Часть 5

Очнулась в уже в какой-то комнате, где была кромешная темнота.Голова гудела до приступа тошноты. И чего эта сумасшедшая так взъелась? Все тело ломило, как после жесткой тренировки в спортзале. Я не была привяза, наоборот, проснулась на кровать, не царской конечно, но все же. Сев на кушетку, я протерла руками глаза и огляделась. Пока мои глаза привыкали, я решила обойти помещение по стенке, чтобы понимать масштаб комнаты. И как только я дошла до первого угла, кто-то вставил ключи в замочную скважину, я быстро третировала назад к кушетки. Дверь открывает, лучи света пробиваются в комнату ослепляя меня на несколько секунд. — Вставай и пошли за мной, — сказал все тот же женский голос. Встав, я медленно пошла за женщиной, та в свою очередь шла не останавливаясь грациозно покачивая бёдрами. Я уже стала себя ощупывать и у меня скопилось много вопросов к Люциферу. Мы зашли в какой-то кабинет и сели напротив друг друга. На столе лежит еда и напитки. — Угощайся, — она проводит рукой по стояла, — ты наверное проголодалась? Мне это не нравится.Но есть я и правда хочу. — Зачем меня похищать, потом бить и теперь кормить? — я усмехнулась, — ты в курсе, что система «кнут и пряник» не так действует? Она подняла на меня глаза и достала с бюстгальтера сигарету и зажигалку, протянула мне, я же жестом отказала. Странная эта дама, надо узнать, что она от меня хочет и уйти уже домой. — Что ты от меня хочешь? Она зажгла сигарету и втянула первую тягу. Положила голову на изголовья дивана и засмеялась. — Чтобы ты сдохла. — Ну, этого обещать я точно не могу, — я взяла яблоко со стола и откусила. — Послушай, девочка. Люцифер не тот мужчина, что тебе подходит… Она серьезно будет мне это втирать? И думает я поверю в этот бред? Да она даже не знает, что я хочу и кто такая. Я ей что, восьмиклассница, которой мама обьясняет, что такое презервативы и для чего они нужны. — Послушай, — я нагло перебила ее, — мне твой Люцифер не сдался, забирай его и уебывайте вдвоём с моей жизни. Я встала, взяла свою сумку и пошла на выход, но она меня остановила. — Я тебе предупредила, приблизишься к нему и ты труп. — Ага, — машу рукой. Если честно, я не думала, что вот так она меня отпустить, но к моему удивлению, Ости за мной не последовало. Спокойно выйдя на улицу, я искала хотя какую нибудь забегаловку, чтобы позвонить Мими. Пройдя около трёх километров, я все-таки нашла кафе и позвонила с ей. Мими и Дино, тут же примчались и забрали меня. Взяв неделю больничного, я решила подумать над всем, что со мной произошло, ну и конечно над тем, что будет происходит. Потому что эта дамочка не шутила насчёт моего убийство, боится значит, соперницу во мне увидела это мне льстит. Почти всю неделю Люцифер пытался ко мне попасть, что только не делал. Моя комната вся обставлена цветами из доставки. Отец ему не открывал дверь, я и даже Мими не открывали ему.Тогда он пошёл на отчаянные меры.Я лежала и читала книгу, пока не услышала какой-то шум снаружи дома.А так как отец ушёл с Мисселиной на свидание, я осталась дома одна.Взяв в руки биту, я медленно шла к окну, руки вспотели, сердце колотилось. Покрепче взяв биту, я открыла окно и замахнулась. Дальше послышался оглушенный звук, посмотрев вниз бита упала на пол, я взялась за рот. — Господи, Люцифер! — крикнула я. В пеньюаре я побежала вниз на улицу, не думая о том, что там холодно и что могут люди увидеть. Побежала к нему и поняла, что этот говнюк без сознания, пульс есть — значит жив. — Вот же… угораздило, — взяв его за руки потащила к дому. Ели дотащив до двери дома, я присела. — Капец ты тяжелый, — выдохнула я, — ты что из спортзала не вылезаешь? Закончив монолог сама с собой, решила взять его на плечо, поэтому положив его руку на меня, она случайно упала на мою грудь. Я дернулась, мои соски моментально встали.Поправив его руку, я поковыляла с ним до моей комнаты, когда цель была достигнута, я уселась на пуфик. Смотря на этого спящего упыря, я решила высказаться пока он без сознания, может легче станет, встав с пуфика приблизилась к нему и села рядом. — Вот лежишь тут на моей кровати без сознания, а даже понять не можешь, как мне тяжело, — я пнула его легонько в плечо, — весь такой правильный, взрослый, весь такой бесящийся и сексуальный, — положив свою голову ему на грудь, я дотронулась до его татуировок на руке, — как по мне, ты не выносим, но меня к тебе тянет, и я не знаю, что с это делать. Мне никогда и ни с кем так хорошо не была, как в ту ночь. Я прогладила его до шеи, дотронулась подушечками пальцев до щетины, губ, ресниц. А все остальное время я смотрела на него, пока не уснула. Проснулась в среди ночи, не понимаю где я и почему так темно. Когда мои глаза привыкли, то я почувствовала тяжёлую руку на талии и горячее дыхание на шеи. Как я попала на кровать, раз он ещё в отключке? Я посмотрела на него ещё раз, как хочется дотронуться до него, обнять, но я же буквально неделю назад, кричала его жене, чтобы они оба убирались с моей жизни. В общем, ебанутым мир не писан. — Да пофиг. С этими словами, я медленно обняла его, как только моя рука легла на его спину, он прижал меня ещё сильнее, тогда я положило подбородок на его чёрные, как смола волосы и поцеловала в макушку. — Спи, мое солнце и звёзды. Проснулась я от запаха вкусной еду и смеха на первом этаже. Тихо пустилась на первый этаж и притыкавшись за угол, слышала голоса: отец, Мисселина и Люцифер. — Не поверю, что она так сказала, — засмеялся Люцифер. — Нет-нет, я клянусь тебе! — смеялся отец. Впервые за долгое время он так громко и от души смеётся, после смерти мамы, он не шибко шутил, а уж тем более не смеялся. — Она встала около Ребекки и сказала: «Мама, у меня прекрасный папа, но у тебя ужасный муж!», а потом топнула ногой и показала на меня, — отец сделал такую же позу, как я тогда. Они смеялись чуть не до слез, я тоже улыбнулась вспоминая этот момент. Когда папа приехал со службы и подарил мне огромного медведя, а маму расстроил тем, что он не надолго дома, ну я разозлилась. Я вышла из укрытия. — Я тогда была зла на тебя. Вдруг они замолчали. — Ты привёз мне мишку, а маме не очень хорошие вести, — я подошла к стойке и налила сок. — Я тогда много работал, ты же знаешь? — Конечно пап и я тебя не виню. Люцифер забегал на кухни и поставил рядом со своей тарелкой ещё. — О, нет, я завтракать не буду, — я помахала ему в знак отказала. — Это не обсуждается, ты должна поесть. — Слушай, ты врываешь в дом, готовишь завтрак, общаешься с моей…- я остановилась и посмотрела на папу и Мисселину, продолжила, -…семьей. Мисселина тут же расплылась в улыбке. — Вики, — начал отец, — ты мужчине даже шанса не даёшь. Я чуть не подавилась соком. Я то не даю? А кто мне сказал, чтобы не вспоминала ту ночь? Без имён и всякой чепухи. Почему я должна нести эту ношу одна?! — Ты так думаешь? Ну чтож, Люцифер. — Вики, не сейчас, — начал мужчина. — Ох, нет, раз мы тут все вместе, одной семьей, — с меня так и перло негативом и сарказмом, я обошла их и продолжила, — так скажи мне Люцифер, как твоя жена поживает? Все молчали, смотрели друг на друга, а Люцифер выдохнул тяжело. — Что? Ответить нечего? Знаешь, — я встала в позу задумчивости, — я не удивлена! Хотя, ту ночь, я вспоминаю каждый день! Мне было хорошо и я… я не знаю, что я чувствую… и меня это пугает, а ты, — я помедлила, — какие-то эмоциональные «качели»! Я уже крикнула в конце. — Ту ночь? — отец посмотрел на Люцифера — Жена? — Мисселина посмотрела на меня. — Да, — я посмотрела на отца, — и да, — я показала пальцем на Мисселину. — Вики, послушай, выслушай меня только…- начал он. — Нет, — я выставила руку, — сейчас я хочу одеться и выйти прогуляться, мне нужно подумать. Он тяжело вздохнул и прикрыл глаза. Отобрав из рук Люцифера бутерброд я откусила половину и кинула обратно в тарелку. — Спасибо за завтрак и передавай Ости привет! — крикнула я уходя на второй этаж. Одевшись, я выбежала на улицу не попрощавшись со всеми. Мне хотелось к своему месту, спрыгивать снова и снова, с обрыва. Так как я выбежала и не взяла с собой ничего, к обрыву пошла пешком. Спустя часа три, я уже стояла у обрыва. Сегодня прохладно, дует холодный ветер, но это меня не волновало сейчас, мне нужно отвлечься от проблем, погрузиться в себя. И мои погружения были настолько глубокими, что не услышала как кто-то подошёл ко мне сзади и толкнул вниз. Я с криками падаю вниз, как камень и подгружаюсь полностью в воду. Ударяясь об рифы под водой. Вода заполняет мои лёгкие, тяжело дышать, я теряю сознание. — Люцифер…- последнее, что я сказала. Темно и пусто, я стояла в мрачной комнаты, ничего не видя перед собой, даже своих рук. Не слышала звук босых ног на полу. — Есть кто нибудь? — спросила саму себя. За мной даже эхо не последовало, что уже конкретно меня пугало. — Эй! Я не собираюсь так подыхать! Я хочу умереть пьяной и с хером внутри! Ау! Я села на так называемый пол, прижала ноги к груди. И ждала, чего ждала сама не понимаю. Спустя какие-то время, я почувствовал боль в груди. С каждый разом все больнее и больнее. Тогда моя грудках клетка скакала то вперёд, то назад. Тепло прошлось по моему телу. — Ну же девочка, очнись. Слышу я сквозь боль. Вся вода, что была в легких вышла, глоток холодного воздуха ворвались в мои ноздри и горло. Я встала, как ошпаренная. — Господи, ну наконец-то! — прозвучал голос рядом. Сфокусировав зрение, я поняла, что мы на пляже, не далеко от скал. А рядом со мной пара в возрасте. Мужчина снял свою куртку и накинула на меня. — Дочка, ты чего удумала? Жизнь свою прервать? — строго произнёс он. — Нет-нет, — резко покачала своей головой, — меня толкнули. Оба повернулись друг на друга и с удивлением посмотрели. — Как тебя зовут? — Виктория. — Виктория, давай мы тебя в больницу отвезём. У тебя кровь на затылке, — женщина аккуратно убирает шарф с моей головы. Я дотронулась до затылка и посмотрела на окровавленную руку. — Нет, отвезите меня к другу. Пара снова переглянулась и помогла мне встать. Мы дошли до машины, я сказала адрес и уснула. Проснулась я от того, что горячие руки поднимают меня, разговоры на полутоне.В полусонном состоянии я начала сопротивляться. — Отпустите… нет, — рука моя легла на щетину мужчины. — Тише, милая, ты дома. Приятный голос успокаивал меня, занёс куда-то и начал раздевать. Открыв глаза я увидела Люцифера, снимающий с меня балетки, к горлу поступила тошнота, голова раскалывалась, посмотрев на свет глаза защипали. — Я сама… Ели проговорила я, но мужчина даже не слушал. Тогда потянулась ко второй балетки, но он отдернул мою руку. — У тебя возможно сотрясение, не дергайся. — он провёл ладонью от бёдер до щиколоток, — тебе нужно в тёплый душ, ты вся дрожишь. Мне и вправду было холодно и кажешься поднималась температурка. Не лучшее было мое решение прыгать с обрыва в такую погоду. Наверняка это его жена подослала кого-то, чтобы меня столкнули, если прыгнуть с расчетом, как всегда, то ничего бы этого не было. Мужчина приступил к снятию платья. — Повернись. Я закрылась руками, от стыда. Меня раздевал мой преподаватель, хотя какая уже разница. Я с ним переспала две недели назад, о чем тут говорить. Тогда я опустила руки и голову. — Не стесняешься меня? Мне льстит это. Я знала, что он так шутить, но звучало это со серьезным видом. Люцифер отнёс меня в наполненную тёплой водой ванную, и уложил. Сел рядом и смотрел на меня, не ожидая какого-либо объяснения, а просто любуясь. Я же рассматривала его досконально, запоминая каждый изгиб, каждую родинку и татуировку на его теле. Он такой красивый сейчас, в домашних штанах и без футболки, виден четко его пресс и грудь, мышцы рук. Его растрепанные волосы, я до сих пор чувствую запах спелой клубники и сливок. Кажется я ударилась очень сильно головой. — Дыру протрешь, красавица…- прохрипел он. Я отвела глаза. — Извини… Все так же, продолжая водить губкой по ему телу и улыбаться. Но что-то развеяло его настроение и он снова помрачнел. Допрашивать его я не хотела, захочет — расскажет. — Вики, послушай…- начал он. Я подняла на него глаза. — Если ты не уверен во мне или не хочешь делиться, то лучше не стоит. Рука с губкой остановилась, он взял меня за подбородок и поцеловал в нос. — Я и Ости — разведены больше четырех лет. Он смотрел прямо мне в глаза, для убедительности своих слов. Я же не перебивая слушала его дальше, а он продолжал проходить мягкой губкой по моему телу и рассказывать. — Все было хорошо, мы с ней познакомились на последнем курсе универа, — он чуть улыбнулся вспоминая это, — я простой студень, а она… она дочь богатого банкира. — Так что случилось между вами, — не вытерпела я. — По глупости и молодости, мы расписались. Ости ревновала меня к каждому столбу, а меня это душило. И я развёлся с ней, встретил другу девушку, женился, устроился на работу, но спустя года два, она объявилась.- он замолчал, ему тяжело от этом говорит и я видела это. — Люцифер, ты не обязан… — В общем она поджидала мою жену на каждом углу. И выносила мозг, в общем она добилась того, чего хотела. — А как твоя вторая жена? Тоже развёлся? Он молчал, так ничего и не ответив. Я не стала давить на него, мне кажется, он и так рассказал мне много, не все же за один раз выкладывать. Но в голове возникла мысль, что он первый, кто вообще познакомился с моим отцом. Даже, когда я встречалась два года с Энди, отец его в глаза не видел и наверное не зря, Энди ещё тот идиоты оказывается. Мы почти были близко друг к другу, но послышался звук мобильного. Люцифер выгнул брови в знак не понимания, но взял трубку. — Да, — глаза его расширились, — Мими не тараторь. Она у меня, — он улыбнулся, — да и отцу ее позвони, скажи, что она… Он вдруг остановился и посмотрел на меня. Я же в свою очередь поняла, о чем он и кивнула. -… она уснула и останется у меня. Угу. Пока Мими, — он закатил глаза, — До свидания, Мими. Когда он убрал телефон с ухо, я ещё слышала голос Мими, как она сыпала на него вопросы. Он вырубил телефон, а я засмеялась, он посмотрел на меня с ещё большем удивлением. — Как она достала мой номер телефона? — Это же Мими! — звонко засмеялась я. Люцифер помог встать с ванный и принёс мне шерстяной халат. Укутав в него, мужчина перешёл на обработку моего затылка. Он настолько аккуратно делал, что я даже не чувствовала, на столько была легкая у него рука. — Что с тобой случилось? — с осторожностью спрашивает он. — Разозлилась, выбежала из дома, — я закрыла глаза, — пошла к своему любимому месту. Стояла и…- я открыла глаза, — меня кто-то толкнул. Если не приготовится к прыжку, то можно не удачно приземлится на рифы. Люцифер перестал обрабатывать рану и повернул меня к себе. — Ты что, решила прыгнуть со сколы, — он сжал мои плечи, — решила отправится на тот свет? Ты подумала об отце? О Мисселина? — он остановился и обнял меня, — обо мне? — прошептал он. Мурашки табуном прошли по моему телу. Не привычно слышать это от мужчины и тем более, от преподавателя. От Энди я никогда не слышала такого. Я осторожно обняла его в ответ, гладя по голове. — Что ты делаешь? — тихо спрашивает он. — Успокаиваю. — Я спокоен. — Твои объятия говорят об обратном, — улыбаюсь я. Он чуть отстранился и наши лица были друг против друга, нос к носу. — А может я не хочу тебя отпускать. Шёпот его губ успокаивает меня, а горячее дыхание обжигает мои губы. Тогда я рискнула и поцеловала его, от неожиданности от отстранился. — Ты уверена? В ответ я лишь поцеловала его и он принял вызов.       Мы отстраняемся друг от друга, но не на большое расстояние. Снова я в плену этих глаз, которые обволакивают и не отпускают. Брюнет обхватывает руками мое лицо, заглядывая в глаза, а после целует нос, так аккуратно, словно я фарфоровая кукла. Люцифер сейчас и тогда это два разных человека. Я провожу ноготками по прессу, целую каждый миллиметр кожи, все, что только может доставить наслаждение. Опускаюсь на колени перед ним, снизу ракурс ничуть не хуже — вижу улыбку Люцифера, его чуть покрасневшие щеки, закрытые глаза, которые впоследствии откроются, как только я коснусь ширинки его штанов. — Вики, что ты делаешь? — но когда ответа он не слышит, мужчина пытается поднять меня, — Не стоит этого делать. — Я всего лишь хочу помочь тебе расслабится, разве не за этим мы все это начали? –оставляю красный след рядом с пупком и наконец освобождаю брюнета от нижней части одежды. — Разреши хоть помочь тебе с халатом… –его тихий шепот и рука, которая ложится на макушку, заставляют поднять глаза.       Без лишних слов встала к нему ближе ощущая, как ловкие пальцы развязывают пояс халата. Еще немного и халат падает к моим ногам, оставляя меня нагой. Ветер из приоткрытого окна пускает рой мурашек. Отбрасываю халат куда подальше, снова садясь между ног преподавателя.       Правой рукой обхватываю его естество, в ответ слыша приглушенный вздох. Провожу по всей длине, ощущая, как орган наливается кровью, становится твердым. Обвожу головку большим пальцем, а после прикасаюсь к ней губами. Люцифер выдыхает сквозь стиснутые зубы, прикрывая глаза от наслаждения. В довершение выпускаю язык, по которому на красную головку выливается слюна.       Прикасаюсь языком к плоти, размазываю рукой влагу по всему стволу, опуская ее на мошонку, пока шустрый язычок ласкает уретру. Красноглазый откидывается на кровать, скрывая лицо в сгибе локтя, но я слышу его учащенное дыхание. Обхватываю конец губами, постепенно погружая все больше в свой рот. Внутри горячо, поэтому Люцифер не сдерживается и тихо стонет. Начинаю двигать головой, медленно, растягивая удовольствие, помогая себе рукой.       Иногда выпускаю изо рта ствол и провожу языком по мошонке. Лениво провожу языком от основания к головке, посасывая ее, ощущая на языке вкус смазки. Впервые я делала миньет мужчине, не знаю, что на меня нашло, но это живо меня возбуждало и судя по стоном мужчины, я делала все правильно. Для большего эффекта провожу зубками по вздыбленным венам, чувствуя, как брюнет дергается и застонал протяжно. — Прошу… Перестань мучить…       Его голос до боли жалобен, что я не могу противится ему. Погружая естество в свой рот, набираю обороты, вырывая из горла мужчины стоны вперемешку с частыми вздохами. Когда подходит финал, Люцифер просит меня перестать, ведь он сам мог довести все до конца. Но я была бы не я, если бы послушалась, поэтому через минуту в мой ротик брызгает горячее семя мужчины. Оно солоноватое на вкус, но не такое противное, как говорят, потому я спокойно проглатываю.  Выпустив изо рта ствол, я хорошенько его вычищаю языком, а после сталкиваюсь с обескураженным взглядом красных глаз. —  Прости, я никогда этого не делала, а тут что-то на меня нашло…— мужчина протягивает мне руку, приглашая оседлать его.       Оказавшись на нем, я наконец-то зарываюсь в его волосы руками. Целую мужчину в ухо и ощущаю мощные руки на своей спине. Люцифер считает пальцами позвонки, гладит нежную кожу, наслаждался ее гладкостью. — Надеюсь, никаких сюрпризов не ожидается? Потому что моя очередь приласкать тебя, хоть немного, — на что получает мягкую улыбку. Перевернувшись, мужчина оказывается сверху и сразу же пользуется положением — нежно заключает в плен своих губ сосок, когда с другим играется пальцами. Низ живота наливается приятной тяжестью, а красные горошины затвердевают под умелыми ласками.       Брюнет мнет груди, покусывает соски и терся носом о ложбинку между бюстом. Я прикусываю костяшки пальцев, свожу ноги, ведь внизу становится так влажно, что хоть простыню выжимай. Он наблюдает за каждым моим действием, за каждой эмоцией. Его глаза такие искушающие, в них всегда читается похвала, когда тот или иной стон срывается с моих губ.       Вдоволь наигравшись с вершинками, этот дьявол оставляет памятный подарок об этой ночи — багровое пятнышко под правой грудью. Опустившись ниже, Люцифер целует внутреннюю сторону бедра. Покрывая легкими, словно крылья бабочек, поцелуями, он доходит до коленки, трется носом о сгиб под коленкой, вдыхая мой запах.       Такие прелюдии у меня впервые, Энди обычно переходил сразу к главном. Но Люцифер это другое, как будто он хочет разделить со мной свою страсть, на которую он только способен. Вернувшись ко внутренней части бедра, брюнет опаливает дыханием самое мягкое место. — Люцифер…— стону я, когда его язык касается влажных складок. — Тебе не обязательно это делать. — Но я этого желаю. Обхватив зубами вершинку клитора, брюнет посасывает ее, слегка оттягивая. Я мечусь по дивану не в силах остановить свое возбуждение: смяв в руках полотенце, я дергаюсь, как от удара током, как только Люцифер проходится зубами вершинки.       Лоно сочится моими соками, которые капали на диван, помогая мужчине проникнуть двумя пальцами без проблем. Неспешными движениями, красноглазый выбивает из меня все больше стонов и непонятных бормотаний. Так хорошо, Люцифер находит все нужные точки, которые пускают разряд по всему телу. Внутри я такая же влажная, как и снаружи, поэтому ему не составит труда просунуть третий палец.       Иногда сжимая их внутри, мужчина находит нужную точку, от нажатия которой я выгибаюсь стараясь не потерять рассудок. Он поглаживает мою верхнюю стенку, не забывая так же вылизывать клитор и сами половые губы. Не понятно в какой момент, но моя рука ложится поверх головы мужчины, не разрешая тому отстранится. Люцифер лишь смеется в мое лоно, пуская большое стадо мурашек, только теперь не от холода.       В момент разрядки я понимаю, что никогда раньше так обильно не кончала. Я понимаю, что еще ни разу не кончала сквиртом, испачкав лицо мужчины своими соками. Слизав влагу, Люцифер целует меня, давая попробовать себя. Я никогда не пробывала себя так как, Энди никогда не делал чего-то подобное. Наши языки ласкают друг друга, слюни стекают по моему подбородку.       Мужчина проходится языком по поим ровным зубкам, ласкает внутреннюю сторону щек, щекотал небо — от всего этого я стону. Определенно, Люцифер Морнингстар — самый прекрасный любовник. Перевернув его на спину, я сажусь на его бедра. Проведя ноготком по соскам брюнета и прикусив один из них, я трусь своей промежностью о его достоинство, срывая рык с его губ. Мы готовы к главному десерту, но не спешим, дразня друг друга — так секс будет во сто крат лучше.       Я скользнула по его члену своей мокрой киской, смазывая своими соками. Но ничто не вечно. Поэтому приподнявшись, опускаюсь на не маленькое достоинство, не скрывая восхищенный вздох. Люцифер заполняет меня всю, я чувствую, как пульсирует орган, как он подрагивает от возбуждения. Упиравшись на грудь мужчины, я двигаюсь: сначала медленно, а затем увеличивая темп. Этот момент сильно отличается, от того, что было первый раз.       Поднимаясь и опускаясь на ствол Люцифера, я, закинув голову, стону в голос, ощущая стенками его размер. Я уже забыла про боль в голове от удара об рифы, сейчас существуем только мы вдвоём. Мы двигаемся в равномерном темпе, который задает брюнет. Мужчина удерживает меня за бедра, помогая приподниматься, когда я же царапаю его грудь, оставляя красные борозды.       Стискивая в себе член мужчины, я отчетливо слышу его стоны, а после меня еще сильнее насаживают, доставая до матки. Брюнету нравится смотреть, как подпрыгивают при каждом движении мои груди, как я приоткрываю рот в букве «О», даря ему очередной стон наслаждения. — Сильнее… — ели слышно доносится до него мой шепот. — Прошу… сильнее.       Притянув к себе, Люцифер целует меня со всей страстью, вдалбливаясь с новой силой. Мои соски трутся о его, а мы оба стонем друг другу в рот. В какой-то момент наши пальцы переплетаются между собой, а глаза встречаются. Со мной такое впервые, мне неловко смотреть в его глаза, поэтому я отвожу, но он просит. — Вики, посмотри на меня. Не отводи взгляда, я хочу видеть твои глаза. И тогда я вернула взгляд обратно к его глазам. Смотря друг другу в глаза, я видели желание в его глазах. Мы больше не целуемся, нет.       Мы сплетаемся языками, роняя слюни на подбородок и шею Люцифера. Отстраняемся, наблюдая за ниточкой, что соединяет ваши языки, и снова целуемся. Толчки становятся все сильнее и быстрее. Смазка стекает по бедрам брюнета, пачкая все вокруг, член легко скользит внутри лона, пропадая так же быстро, как и появляясь.       Мошонка иногда бьется о попу, слышатся шлепки, которые дополняют пошлые звуки. Я схожу с ума от этих звуков, мне не стыдно… мне даже не не ловко. Меня это только сильнее возбуждает. — Люцифер… Я… Сейчас… — Я тоже.       Сплетаю свой язык с его, заглушая самые громкие стоны, подходя к пику. Вязкая субстанция заполняет меня всю, когда я в свою очередь пачкаю торс мужчины прозрачной жидкостью. Без сил валюсь на него, восстанавливая сбитое дыхание. Люцифер лениво поглаживает меня по волосам, все так же не выходя из моего лона и не давая сперме вытечь.       Нежно целую ключицу, поглаживаю его грудь, тихо мурлыча от приятных поглаживаний по голове. Люцифер все же выходит из меня, наблюдая, как вытекает его семя, капает на диван, как я вздрагиваю при каждом выходе белой жидкости. Он кладет меня рядом, заключая в объятия и накрывая одеялом. На улице давно стемнело, лишь лунный свет освещает наши голые тела.