Часть 4

Конец ноября Рон сидел на кухне за столом, ему хотелось выпить. Но полчаса назад в порыве гнева он разбил принесенную бутылку виски. И сейчас смотрел на коричневую лужу и думал, стоит ли применять восстанавливающее заклинание? — Она ведь уже разбилась. Почему никто не придумал, такое же заклинание для них? Чтобы можно было склеить их отношения с Гермионой? Придумали же злополучные зелья привората. Будь все так просто. Рон снова вернулся взглядом к бумагам на столе и взялся за перо. Ему нужно просто расписаться тут и тут, в двух местах, рядом с подписью жены. И она станет просто бывшей женой. — Ну давай же Рон. Поставив первую подпись он не сразу сообразил, почему глаза заволокло пеленой. Оказалось это слезы, он шмыгнул носом и попытался проморгаться, не очень помогло. — Раз нет виски, выпью воды. С этой мыслью он встал и не смог найти кувшин глазами, пришлось набирать воду прямо с крана. Не успев поднести стакан к губам он вспомнил, что сам разбил злополучный кувшин недавно. Тоже в пылу гнева. Двумя днями ранее. - Рон, привет! Ты не занят? … Я бы хотела с тобой поговорить, — спускаясь с лестницы встретила его Гермиона. - Да, давай поговорим, — вместо приветствия, повесив куртку сел в кресло Рон, а Гермиона на диван. Их разделял только стеклянный столик с тем самым кувшином и маленьким комнатным цветком. Когда Рон съезжал с этого дома, новая владелица на радостях, что остаются не только комнатные цветы но и вся мебель, рассказала о свойствах этого замечательного цветка. Цветок в горшке назывался китайской розой. Он по ее словам оберегает брак от конфликтов и негатива, улучшает взаимоотношения, обычно его ставят в супружеской спальне, а не в зале. Тогда Рон так и хотел ей сказать, что все это полная ерунда. Этот чёртов цветок пережил достаточно ссор, чтобы не олицетворять никакой мало-мальски оберег брака от конфликтов. Как раз таки наоборот в спальне они не кажется ни разу и не ссорились. Это если что, для заметки цветочникам. Но он сдержался. - Рон, мы с тобой уже говорили об этом. Повторять снова, что и почему я не хочу, ты и сам все знаешь. Мы пережили с тобой многое, но нам нужно двигаться дальше и лучше… и лучше сделать это раздельно. Кхм… Адвокат уже подготовил бумаги, он отправит их почтой. — Голос Гермионы немного дрожал, с какой бы уверенностью она не старалась говорить, снова заводить этот разговор было испытанием. Ей хотелось сохранить хоть что-то от хрупкого мира который скоро рухнет между ними. Она вскоре станет редким гостем для четы Уизли, возможно они вообще не захотят больше ее видеть, но все же в это мало верилось, ведь они душевные люди которые все понимают. Им с Роном будет неуютно находится вместе в гостях у Поттеров. Они будут стараться не сталкиваться, из-за чего Гарри и Джинни будет неловко. - Рон, — она посмотрела ему в глаза, сжимая руки в кулачки, — давай закончим это? Уизли молчал, Гермионе было не по себе. — О чем он думает? Почему молчит? — в голове казалось было пусто, либо мысли проносились слишком быстро чтобы их понимать. Когда тишина стала гнетущей, Рон наконец заговорил не глядя: — Как давно ты мне изменяешь? — он все же посмотрел на нее, — Это из-за него у нас все так сложилось? — слова прозвучали как обвинения. «Из-за него? Он знает?» — мысли которые ранее неслись со скоростью света, наконец то стали доступны для восприятия. Гермиона хотела оставить в тайне отношения с Драко, в конце концов это было секретом, никто о них не знал, только Гарри. А он пообещал молчать ещё до завтра. Ей пришлось приложить не мало усилий чтобы уговорить его снова. Даже думала применить заклятие. Остаётся одно, Рон узнал об этом как-то сам. - Нет, — только и ответила она. Рон казался на первый взгляд собранным, но если присмотреться казался опустошенным. — Что нет? Как давно Гермиона? - Нет, это тут не при чем. Рон откуда ты взял … — договорить он не дал. — И как давно я стал рогатым дураком? - Рон, — она не нашла слов чтобы продолжить и замолчала, она чувствовала что он готов взорваться, как это обычно бывает. - Просто скажи, как давно ты наставляешь мне рога?! Стук с которым он поставил стакан, отрезвил Рона, этот разговор … хотелось его совсем забыть. Но воспоминания так и лезли в голову. - Ты снова об этом вспоминаешь? — разговор уже достиг своего апогея и они оба уже были на ногах. - Я никогда не смогу забыть твою измену Рон, — Гермиона пыталась взять себя в руки. Это было всего раз, сто лет назад Гермиона! Она опоила меня приворотным зельем! Я уже устал объяснять тебе одно и тоже, раз за разом! — орал Рон. - Черт, — Уизли выпил стакан воды залпом. Это вспоминать тоже не хотелось. Возможно стоило разобраться в той ситуации полностью и посвятить во все детали Гермиону. Надо было послушать Гарри, стоило сдать анализы на приворотное зелье и арестовать эту чертовку Дейзи. Возможно тогда, их отношения можно было спасти. Но теперь… осталось поставь только вторую подпись, — подумал он, снова посмотрев на бумаги. - Получается Гермиона так и не поверила, что Дейзи опоила меня любовным зельем? И я переспал с ней только по этому, я даже не помню ничего. Эта дрянь хорошо воспользовалась своим положением, Рон взял ее помощницей в магазин. До сих пор он и Джордж вспоминают ее содроганием. Если бы не Гарри, возможно в конце концов она отравила бы их обоих. Стоило послушать друга. Если бы Гермиона тогда не промолчала и он дурак, не закрыл на все глаза. Как их Джорджем развела эта паршивка, в конце концов это из-за них Джордж разошелся с Анжеликой. А он думал, что их отношения с Гермионой крепче отношении брата. Но что оправдываться, поезд упущен, бутылка разбита. Рон с уверенностью сел за стол, поставил вторую подпись и взялся за второй экземпляр договора. Он видел их вчера, Малфоя и Гермиону. Возможно это стало последней каплей для него. Да, было сложно поверить, что любовником оказался Малфой, это прям удар под дых. Вчера Гарри открыл ему на все глаза, Гарри у которого закончилось терпение. Он просто назвал адрес, примерное время, вручил какое-то зелье и выдал ему мантию невидимку. А потом сказал: - Это поможет… Не приходи ко мне пока не разберешься, пока действительно не разберешься Рон. Хватит ходить вокруг да около. Рон примерно представлял что там увидит. А что он мог там еще увидеть? Свою жену в чьих то объятиях. Боясь ненароком не убить там обоих, Рон все же определил что за зелье ему дал Гарри и подумал, какой у него предусмотрительный друг. Сперва Рон увидел Малфоя, он сидел за дальним столиком, ухоженный, чисто выбритый, причесанный, в рубашке с закатанными рукавами, его пиджак висел на спинке. А только потом появилась она. Гермиона вышла из дамской комнаты и села напротив. Малфой подлил ей вина, что-то сказал, она ему улыбнулась и они выпили. У него не было совсем никакого желания подходить к ним и слушать о чем они говорят. Он и с этого расстояния видел, что его Гермиона, сейчас вон там, сидя рядом с этим… с этим Слизеринским хорьком просто счастлива. Ее глаза горели как когда-то давно, она улыбалась и смеялась. Боже, Рон был счастлив, что эти двое не заходились прямо тут в страстных поцелуях, а всего лишь невзначай касались друг друга. Это было настоящее свидание и было видно, что его участникам нравится происходящее с ними. Он просто развернулся и ушел. Ему было сложно смотреть на них. Это был конец. Всю дорогу до дома он пытался вспомнить. Когда у них с Гермионой в последний раз было нечто подобное? Но не смог.

***

Декабрь О том, что Гермиона подала бумаги на развод Драко узнал почти сразу. Не зря его друг — Теодор Нотт работал в юриспруденции. Нотт мог не переживать за тайны клиентов, Малфой всегда умел правильно работать с информацией и никогда не подводил его. А тут даже обратился сам. - Грейнджер? Что ты задумал Малфой? — размышлял Нотт, запечатывая письмо с сообщением о том, что мисс Гермиона Джин Грейнджер и Рональд Биллиус Уизли официально расторгли свой брачные отношения.

***

Этим рождественским утром Малфой чувствовал себя счастливым. В его объятиях лежала Грейнджер, теперь только его Грейнджер. Больше никаких рыжих на горизонте. Единственное что его пока печалило, это то, что Гермиона просила сохранить их отношения в тайне. Это было приемлемо и даже необходимо сейчас, он понимал. Пророк итак разрывался от двух главных новостей этого месяца, им даже пришлось выпускать дополнительные тиражи. Все первые обложки магических газет занимала Гермиона. Заголовки пестрили ее фотографиями и гласили: «Новый министр магий Гермиона Грейнджер», «Все тайны нового министра», «Личная жизнь министра магии», "Куда исчез муж министра магии?». В общем все о ней, о ее карьере, о магической войне, о любви двух героев войны и т.д. Про Малфоя там словом не было ничего. Иначе возможно у многих случился бы разрыв сердца от заголовка: «Министр магии и пожиратель смерти состоят в отношениях». Губы Малфоя все же расплылись в ухмылке. — Это все потом, — прошептал он, целуя Грейнджер в макушку. - Мы проспим рождество дорогая, просыпайся! У меня есть для тебя подарок. - Еще немного, совсем чуть-чуть Драко, — умоляла Гермиона, стараясь с головой укрыться одеялом. Она знала, что он не оставит ее в покое.