Два одиночества

Луна закатилась за тундру, разлился тусклый, но уверенный солнечный свет, - и лучи, преломлённые во льдах крепости, зарядили Снежному королю в лицо. Криомант нагнал тучи, чтобы ливневый снегопад устранил недоразумение и присыпал тонким хрустящим слоем грани башенных зубьев. Закладывался фундамент палат, медленно, но стабильно; Ледологу нечего было компенсировать помпезностью или размерами. Сходу терем не отличался от тривиального высокогорья, но, успокаивал себя Криомант, лишь на стадии очерчивания его площади. Не представляя в деталях того, чего требовала его душа, он стоял на заснеженном склоне через пропасть от котлована и сооружал голубые стены, сносил, возводил по новой, примерялся, выбивал окна. Если находил решение единственно правильным, наколдовывал мост и уже, подойдя по нему, как по подмосткам, ближе, конструировал пол и планировку почивален. Раздумывал, чем в царстве одной замёрзшей воды украшать оконные проёмы и ворота - и нужно ли оно вообще, не обратиться ли ему к простецкому, безыскусному минимализму. Козы заглядывались на его хоромы, скакали рядом, отпрыгивали от частиц магии - а какие-то из них ныряли в голые комнаты с той стороны и забивали их своим многочисленным обществом. Ледолог не смел их выгонять и потому терпел их мурлыкавшее, пушистое, бодливое стадо; мечтал гуманнейшим из путей добыть с них шерсть на ковры или картины. Даже ставил посреди залов колонны для узких полотен или, на худой конец, флагов. Сиживал ночами в крепости, занимался переходами между этажами, весело скользил и сшибал коз в качестве мести, любовался в открытые окна на туманное небо и снежинки. Посмеивался над идеями воткнуть куда-нибудь сундуки, если уж игроки атакуют его в следующий раз. И ковровую дорожку им выстелить... И чем наполнить сундуки - снежками, драгоценным синим льдом, вёдрами со снегом? Артефактом или магическим оружием скрипты Ледолога обделили, и приходилось выпутываться. Он сходил за рыбой, вспомнил об изумрудах во глубине пещер - потоптался возле месторождения и догадался взбесить крипера, прихватил алмазов... Приветил бы гостя как зомби, истомившийся одиночеством и жаждущий объятий, подразнил бы его боем рядом с сокровищами - и взял бы реванш, рассыпал его инвентарь прямо над каньоном. И заметил однажды у подножия пика, недалеко от выхода из шумной и тёмной пещеры, с отголосками робости в движениях и осанке - ведьму. И сбежал по мосту в терем без крыши, на его полностью обнажённый последний, пятый этаж с рожками-балконами, что должны были стать основаниями лестницы, ответвлениями. Козы бормотали в основном на втором и первом - и привлекали колдунью; она вскарабкалась, заюлила около входа и, вероятно, проникла. Она шла не как воительница, воровка, а как случайная туристка, в которой ещё теплился страх нарваться на чей-то гнев. Криомант обошёл мансарду; от его волнения закружилась лёгкая вьюга и подняла его плащ. Шляпница, похоже, задумалась - и крикнула. Её голос потерялся во льдах и свисте метели, Ледолог спустился в болезненном, рисковом прыжке. Побоялся произнести хоть одно слово, хоть междометие; не перед странницей, ожидаемо вредной, а в собственных, недостроенных чертогах. -Есть кто-нибудь? -Есть... -Покажитесь! Я пришла без войны, вреда не причиню! - визгливо пробухтела она из-под двух этажей. Криомант испугался; почёл свои прятки за ещё более невежливое отношение и, чтобы обратить на себя разом всё внимание ведьмы, снова вылетел с лестничного пролёта и ударился о пол. Успокоил жестом, быстро поднял глаза на её, зелёные, как у заклинателя, как у торговца. - Я Рин. - А я Хади... - шепнул он, суетливо бегая взором по стенам в ожидании её вопросов и не зная, что предложить. Первым он диалог бы ни за что не начал; в его обыкновении было наблюдать за гостями издали, пропуская своей дорогой и иногда обороняясь. У Рин сложилось впечатление, что они оба не хозяева этих руин. Она отвлеклась, убрала руку за спину - и швырнула в Хади зелье регенерации; эхо его пронзительного, грубого крика запутало ей разум на полминуты. Криомант не смог отряхнуться от спиралей, завопил ещё. -Я... я ничего не сделала! -Ч-что это?! - Его не покидали мысли об эвокере и его клешнях из-под земли. Он замер, осознал, что с ним всё хорошо, и собрался с духом, обосновал в двух словах и со страшными запинками, что ему не понравилось. Трусливо проследил за бегом изумрудных зрачков, встряхнул головой ещё - спирали не исчезли. -Не паникуй, я тебя вылечила. Ты живёшь здесь? -Угу. -А сколько здесь ярусов? - прошлась она по зале. - Красивый сверху вид? Ландшафт, открывшийся ей с неогороженного балкона, утешил крупицы её надежд. Пока она вертелась на самом краю и отгоняла снежинки от носа, Криомант прогуливался рядом, унимал дрожь и хихикал над тем, как колючая метелица теребила шляпу Рин. Нервно доставал подзорную трубу и убирал, не успев раскрыть или одолжить подруге; изредка наводил её, полуразложенную, на ближние пустыри, расщелины - и ненароком на ведьму. Фыркал от надоевших осадков, опирался на низкие несущие столбы, всё больше увлекался изучением окрестностей, придерживая ведущую руку другой, трясущейся так же. Чуть не выскользнул, взяв на прицел игрока в сапогах под ледяными сводами, без брони, но в сопровождении двух волков. Рин окликнула его, но Ледолог не услышал. И потому что рассчитывал, откуда на человека могут сбежаться кричащие козы в отсутствие их властелина, и потому что крепчала зловещая, гибельная вьюга. "Я помогу?" - и звякнуло стекло. Труба исчезла из рук Криоманта, он обернулся. Шторм взбил мантию и отрезал его от ужасённой Рин; только красные глаза сверкнули в рябящем тумане, прежде чем утонуть в уже рукотворном порыве ветра. Ведьма не удержалась на льду, хлюпнула каким-то зельем и, когда метель растворилась вместе с потоком тёмных частиц, уже покинула крепость навсегда. Криомант без особого проку побегал от спиралей, не углядел игрока через трубу - и как очнулся. Осмотрел все подвластные ему территории, рассердился из-за неуёмного ненастья, так что чуть не блеснула молния в придачу, не обнаружил и кончика чёрной шляпы; вовремя затормозил перед пропастью, чтобы не кинуться вслед. В эффектах он вовсе не разбирался, - но не ожидал смерти. Вряд ли новообращённая подруга, видя зреющую ярость, захотела уничтожить её вместе с Ледологом... Что тогда, нечто полезное в грядущем бою? против неё же, против заботливой Рин!.. Снежный король заставил себя прекратить судорожный марш, снова оглядел местность, ленивым взмахом начал спокойный, тяжёлый, скорбный снегопад, что на века зарыл бы выпавший с ведьмы дроп, и скрылся на четвёртом этаже. Чуть он шагнул на ступеньку, иссяк эффект невидимости, и вялые, но решительные прыжки колдуньи в рыхлом снегу возможно стало заметить и слепому.