам парень покачивался, стараясь удержать равновесие.       На лице Энтити расползлась кривая, отчаянная и разочарованная ухмылка.       Он кое-как поднялся на ноги, чувствуя, что его организм начинает очухиваться, и вытер ладонью кровь, частично размазывая её по лицу. Его губы задрожали, а взгляд сделался такой, словно парень старался не дать слезам покатиться по щекам. Но через пять секунд уже казалось, что он вот-вот ударится в истерический смех.       — Ты тоже, значит, — прошептал 303, делая, как понял Налл, для себя какой-то вывод.

***

      Налл сидел на снежной земле и смотрел безучастным взглядом на то место, где совсем недавно был Энтити.       Лёгкие разрывало. Раны и мышцы отдавали жгучей болью. Всё тело сдавливала усталость. Одна его ладонь имела сквозную рану, так как 303 смог подловить его и замахнулся ножом в глаз. Из носа до подбородка тянулась полоска его красно-серой крови, нижняя губа разбита, и, судя по ощущениям, были синяки в некоторых местах. Кровь уже давно не текла, но при неаккуратном движении раны могли с лёгкостью открыться.       Парень с сожалением посмотрел на невзначай устроенный алоглазой сущностью пожар вдалеке и клубы тёмного дыма, поднимающегося всё выше и выше в темнеющее небо.       На душе было не то облегчение, не то опустошённость из-за того, что всё накопившееся наконец-то вышло наружу. Вместе с тем накатывало осознание сделанного, и от этого становилось гадко и противно.       Он не знал, каким же был на этот раз комок из чувств в душе Энтити. Налл был слишком разозлён, слишком зафиксирован на себе, стараясь из последних моральных сил сдержать гнев. Но припоминая, какие были эмоции на лице 303, создавалось впечатление, что это, как минимум, неслабо ударило по нему.       «Похоже, он воспринял это как предательство», — подумал парень и тяжко вздохнул.       Хотя, казалось бы, Налл хотел защитить Софью, хотел, чтобы Энтити больше не приходил, и он знал, что какое-то время так и будет, как минимум потому, что тому надо зализать свои раны. Но было всё равно как-то грустно на душе.       Ветер ударил в спину, тревожа выбившиеся прядки чёрных волос. Сущность сделала глубокий вдох и выдохнула, глядя вдаль задумчивым, опечаленным и уставшим взглядом.       «Софья. Точно…», — вспомнил Налл, и на его лице промелькнуло волнение за человека, за его эмоциональное состояние. Соня, как заметил он, начинает сильно нервничать, когда его нет рядом, а тут из-за появления Энтити она, неверное, себе место не находит от возникших паники и тревоги о нём, Налле.       Парень вспомнил про телефон в своём кармане и быстро достал его, волнуясь о его целостности. Он выдохнул, радуясь, что тот в процессе драки не пострадал.       Его уши уловили какой-то странный шелест позади него, в лесу, и Налл убрал мобильник обратно. Спиной ощущался такой знакомый пристальный, холодный взгляд. В душе зашевелилось опасение.       Он рефлекторно телепортировался на несколько метров в сторону, — и явившийся из-под земли лёд пронзил воздух.       «Не везёт мне сегодня», — подумал он, раздражённо цокнув, при виде того, как белые и холодные, как снег, глаза блеснули, а едкая, самоуверенная ухмылка заиграла на лице Ноуна.       Нужно срочно телепортироваться отсюда! Сейчас он более лёгкая мишень. Ни от Херобрина, ни от Войда, ни от кого-либо ещё помощи как в прошлые разы не получить!..       Ледяные когти успели полоснуть по его лицу, прежде чем он успел исчезнуть прочь.       Налл опёрся неповреждённой рукой о стену частного дома, в котором должен был быть Херобрин, а другой — держался за свежую рану, кровь из которой всё ещё текла, падала на свитшот и снег. Парень тяжело дышал и плотно сжимал губы и зубы, дабы не зашипеть от боли. Он был очень раздосадован только что случившейся встречей; проклинал в мыслях тот факт, что Ноун здесь. Но Налл быстро переключился с него на то, в каком состоянии он находится и что ему не стоит надолго задерживаться вне квартиры Софьи. Всё-таки Ноун сейчас не главная его проблема.       Налл взглянул на дом. Он бы, наверное, мог бы сразу телепортироваться внутрь, но ему не хотелось невзначай испугать людей внутри…       Парень стал чувствовать себя ещё более неважно эмоционально, подумав, что ни Херобрина, ни Смайли дома может не оказаться. Но и возвращаться, нервировать своим видом и так всё время тревожную Софью тоже не хотелось…       Налл спешно подошёл к двери и осторожно постучал, зовя слегка охрипшим голосом то Херобрина, то Смайли. Он огляделся, задержал взгляд на дороге, на небе, на краю которого шевелился дым от пожара и, казалось, двигался в его сторону. Парень нервно переступил с ноги на ногу, чувствуя какой-то дискомфорт на душе и ощущение, что ему нужно поторопиться.       Налл постучал ещё раз, вновь зовя знакомых, и решил, что если ему не откроют в ближайшие пять-семь минут, то он сразу телепортируется к Софье. А раны перетерпит. И пускай он не отличается регенерацией, пускай он магией себе не может помочь, а лечащих зелий в этом мире не существует. Пускай. Справится как-нибудь. Не в первый раз.       Послышался приглушённый шум, вроде бы, крик с громкими торопливыми шагами, и через минуту дверь резко отворил Смайли.       — Господи! — ужаснулся тень виду Налла. — Кто это тебя так изранил?!       Вопрос, видать, был риторическим, потому что, когда он собрался объясниться и сказать, что ран не так много и они не то что бы серьёзны, Смайли затолкал его в прихожую, помог снять обувь и торопливо затащил в ванную.       — Вот, обработай пока что раны, — сказал тень, ставя на стиральную машину перекись водорода и ватные диски. — Я щас Херобрина приведу. И, кстати, закройся на всякий случай и лучше не выходи, — прошептал ему Смайли и резко обернулся.       Налл глянул за его спину и увидел семилетнего мальчика, который смотрел на Смайли и не понимал, почему тот разговаривает с темнотой.       — Эй, я же сказал не выходить из комнаты! — заворчал тень, захлопывая за собой дверь. — Здесь не на что смотреть!       Сущность последовала совету и закрылась. Налл снял свитшот, дабы не намочить его водой, и с лёгкой досадой взглянул на одежду, немного потрёпанную и испачканную в его же крови.       Он смыл кровь с лица, рук, обработал раны и, облокотившись о стену, стал ждать.       За дверью слышались тихие голоса детей, взбудораженных действиями и словами Смайли, но Налл не обращал на них внимания, будучи погружённым в свои мысли по поводу случившегося, его возможных последствий и вопроса, можно ли было сделать всё по-другому.       От самоанализа его отвлёк стук и голос Херобрина, сказавшего, чтобы он выходил. Надев свитшот обратно, парень выглянул из ванной в помещение, в котором горел свет. Мужчина оглядел его серьёзным, оценивающим взглядом и жестом попросил сесть за стол.       Налл опустился на стул, глянул на Смайли (на глазах у которого были солнцезащитные очки) с Херобрином, которые о чём-то перешёптывались, и заметил, как на лестнице, опёршись на перила, на него вылупились три пары любопытных детских глаз. Их взгляды были настороженными и очень напуганными, такими, будто увидели что-то крайне странное и неестественное, чужое для этого мира.       Точно также на него смотрела Софья в первую встречу. Точно также на него смотрели все остальные люди и даже животные. На него всегда так смотрят…       Налл заробел. Смесь неловкости, растерянности и дискомфорта заполнила его душу. Он неосознанно замер от ощущения этого мерзкого страха перед ним и нежелания случайно ухудшить впечатление о себе.       — Ещё один, — с какой-то подозрительностью протянула одна из детей — девочка лет десяти. В её карих глазах Налл разглядел недоброжелательное, недоверительное отношение к нему. — К тому же на него похож.       Другая девочка, что была на два года младше, бегала взглядом по Наллу, мельком поглядывая на Смайли. Она сжалась и с ещё большим страхом взглянула на сущность. — Почему он так странно выглядит? — спросил тот самый мальчик и посмотрел на старших сестёр.       «Хватит уже акцентировать на этом внимание!», — кричал внутри себя Налл, которому уже было дико неудобно и некомфортно.       — А мы откуда по-твоему, Артём, должны знать?! — огрызнулась самая старшая.       Артём забегал напуганным и непонимающим взглядом.       — Не кричи на него! — заступилась средняя.       — Чего вы тут разболтались, так ещё о чужой внешности?! — вдруг гаркнул Херобрин, хмуря брови, и ребятня вздрогнула. — У вас дела нету? Щас я вам его найду!       — Ну, дядь Брин! — недовольно заныла старшая, не желавшая, чтобы их опять загрузили какой-либо работой по дому или по учёбе.       Херобрин уж было открыл рот, но Смайли жестом остановил его.       — Оставь это мне, — сказал тень и повернулся к детворе, мило улыбаясь. — Артём, Милана, Карина хотите увидеть театр теней и заодно услышать одну занимательную историю?       Глаза младшего и средней засияли интересом, только старшая глядела с настороженностью и скепсисом. Смайли спокойно подошёл к ним и повёл на второй этаж, параллельно говоря, о чём будет история. Прежде чем скрыться на втором этаже, он обеспокоенно глянул на Налла.       Брин проводил их взглядом и облегчённо вздохнул, потирая шею, как будто его только что освободили от тяжёлой работы.       Смайли действительно неплохо ладит с детьми, так что те быстро к нему привыкли, привязались и потому охотнее прислушиваются, в отличие от Херобрина, который иногда теряется и не понимает, как себя вести. Хотя, возможно, они любят Смайли, потому что он не может быть строгим, жёстким, когда это действительно нужно, и не всегда может сказать «нет».       Мужчина повернулся к угрюмому Наллу, что нервно постукивал пальцем по столу одной рукой, а второй — писал Соне о том, где и по какой причине он находится, дабы та не беспокоилась о нём сильно.       — Не обращай на это внимание, — уже в своей обычной спокойной манере произнёс Херобрин, подходя к нему.       — Пожалуйста, лучше начни уже залечивать мои раны, — сухо пожелал парень, убирая телефон в карман. — «Чтобы я поскорее ушёл отсюда».       — Хорошо, хорошо, — согласился он. — Ну-с, не расскажешь мне, что же с тобой приключилось? — и, став на мгновение чем-то недовольным, вздохнул, прежде чем начать лечение.       Парень отстранённо посмотрел на знакомого и, не переставая нервно постукивать пальцем, стал рассказывать, что, как и почему с ним случилось. Херобрин слушал его и хмурился, пока Налл параллельно своим словам старался не морщиться и не шипеть, чувствуя такой непривычный и неприятный жар в местах ран.       Когда Налл закончил говорить, он ещё больше насупился от недовольства своими действиями.       — Чем ты так недоволен? — спросил Брин, стараясь и концентрацию на лечащей магии удержать, и со знакомым, которому нелегко, поговорить.       — Чем, чем. Тем что с Триста третьим подрался — вот чем! Опять! — рассерженно процедил Налл. — Так ещё на этот раз Я САМ полез в драку и из-за этого мы подрались сильнее обычного!       — Но ты не виноват в том, что это случилось, — сказали ему. — Ты был уже слишком уставшим от его проступков.       — И что? — отрезала сущность. — Я всё равно не должен был так поступать! Я не должен был бить психически больного, ведь это только ухудшит и его психику, и нашу ситуацию! Да, Херобрин, знаю, я сделал это, чтобы защитить Софью, но мне всё равно не нравится то, что я сделал ради этого… — Налл устало вздохнул и выдержал небольшую паузу. — Да и Триста три… Я не могу сказать, действительно ли мне жалко его и волнуюсь ли я по-настоящему за него (всё-таки он уже достаточно навредил тем, кто мне дорог, и сейчас может сделать то, что я уже никак простить не смогу), но ты же знаешь его и то, насколько же остро он реагирует даже на мелочи. Он либо ещё больше озлобится на нас, либо… — Налл посмотрел на Херобрина встревоженным взглядом, и мужчина насупился, догадываясь, о чём он. — Я боюсь, как бы он с собой что-нибудь не сделал… Не хочу стать причиной чьего-то самоубийства.       На этом разговор о произошедшем закончился, оставляя после себя нагнетающую и напряжённую атмосферу. Херобрин, казалось, хотел что-то ещё сказать, однако Налл резко и с несвойственной себе грубостью сказал: «Не надо», — и через полминуты постыдился. Может, стоило послушать то, что хотел сказать знакомый, что был старше? Он прикрыл глаза и лишь тихо извинился.       Парень вздохнул. Сегодня ужасный день.       Сущность снова стала нервничать, когда взглянула на часы, которые показывали, что уже пол шестого.       Налл обратил внимание на свою ладонь, рана на которой практически исчезла, и по собственным ощущениям сделал вывод, что большая часть травм уже зажила. Поэтому он резко вскочил и хотел телепортироваться, но его мигом усадили обратно, надавив руками на плечи.       — Господь тебя прокляни, чего ж ты так дёргаешься?! — неодобрительно заворчал Херобрин, что частично испугался из-за его резкого действия.       Парень снова предпринял попытку выскользнуть из чужих рук, однако тело уже было куда слабее и более уставшим, дабы позволить сделать это.       — Либо ты побыстрее заканчиваешь, либо отпускаешь меня! — потребовал Налл, беспокоясь за Софью.       — Куда ты так спешишь? — недоумевал Брин, возобновляя лечение. — К Софье? Да с ней всё в порядке будет!       — Я резко ушёл два часа назад с Триста третьим, напавшим на неё. Софья наверняка сейчас очень встревожена из-за такого моего ухода. К тому же она видела Триста три, а после этого ей не бывает спокойно! И он всё ещё может прийти!       — Ну отпущу я, и сколько толку будет от тебя, уставшего и ослабшего, если ты снова с ним столкнёшься? И неужели ты думаешь, что Триста три настолько ненормальный, что явится в квартиру с теми травмами, что ты ему нанёс? — задал резонные вопросы мужчина. — И вообще в лучшем случае ты сейчас отдыхать должен, спать, пока я тебя бы в спокойном темпе лечил, чтоб ты как раз-таки себя так не чувствовал, ведь этакая лечащая магия требует взамен энергию и частично другие ресурсы организма! А сейчас ты потратишь последние силы на телепортацию и свалишься на пол, а то, может, и сознание потеряешь! Тебе сейчас нужен отдых и хороший сон!       «Но если я приду, то Софье хотя бы станет поспокойнее… А отдохнуть я могу и у неё», — посчитал Налл, глядя на то, как рана на ладони медленно затягивается, и зевнул.       Когда же Херобрин закончил лечение, было семь часов вечера. К тому моменту глаза сущности стали активно слипаться, пока отяжелевшее тело просило прилечь. Впрочем, это и разумные слова знакомого не помешали Наллу взять свою обувь, бросить «Спасибо, до свидания» и телепортироваться сразу же, как только мужчина отстранил руки.       Налл оказался в пустующей комнате и успел еле слышно щёлкнуть замком двери, прежде чем медленно, опираясь о стену, скатиться на пол на колени, а потом и упасть на бок.       Около двери послышался голос отца семейства, спрашивающего, что это было и не слышали ли они такой звук, будто что-то упало. Ему ответили «нет».       Парень обратил внимание на щель между полом и дверью, через которую был виден коридор и свет, но ненадолго. В глазах всё стало размываться, темнеть; в голове словно образовался туман, отчего понимание, что вообще происходит, доходило до Налла с задержкой. Он всеми оставшимися силами старался не заснуть, пусть и понимал в глубине души, что это всё равно случится. Его организм был слишком изнурён.       Будто издалека и отрывками до него доходили голоса всей семьи, но в какой-то момент стали еле слышны только голоса родителей, которые опять обсуждали между собой странное поведение дочери и задавались вопросом, что же с ней происходит.       Он отлично знал, что они конкретно так схватились за это, ведь неоднократно случайно подслушивал их разговоры. Знал, что они подозревают, что Соня что-то скрывает.       Налл как-то раз услышал, как они друг другу рассказывали, что не единожды замечали синяки и царапины на её руках и что на каждый вопрос чаще всего она говорила, что не знает, как они появились, что, скорее всего, она не заметила, как поранилась или ударилась. Да только вот родители поняли, что замечали эти травмы нередко, а тут они ещё припомнили недавние события, и теперь мысли, что с их дочерью что-то случилось, не покидают их. Ведь как минимум часто появляющиеся синяки — это либо проблемы со здоровьем, либо проблемы с окружением. К тому же её родители стали искать встречи с Херобрином, думая, что он здесь замешан.       А панические атаки Софьи, которые случаются периодически, только укрепили их мысли, ведь если бы у неё всё было бы в порядке, то и подобных психических проблем бы не было.       Вскоре и голоса родителей его подруги утихли, а свет везде погас. К этому моменту сущность проснулась ото сна, проходящего неспокойно и отрывочно, и кое-как поднялась. Организм всё ещё напористо требовал отдыха, но душа сильно хотела хотя бы показаться Соне и, по возможности, поговорить с ней.       Налл вышел в коридор. По ощущениям и царившей атмосфере сна он сделал вывод, что люди легли спать. Кроме Софьи.       Из её комнаты, чья дверь была прикрыта, донёсся всхлип. Потом ещё один.       Налл тихо зашёл и одарил зажавшуюся в углу кровати подругу грустным взглядом. Девушка сидела, сжавшись и прижав ноги к себе, и старалась не расплакаться. Но, по-видимому, выходило очень плохо.       От этой картины его сердце засвербело, добавляя грузу к уже имеющемся душевным терзаниям и непониманиям.       Он потупил свои стопы взглядом, прежде чем негромко и робко окликнуть её:       — Софья.       Она дёрнулась и уставилась на него напуганными глазами; её рука полезла под подушку. Однако, увидев знакомый силуэт и почувствовав его эмоции, Соня тут же соскочила с кровати и подбежала к нему.       Парень чуть не упал, когда девушка резко обхватила его руками, прижимаясь. Вина впилась в него острыми клыками, впрыскивая яд, заставляющий чувствовать себя ещё более отвратительно, когда он взглянул в лицо подруги.       Софья вновь была готова заплакать. Её глаза отражали тревогу и злость из-за Энтити и того, что Наллу пришлось уйти, и в то же время радость с благодарностью за то, что он вернулся. Ощутимо по тяжёлой, вязкой атмосфере уставший, но, главное, живой.       — Ты как? Что он сделал и хотел сделать на этот раз? — волновалась девушка, отходя и внимательно бегая глазами по нему.       Парень закрыл за собой дверь и сел на пол, скрестив ноги. Он смотрел на Соню и чувствовал сомнение по поводу того, что он должен сказать ей, по крайней мере, это касалось его догадок, что же хотел сделать 303. В итоге Налл это умолчал, не желая чувствовать её смесь шока и ужаса, видеть, как девушка становится бледной, словно фарфор, но всё остальное он ей рассказал.       Когда он договорил, Софья поглядела на него с небольшим испугом, сочувствием и благодарностью, затем обняла за шею.       — С-спасибо, — дрожавшим голосом поблагодарила она, чувствуя, как и сама подрагивает.       — Угу, пожалуйста, — крайне тихо отозвался Налл, так как даже говорить было уже нелегко.       Соня посмотрела на него и недовольно нахмурилась.       — Вставай, не сиди на полу, — пробормотала она, потянув его за руку, тем самым заставляя подняться. Он чуть-чуть покачнулся. — Только не упади.       Она усадила его на свою кровать, и Налл зевнул.       — Тебе ничего не надо? — Соня неосознанно засуетилась из-за состояния её друга. — И не сиди, ложись давай– Хотя нет, постой!       Софья достала из-под подушки кухонный нож и положила его на комод.       — Теперь можешь ложиться.       — Мне ничего не надо, — сказал Налл, отрицательно покачав головой. Он положил телефон рядом с ножом и лёг на бок.       Ощущение облегчения и радости возникло само собой, когда голова коснулась подушки. Конечно, из-за его высокого роста пришлось прибиться к стенке и немного поджать ноги, чтобы они не свисали на пол, но это был сущий пустяк.       Тем временем девушка загнала под кровать его обувь, которую обнаружила, зайдя в комнату брата, ибо знала, что в настоящее время Налл телепортируется чаще всего туда.       — Хотя… Софья, можешь просто посидеть рядом? — попросил он. — Пожалуйста.       Девушка села на край кровати и выжидательно посмотрела на него, но парень молчал. И было непонятно, заснул он или нет.       За всё то время до этого момента она ни разу не застала его спящим, отчего было неясно с его эмоциями: будут они ощущаться или нет, пока Налл спит? Ведь в таком случае, возможно, можно было бы определить, спит он или нет.       Соня озадаченно поглядела на его лицо, повторно осознавая, что её друг — это фактически просто чёткий чёрный-чёрный силуэт, глаза которого никак не выделяются. В итоге она посчитала, что он заснул.       — И как тебе не надоело со мной нянчиться, — негромко вздохнула та, отворачиваясь от него.       Девушка испуганно дёрнулась, когда Налл, начавший засыпать, с печалью хмыкнул, в который раз чувствуя её непонятно откуда взявшуюся вину. Он неторопливо сел и приобнял её за плечи.       — Софья, ты же мне друг, — спокойно напомнил он. — И ты прекрасно знаешь, что безразличие — это не про меня. Естественно, я буду за тебя беспокоится и помогать тебе. К тому же мне с тобой очень комфортно.       Налл опечалено поглядел на подругу, чьё лицо и внутреннее состояние не особо поменялись. В голове родилась небольшая идея, и парень натянул слабую улыбку. Он собрал те гроши сил, что у него остались, чтобы звучать погромче.       — И вообще, грех не помочь такому хорошему, милому, красивому, прекрасному, очаровательному, замечательному, — Соня уставилась на него озадаченно, пока щёки постепенно наливались кровью от смущения, — прелестному, поразительному, восхитительному, приятному, чудесному… Постой, я знаю много прилагательных… А! Об–       Софья, сориентировавшись по звуку и логике, прикрыла ему рот одной рукой, тем самым заткнув его. Налл взглянул на неё, негодовавшую и смущённую, и нежно накрыл её ладонь своей. Он плавно сдвинул её руку на свою щёку, прикрыв глаза и задумавшись. Его улыбка исчезла, оставляя вместо себя беспокойство и печаль.       Тем временем Соня впала в ступор. Но не надолго:       — Ты что делаешь?! — громко прошептала она.       Её лицо полыхало алым, а глаза глядели возмущённо. Хотя на деле не то, что бы она злилась. Скорее испытывала неловкость и сильно недоумевала, зачем Налл сделал это.       Его голос вернул себе крайне тихое, уставшее звучание:       — Прости, пожалуйста. Я хотел поднять тебе настроение и не подумал, что это может так сильно тебя смутить, — спокойно отозвался парень, не сразу освобождая её руку из своей нежной хватки, словно если он отпустит, то с девушкой случится нечто страшное. — Просто в последние недели ты ощущаешься такой унылой, тревожной и виноватой. Я это чувствую, и мне самому становится плохо. Я тебя ни в коем случае не обвиняю. Думаю, на твоём месте ходил такой же, — он обеспокоенно взглянул в её глаза. — Мне очень не нравится твоё затянувшееся эмоциональное состояние…       Я боюсь, что оно будет длиться до тех пор, пока мы не решим ситуацию с Энтити, но я и ты не знаем, когда это случится, а за это время тебе может стать ещё хуже. Я уже видел нечто похожее, я знаю, к чему это может привести, и меня это пугает… И… — Налл сделал паузу, думая, как лучше высказать свою мысль. — Как бы тебе всего шестнадцать. У тебя всё впереди… И мне становится как-то не по себе от мысли, что из-за этого всего ты можешь лишиться будущего и того, что есть у тебя сейчас.       Соня посмотрела на него несколько удивлённо и умилённо.       — Какой же ты всё-таки добрый и заботливый, — сказала она, вздыхая, и, привстав на колени, обняла его за шею. — И милый, и очаровательный и…       Софья одарила его таким же количеством комплиментов, что и он, и даже чуть больше. Парень фыркнул, прикрыв глаза, и обнял в ответ, слегка боднув.       Вдруг она вскинула на него задумчивый, серьёзный взгляд, выгнув бровь, отчего Налл растерянно поморгал.       — У него была странная привычка наклонять голову на бок при интересующих его вопросах, а у тебя, что ли, — бодаться?       — Это так странно?.. — сконфузился он. — Если хочешь, я не буду так делать.       — Не надо, — хмыкнула Софья, мило улыбнувшись, и боднула его в плечо. — Будем странными вместе.       Чёрные глаза расширились, округлились.       По его груди не только на эмоциональном, но и будто даже на физическом уровне расползлось тепло. Такое ласковое, успокаивающее, согревающее, как мягкое одеяло и чашка горячего чая в холодную зимнюю ночь… Пальцы руки дёрнулись от мимолётного желания коснуться груди, сжать свитшот в районе сердца от этого чувства, возникшего из-за тронутой её словами души.       Его взгляд заблестел огромной благодарностью.       — Хорошо, как скажешь, — улыбнулся он, легонько погладив её по голове.       Парень с неким облегчением прикрыл глаза, когда ощутил, что Соня пусть и несильно, но радуется по-настоящему.       «Теперь можно и спать спокойно», — усмехнулся про себя Налл.       — Ну всё, — заговорила Соня, отстраняясь от него. — Ложись и спи, пока время есть.       — Ладно, ладно, — зевнув, согласился он, ложась обратно. — Спокойной ночи.       Парень быстро провалился в сон.       Софья посмотрела несколько секунд на очертания профиля Налла и аккуратно распустила его волосы. Девушка устроилась на полу: постелила плед, одеяло, найденное в комнате брата, а на них простыню; принесла подушку. Соня закрыла дверь на замок. Она, взяв своё одеяло с кровати, легла на самодельную подстилку и укрылась.       Софья какое-то время смотрела то на потолок, то на свою ладонь, то на парня, но в конце концов тоже заснула.