VII.Риск — не равно опасность.

      —Мамочка, наконец-то вы приехали! — радостно выкрикнула девочка, выбегая из-за угла с плюшевым мишкой в одной и каким-то незамысловатым рисунком в другой руках.              —Милая, мы тоже по тебе скучали, особенно папа! , — слегка хихикая, женщина протянула руку к русой макушке девочки, —Он каждый вечер говорил мне о том, как безумно по тебе скучает!       —Где мои самые сладкие и прекрасные девочки? , — голос с лестничной клетки становился всё ближе и громче, и через несколько минут в дверях уютной квартиры, вместе с горой багажа, привезённого обратно в Кортрейк с двух-недельной командировки родителей, показался отец.       Отношения маленькой девчушки и родителей складывались весьма идеально. Их ребенок был словно послан самим Богом, в качестве награды, после всего пройденного вместе. Они клялись уберегать его от всех невзгод, лелеять и быть первым примером для подражания. Девочка же, в свою очередь, до невозможности любила своих родителей, доверяла им и ценила. Каждый рисунок она посвящала именно им, своим родителям, принося его с невинно-детской улыбкой и явно выделяющимися ямочками на щеках. Со временем, в жизни девочки появилась школа. Самая лучшая Интернациональная школа страны, в Брюсселе, казалась мечтой, до тех пор, пока в списках, пришедших на электронную почту, не появились главные пять слов.

      Маргарита Росс зачислена на обучение.

Не жизнь, а мечта. Проблем с обществом, а точнее его отсутствием, у девчушки не было. Она быстро смогла привлечь внимание окружающих своей задорностью, не составив труда подружиться, стать лидером. В средней школе жизнь девочки немного усложнялась. Не было ясно, связанно ли это с бóльшим количеством учёбы, учащенными похождениями с друзьями, по доброте души мамы, или же с новыми кружками, по инициативе отца, но время на это она чудным образом сумела найти. Фортепиано, уроки пения, скрипка — всё то, чем с горящими глазами занималась малышка вскоре. Буквально бредила своим хобби. Родители, несомненно, восхищались успешностью своего ребёнка, время от времени поощряя её. Так проходил год за годом, жизнь счастливой девчушки шла своим чередом. Выпускной, подтверждение среднего профильного образования, мысли о высшем. Всё дороги были свободно открыты для неё. Но. Но всю идеализированную картинку малышки безжалостно растоптал «глава семейства», словно слетев с катушек. Будь ты проклят, патриархат. Каждое его возвращение домой оборачивалось скандалом, оставляя за собой истерически взведённую мать, запуганную дочь, и по-немногу тускневшее представление об идеальной семье. Похвала сменялась на крики и оскорбления, поддержка растворялась в унижении с угрозами, а страх заменял счастье. Малышка повзрослела слишком быстро. Обещания, клятвы, защита — осталось лишь одно лицемерие. И всё тому виной — несчастный алкоголь. Каким-то образом отца потянуло на горечь крепких напитков. Мама боролась, с тяжёлым камнем на душе, с дочерью за спиной, боролась за разбитое счастье, боролась против по очереди возносившихся проблем в ссоры, искала помощи у других. До момента, пока не поняла. Бесполезно. Пока сама не втянулась в этот азарт, что с каждым разом играл в крови, попутно повышая градус. Отгораживаясь от взрослых, замыкаясь в себе, малышка росла, воспитывала себя сама, как могла. Как? Слезами, паническими атаками, ночными кошмарами, сюжет которых повторялся, словно по записи заевшей кассеты. Что творилось с психикой, разумом? Она и сама не понимала толком. Знала лишь одно — как прежде, уже не будет. Останется лишь высокая, крепкая стена, что намертво стояла между девушкой и родителями. Шрамы, на девичьей трепетной душе, сердце, руках. Мысли о том, что легко не будет, прийдётся сражаться, в любом случае, до победного. Не жизнь, а игра. Небольшим спасением ставало обучение и те самые уроки скрипки, в исполнении которых она передавала все эмоции, заглушая моральную боль музыкой.

***

Keep Me — Novo Amor. —Нет, нет… Нет! Быть такого не может, — нервно поматывая головой со стороны в сторону, слегка истерично начала смеяться девушка, метаясь глазами по комнате. —Это какая-то шутка? , — продолжала разговаривать сама с собой Марго, в то время как адреналин в грудной клетке и голове разгонялся всё быстрее. Пол словно уходил из-под ног, попутно унося девушку из реальности. Будто погружаясь в сон. В мираж. Что угодно, куда угодно, только бы не правда. Из ранее разбитого смартфона всё ещё доносился рваный шум слов той, кого совсем не хотелось как ни слышать, так и думать, а уж тем более — видеть. Город засыпает. Ни одной мысли нет в голове. Эхо, да и только. От крайности в крайность. Разрыдаться или… Да. Быстрыми и уверенными шагами девушка отправилась на кухню, на ходу стирая маленькие капельки с, усыпанного явным румянцем, личика. Такого идеального. Почти модельного. Она устала. Она больше не может. Не может притворяться сильной. Достает с верхней полки шкафчика бутылку крепкого бурбона. Странно, ведь по классике, у таких как она, верх — какое-нибудь Каберне-Совиньон, или же сладкое Москато вслед за богатым Шардоне. Напиток по-немногу обжигал гортань, перемешиваясь с соленой жидкостью, кукурузный спирт в составе пьянил и пьянил, распутывая мысли, придавая чувство легкости и непринужденности при лишенном сосредоточенности организме юной. Морщиться от горьковатого привкуса, пьёт через силу. Но иначе не расслабиться. И так — стакан за стаканом, глядя на уже солнечную природнившуюся улочку, на которой всё так же, изо дня в день, кипела жизнь, все куда-то спешили, чем-то занимались, о чем-то разговаривали, смеялись, мечтали. А она... А что она? Она сидела, вся разбитая душевно, пялилась в одну точку на стене, изредка брав тот несчастный сосуд с янтарной жидкостью, время от времени всхлипывая, и мысленно проклиная всех мимо проходящих снизу, счастливых, людей. И всего один тонкий вопрос. "Из-за чего это всё?" Почему она сидит, почти что, как овощь, ругает саму себя, за своё же никчемное состояние, вместо того, чтобы продолжать жить, как все остальные люди, и может быть даже лучше? Почему она не может отпустить и забыть пережитое, начать жить одним днём, да так, "будто завтра не наступит"? Жизнь на то и дана, чтобы пытаться, добиваться, падать, выигрывать, мечтать, исполнять — жить. Марго исключительно существовала. Надо принять веское решение. Поставить на кон. Или всё, или ничего.

Мафия сделала свой выбор ещё задолго до начала игры.