Глава 17. Они попытаются нас снова сжечь дотла.

      Что такое жизнь? В последнее время моя жизнь превратилась в череду событий, которые занудно сменяли друг друга и сопровождали каждый день.       Просыпаясь, я понимала, что и этот день не будет отличаться нечем новым. Тренировка или пробежка, холодный душ, кофе и круассаном по дороге. А далее очень скучная работа и снова дом. Где меня ожидал тихий одинокий вечер и в лучшем случае в окружении сериала.       Ну что же, добро пожаловать в типичную жизнь замкнутого человека.       Для многих людей такая жизнь кажется нормальной, но не для меня. Где же монстры, нечисть или просто сумасшедший дедлайн на работе? Где каждую минуту происходили микро катастрофы? Влад, у которого вечно стол завален кучей чертежей, Лео с вечным предложением выпить кофе или Сандра, скучающая по экстремальной работе. Да, этого в моей жизни явно не хватало.       Но сейчас моя жизнь больше похожа на один большой страх. Страх потери.       А может, сейчас моя жизнь — это попытка убежать от воспоминаний, которые преследуют меня каждый день?       Но в мире всё, итак, непредсказуемо. Кажется, что ты живёшь обычной жизнью, работаешь до позднего вечера и создаёшь иллюзию счастливой девушки. Но тебе этого недостаточно, и Вселенная подкидывает шанс в виде письма, от которого в один миг разрушается твоя жизнь.       — Воу! Полегче. Когда я посоветовал тебе выплеснуть всю свою ненависть, я не думал, что ты намерена избить грушу. Лайя, остановись. Ты точно в порядке? — проговорил Лео, пытаясь остановить меня.       — Прости, я должна успокоиться, день сегодня не выдался. - сказала я и поправила мокрую чёлку, приклеившуюся ко лбу.       Каждый удар, который я наносила, был продуманным и мощным. Груша колебалась, сопереживая моему настроению. Сейчас для меня мир сужался до этой груши и до моих собственных возможностей.       Мои удары следовали один за другим, создавая ритм, который сливался с биением моего сердца. Ненависть. С каждой серией движений я чувствовала эту ненависть. Воздух наполнялся энергией, а моё дыхание становилось всё более ритмичным. В этом моменте уединения и силы я попыталась найти себя, обрести хоть какую-то уверенность, которая качается, как эта боксерская груша, под моими мощными ударами.       Нет, я не могла просто так забить или стереть это письмо из своей памяти. Но содержание снова и снова всплывало моей памяти. Я помню, как в момент прочтения оно заставило моё сердце сжаться, а руки затрястись.        Оно лежало незаметно в куче новогодних и рождественских открыток на моём рабочем столе. И возможно, оно бы пролежало непрочитанным до окончания праздников, если бы не привлекло меня своим каллиграфическим почерком…       Я помню, как моё сердце остановилось, словно и не билось до этого. Я уже забыла, что в этот момент случайно пролила кофе на новые брюки. Нет, я всецело была поглощена письмом. И больше я не помню нечего…       В порыве гнева я уничтожила его. Мне не хотелось видеть, что там написано, и немедленно подожгла. Искры обожгли мои пальцы, когда я безуспешно пыталась чиркнуть зажигалку.       Выброс ненависти прошел успешно. Холодный душ и теперь следовало немного успокоиться. И возможно, я могла как-то попытаться аргументировать и разобраться в смысле происходящего, но я не хотела. Я была опустошена.       Нечего не хочу. Ни любить, ни думать.       Все видели тень от привычной и приветливой Лайи. А была ли я вообще?       — Как ты? Ты точно хочешь сейчас поехать в ночь и реставрировать картины? Давай я поеду с тобой. Ты меня пугаешь.- настороженно спросил Лео. Он в очередной раз вытащил меня из моего «леса рассуждений».       Да, старина Лео не знал, что меня гложет. Он видел, что я словно тень находилась в его компании весь сегодняшний день. Я раньше обычного ушла с работы и позвонила ему, предложив встретиться вне дома. Лео был удивлен, ни меньше, чем мы когда накануне он внезапно приехал из Лэствилля к нам гости.       Но сейчас это была меньшая из моих проблем.       Я думала переехав в Бостон, всё изменится, я забудусь, попытаюсь обстрагироваться от всего этого кошмара.       Я жила со своей сестрой и её подругой в уютной квартирке в самом центре Бостона. Рядом находился Центральный Парк, река, и тут жизнь останавливалась. Милли и Кэтти учились в университете и посещали занятия. К счастью для родителей они выбрали факультет журналистике. Но, а я собственной персоны, работала в мастерской Бостонского Университета…И вроде бы моя жизнь казалась замечательной…       Но я себя обманывала…       Я не могла признаться, что бежала от себя и от своих воспоминаний о Владе.       Осень залечивала мои раны, как мне казалось. Кофе и завал работы в Бостонском университете вроде бы отвлекали меня, но это были лишь иллюзии.       Но при этом жизнь незамедлительно шла вперёд.       — Лео, мне пора уже. Реставрация картины 19 века не будет ждать моего хорошего настроения. Я должна завершить эту работу. А ты поезжай. Всё будет хорошо.       Я обманывала его, и в душе понимала, что я ему лгу. Лгу прямо в лицо.       Я не стала медлить и быстро приобняв друга, поспешила к своей машине. Он молчал. На улице властвовал декабрьский мороз, и всякие разговоры могли перерасти в полнейшее обморожение. Или я просто ненавижу и не выношу холода. Хотя для Бостона такая погода была не в новинку, а в порядке нормы.       Я последний раз помахала Лео через стекло и завела свой Range Rover.       Разумеется Лео чувствовал обман, он отчётливо понимал это, но не смел лезть ко мне в душу. Сейчас она была огромной кровоточащей раной размером с Манхэттон.       

***

      Я снова стояла в жуткой пробке. Мне кажется, что автомобильные пробки придумали боги для того, чтобы так покарать людей. А ведь это самое адекватное объяснение происходящему.       А чем боги меня покарали? Наверно ответ кроется в том, что я являюсь всё тем же реставратором и наполняю свои дни пылью в забытом бюро Бостонского университета. Снова. Как и 6 лет назад.       Каждый штрих кисти на поврежденной картине напоминал мне о том, как жизнь может быть изолированной и холодной. В стенах мастерской царила тишина, лишь изредка нарушаемая звуками инструментов и музыкой в наушниках.       Но парадокс заключался в том, что я снова проводила часы за восстановлением утраченной красоты. Я вновь дарила жизнь картине, не подозревая, что моя собственная катится к чертям.       Раньше я наслаждалась этим временем..Но сейчас всё было по-другому я не чувствовала того вдохновения и порой просто просиживала часы в тишине.       Я стала другой.       Мои мысли постоянно возвращались к Владу, который однажды, как осенний лист, просто исчез из моей жизни. При каждом взгляде на обрывки картины, когда-то полные жизни, я ощущала растворение его присутствия в воздухе и оставшуюся пустоту.       Казалось, моя работа потеряла всякий смысл без его поддержки и улыбки. Так оно и было — всё исчезло.       Наверное я погрязла в размышлениях так, что не заметила, как дошла до университета по этой снежной дорожки.       В ближайшие дни ожидался крупный шторм, который обрушится на Бостон и парализует все движение в городе. Прекрасно. Но работа явно себя сама не сделает. А если поеду домой, то на все «погодные каникулы» меня ждёт ещё один сезон сериала «Доктора Кто».       Перспектива не очень радостная, и для того чтобы этого избежать, я забронировала номер в отеле рядом с университетом. Прекрасно. Я полностью отдамся искусству.       Я в тысячный раз проходила эти нудные длинные коридоры кампуса. Стук моих каблуков отдавался по столетнему мрамору, но даже это не могло меня отвлечь от назойливых мыслей. Я заставляла себя прекратить думать и забыться, как только зайду в мастерскую и сброшу все тягостные мысли — словно это бежевое драповое пальто, которое согревало меня в морозные дни.       Но не смогла отогнать свои размышления: и, вместо того, чтобы приняться за работу, о которой я так усердно рассказывала Лео. Я нервно шагала по своему рабочему кабинету и крутила в руках карандаш. Снова.       Тревога. Я не знала, у кого можно было спросить об этом, но при этом не выдавая всей сути.       — Это правда. Прекращай этот фарс и живи дальше — раздался голос около двери. — Да, согласен. Это жестокая правда для тебя.       — Кто ты? - я резко повернулась и увидела в дверном проеме молодого парня лет 30.       — Неважно. Важнее то, что ты знаешь цену, которую заплатишь. Мы оба это понимаем. Ты должна включить логику. Я попытался очень кратко изложить суть в своём письме…       Я направила пистолет на него и сняла с предохранителя (хорошо, что в последнее время всегда ношу его собой).       — Не подходи ко мне… А лучше уходи, откуда явился!       — Зачем убивать гонца за плохую весть? Я всего лишь раскрыл тебе глаза на правду… Разве ты не поняла четыре месяца назад. Ты с большой мишенью на спине. Влад тебя постоянно оберегает. Но рано или поздно его убьют. Он спасет тебя, но сам умрет. Мне же нужно чтобы он занял свое место.       Передо мной стоял молодой парень с русыми волосами. При свете лампы они казались оттенками золотистого и светло-коричневого, мягко касаясь лба, придавая ему слегка озорной вид. А его глаза… Глаза мне показались очень знакомыми — глубокие и выразительные, сверкали, как утренняя роса.       Страх.       Моё сердце колотилось, как никогда раньше.       — Уходи… Я не верю тебе, что Влад мог заключить такую сделку... — повторила я твёрдо, уверенно. Я понимала, кто стоит передо мной: нечисть или темная сущность. Да наплевать. Он явно преследует только свои цели.       Но преимущество было на его стороне; он написал это письмо, хотел ослабить меня и заставить потерять веру в нас с Владом…        — Я знаю твои страхи…Я наблюдал за тобой. — прошептал парень. Он снова испытывал меня.       Пистолет дрожал в моей руке, но мои сомнения, не могли взять верх.       — Ты позволишь своим чувствам взять над разумом верх. Представь: на глазах у тебя умрёт Влад, да твой драгоценный муж! И виновата будешь ты одна, не справившись со своими страхами. Ты — Вершительница его судьбы.       В ту секунду, когда дрожащие пальцы медленно сжимались на спусковом крючке… Мир вокруг словно замер. Гнев и злоба сжирали мою душу.       — Не делай этого. — голос Аслана остановил меня. Он был твёрд и груб.       В руках у них появились шпаги, сверкающие при косом свете в мастерской. Вдруг Аслан сделал резкий выпад. Его шпага обогнала тень, словно сама ночь вмешалась в их поединок. Ответный удар незнакомца был следующим. Он крутанулся и мастерски парировал. Звук столкнувшегося металла раздался как гром, оглушительный и захватывающий.       Каждый момент был полон силы и агрессии. Каждый укол, каждое движение продуманы до мелочей. В мгновение ока незнакомец ловко обошел защиту Аслана и с безжалостной точностью всадил шпагу ему в грудь.       Мир вокруг них замер, полный ужаса и сожаления. Взгляд падшего встретил взгляд победителя… Облекаясь в грозу эмоций: страх смешался со злом, радостью — жестокость.       — Думал, ты сильнее меня? Прости, но мы играем на разных уровнях. Передай моему брату: пусть примет решение! Все уже ждут. — тихо произнёс незнакомец и поклонившись мне:       — Ваше Величество…       Не успев моргнуть, он исчез за дверью.       Я оторопела. Замерла на долю секунды. А после увидела, как кровь окрасила пол мастерской в алый цвет.       

***

      Внутри машины стояла тишина, нарушаемая лишь звуком шипящей печки. Я с напряжением крепко удерживала руль.       За стеклом метель бросала белые когти на стекло, и каждый шаг, который она делала на пустынной трассе, ощущался как вызов судьбе.       Какая ужасная погода, а ещё ужаснее была ситуация…       Раненый Аслан периодически открывал глаза, пытаясь сдержать стон. Я не знала, что делать. Я была в замешательстве. Я понимала, что он ощущает чудовищную боль, которая не оставляла ему ни единого шанса на покой.       — Держись, — прошептала я, хотя знала, что слова не могут остановить его страдания. — Мы скоро приедим.       Скорость возрастала. Ветер свистел в приоткрытых окнах, пока я искала ближайшее убежище.       — Тебе следует ехать в Лэствилль. Там Ноэ будет легче нас найти…- проговорил он и прижимал к ране скомканную рубашку.       Всё осталось позади: какие-то мысли, попытка довести из кампуса до парковки Аслана. Попытка затянуть рану эластичным бинтом из автомобильной аптечки и укол в мышцу руки, чтобы хоть как-то остановить кровь..       В моих воспоминаниях уже давно были стёрты момент ужаса и осознания, который накрыл меня. Для эмоций в этот момент не было места.       Тридцать вызовов до Ноэ, двадцать до Влада. И ответ повторялся: «Абонент временно недоступен. Попробуйте позвонить позднее».       В тот момент мною было принято решение, ехать в Лэствилль по скоростной трассе. Возможно, это была не самая здоровая и адекватная идея, но другой, к сожалению, у меня не было. Увы.       Я не могла смотреть на боль Аслана. Он истекал кровью. Его рана кровоточила с каждой попыткой пошевелиться.       Расстояния. Чем я могу отмерить эту бесконечную дорогу? Болью или беззвучными слезами скатывающиеся по моему лицу.       4 часа. Долгих 4 часа. Сквозь метель и непогоду.       Всё было позади…Нас встречал заснежанный Лэствилль и расчищенная подъездная дорожка к дому Владу.       Аптечка, бинты, нитка и иголка. Черт. Нужен алкоголь для обработки раны.       Я вытряхнула всё на пыльный стол. Паршиво. Дежурный свет и дикий холод в доме. И это не говоря уже о том, что всё было в крови.       — Тебе надо зашить рану. Хотя бы остановим кровь, яд рассосётся позже…       — Яд? Нет, нет, нет. Я не могу. Нитки, иголки. Прости. — я чувствовала, как у меня затряслись руки. - Я не умею.       — Страх — это нормально. Ты всегда будешь чего-то бояться, Лайя. Даже если научишься это скрывать. Страх — это спутник… Постоянный спутник, он всегда рядом с тобой. Поверь мне..       Он действительно видел мой страх. Но и меня можно было понять. Я не когда не сталкивалась с подобным. Я понимала всю ответственность возложенную на меня. Я понимала важность. Но долг был прежде всего.       Я начала. Да, сжав губы. Я не давала себе шанса сдаться.       — Я рядом, — произнесла я, когда его глаза открылись на короткое мгновение, полные боли и недоумения.       Запах спирта окружал нас, я вылила достаточка алкоголя вокруг раны, чтобы обеззаразить её.       Пальцы едва слушались. Каждый стежок был будто удар по моему сердцу, но я не обращала на это внимание. Я чувствовала, как он сжимает губы, но не произносит ни звука, не хочет пугать меня. Я работала быстро и аккуратно, надеясь, что моя уверенность хотя бы немного успокоит его. Боль была лишь временной, а я должна была стать его опорой в этот момент.       На короткий миг я вдруг увидела на месте Аслана Влада. Его слабую улыбку, и моё сердце забилось быстрее. Я видела его снова, как в те дни, когда мы были вместе. Но эти воспоминания оказались хрупкими, как стекло. Их разбила боль Аслана и его крик.       — Кровотечение почти остановилось… — прошептала я, аккуратно отрезая нитку. Слова звучали едва слышным эхом в пустоте и казались последней поддержкой для Аслана.       Рана была зашита, но он продолжал бредить. Температура поднималась. Даже получилось так, что в момент агонии он назвал меня: «Лале…»       Мне оставалось лишь притвориться. Быть ей.       Вскоре Аслан уснул. Я перевязала рану на предплечье, пытаясь затянуть её покрепче. Казалось, худшее уже позади, но вид умирающего Влада не выходил из головы.       На столе завибрировал мой телефон. Смс.       Это был Лео: «Всё нормально? Как работа?»       Мой ответ не заставил себя долго ждать: «Планы изменились. Все хорошо, просто я вернулась в Лэствилль. Не теряй.» — коротко написала Лео. Время отправки: 02:40 AM.       Конечно же, он расценит это как безумие…       Я отложила телефон и попыталась смыть кровь с рук и лица. Бежевое платье - свитер было испачкано. Кровь уже засохла на нём, и запах давил на меня.       Дрожь охватила тело. Только сейчас я почувствовала холод. Были отключены все коммуникации…       Наверное, в этот момент стояло разжечь камин? Да. Но шум в коридоре привлёк моё внимание. Тревога не давала покоя, а тело было истерзано скачками адреналина.       Инстинкт самосохранения заставил взглянуть правде в глаза: я была не одна!       Холодная дрожь пробежала по спине. Аккуратно взяв пистолет со стола, я медленно направилась на звук…       Там стоял силуэт человека. Через мгновение мне встретился взгляд…Знакомый. Я замерла. В этот момент я вспомнила смех незнакомца и ненависть во взгляде… Он стоял передо мной. Не Влад, а он! Но я не могла отрицать. Они имели сходство.       Собравшись с силами, я сделала шаг назад…Но ноги словно приросли к полу.       — Не подходи! — мой голос дрожал, но воля крепла. Тьма между нами казалась осязаемой.       Нет, теперь я видела Влада. Он пытался остановить меня уговорами, хотел, чтобы я опустила оружие…       Закрыв глаза, я направила оружие на ложного Влада. Я боялась. Но я приняла решение и спустила курок. Прозвучал выстрел.       Я не знаю, сколько прошло времени. Я сидела в темноте с закрытыми глазами. Мою спину обжигал холод стен. Это конец. Страх победил.