Пролог

Первое моё воспоминание — мокрое чувство, охватывающее всё тело. Не могу пошевелиться, словно внутри стальные штыри, разум затуманен, не могу дышать, ничего не помню, не могу открыть глаза. Впервые меня окутало чувство, название которого я даже не знал. «ದಿಗಿಲು» или по-вашему «паника». Быстрее, чем я успел осознать, жидкость вокруг начала убывать, и стало ясно: я внутри какой-то капсулы. Откашлявшись, я сделал первый вдох. Странное, холодное ощущение в груди, похоже раньше я никогда не дышал. Впервые открываю глаза. Свет слишком яркий. Два незнакомых мне, силуэта стояли по ту сторону стекла: старик со шрамом на лысой голове и высокий мужчина, видимо его помощник. «ತೆರೆಯಿರಿ» — твёрдо, но тихо произнёс старик, после чего капсула начала открываться. Холодный ветер, запах как в больнице, шум аппаратуры, голоса персонала — всё это разом охватило меня. Я не понимал или даже скорее не знал множества вещей, что сейчас видел перед собой, языка, на котором они говорили, места, в котором находился, не знал как попал сюда или кем был до этого, но одно я мог понять точно — сотня копий меня в таких же капсулах позади это не нормально. Помощник открыл капсулу, и по линиями на потолке подъехал какой-то прибор, напоминающий механического осьминога, у которого в каждом щупальце разный инструмент, и надвис надо мной. Первым делом меня просканировали. Дальше несколько уколов. Наконец, осьминог поднёс к моей шее какой-то инструмент, напоминающий пистолет, быстро, сверху в низ, как на принтере начали вырисовываться символы: G-632. Я не чувствовал боли, но непроизвольно дёрнулся, от чего символы смазались, хотя было похоже скорее на едва заметный шрам, проходящий сквозь татуировку. Как только осьминог закончил и вернулся туда, откуда приехал, старик сделал шаг вперёд и произнёс: «ಅದು ಹೇಗೆ ಭಾಸವಾಗುತ್ತದೆ?». Не то, что-бы я понял хоть слово, но всё же кивнул. Старик настороженно скомандовал: «ಸದ್ದಿಲ್ಲದೆ», стоило только услышать это, и моё тело непроизвольно двинулось, встав «смирно». «ಚೆನ್ನಾಗಿ» — заулыбался старик, «ನಾವು ವಿತರಣೆಗೆ ಸಿದ್ಧರಿದ್ದೇವೆ» — сказал его помощник, просматривая что-то на компьютере. Сказав это, помощник подошёл ко мне, но тут же его голову прострелили, а в комнату вошли 2 солдат в чёрных костюмах и шлемах, с масками. После зашёл мужчина на вид лет 40 или 50, который однако «неплохо сохранился», он был одет в белый халат похожий на кимоно с длинными рукавами, скрывающими руки. Солдаты быстро оцепили периметр, после чего мужчина в маске подошёл к старику со шрамом и, произнеся "ಅವರ ಮೆಜೆಸ್ಟಿ ನಿಮ್ಮನ್ನು ನೋಡಲು ಬಯಸುತ್ತಾರೆ" надел на него наручники. Один солдат увёл старика, а другой, подходя к капсулам простреливал их одну за другой, только сейчас я заметил, что гул персонала, доносящийся из других помещений давно стих. Трудно передать ощущение, которое испытываешь, когда на твоих глазах убивают такие же копии тебя. Сказать, что я был в ступоре — не сказать ничего, единственное, что крутилось у меня в голове: «В одной из таких капсул мог быть я». Не дожидаясь пока я приду в себя, мужчина в кимоно обратил на меня внимание, «ಇಲ್ಲಿ ಯಾರು?» — веселым тоном спросил он. Я мог только смотреть не него и надеяться на лучшее, в голове проносилось множество непонятных мне мыслей, а странное жгучее чувство в груди становилось сильнее по мере его приближения, до тех пор пока он не подошёл совсем близко, до тех пор пока мой последний «собрат» в капсуле не был убит.