3 глава

      Тяжело дыша и ртом захватывая воздух, она обогнула небольшую клумбу пионов и, прижимая что-то к груди, побежала к заветной лавочке, слегка постукивая черными туфельками. На половине пути ещё раз обернувшись и коротко поправив подол платья, Микаса вытерла потный лоб тыльной стороной ладони и, выдохнув, пошла быстрым шагом, так как сил на бег уже не осталось. Летнее солнце в этом году нещадно палило, отчего невозможно было даже выйти на улицу, но Микасу это ни капельки не волновало. Пусть потом она будет потной, пусть потом от жары у неё будет гудеть голова, пусть потом она получит нагоняй от матери, но лишь бы снова с ним встретиться.       Армин оказался очень добродушным и интересным мальчиком, в отличие от других детей, с которыми она общалась. Его эмоции, переживания и сожаления были искренние. В них не слышались нотки презрения, безразличия или высокомерия. Он считал её равной себе и никогда на полном серьёзе не называл Микасу «госпожой», лишь первое время обращался к ней на «Вы», но, скорее, из уважения, нежели из-за её высокого статуса. Блондина никогда не интересовало хорошее наследство девочки; всё, что его привлекало в ней, это её внутренний мир, который с каждым годом пытались сделать угодным её матери.       Заприметив издалека мальчишку, который задумчиво уставился в книжку, девочка с кроткой улыбкой двинулась в его сторону, всё пытаясь убрать с мокрого лба выбившиеся из прически волоски, которые неприятно липли к коже. — Армин! — весело воскликнула девочка, ближе подходя к нему. Блондин поднял голову и чуть зажмурился от яркого света, но всё же смог разглядеть того, кто нарушил его покой. — Привет, Микаса, — тихо, но доброжелательно ответил ей Армин, слегка отодвигаясь на край и кладя книжку себе на колени. Девочка буквально плюхнулась на лавку рядом с ним, так как само место находилось в теньке и здесь царила спасительная прохлада. Облегченно выдохнув, черноволосая оторвала свои руки от груди, показывая, что принесла. — Шоколад? — мальчик вопросительно посмотрел на неё. — Да, — спокойно ответила Микаса, кладя коробку между собой и Армином, — выбирай, — девочка раскрыла коробку и посмотрела на подтаявший шоколад, а блондин в свою очередь в неуверенности сжал книгу. — Не стесняйся, — Аккерман поудобнее положила коробку перед мальчиком и принялась терпеливо ждать, но Армин как-то не шёл ей на встречу, а лишь растерянно смотрел на сладость. — Взамен ничего не прошу, — вздохнув ответила Микаса, — я просто решила тебя угостить, — она покрутила в руке лакомство, которое мгновенно запачкало тонкие пальчики. — Их мне прислала тётя, — девочка положила сладость в рот. — Она живёт во Франции, и я очень редко её вижу, — Армин с кондитерского изделия поднял глаза на Микасу. — Это из самой Франции, — она демонстративно подняла коробку на уровне его глаз, показывая надписи на языке, где сделано лакомство, а затем положила обратно на деревянную поверхность, — так что попробуй, пока есть возможность, — темноволосая улыбнулась ему, и Армин, закусив губу, взял предложенный шоколад, а затем аккуратно положил его в рот. — Вкусно, — медленно смакуя выдал он. — Я никогда прежде не ел такого, — мальчишка незаметно облизнул запачканную верхнюю губу. — Никогда? — Микаса взяла ещё одну конфету, а Армин в ответ кивнул на её вопрос. — Честно сказать, я редко ем что-то из раздела сладкого, — девочка заинтересованно уставилась на него. — Большая часть доходов дедушки уходит на еду и мои учебники, ну и на остальные нужды. На одном его жаловании богато не поживёшь, — мальчишка тяжело вздохнул. — Учебники? — Микаса мельком взглянула на лежащую книгу. — Да, я учусь в школе и приходится самому покупать необходимые книжки и тому подобное, но стоят они отнюдь не дёшево, — Армин покрутил переплетённый предмет в руках. — Всегда мечтала побывать в школе, — вымолвила Микаса, мечтательно смотря прямо, пытаясь представить, какого это. От такого из уст Арлерта вырвался смешок. — Что смешного? — Микаса хмурым взглядом оглядела друга. — Ты, наверное, первый и последний человек на земле, который искренне хочет в школу, — мальчишка, хмыкнув, облокотился о лавку, но Микаса, в отличие от блондина, продолжила держать ровную осанку. — Школа — это самое ужасное место, которое можно было придумать, — он оглянул подругу, на лице которой читался немой вопрос «почему?». — Я люблю узнавать что-то новое, это поистине интересно и захватывающе, но дети, которые учатся со мной, делают моё пребывание в школе самым настоящим адом. — Над тобой издеваются? — темноволосая сочувственно отвела взгляд. — Ещё как, — блондин прикрыл глаза и тяжело вздохнул. — Но я уже привык, да и тем более сейчас каникулы, так что этих людей я ещё не скоро увижу, — Аккерман в неловкости поджала губы, будто хотела что-то сказать. — Признаться честно, я немного завидую тебе только в том, что ты получаешь знания на дому. Только ты и учитель, и больше никого, — горячий ветер прошелся по волосам мальчишки. — Но и домашнее обучение — тоже не рай, — на удивление тихо сказала девочка, как-то печально глядя на клумбу с лилией. — Почему же? — Может быть, я и получаю знания в полной мере, но чувствую себя ужасно одинокой. В школе можно завести друзей, можно весело проводить с ними время, а когда учишься на дому, то твои единственные друзья — это книги. От такого быстро устаёшь, — в отличие от детей своих знакомых, Микаса никогда не гордилась своим статусом в обществе.       И, наверное, по большей части на это повлияла Долорес, которая неосознанно заставила свою дочь ненавидеть жизнь светской леди, нежели гордиться ею. Чуть ли не с пелёнок к девчонке приставлены самые лучшие учителя и самые лучшие слуги, всё самое лучшее доставалось именно ей, но Микаса никогда не была благодарна за это родителям. Постоянные дёрганья: «Леди должна то…», «Леди должна это…», «Вы женщина, так ещё и леди, Вам не позволено…», — раздражали, выводили из себя и бесили. Хоть Микасе и доставалось всё, но у неё был длинный список запретов, которые нарушать означало идти на саму погибель. Девчонку буквально заперли в золотой клетке, снаружи покрытой россыпью драгоценных камней, из которой выбраться практически невозможно, которая буквально давила своими прутьями, заставляя делать то, чего совершенно не хочется. И Армин молча восхищался её стойкостью. Живя всю свою жизнь в этой клетке, она не превратилась в подобие своих сверстников, даже после стольких лет одиночества и непонимания, она никогда не сдавалась и не предавала свои мечты и желания.       Мальчик рассеянно смотрел вниз, не зная что и сказать, но Микаса быстро сменила тему. — Можешь забрать всю коробку, — Армин удивленно взглянул на неё, а девочка спокойно накрыла крышкой конфеты, подвигая их ближе к блондину. — Я не могу это принять. Шоколад, наверное, очень дорогой, — сглотнув тягучую слюну, Арлерт отодвинул лакомство обратно. — Не думай о цене и просто возьми, — девчонка сложила руки на коленях. — У меня дома ещё таких три коробки, потеря не велика, — буднично проинформировала Аккерман, уводя взор к небу. Армин, поразмышляв немного, всё же придвинул угощение к себе. Его зрачки быстро забегали по земле, а затем взметнулись на Микасу. — А какие предметы ты изучаешь? — твёрдо спросил голубоглазый, на что Аккерман растерянно повернула голову в его сторону, не понимая, к чему этот вопрос. — Ааа… — она слегка приоткрыла рот, пытаясь сконцентрироваться на мысли. — Я играю на фортепиано, изучаю языки, этикет, — девочка в задумчивости сжала губы, — чуть позже я начну изучать танцы, готовиться к первому балу. — А математика? — перебил её мальчик. — Я знаю только азы, — хмыкнув, ответила темноволосая. — Знаю числа и умею решать в столбик, да и в принципе всё, — мальчик пораженно оглянул её. — Мой отец говорит, что девушки слишком глупы, чтобы понимать точную науку. Да и не принято нам изучать что-то на подобие этого, девушки-аристократки должны быть воспитанными, красивыми, элегантными и в идеале знать то, что нам позволено учить, — печально проинформировала Микаса.       Мальчишка задумчиво сжал руки, а затем протянул ей свою книгу. Девочка от его жеста с недоумением осмотрела протянутый предмет. — Это мой подарок взамен на шоколад, — слегка загорелые пальцы крепче сжались на коричневой обложке. — Книжка делится на несколько разделов математики. Здесь и арифметика, и алгебра, и геометрия. Конечно, изучение не углубленное, а лишь основное, но для тебя самое то. — Армин… мне приятно, что ты решил сделать мне такой подарок, но он слишком ценный для тебя, тем более за обычный шоколад я ничего не прошу взамен, — блондин покачал головой, не отпуская книги. — Пожалуйста, возьми. — Но… — Я считаю тебя очень способной и умной девочкой и то, что тебя ограничивают в знаниях, это просто зверство! — неожиданно повысил голос голубоглазый. — Я не могу просто так принять дорогой шоколад, — губы Микасы превратились в одну тонкую полоску. — Да и, к тому же, в скором времени я перестану здесь появляться, — голос стал огорченней. — Что, почему? — лицо Аккерман исказилось в тревоге. — Когда закончатся каникулы, я больше не смогу сюда приходить, так как начнётся школа, и у дедушки больше не будет причины брать меня с собой, — Микаса набрала побольше воздуха в грудь. — Это самый достойный подарок для тебя, так что, пожалуйста, прими, — последние слова он проговорил практически шепотом. Тёмноволосая, не дышавшая до этого времени, громко всхлипнула и неожиданно притянула мальчишку за плечи, крепко обнимая. — Хорошо, — хриплым шёпотом ответила Аккерман. Арлерт благодарственно кивнул и обнял девочку в ответ, кладя руки ей на спину. Слезы темноволосой уже скатывались по щекам, падая на спину и плечи Армина, у того тоже заслезились глаза, но он не дал им потечь, стараясь держаться стойко. — Ты мой самый лучший друг, которого я никогда не забуду, ты… — девчонка издала всхлип, — единственный, кто относится ко мне как к человеку, а не как к девочке, у которой за спиной хорошее приданое и которая в будущем обязана выйти замуж и родить детей. Ты видишь во мне то, что не видят другие… Спасибо.