3.

      Нет, это уже точно не смешно! Я не могу потерять месяц своего времени. Столько проектов еще не закончено. Пусть сейчас отпуск, но у меня все время расписано. Да и не только. Дедлайны горят, жопа горит вместе с ними. А они мне все поголовно твердят об операции. Да, не спорю, зрение испортилось, но я просто куплю другие линзы и все. За месяц в темноте я просто сойду с ума. Хотя месяц — не такая большая цена в сравнении с оставшейся жизнью. Да кого я обманываю? Я же натурально сойду с ума. Просто потому, что мне будет нечем заниматься! С другой стороны — чем больше я оттягиваю момент-тем тяжелее мне будет его принять. И так уже прошла почти неделя, после визита к офтальмологу, когда Джин-хён запихнул меня туда почти насильно.       Вот уже неделю я не могу взять свою жопу в кулак и решиться на несколько операций. Целую неделю я мечусь по своей студии как подраненный тигр. Опять стал ломать вещи, хотя вроде как научился контролировать свою рукожопость. Мне нужно выйти и изобразить решительность перед остальными. Всегда так делал. А потом заражаясь энтузиазмом мемберов сам верил в хороший исход. Стены студии опять давят. Пойду хоть на реку попялюсь, мысли в порядок приведу, а потом и мемберами можно поговорить.        На полностью нашем, отвоеванном у компании, этаже была шикарная рекреация с видом на реку. Там у меня было излюбленное кресло, и если там не развалился Чонгук, то у меня есть отличная возможность выдохнуть. Но, по видимому, хрен мне по всей роже, а не очередная рефлексия. С каждым моим шагом в ту сторону, все отчетливей доносились голоса всех мемберов. Неужели Чимин, наконец-то приехал? После его приключений в России я уверен, что, на переживаниях, убавил себе жизни еще лет на пять. Сейчас-то он у меня со всем расплатится как следует. Каро же в этот раз у него за спиной нет. Вот, он, засранец. Сидит в своем худи, как всегда запакованный по самые брови. Да и еще и спиной в проход, так что подляны и не заметит.        Резкий захват, и вот уже эта вертлявая змея барахтается у меня в подмышке и тщетно пытается вытянуть свою шею из захвата. Нет, уж, дружочек, ты мне задолжал еще хороший тычок под ребра. И даже не один. Почему так резко стало тихо? Обычно мемберы с гиканьем и смехом встречают такую расправу и глумление, а сейчас замерли и даже вытаращились на меня огромными глазами. Все шестеро. Стоп. Как шестеро? Чимин сидит напротив с абсолютно охреневшим видом. В этом взгляде смешались страх, шок и мольба. Еще и руки вперед вытянул. Я уставился на него как на призрака. А в подмышке упорно пытались вырваться и что-то сипеть.        Разжав руки я выставил их перед собой. Как же мозгов хватило оттянуть остальную экзекуцию «Чимина». Ой чуется, прилетит мне от хёнов… Да и не только от них. Взглядом Хоби можно сваи гнуть. Я даже невольно сжался и попытался слиться с обстановкой. Вот и повеселился, блин, на свою голову.        — Сонсенним, за что? — Просипела пострадавшая сторона растерев шею.        — Я не хотел… — замялся я все так же держа руки на безопасном расстоянии. — Я думал, что это Чимин.        — Ну это явно все объясняет. Не рассмотрел? — Припечатал Юнги-хён. — Чуть девочку не придушил.        — После таких выкрутасов даже не вздумай отнекиваться от операции. Завтра же ложишься в клинику. — Прошипел Хоби так, что все присутствующие сжались еще сильнее.        — Да понял уже. Пойду домой вещи собирать. Прости, Каро, я правда не хотел. Ты слишком похожа стала.        — Все хорошо, Сонсенним, очень рада Вас вновь увидеть! — Улыбнулась девушка. — Может присядете с нами?        — Нет, я правда пойду собираться. Я, собственно и шел, сказать, что готов заняться своим здоровьем.        — Вот и хорошо. Еще наговоритесь, я уверен. Мы как раз и обсуждали твое здоровье. — Ехидно улыбнулся Чимин. Опять гады, что-то придумали за моей спиной. Ладно, отольются кошке мышкины слёзки. Я еще с ними расквитаюсь.