Экстра 15

В этот раз они ехали в Эребор через Дейл, где в очередной раз сменился король. Ивлин же смотрела на уже взрослого мужчину, которого помнила совсем мальчиком при правление его отца, и несколько терялась. Она жила среди эльфов и сверкающих, что даже не старели не то, чтобы умирали. Так что каждый раз, видя смену поколений людей в Дейле, на нее наплывало что-то вроде какой-то меланхолии. Она была такой же. Была просто женщиной и через лет тридцать уже бы начала седеть и красоваться морщинами в уголках глаз и у губ. А еще лет через двадцать бы в лучшем случае закончила бы свою жизнь. В общем наплывали на нее такие мысли, что в обычные дни давно обходили ее стороной. Но Дейл остался у них за спиной, а уж от него до Эребора было рукой подать. Все те же темные громадные коридоры с переходами на ужасной высоте, все те же полоски света и чаши с огнем, все те же низкорослые сбитые гномы сверкающие и лязгающие доспехами и оружием. Как и раньше они дошли до трона Короля-под-Горой, отдавая равному себе по статусу небольшой поклон. Закончились вежливые расшаркивания и Ивлин удивленно посмотрела на Трандуила, когда по велению Трора вниз спустился гном с небольшим сундучком. Но удивилась женщина не какому-то подарку от гномов, а всей этой сцене. Знакомой сцене, что напоминала ей одну нехорошую ситуацию. Эльф лишь, не отводя взгляда от Трора, сжал руку жены, когда сундучок открыли. На россыпи белоснежных светящихся камней лежало роскошное ожерелье, длинные серьги и пара тонких браслетов. Трандуил кинул взгляд на камни и украшения и все же не сдержал своего восхищения. Трор сам предложил ему этот подарок, узнав о том, что в Зеленолесье готовятся к торжеству в честь годовщины свадьбы короля и королевы. Вежливо или совсем отказаться от такого предложения Трандуил не мог, ведь это могло бы дать повод в расколе гномов и эльфов, чьи отношения и так были не самыми лучшими. И он согласился, обговорив несколько важных деталей, но все же не мог избавиться от своего прошлого опыта, где ему было дерзко отказано в похожих украшениях. Вот и сейчас он сделал шаг вперед, подводя жену ближе к обещанному подарку. Ивлин также не сдержала тихого восхищения ювелирной работой гномов, что попытались выдержать эльфийский стиль, отказывшись от громоздких цепей и оправ. Чародейка сжала руку мужа и посмотрела прямо ему в глаза. «Они откажут нам, не так ли? Подразнят, а потом попытаются прищемить наши пальцы, обвинив в не проявленном должном почтении» — передала по осанвэ Ивлин. Трандуил лишь улыбнулся, но чародейка видела хитринки в его глазах. Женщина поняла, что эльф знал. Знал, что гномы только и ищут повод, чтобы разорвать с ними все связи. И тем больше недовольства Ивлин чувствовала из-за того, что подземный народ выбрал именно этот повод. Ее свадьбу. Их годовщину с Трандуилом. Они собирались опозорить ее мужа перед ней же и его подданными. И при чем выйти сухими сейчас у них не получится. Откажутся от украшений и их обвинят в предвзятости и ненависти к гномам, а согласятся, так у них из-под носа тут же уберут эти «дары», сославшись на их же неуважение к Трору, что приподнес им такой дорогой подарок. «Извини, любовь моя. Я не желал, чтобы украшения тебе стали камнем раздора» — искренне извинился Трандуил, который также прекрасно понимал всю двоякость ситуации. «Ты не виноват, Трандуил. Не ты. Они» Весь их небольшой диалог длился не более двух секунд, а потом сначала Ивлин, а потом и Трандуил подняли взгляд на Короля-под-Горой. — Это изумительная работа, король Трор. Ваш дар нам прекрасен, — абсолютно искренне сказала Ивлин. Она не кривила душой. Украшения были великолепны и это стоило признать независимо от того, что будет дальше. В любом случае у Трора не получится уязвить ни ее, ни мужа. Трандуил первый протянул руку, а Ивлин не моргая смотрела как пальцы эльфа касаются ожерелья. Но стоило руке эльфа чуть уйти назад, как крышка сундучка оглушающе хлопнула в стоящей вокруг тишине. На единое мгновение все, видевшие эту сцену, застыли. Трандуил поднял ледяной и безразличный взгляд на Трора, а гном без лишних слов лишь усмехнулся, глядя в лицо королю эльфов. Торин резко и недоуменно посмотрел на деда, а Траин покрепче сжал руки на поясе, не показывая такое яркое неодобрение, как его сын. Трандуил же резко развернулся, когда Ивлин мягко остановила его, положив руку на плечо. Чародейка легко улыбнулась мужу, а после обернулась к гномам и изгиб ее губ стал более хищным и насмешливым. — Вы сами предложили моему мужу эти украшения и камни в дар в честь нашего праздника, а сейчас при свидетелях не сдержали своего слова и  оскорбили своим поведением в нашем лице весь народ Зеленолесья, — сказала Ивлин, чей голос, усиленный магией, разошелся далеко по коридорам Эребора. — Эти украшения вы делали для меня и никто кроме меня отныне не сможет ни дотронуться до них, ни даже взглянуть. Под ее конечные слова по сундучку в руках гнома прошла волна света, намертво запечатывая белые украшения. Трандуил повернулся к Трору и теперь уже на его губах появилась усмешка. Гномы застыли на месте. Многие из них знали о решении своего короля в отношении эльфийского владыки, но никто не ожидал получить достойный укол в ответ. — Мне жаль, что алчность окончательно вытеснила вашу доброжелательность. Все это Ивлин сказала с самой милой улыбкой, но холод ее взгляда никого не мог обмануть. Трандуил не мог перестать улыбаться, наслаждаясь видом своей жены, ставящей на место зазнавшихся гномов. Ивлин на последок пренебрежительно повела плечом, переплетая пальцы руки с рукой мужа. Они молча развернулись и более не оборачивались на гномов, что кажется начали выходить из ступора. Перед Трандуилом и Ивлин открылся портал и стоило им и страже уйти в него, как Трор вскочил с трона. Но не успел гном ничего сказать им в спину, как с звонким треском Аркенстон выпал из крепления на спинке трона и покатился по отполированному камню. Еще секунда и Трор, забыв про эльфов и чародейку, кинулся за камнем, успев поймать его до того, как тот полетит в бездну шахт. Но гном застыл, когда осматривая свою великую ценность, увидел маленький скол, от которого пошли трещинки. Король-под- Горой с ужасом смотрел как медленно через этот изъян выливается свечение, покидая камень и необратимо пропадая в пространстве.

***

Празднество шло полным ходом. Зеленолесье радушно принимало у себя гостей, а Лесной дворец утопал в цветах, радости и музыке. Много эльфов и людей съехалось в Мирквуд, желая побывать на таком знаменательном событии в жизни не последних персон этого мира. Король Трандуил и королева Ивлин праздновали тысячелетие вместе. Целая эпоха процветания Зеленолесья, значимая для каждого лесного эльфа. Народ Эрин Ласгален не просто обожал, он боготворил своих правителей в лице беловолосого короля и его жены чародейки. Ивлин же не могла перестать улыбаться и пусть скулы уже сводило, но она просто не могла никак приглушить ту радость и любовь, что росла в ее сердце. Они с Трандуилом принимали многочисленные поздравления и подарки, наслаждались танцами, песнями и музыкой. Столы ломились от обилия яств, а вино лилось нескончаемой рекой. И празднеству эльфов и людей вторил и лес, цветя и благоухая неувядающей красотой. И само собой разумеется, что праздник длился не один день, а уж на твердых ногах до самого его конца никто не остался. Ивлин и Трандуил меняли наряды каждый день. В первый день они практически повторили их свадебную церемонию в Дол Гулдуре даже вплоть до нарядов. Второй день ознаменовался танцами истинно в эльфийских традициях, но если многие представляли себе это как наискучнейшие зрелище в жизни под зывавыние арф, то после сидели с упавшими от шока и удивления челюстями, смотря на веселых эльфов, что водили невозможные хороводы и их прыжки через вечерние костры. Третий день же Трандуил и Ивлин показались в насыщенно зеленых нарядах, вторящих таинственной зелени древнего леса. Как повелось ветвистые короны обоих в тот день были украшены мелонами, а чародейка красовалась набором ярчайших рубинов насыщенного вишневого цвета, что так необычно контрастировали с зеленью ее наряда. Впрочем и Трандуил добавил к своему наряду брошь и перстень с рубинами, а также заставил все столы глубоко красными пионами. Салюты, игры, танцы, песни, пляски все веселились как могли и как умели, пропитываясь беззаботной и счастливой атмосферой праздника. Людей не нужно было особо тянуть веселиться, а вот эльфов Лориэна и Ривенделла пришлось потормошить. Впрочем их сородичи из числа лесных эльфов быстро взяли в оборот скучающих или стесняющихся соседей, а уж дополнительный толчок им дала сама Галадриэль. Владычица Лориэна без всяких пауз и неловкостей избавилась от туфель, босоногой направлясь прямо в центр одного из хороводов, уводя за собой Келеборна, что также был совсем не против скинуть лишнюю мантию и насладиться танцем с возлюбленной. И никто не ушел с праздника недовольным или огорченным, навсегда запомнив то, как могут праздновать эльфы.

***

— Ты нечестно играешь, ion-nin, — недовольно заметил Трандуил, смотря на Леголаса лучшим из родительских взглядов. Но напротив него сидел уже не маленький эльфенок, попавшийся на шалости, а более чем взрослый эльф лишь польщенно улыбнувшийся на комментарий отца. Леголас проказливо сдвинул ферзя, ставя шах королю, еще шире улыбаясь, слыша недовольный вздох Трандуила, что проигрывал в шахматной партии. — Не я считываю твои мысли, ada, — весело улыбался Леголас, складывая руки на груди, ожидая следующего хода от короля. Трандуил лишь еще раз вздохнул и посмотрел на спину Ивлин, что в это время занималась наброском очередного наряда. — Даже не смотри на меня, родной. Лас прав, — откликнулась Ивлин, не отрываясь от своего занятия. — Кто научил тебя этому трюку? — полюбопытствовал Трандуил, уводя своего короля с линии огня. — Сверкающим хочется иметь хотя бы какие-то секреты от Эдварда, — усмехнулся Леголас, прекрасно понимая в этом подданных Дол Гулдура. — Тебя научила Таня, не так ли? — вроде безразлично, но одновременно с подначиванием спросила Ивлин. — Да, nana, — признал Леголас после того, как пережил секунду потрясения. — Я думал, что только adar имеет дурную привычку чтения мыслей. Как вы живете друг с другом? — чуть ворчливо добавил принц. — У нас нет дурных привычек. И я люблю твоего отца, — отозвалась Ивлин. — Это лишь любопытство, Листик. Тебе шах и мат, — усмехнулся Трандуил, переигрывая сына, что взирал на доску с немым удивлением. Старший эльф встал, разминая ноги, после напряженной, но такой увлекательной игры с сыном, а потом подошел к чародейке, оставляя долгий поцелуй у нее в волосах. — И я тебя люблю, Ив. Больше жизни, — обняв чародейку за плечи, искренне прошептал Трандуил. Ивлин лишь с довольной и счастливой улыбкой повернула голову к мужу, а того не надо было просить, чтобы тот остановился на ее губах в поцелуе. — И все равно ты играл нечестно, — проворчал Леголас, давно не смущаясь поцелуев родителей при себе. — Но я выиграл, — невозмутимо заметил Трандуил, выпрямляясь, но не убирая рук с плеч жены. — И это было нечестно, — указал еще раз Леголас, просто подначивая отца. — Ты также обманывал меня, — закатил глаза Трандуил, припоминая сыну его ложные ходы и стратегии, которые тот выдвигал на передний план в своей голове. — Мы не врем, adar, — невинно усмехнулся Леголас, имея в виду эльфов в целом. Трандуил также хитро улыбнулся, продолжая у себя в голове эту фразу за сыном. Когда-то давно Ивлин охарактеризовала ею хитрость эльфов и с тех пор эти слова часто повторялись в кругу их семьи, как знакомая и понятная только им шутка. — Мы лишь недоговариваем, — усмехнулся Трандуил. — И совершенно не нарочно, — добавила от себя Ивлин, не имея ничего против мудрых эльфов, что были мастерами по сокрытию правды, если не хотели ее сообщать. Трандуил снова наклонился к чародейке, чтобы что-то прошептать ей на ухо, а Леголас уже открыл дверь, чтобы покинуть покои родителей, которые опять забыли об окружающем их мире вблизи друг друга, когда нахмурился, вслушиваясь в ветер. Окно тревожно звякнуло при более резком порыве августовского ветерка, а принц оглянулся на родителей, не зная показался ли ему глухой звук или нет. Но Леголас понял, что не ошибся, когда отец и мама также напряженно застыли. Окно продолжало позвякивать от все усиливающегося ветра, а глухие хлопки стали явственно различимы. — Я убью гномов Эребора, — мрачно сказала Ивлин, откидывая набросок и карандаш. — С-с-сначала дракон. Потом гномы, — также поддержал тон чародейки Трандуил, полностью разделяя ее желание в этом. Леголас же нахмурился, готовясь к неизбежности, что стремительно приближается к Зеленолесью. Дракон, что летит к Эребору, все-таки стал реальностью.