Арка III. Часть 62. Старые знакомые

      Первое что ощутил Ву Лин по пробуждению — это окружающую его печать, которая и выкачивала из него силы. Он с трудом открыл глаза и в отсвете святищихся иероглифов увидел их создателя. А за его спиной находилось небрежно отброшенное тело Мэнмо. — Гуаньи Сяо? — Признаться честно, попаданец даже несколько забыл о его существовании. О возможной опасности. Не счел «фонового персонажа» за угрозу. Забыл, что вообще-то этот паренёк дошёл до финала турнира и, в принципе, являлся главным кандидатом на должность будущего главы ордена до появления Ло Бинхэ.       Его рука незаметно попыталась пересечь границу техники, но ожидаемо наткнулась на еще одну невидимую стену.       …Он начинал ненавидеть барьеры. — Да. Это я. — В голосе паренька слышалсь нескрывемая обида. — Я доверял вам! Несмотря на все обстоятельсва впустил мастера Ву со спутником в стены моего ордена. Я даже поверил вам насчёт Ло Бинхэ…       Ву Лин просто закатил глаза и перебил только начавшего распаляться заклинателя: — Знаешь, — демон из Бездны, пользуясь ещё оставшийся у него силой, одновременно с началой фразы вытолкнул себя в сидячее положение. — Сказать, что ты дурак можно было гораздо короче.       Любая возможная вина за столь резкий ответ исчезла, когда Гуаньи Сяо своей следующей репликой только подтвердил его аргумент: — Надеяться на то, что люди добры — не глупость!       Ву Лин тяжело вздохнул и осторожно положил руку на рукоятку так и не отнятого у него Хунцзина — ещё одно доказательство того, что для некотрых людей мозг не является жизненно важным органом. Ну, раз один «выход» у него уже был, можно было и потратить немного времени, чтобы «вдолбить» немного мозгов в чужую голову, так сказать, в благодарность: — Нет. Надеюсь на чужую доброту я. А ты в это бесприкословно веришь. Не говоря уже о том, что никто не считает себя каким-то злом. У всех есть «весомые» причины и оправдания для своих действий. — И вы, Скрытый мастер? — В чужом обозначении его «титула» была практически издевка. — И я. У меня вообще оно лучшее: я пытаюсь предотвратить «небольшой» и «неизбежный» апокалипсис. — Ву Лин со сложным взглядом посмотрел прямо за спину своего краткосрочного пленителя.       …Который уже падал на землю от удара когтистой серой руки. Иероглифы печати тут же погасли, делая ещё более заметными светящиеся золотые глаза.       Очень пугающе. Особенно учитывая, что теперь, вне мира сновидений, ци демона кошмаров ощущалсь совсем по-другому. Чище? Более его? Не говоря уже об уровне. Линьгуан-цзюнь? Мобей-цзюнь-младший? Цзюнчжун-цзюнь плюс не хотите?       Тем не менее, это все еще был Мэнмо. Его друг. — Рад видеть тебя в теле. Но ты мог бы и побыстрее: мне уже надоело его отвлекать.       Демон кошмаров на это только хмыкнул, подошёл к нему и подал руку. Когда их ладони встретились, Мэнмо легко поднял его с пыльной земли и заключил в объятья.       Ему в ухо прошептали: — Этот старейшина так испугался. — От него чуть отстранились и посмотрели прямо в глаза, заставив попаданца сощурится от яркого света. — Почему мастер Ву не метнул в этого недоумка свой меч?       Надо признать, несмотря на все ворчание, Мэнмо довольно быстро заметил дискомфорт своего собеседника, понял в чем его причина, и накинул на свои глаза-фонари крайне глубокий капюшон. — Потому что не хотел его убивать. — Ву Лин пожал плечами дав довольно очевидный для него ответ. — Хунцзин умный, но я не был уверен, что ему доступна функция: «несмертельно, но с достаточной силой, чтобы вырубить». Я оставил это на крайний вариант. — Заключающийся в гарантированном убийстве невиновного во всем этом бардаке парне. — И друг Ву был так уверен, что этот демон не убьёт мальчишку? — И лишить меня права на месть? Ты бы так не поступил. — Друг Ву так хорошо знает этого старика. — В низком демоническом голосе слышалась примерно равная смесь недовольства и удовлетворения. — Не старик. — Он тут же снова поправил, как делал всегда, когда замечал подобное неправильное обращение. — Кстати о возрасте, ты ведь понимаешь, что нынешнее поколение заклинатетей дворца Хуаньхуа никак не виновато в твоём пленении? Когда это произошло? Сотни лет назад? Они, вероятно, тогда ещё не родились. — Лин только сейчас до конца осознал, что, пытаясь предотвратить одну бойню, предоставляя демону кошмаров тело, мог случайно вызвать другую, пусть и в меньших масштабах.       Конечно, это не могло случиться с более подходящим орденом, в конце концов их нынешне поколение тоже не невинные агнецы, стоит только вспомнить их взаимодействие с Мобей-цзюнем, однако там были и невинные люди… Попаданец мазнул взглядом по снова вырубленному Гуаньи Сяо.       Мэнмо только недоверчиво покачал головой и уточнил: — Скорее, ближе к тысяче. И друг Ву может не бояться, у этого владыки найдутся более интересные дела, чем пустая месть. — Что-то в данной формулировке показалось Ву Лину странно конкретным, но пока этого было достаточно. — Ага… А теперь нам все же стоит вернуться ко всей моей демонической армии и наконец поговорить с Шэнь Цинцю. — Попаданец устало выдохнул. Ему нужны были союзники. И крапленые карты или некрапленые, это все еще было лучше, чем играть без карт вовсе.       Он сделал шаг назад и снова покачнулся. К счастью, Мэнмо все еще стоял практически вплотную, так что его падение закончилось, даже не успев толком начаться. — У друга Ву истощение ци. — Это было утверждение, а не вопрос. — Угу. — Пробормотал попаданец, невольно уткнувшись в грудь демона. Ему не прельщало постоянное бытье «девой в беде». Даже когда именно он спасал «прекрасную даму».       Поэтому последующее ворчание было совсем не наигранным:        — Нам нужно идти. — Другу Ву нужно восстановиться. — Нет времени, — отмахнулся он и принял полностью вертикальное положение, держа руку на рукоятке меча. — Судя по всему, друг Ву собирается использовать этот клинок, чтобы пролететь весь путь, вместо гораздо более разумного подъёма по дороге? — Хорошое наблюдение. — Попаданец согласился с легкой улыбкой, делая вид, что не заметил иронии в словах своего собеседника. — Это неразумно.       Демон из Бездны начал разражатся. Ему вполне хватало тирана и деспота Ло Бинхэ, не хватало еще чтобы Мэнмо, внезапно, оказался таким же. Он задавил эту не совсем оправданную линию мысли и ответил чуть более нейтрально: — Это не совсем твой выбор. Я и так уже выбился из графика. Линьгуан-цзюнь наверняка уже задаётся вопросом, куда делся его «господин».       Мэнмо устремил на него неодобрительный взгляд, но впечатление было смазано накинутым капюшоном: — Друг Ву ведь понимает, что слуги для владыки, а не владыки для слуг?       Попаданец просто «мило» улыбнулся. Все же, как ни крути, Линьгуан-цзюнь был его слугой очень условно. Как и Чжучжи-лан. Спустя еще полминуты гляделок, демон снов выдохнул и продолжил: — Рассмотрит ли Ву Лин возможность некоторой… помощи от этого друга?       Что-то в этой паузе не понравилось попаданцу и он настороженно уточнил: — Что за помощь? — Этот старейшина заметил, что мастер Ву может забирать и отдавать ци при касании. Как и тот факт, что, благодаря «потере времени», этот демон теперь может восполнить свой запас ци самостоятельно и без невольных помощников…       Ву Лин против воли рассмеялся. Он опять «немножко» забыл, что Мэнмо питался энергией спящих людей и демонов, и, значит, его прошлые волнения были абсолютно бессмыслены. Конечно, оставался вариант рассуждений: «когда меня ебут и я ебу — это совершенно разные вещи», но это уже было натягивание совы на глобус…       Мэнмо терпеливо дождался конца его маленькой истерики и, даже не дернув бровью, так же спокойно продолжил: — И хотя этот старейшина не мог не заметить… реакции Ву Лина на идею передачи энергии, и есть некие коннотации подобного действия, могу заверить, что этот друг не вкладывает никаких дополнительных смыслов в предложение поделиться своей ци. Как друг Ву уже поделился своей.       Попаданец нервно икнул. Он прекрасно знал о каких «неких конатациях» говорил демон: — Это совершенно разные ситуации! Тебя тогда там не было! И это была не совсем моя ци — я скорее выступал посредником при передачи чужой! — Ву Лин! — Мэнмо практически в первый раз повысил на него голос, так что, возможно, он немного слишком громко и бурно отреагировал.       Попаданец с отчеливым щелчком закрыл рот. На секунду ему захотелось согласился, просто чтобы закончить весь этот неловкий диалог, но когда открыл рот из него не вырвалось ни слова. Он не мог. Просто не мог. — Я… Нет. Ты прав, твои слова полностью разумны, однако… — Ву Лин очего-то не смог закончить предложение.       Мэнмо задумчиво посмотрел сквозь него, как будто ведя свой собственный мысленный диалог и наконец сосредоточил на нем слишком просветленный взгляд: — А. Этот демон понимает. Друзья не еда, да?       «Не совсем? Но, если честно, я сейчас готов принять любой метод позволяющий мне выбраться из этой крайне неловкой ситации.» — Что-то в этом роде. — Ву Лин проверил собственные резервы и заключил. — В любом случае, я уже несколько восстановился. Снова.       Мэнмо неуверенно провел когтями по своим волосам. — Если друг Ву так говорит. Но тогда этот старейшина озаботится охраной.       Ву Лин молча кивнул, ступил на меч и подал демону снов руку. Тот эту руку принял, став спереди него. И они наконец покинули этот «подвал».

***

      Это был первый раз, когда Ву Лин чувствовал в полете неловкость. Он очень осторожно дышал в на удивление чистые седые волосы своего друга. Так что когда они добрались до верха, попаданец с некоторым облегчением спустил с меча Мэнмо и разорвал контакт.       И, не замедляясь, двинулся прямиком к камере Шэнь Цинцю, оставив его «слуг» и «нового союзника» знакомиться друг с другом.       Если честно, все предыдущие социальные взамоидействия слишком вымотали Ву Лина, чтобы волноваться о ещё одном. Тем более, у него уже есть план Б. — Тук-тук. — Попаданец вошел в камеру и лишь потом обратил на себя внимание. Шэнь Цинцю поднял на него свои яркие зелёные глаза, отрываясь от… чашки чая? — Можно присоединиться? — Есть ли у этого недостойного Шэня на самом деле выбор в этом вопросе? — На него подняли тонкую изящную бровь. — Не совсем? — Ву Лин даже не замедлился, продолжая путь вперед. — Нам нужно поговорить, но если ты не хочешь, чай я пить не буду.       Светлый заклинатель криво улыбнулся, вздохнул и величественно кивнул: — Тогда присаживайтесь, мастер Ву. — Славно… — Попаданец выполнил чужие «указания» и дождался, пока ему не налили чая в еще одну прежде пустую пиалу. Во время поднятия чайника рукав мужчины чуть задрался оголив запястье все еще перевязанные красным вервием, только теперь не мешающие движениям.       Он отпил и чуть не выплюнул жидкость обратно — предложенный ему чай был ужасно горьким. Он заставил себя сглотнуть и резко отставил пиалу. — Мастер Ву не нравиться кудин? — Шэнь Цинцю с фальшивым сочувствим произнес, демонстративно сделав большой глоток из собственной чашки. — Да-а. — и не сдержал «крика души»: — Как ты вообще это пьёшь? — Элегантно, мастер Ву. Просто и элегантно. — Знаешь, я кажется понял настоящую причину, почему я откладывал этот диалог. — Ву Лин закатил глаза и мрачно подумал, что его действия и слова удивительно часто возращаются к нему бумерангом. Кстати о бумерангах: — Что ж, тогда не буду размениваться на любезности. Ло Бинхэ окончательно сошел с ума и планирует объединить три мира. — И каким образом это проблема этого Шэня? — Первый учитель Ло Бинхэ сделал ещё один глоток чая.       «Действительно, в чем же проблема? Кроме того, что, в некотором роде, именно ты виноват в этой ситуации?» — Демон бы сорвался, если бы у него была на это энергия, а так просто начал перечислять: — Ло Бинхэ уже убил одного своего учителя — Лао Гунджу, — Ву Лин загнул первый палец. — Я поссорился с ним по этому поводу, так что моя «защита» может больше не работать, и, конечно, так как это, в том числе, проблема заклинателей я в любом случае намерен привлечь школу Цанцюн.       Полностью равнодушный на первых двух пунктах, на третьем мужчина тут же вышел из себя: — Не смей!       Демон встретил разгневанный взгляд заклинателя собственным безмятежным: — Вы начали всю эту заварушку, так что будет честно, что вы её и закончите. — Цанцюн тут ни при чем, виноват только этот Шэнь!       Ву Лин снова подавил поднявшуюся волну гнева и вернулся к фактам: — Боюсь, бездействие при таких масштабах тоже действие. И, как я уже говорил, моя карточка «защиты» перестала работать.       Он даже не соврал: Ло Бинхэ мыслил именно такими категориями. Ну или просто хотел причинить как можно больше боли Шэнь Цинцю. Как говорится: пятьдесят на пятьдесят.       Светлый заклинатель еще несколько минут сверлил его взглядом, но его следующие слова были более спокойны: — Этот Шэнь так и не отблагодарил мастера Ву за его помощь, не так ли? — И сейчас уже не за что благодарить. Но если ты все же хочешь помочь избежать объединения трех миров, отказываться не буду. — Попаданец улыбнулся. — Если мастер Ву желает получить союзников в лице заклинателей, то этот бывший пиковый лорд не лучший спутник.       «А… Ну, полагаю, Шэнь Цинцю не был бы Шэнь Цинцю, если высказывал свои причины прямо, вместо того, чтобы вести себя как высокомерный мудак». — Знаешь, ты составляешь где-то треть моего плана, так что я со всем уважением бы не согласился… — Уважение… Мастер Ву, давайте скажем прямо: вам нужна приманка и отвлечение для полудемона.       Ву Лин моргнул. Об этом он не думал. Снова. И мысленно захныкал:       «Что со мной не так? Я понимаю, что ни один план не идеален, но почему буквально каждый встречный вносит в него существенные и полезные дополнения?! И не говорите об их опыте! Или допустимости. Или этике… Особенно если они сами предлагают!» — Это только где-то половина причины! — Не краснея уже не соврал попаданец. — И я все ещё считаю, что ты мог бы помочь в переговорах со своей школой! А другие… — Ву Лин махнул рукой. Шансы встретить кого-то отдалённо полезного не в Цанцюн были прискорбно малы. — Мастер Ву ведь помнит, что этого Шэня признали виновником в убийстве лорда Лю? Главы пика Цанцюн. — Ну, они же работали с тобой после этого «преступления» лет пять, так что ничего не поменяется… — Попаданец протянул с отчетливым сарказмом. Лицемерие местных заклинателей, если чуть прищуриться, было даже забавно: «Мы думаем, что наш «брат-лорд» преступник, поэтому мы будем осуждать, но пользоваться его талантами. Однако если об этом скажут другие без каких-либо дополнительных доказательств, мы тут же отвернемся и скорчим удивленное лицо, будто слышим об этом в первый раз!»       Зеленые глаза внимательно осмотрели его лицо, задержались на мече, потом на отставленной чашке, и заклинатель спросил: — Что будет потом с этим Шэнем? После победы?       Ву Лин удивленно поднял брови: — А ты оптимист, по поводу победы то есть… Опуская тот факт, что формально я никакого отношения к этому решению не имею… — Шэнь Цинцю бросил на него очень говорящий взгляд, — Я же сказал, опуская! Так вот — мне все равно. Хочешь — возвращайся в эту камеру, не думаю, что тебя из неё кто-то выгонит, хочешь — в секту, — и пробормотал про себя. — Хотя я бы посоветовал все же организовать лучший контроль над обучением. — Вера мастера Ву в этого Шэня поражает… — Как я уже недавно высказывался: беспрекословная вера для идиотов. — Задумчиво протянул попаданец и добавил чуть более твердо: — Если нужно, я сам буду проверять. И я, вероятно, в любом случае сделаю именно это. Просто чтобы исключить любые повторения. — Тогда, раз все потенциальные вопросы решены, этот Шэнь, разумеется, поможет. Не то чтобы это был выбор на самом деле, не так ли?       И снова Ву Лин слишком устал для игры в скромность или заботы о риторичности прозвучавшего вопроса: — Да. Но спрашивать все равно вежливо.       Наступила неприятная тишина. — Полагаю, у этого Шэня с мастером Ву слишком разные понятия о вежливости. И, думаю, это момент, когда этого Шэня освобождают от пут. — Конечно. — Ву Лин достал Хунцзин из ножен и в качестве запоздалой мысли добавил: — Кстати, ещё один факт: ты не первый разумный, кого я освободил из здешней тюрьмы.