Часть 9

Романтичная обстановка: свечи, камин и две сидящие на диване фигуры. — Ветер, похоже, оборвал провода. — Скоро будет холодно? — Не думаю. Камин хорошо обогревает, система продумана гениальным инженером. — Это ты так себя хвалишь? — улыбнулась блондинка, и её собеседница покачала головой. — Я, может, и гениальна, но в другой области. Этот дом построил мой дед. Дров хватит, чтобы прожить здесь до лета. И запасы еды и питьевой воды на три года. В подвале ещё несколько десятков бутылок вина. — Решила меня споить и соблазнить? — Кларк игриво приподняла брови. — Ну не я же мечтала о медовом месяце, милая. Кларк молча посмотрела на огонь. Языки пламени скользили по дровам, и те отвечали потрескиванием. — Я всегда мечтала сидеть вот так, с любимым человеком рядом, и смотреть на огонь, — призналась блондинка, и Лекса вздрогнула. — Много лет назад я тоже о таком мечтала, — произнесла в ответ Алексия. — Говоришь так, словно уже никогда этого не будет. — Я не умею любить. И всегда только всё разрушаю. — Изумрудные глаза сверкнули в темноте, и Кларк села ближе. Их руки практически прикасались. — Я любила однажды. Давно. Иногда мне кажется, что это было в прошлой жизни. И всё разрушила сама. Кларк молча слушала — ей не хотелось перебивать Лексу. Вудс повернулась к сидящей рядом Гриффин и продолжила исповедь. — Нам было по семнадцать, когда мы встретились. В девятнадцать поженились. Всё было отлично: шумные вечеринки, новые друзья появлялись в нашей жизни каждую неделю. Сначала я не заметила, что Кос начала меняться: она бросила учёбу, перестала общаться с родителями. У меня была практика, и пришлось уехать в Париж на месяц. А когда я вернулась, то не узнала её. Джон Мёрфи первый забил тревогу. Он очень переживал не только за Кос, но и за наших друзей. Я увезла Костию в Италию, в тот дом. Но она продолжила принимать наркотики и там. Во время грозы Кос решила принять душ. Её убила молния. — Ты не виновата, — рука Кларк гладила Лексу по тёмным волосам, а шатенка рыдала на плече Гриффин, — это был несчастный случай. — Нет. Это моя вина. Я уничтожаю всё, к чему прикасаюсь. Умею только отдавать приказы, использовать людей. — Лекса! — Кларк повернула лицо Вудс и, глядя в глаза, произнесла: — Ты самый бескорыстный и щедрый человек из всех, кого я знаю. Ты спасла своих друзей. Ты спасаешь жизни в Африке. Ты даёшь работу нескольким тысячам человек. Все могут совершить ошибки. И твоей вины в том, что случилось, нет. Отпусти прошлое, впусти в своё сердце вновь любовь. Тёмная макушка Лексы опустилась на колени Кларк, и Вудс прошептала: — Спасибо.

***

— Лекса, Лекса, — Кларк тормошила спящую, — проснись! Там кто-то ходит! Вудс подскочила и испуганно посмотрела на жену. — Тише, Кларк. Быстро переместившись к кладовке, Лекса достала ружьё. — Хорошо, что ты вчера просила только молоток и гвозди. — После сказанного Лекса улыбнулась, и Кларк перестала нервничать: Вудс — лучший её защитник. Лекса жестом указала, куда спрятаться Кларк, но блондинка не согласилась. — Я пойду с тобой. — Ну уж нет! — Вудс оставила на губах Кларк лёгкий поцелуй. — Жди меня, я скоро. Гриффин схватила Алексию за руку. — Я с тобой. И никаких возражений. — Сумасшедшая, — улыбнулась шатенка и кинула Кларк курточку. — На улице холодно. Лекса вышла на крыльцо и засмеялась — рядом с домиком сидели три белки и перебирали шишки. — Ты трусишка, Кларк. — А ты мой защитник, — голубоглазая прижалась к спине Лексы, — и я теперь тебя никогда не отпущу.