Утро.

      Девушка проснулась поздним утром. Солнце на улице уже во всю светило и пекло, что говорил о самом разгаре дня. Но сквозь плотно зашторенное окно не мог пробиться ни один луч тёплого света. Серафима нехотя привстала с тёплой постели и приняла сидячее положение. Сколько сейчас было времени? Она точно не знала, но по своему состоянию ей было не сложно догадаться, что часы показывали где-то час дня. Девушка потёрла бледной ладонью голубые глаза (вредная привычка, но как есть) и встала с кровати, что так не хотела её отпускать. Фима поправила смятую за время сна футболка, что была ей чуть выше колен, и направилась на кухню. В доме стояла тишь, лишь слышен был топот босых ног. На кухне как всегда было чисто, просторно и светло. Девушка слегка нахмурила глаза от дневного света. Амели (это было второе имя девушки, данное ей ещё до её рождения) поправила лохматые после ночи волосы за уши и направилась к настенным шкафам, где стояли всякие заварки, крупы и тому подобное. Взяв из всего прочего баночку, что всегда стояла с краю, Сафи открутила крышку и вдохнула сладкий аромат. Родной запах любимого чая сразу поднимал настроение. Девушка, вяло передвигая конечности, заварила напиток, что был очень насыщенного, темно-красного цвета, и села за стол. Серафима сделала глоток горячего чая и задумалась, смотря в окно на яркий летний пейзаж. Её всё так же клонило в сон, а тело, как и голова побаловало. И это всё после крепкого, долгого сна. От чего же так?        Обычно, хороший сон оборачивается так неприятно для девушке в двух случаях: если она поздно легла спать, и если ей снился очень яркий сон. В нашем случае подходили два варианта. Фима и правда поздно уснула. Увлекшись новой книгой она совсем позабыла о времени и просидела допоздна. А сон… Чёткие сны утомляют девушку за ночь, и на утро кажется, что все события из её головы пережила она сама. Ей к этому не привыкать, но почему же сегодня это сновидение казалось ещё ярче, ещё утомительнее чем обычно? Амели начала трепетно перебирать яркие отрывки сна.       Вся ночь, проведённая в царстве Морфея, будто было расписана по отдельным главам, которые чётко отделяла одна ясная черта–смерть. Что-то подобное Фима видела впервые. Бывало конечно, что она умирала во снах. Бывало и не раз, но от чего в это раз, в её собственном сне не было самой Серафимы?       Там было много разных девушек абсолютно ей незнакомых. Все они были с разной внешностью и с разными именами, жившие в разные промежутки времени. Но от чего они казались ей почти что одинаковыми, такими похожими друг на друга? Что-то одно в них всех явно было, но что? Может эта схожесть состоит в том, что всё они умерли не своей смертью? Да, все девушки из её снов были очень юны, и ни одна из них не умерла естественным путём. Одна утонула, другая сгорела в огне, третью убили. И так со всеми.       Серафима постаралась отбросить навязчивые мысли о сегодняшнем сне и быстро допила свой чай. Взяв полотенце, девушка направилась в ванную. Прохладный душ–это то, что ей было сейчас необходимо, дабы взбодриться и постараться больше не вспомнить сюжет этой неприятной ночи в царстве Мерфия.