Часть 1

Октябрь (Гермиона) В голове проносилась лишь одна мысль: — Скорее, раздень меня! Но его руки были заняты другим, он гладил мои бедра и медленно перемещался под блузку. Губы страстно целовали мою шею и спускались все ниже. Я была прижата к стене, мне было жарко и влажно там внизу, мне хотелось, чтобы он наконец раздел меня и взял. Но я знала, он будет меня мучить, растягивать удовольствие, будто распивает очередное дорогое вино, с которым он меня недавно сравнивал. Я была этому рада, нет, не сравнению, а тому, что меня ждет. Горячий, страстный секс. *** Сентябрь (Гермиона) Порой мне кажется, я забывала, что я женщина и могу быть красивой, желанной, любимой. Все больше я стала отдавать себя работе. Работа, работа, работа. Кто-то ее ненавидит, но а я наоборот люблю. Мне нравится каждый день погружаться в работу и строить свою карьеру. Мне нравится по утрам разбирать почту, выпивая кофе, составлять график на день, а может на неделю или месяц. Мне нравится мой кабинет, забитый книгами и отчетами, нравится устраивать там небольшие собрания с отделом. Мне нравится мой коллектив, всегда улыбчивая Элли, всегда готовый поддержать старый Том, Бернард и доставучая миссис Хитс. Даже всегда забитый лифт Министерства давно стал привычным. Я люблю все это. Но, как говорят многие, нужно держаться золотой середины. Семья — это тоже важно, я не спорю. Моя семья — это Рон. Но иногда мне кажется, что я слишком рано вышла замуж. Наши желания с Роном уже не сходятся, а общих интересов, кажется, и не было. Любил ли он меня на самом деле? Самое страшное в наших отношениях уже произошло — я начала его избегать. Избегать собственного мужа, впрочем, как и он меня. Я совершила ошибку, выйдя за Рона, и совершаю новую сейчас, изменяя ему. Я счастлива и несчастна одновременно… Счастлива, потому что чувствую себя живой, страсть Малфоя будто разбудила меня как женщину, оживила меня. Люблю ли я его? Нет. Хочу его? Да. И пусть между нами бурные ночи, мои мысли все равно возвращаются к Рону, к моей разваливающейся семье. *** Сентябрь (Драко) После первой ночи я думал, мне приснился странный сон. Я, Грейнджер, голые в постели? Никогда не представлял себе этого, и не проснись я в обнимку с ней, не поверил бы. Эти непослушные, вечно вьющиеся каштановые волосы, разбросанные по белой подушке, ее красные губы от поцелуев, засосы на белой коже — мы бурно провели ночь. Давно не было у меня такого секса. Не зря Грейнджер попала на Гриффиндор, она воистину в постели дерзкая кошка. И снова, никогда бы не подумал. Если и представлял бы ее, то, наверное, чуть ли не монашкой, которая разрешила целовать щеки и заниматься любовью только в миссионерской позе. Пока она спала, я все смотрел на нее и думал, что дальше? А что может быть? Наверное, мы глупо посмотрим друг другу в глаза, она зальется краской, какой бы кошкой не была ранее, бросится одеваться. И скажет, что это ночь была ошибкой. Что делать мне? Я могу встать сейчас и, пока она не проснулась, одеться и уйти. А могу посмотреть и выслушать все то, о чем предположил ранее. Что я теряю? Между нами нет ничего, кроме страстного секса, почти никаких чувств. Почему почти? Потому что есть симпатия, она мне нравится, и мы оба на волне какой-то депрессии, судя по вчерашним нашим разговорам за бутылкой вина и виски. Если я все никак не могу найти себя после смерти Тори, то Грейнджер, похоже, несчастна в браке с Уизли. Пусть она ничего так и не сказала об этом, но, судя по всему, это так. Так что я вполне могу встретиться с ней снова и поцеловать ее еще раз? Мы уже прошли с ней рубеж Магической войны, где я остался для нее «Хорьком», а она «Грязнокровкой». Уже лет как 6-7 мы коллеги, руководители двух департаментов Министерства. Оба держим руку на пульсе жизни магического мира и пытаемся отладить систему. Пробиться на такую должность мне, конечно, было тяжело, мне и сейчас то нелегко. «Сын Пожирателя Смерти» — несмываемое клеймо. До сих пор за моей спиной об этом говорят, есть и те кто говорит мне это прямо в лицо. Ну что ж поделать, мне нужна эта работа, и я согласился все это терпеть, так что идти вперед и только вперед. Вначале я думал, что Грейнджер то точно все дается легко, карьера уже в кармане, как-никак героиня войны, да и мозги у нее есть, с этим не поспоришь. Но, чуть ли не ночуя в Министерстве, я замечал, что Министр не единственный, кто «любит» задерживаться. Она действительно отдавала работе душу и для меня не стало откровением, когда я нечаянно подслушал разговор Министра о том, что он хочет выдвинуть Грейнджер на пост своего следующего преемника. Интересно, что об этом думает ее муж? *** Декабрь (Гермиона) Обычно Малфой всегда просыпается раньше меня, но сегодня, похоже, станет исключением. Никак не могу привыкнуть называть его Драко даже в мыслях. Я и Малфой, кто бы мог подумать, что мы можем быть вместе как пара? Думаю, многие думали и думают, что мы так и остались врагами со школьных времен. На самом деле это логично, ведь все, что с нами произошло тогда, действительно разделило нас. Не складывается только то, что «Пожиратель» пришел работать в Министерство магии, чтобы отбелить себя и мы стали коллегами. При чем, на собраниях мы часто поддерживали идеи друг друга, это было самое странное время. Очень странное. Но мне и вправду нравились его мысли, планы и проекты. Он ко всему подходил конструктивно, опирался на факты и, представляя очередной проект или высказываясь о чем-либо, всегда опирался на что-то существенное. Если бы это говорил не Малфой, возможно, на собраниях его поддерживали бы многие. Но репутация есть репутация. Итак, что мы имеем? Коллегу, с которым выпили немного в магловском кафе и нечаянно стали любовниками. Малфой, кстати говоря, оказался романтиком: завтрак в постель, пусть и не готовил сам, но принес. Ужин в Париже, ночь в отеле с панорамным окном и видом на закат. И, конечно же, постоянные цветы. Все то, чего не было у нас с Роном. Возможно, в этом была одна из наших ошибок? Мы с Роном слишком «по-домашнему» чувствовали себя друг с другом. Если подумать, те же цветы. Что я ему однажды сказала? Кажется, что-то вроде: «Не нужно тратиться на них, они ведь все равно завянут, а я и так знаю, что ты любишь меня.» Как оказалось, мало знать, надо постоянно чувствовать. То же касается одежды, наших походов в кафе, рестораны, всего, что касалось нас двоих. Нам не хотелось «париться» друг для друга, проще было думать, что мы хорошо друг друга знаем и поймем. Казалось, мелочи, мы не обращали на это внимания. А теперь перед каждой встречей с Малфоем, я стараюсь выглядеть лучше: новое белье, новая блузка, платье, косметика. Мне захотелось быть привлекательней и практичность прогнулась перед желанием казаться красивой, желанной для него. Неужели я не ценила саму себя? Я страшно запустила себя рядом с Роном? Нет, это не так. «Не так», — думала я, смотря на спящего Малфоя. — Что же мы будем делать дальше, Драко? — тихо произнесла я, коснувшись его мягких платиновых волос. Он сонно открыл глаза, прикоснулся губами к моему лбу и сказал: — Проведем еще один прекрасный день, госпожа Министр.