XXV

«When dance with the devil, dance the end of the song»

Когда танцуешь с дьяволом, танцуй до конца песни

      Следующее перемещение — падение в другую реальность, которая сразу же оглушила шумом в ушах. Ощущение дезориентации особенно остро вторглось в голову, разрушая понимание, что вообще происходило.       Вики резко дернула головой, надеясь избавить себя от налета недавних событий, но ничего не получилось. Подол платья тянул вниз, неприятно лип к ногам, а прохладная влага проходила сквозь кожу ледяными иглами, пронзая ее.       Была бы возможность, она бы выскользнула из собственной кожи, чтобы не чувствовать на себе остатки чужих смертей.       — Вики.       Люцифер произнес ее имя слишком спокойно, чересчур расслабленно для того, кто только что совершил массовое убийство. Кто собственной тьмой измельчил их изнутри — самым кровожадным и беспощадным образом.       Вики повернула голову и столкнулась с его глазами, горящими алым огнем.       «Для него это привычное дело…» — она заставила себя не содрогнуться. Тяжело сглотнула и резко опустила взгляд на их сплетенные руки, чувствуя, как пальцы соскальзывали из-за крови, несколько капель которой уже оказались на полу.       Она легко выдернула ладонь из его хватки и судорожно сглотнула. Снова встретилась со спокойным взглядом и тихо произнесла:       — Ты всех убил.       Люцифер молчал, пронзая тишиной до появления мурашек. Потом слегка склонил голову набок, скользя тяжелым взглядом по ее телу и останавливаясь на ногах.       — Моя тьма приняла их за закуску, — бесцветно произнес, медленно поднимая глаза и встречаясь с ее. Вся тяжесть произошедшего опустилась на хрупкие плечи. — Это было неизбежно, учитывая, что тени давно не кормились.       — Как будто ты бы оставил их в живых.       Его глаза вспыхнули, небрежно задевая ее сердце, которое стукнуло после этого особенно сильно. В полуулыбке хищника, незамедлительно образовавшейся на его губах, виднелась особенная грань, которая никогда не была ей знакома.       Жажда крови. Желание истребить самым чудовищным способом всех, кто собирался навредить. Кто предавал или собирался предать, целясь сокрушительным ударом прямо в сердце.       — Нет, — в голосе звучала отполированная сталь. И не существовало ни одного участка, над которым он не постарался. — Они бы в любом случае были мертвы. Их души начали принадлежать мне еще в тот момент, когда они появились в коридоре.       Вики медленно кивнула, не находя слов и начиная дрожать от эмоций, которые потихоньку прорывались наружу. Действие успокаивающей жидкости бесследно испарялось, оставляя в самом эпицентре катастрофы.       Она не могла перестать смотреть в его глаза. Столько там было величия, силы, неистовой злости, способной замести песчаной бурей все существующие миры…       Понимание являлось четким и не поддающимся сомнению — любому его предателю грозила смерть. Любому, кто окажется у него на пути, грозили самые тягостные и ужасные часы кончины.       Вики посмотрела на него более осмысленно, стараясь скрыть внезапную слабость в руках. Он должен был убить ее ни один раз, но из-за проклятия ничего не мог сделать.       Она должна была уже сотый раз умирать у него на руках, но каждый раз едва ускользала от смерти. Спасалась, карабкаясь из последних сил.       «Но когда-нибудь он точно вырвет мне сердце из груди», — от этой мысли стало тревожно.       Она опустила голову, разрывая зрительный контакт, и сделала аккуратный шаг назад, чтобы со стороны это не было похоже на бегство.       Боль сразу же пронзила бедро, заставляя тихо застонать. Вики замерла, прижала ладонь к ноющему участку, надеясь таким образом хоть чуть-чуть облегчить ощущения.       Из головы совершенно вылетело неудачное падение с высоты.       — Тебе больно.       Она испугалась. Резко дернулась и почувствовала более сильные болевые ощущения, не заметив, как Люцифер оказался еще ближе. Он прижал ее одним движением к себе, перехватив за талию, и забрал на себя большую часть веса.       Вики почти повисла в его руках — испуганная, с бешено колотящимся сердцем и широко раскрытыми глазами. Ее ладони упирались в широкую грудь, не решались оттолкнуть, а глаза окунулись в радужки, искрящиеся красным пламенем.       Люцифер медленно склонил к ней голову, его дыхание опалило чувствительную кожу. Она почувствовала, как едва не задохнулась в лавине эмоций, которые все это время спали, но теперь бодрствовали.       Бодрствовали и собирались уничтожить ее самым извращенным способом.       — Я не хотел навредить тебе, — признание оглушило, прозвучав низко и до безобразия хрипло.       Вики тяжело сглотнула, прижимаясь к нему всем телом и плавясь под взглядом, который становился более палящим. Тело задрожало против воли, покоренное их воспламеняющейся связью.       Она резко отвернулась, стараясь перевести дыхание и собраться с мыслями, отгородиться и попытаться противостоять, но у Люцифера были другие планы.       Он прижал ее к себе еще крепче, приблизился к уху и не оставил никаких шансов притвориться, что это был сон.       — Ты ведь тоже это чувствуешь? — она резко выдохнула, находя в сорвавшихся словах неприкрытое желание. Теперь его ладонь на пояснице ощущалась особенно остро, обжигая открытую кожу. — Тоже чувствуешь и изнываешь от желания прикоснуться ко мне?       Она резко вернула свое внимание к нему. Люцифер со стороны выглядел как мужчина, изголодавшийся по грубой ласке, находящийся на грани голодной смерти без возможности прикасаться к ней должным образом.       Если бы не препятствия между ними, стоящие нерушимой стеной, он бы давно повалил ее на пол в стремлении овладеть каждой частичкой тела.       Вики медленно облизнула губы, чувствуя, как паника все крепче и крепче сжимала горло. Тяжесть внизу живота издевательски тянула вниз, заставляя подчиниться, но ее страшила мысль поддаться влиянию.       Страшило осознание, что будет еще больнее.       Пропитанная кровью ткань его рубашки неприятно отлипла от кожи, когда она убрала ладонь от груди. Тонкие пальцы слегка дрогнули, когда неуверенно двинулись к шее, обхватывая заднюю ее часть.       Люцифер тяжело выдохнул, когда холодная влага размазалась по коже. Но продолжал смотреть в ее глаза и сжигать взволнованную душу дотла.       — Не после того, что ты сделал несколько минут назад, — она сильнее надавила липкими пальцами на шею, мысленно молясь отрезвить их обоих. Надеясь, что ощущение крови его предателей вызовет в нем глубокое отвращение и потушит возникнувшее желание.       Вики тяжело вздохнула, когда в его глазах появилось что-то темное и неприрученное, далекое от брезгливости. В груди не осталось больше воздуха, когда его ладонь требовательно надавила на поясницу, заставляя изогнуться к нему.       Заставляя почувствовать твердость тела и внутреннее тепло, способное утопить.       — Уверяю, я не буду против, если ты меня испачкаешь.       Вики опешила, замирая в его руках и не зная, что сказать.       Но ей и не пришлось находить подходящие слова. В глубине дворца раздался неожиданный звук — что-то с силой полетело на пол, разбиваясь на тысячи осколков.       Это точно было стекло, которое крушили с ненавистью и яростью, словно оно было виновато во всех бедах и подлежало немедленному уничтожению.       Люцифер резко вскинул голову, прижимая Вики крепко к себе. Его тени пробудились, замирая в хищном ожидании, внушительно нависая над их фигурами. Горящие глаза устремились по направлению, откуда исходили звуки.       Вики услышала еще один удар и обернулась, слегка отстраняясь от дьявола и внимательно вглядываясь в полумрак дворца.       Долго ждать не пришлось — она появилась из темноты, выплывая подобно призраку, не имеющему костей. Походка одновременно свободная и тяжелая, тихий стук каблуков разнесся по помещению, поселяясь в голове.       Вики заглянула в ее глаза — там находилась стена, которая до сих пор неизбежно разрушалась после слов Азриэля, падая обломками к ногам. Взгляд скользнул ниже и замер на ее ладони, держащей разбитый окровавленный бокал.       Вся ее рука по локоть была в крови, оставляющей после себя дорожку из красных капель на полу.       Они встретились взглядами. В глазах Лилит проскользнула неуловимая эмоция, от которой стало не по себе. Тело напряглось, когда глаза дьяволицы скользнули в сторону, останавливаясь на руках Люцифера, до сих пор удерживающих ее.       Лицо Лилит украсила кривая ухмылка, ее глаза едва ли не искрились оголенными эмоциями, когда она резко посмотрела на него.       — Вы определенно развлекались лучше, чем я. Хотела бы поздравить от всей души, но не буду, — она демонстративно оглядела следы крови на их коже и одежде. Склонила голову к плечу, не скрывая любопытства. — Интересно, это ее кровь?       Вики сделала глубокий вдох грудью, чувствуя появляющееся напряжение в воздухе. Ее сердце беспрерывно колотилось, отдавая в голову и барабаня со всех сторон.       Люцифер расслабил ладонь, перемещая с поясницы на бок и слегка сжимая его.       — Нет. Не нее, — Вики не видела его лица, но почему-то подумала, что радужки блеснули. — Предатели пытались напасть, но потерпели неудачу.       Лилит искренне усмехнулась. По выражению ее лица можно понять, что это было само собой разумеющееся. Такой исход был самым очевидным для всех в помещении.       Люцифера способна уничтожить только его собственная тьма. Лилит прекрасно это знала, но взгляд вдруг стал задумчивым, в зрачках образовалась некая отстраненность, когда она снова посмотрела на его ладонь.       Ладонь, до сих пор находящуюся на теле Вики.       — Ты так ее оберегаешь… — ее голос изменился, приняв более обманчивые нежные нотки. Но за этим определенно скрывались шипы, направленные в их сторону. — Она как драгоценность, которую ты везде носишь с собой, но никак не можешь использовать по назначению.       «Драгоценность, которую ты никак не наденешь на себя», — Вики будто услышала другую сторону ее слов, сжимаясь изнутри.       Дьяволица словно намекала Люциферу, что он до сих пор не использовал ее по назначению — для спасения себя и своего будущего.       Их общего будущего, которое неизбежно висело в воздухе и никуда не двигалось.       Это не звучало укором или обвинением, а скорее фактом, который она решила произвести вслух. Которым она в очередной раз задела в Вики что-то внутреннее, пускающее едва заметную дрожь по телу.       Она хотела сжаться в комок, чувствуя себя лишней и мешающей. Ощущая себя преградой, образовавшейся между ними и лишающей покоя.       Рука Люцифера еще сильнее сжала бок, надавила пальцами, чтобы приблизить к себе. Вики нахмурилась, находя в этом действии защиту и чувствуя его горячее дыхание еще ближе.       — Мне кажется, тебе нужна помощь, — он оставил без внимания ее прошлые слова, меняя тему.       На лице Лилит в очередной раз мелькнула неопознанная эмоция. Она невидящим взглядом посмотрела на свою руку, истекающую кровью. Неспешно вернула взгляд к Люциферу и усмехнулась злобно и отчаянно, сжимая разбитый бокал в руках до белееющих костяшек.       — Не беспокойся, — она смотрела прямо в его глаза, с ядовитой лаской растягивая слова. — Я люблю зализывать раны самостоятельно и в одиночестве.       Резко развернулась на каблуках и направилась в глубины дворца, заигрывающе покачивая бедрами на прощание и продолжая с силой сжимать окровавленный бокал.       Вики смотрела на ее идеально выпрямленную спину с миллионами вопросов в голове, нервно вслушиваясь в удаляющиеся удары каблуков о пол, словно среди них можно было расслышать все ответы.       Она уходила, а ее давящее присутствие до сих пор ощущалось внутри — напряжение витало в воздухе, а остатки эмоций поселили неприятное послевкусие во рту.       Вики осторожно обернулась и столкнулась с тем, что тяжелый взгляд Люцифера был направлен на оставшиеся капли крови на полу.       В ее груди все непроизвольно сжалось — его взгляд источал жестокость, задумчивость и сомнение. Руки на теле ослабли, но лишь на несколько секунд забвения — в следующую он сжал бок с новым намерением.       Когда он посмотрел на Вики, медленно повернув голову, она отметила во взгляде приобретенную осмысленность. Его дыхание стало ровным, а тени резко заклубились вокруг, погружая их во временную темноту.       Вики не успела даже моргнуть, как локация сменилась на ее комнату, погруженную в полумрак. Она замерла, резко посмотрев на Люцифера, который перестал встречаться с ней глазами.       Он осторожно усадил ее на кровать, игнорируя легкий протест. Платье и кожа до сих пор были в крови, пачкая простыни. Она наблюдала за его действиями со странной тяжестью и ожиданием.       Ожиданием, которое больше всего не хотелось испытывать.       — Не переживай, — он кивнул головой в сторону появившегося пятна на кровати, продолжая избегать взгляда. — Потом скажи бесам все поменять, они сделают.       Вики ничего не ответила, напряженно наблюдая за тем, как он выпрямился во весь рост и сразу же нахмурился. Внезапно щелкнул пальцами, и ее сердце замерло от этого звука, прогремевшего в комнате.       Рядом с кроватью через несколько секунд материализовалась фигура, окруженная черным дымом. Вики даже не взглянула в ее сторону, смотря только на дьявола и чувствуя внутри зарождающуюся ноющую боль.       Ей не нужно было поворачивать голову, чтобы убедиться в его появлении. Воздух за секунду наполнился слишком знакомым запахом, хватая и сжимая внутренности в кулак.       — На нас было совершенно покушение, она неудачно упала и ударилась бедром, — Люцифер говорил спокойно и расслабленно, но складывалось впечатление, что он был совершенно не здесь. Особенно мыслями. — В моей комнате есть все необходимое.       Вики почувствовала, как внутри что-то неприятно екнуло, когда Люцифер развернулся и покинул комнату. Оставил ее наедине с последствиями, которые выбивали почву из-под ног.       Он не отдавал бесу приказов — этого и не требовалось. Лишь рассказал о произошедшем, и этого оказалось вполне достаточно, чтобы напомнить о неизменной истине.       Без приказов он сделает все необходимое, потому что навечно принадлежал ей.       Что бы не случилось, он будет оберегать и защищать сквозь собственные эмоции.       В груди было полно места для сожалений и переживаний. Вики тяжело сглотнула, сжала ткань простыней пальцами, когда его фигура рядом не издала ни звука и растворилась в воздухе.       Хотелось перевести дыхание и собраться с мыслями, но времени было ничтожно мало. Уже через несколько секунд он вернулся обратно вместе с бутыльком в руках, жидкость сомнительного болотного цвета качнулась от вновь совершенного перемещения.       Вики посмотрела на него с сомнением и неуверенностью. Вепар выглядел сосредоточенным и безэмоциональным, когда подошел ближе к кровати, продолжая игнорировать ее робкое внимание.       Это было похоже на удар, который заставил ее горло дернуться в болезненном спазме.       — Покажешь, где именно болит? — его рокочущий голос прозвучал тихо, но уверенно.       Она незаметно выдохнула, думая, что еще ничего не потеряно. Не могло кануть в небытие…       Вики аккуратно развела полы платья в стороны, открыла удобный вид на бедро, которое болело. Вепар кивнул и оглядел кровавые следы от ее ладоней, оставшиеся на коже.       — У тебя не получится двигаться из-за боли, поэтому сначала вылечим все, а потом сможешь пойти в душ и смыть кровь.       Она неуверенно кивнула и пристально, словно ожидая фокус, следила за его движениями.       Бес капнул несколько капель на кожу, по ее телу мгновенно прошелся холодок. Маленькие ладони аккуратно, избегая вероятности причинить боль, начали втирать массирующими действиями жидкость в кожу.       Вики прикусила губу, перебирая в голове бесконечные мысли того, что можно было бы сказать, чтобы нарушить давящую тишину.       Она не переносила ощущения, что разрушительное молчание отделяло их друг от друга все дальше и дальше.       Чуть ли не до пощипывания в глазах ненавидела, что ситуация на вкус ощущалась полным отчаянием, бесповоротным прыжком в никуда.       — Что же случилось?       Ее сердце забилось быстрее при звуке его голоса. Вепар продолжал делать свою работу — его ладони плавно и легко скользили по коже, а глаза не отрывались от собственных действий.       Несмотря на заданный вопрос, выражение лица оставалось неизменным, сосредоточенным на поставленной задаче.       Вики поняла, что слишком долго молчала в поисках на его лице нескрытых эмоций. Неловко прочистила горло, разбавляя напряженную тишину и огорчаясь, что ничего не смогла найти.       — Мы собирались возвращаться с праздника во дворец, но Люцифер… — тяжело сглотнула, снова чувствуя нарастающую тревогу. — Он не смог сосредоточиться и случайно переместил нас в темный коридор. Демоны… они появились из ниоткуда, окружили со всех сторон…       Вики замолчала, заметив, как движения на секунду замедлились, прервали собственный ритм. В следующую он снова продолжил, как будто ничего не произошло.       — Тьма господина вышла из-под контроля? — тихо поинтересовался, не поднимая взгляда.       — Да… — она прикрыла глаза, стараясь в темноте скрыться от кровавых картинок, стоящих перед глазами. — Его тени… они были особенно кровожадны и беспощадны. Столько крови я еще никогда не видела. Это… это было слишком.       Не получилось скрыть волнения в голосе. Эмоции поглощали ее, засасывая в воронку. Она хотела бы забыть произошедшее, потому что была уверена в собственных кошмарах, навещающих по ночам.       Литры крови, булькающие звуки и предсмертные звуки теперь будут сопровождать каждую тревожную ночь.       Вепар прекратил свои действия и выровнялся во весь рост, но ладонь продолжала лежать на коже. Вики переместила свой взгляд на него и задержала дыхание.       Его взгляд был прямым и тяжелым, лишенным почти всех эмоций. Какая-то одна, которую невозможно было расшифровать, почему-то давила на ее грудную клетку, лишая необходимого пространства для вдоха.       — Это закончилось, — его голос утратил неловкую тишину, обретая нетипичную рокочущую мягкость, оборачивающую в одеяло.       От его ладони, слегка сжимающей кожу в поддерживающем жесте, исходило тепло. Вики вся затаилась, ловя каждое его движение, каждый просвет во взгляде.       Но надежда быстро влетела в стену, когда в глазах беса проскользнула неуверенность. Вепар отвернулся и убрал ладонь, позволяя ей полностью вкусить, как ощущается разрушение всех надежд.       Она много раз это пробовала на вкус, следя со стороны за своей жалкой судьбой, но каждый раз ощущался по-новому.       — Это теперь позади, что самое главное, — тихие слова поддержки были брошены в стену. — Теперь все хорошо.       Вики почувствовала болезненную потребность что-то сказать, исправить ситуацию, но отчаяние накрыло сильнее прежнего, сжимая горло.       Вепар уже полностью развернулся и двинулся к выходу. Его движения были быстрыми и не скрывали желания поскорее покинуть эту комнату.       Покинуть ее.       Она не нашла подходящих слов и сил в себе, когда дверь за ним закрылась вместе с возможностью, проскользнувшей сквозь пальцы.       Из груди вырвался усталый вздох. Она прикусила до боли губу, слыша удары собственного сердца, тревожного и разбитого вдребезги.       «Ничего хорошего не будет».       Вики запретила себе плакать. Она подождала еще несколько минут, убедилась в том, что лекарство впиталось в кожу, и направилась в ванную комнату, не ощущая никаких болей в бедре.       Спустя час тщательного мытья волос и тела от крови, Вики вернулась в комнату и заметила, что постельное белье уже поменяли. Чувствуя усталость и всю тяжесть мира на себе, ломающую тихо и болезненно, она обессиленно опустилась на кровать.       Взгляд затухающей надежды медленно скользнул в сторону закрытой двери. Ее сердце сжалось от мгновенного понимания, что было безнадежно его ждать.       Возможно, она привыкла к его безмолвному присутствию в тяжелые дни, к бесшумному передвижению теней и убаюкивающему дыханию, но сейчас мерзкий и противный голос шептал в голове, что это было глупо.       Глупо ждать, когда он выбрал не ее.       Вики смирилась с собственным одиночеством и закрыла глаза в надежде, что когда-нибудь боль утихнет.

***

      Легкое прикосновение к щеке, напоминающее перышко, перехватило ее сон без сновидений. Она затаила дыхание, внимание полностью сосредоточилось на невесомых движениях, которые отдавали волнением прямо в сердце.       «Люцифер…»       Грудь сжалась от эмоций, которые нахлынули подобно цунами. Она медленно открыла глаза, стараясь никаким образом не выдавать, что эти прикосновения перевернули все вверх дном.       Но первое, что она испытала, увидев склонившееся над собой лицо, был страх. Сердце грохнулось куда-то вниз, тело дернулось в попытке спастись — обычный инстинкт самосохранения, который сейчас особенно остро замигал в голове.       Вторым, что Вики захотела сделать, это закричать. Звук уже собирался сорваться с языка, но на рот опустилась ладонь и вдавила голову в кровать, лишая шансов сделать хоть что-нибудь.       В животе все крутилось от паники, когда она столкнулась с глазами напротив, отражающими безграничное спокойствие и бездушие.       — Тише, можешь не бояться, я не собираюсь тебе делать больно, — Вики насторожилась, когда ее длинные острые ногти провели по шее и остановились в районе сонной артерии. — Ты знала, что выглядишь совершенно невинно, когда спишь?       Она почувствовала запах алкоголя в ее дыхании и сжалась сильнее прежнего.       «Она пьяна…»       Вся спина запылала и покрылась мурашками от воспоминаний, которые появились издевательски перед глазами. Будь возможность, Вики бы добровольно избавилась от них, дробящих сознание. Перестала видеть угрозу от ее тени, падающей на стену.       Это было до омерзения ненавистно — чувствовать собственное окоченевшее тело, охваченное очередным страхом.       Вики продолжала смотреть на нее, стараясь глубоко дышать и намереваясь взять эмоции под контроль. Она сконцентрировалась на ощущении длинных ногтей, слегка надавливающих на кожу, и постепенно взяла под контроль дыхание.       Теперь оно было тихим и размеренным.       Лилит, нависнувшая над ней, продолжала всматриваться в черты лица. Но в следующее мгновение в ее глазах промелькнул блеск, а улыбка, которая не задевала глаз, образовалась на губах.       Она в последний раз ласково провела кончиками пальцев по шее и убрала руку, перемещая ее на кровать и удобно растягиваясь на соседнем свободном месте.       Вики поняла, что стало проще дышать. Но настороженность никуда не делась, взгляд цеплялся за дьяволицу рядом, которая выглядела чересчур расслабленной и спокойной.       Подозрительно умиротворенной.       — Зачем ты здесь? — голос Вики был тихим, чуть ли не успокаивающим.       Она задавала ей вопрос так аккуратно, будто лавировала между расставленными ловушками, опасаясь случайно угодить в одну из них.       Лилит недовольно цокнула языком, этим звуком хлестая натянутые до предела нервы. Вики непроизвольно сжалась, задаваясь вопросом, а не промахнулась ли она, ступив, казалось, в сантиметре от опасности.       — Ты задаешь вопросы, которые меня раздражают, — Лилит повернула к ней голову, в задумчивом выражении разглядывая лицо. — Допустим, я почувствовала скуку и захотела себя побаловать единственным возможным женским обществом.       — За пределами дворца нет… других дьяволиц, с которыми ты бы хотела поговорить? — так же аккуратно поинтересовалась, делая голос еще тише.       Почему-то ей казалось, что Лилит была из тех, кто с удовольствием проводила свободное время с подобными себе по рангу, ведя беззаботные беседы по вечерам.       — У меня есть Люцифер, — дьяволица произнесла это так, будто все должно было стать очевидным. Только ответ вызвал недоумение, которое отразилось на лице. Она заметила это и добавила: — Раньше его общество полностью меня насыщало, больше не требовалось никого, но сейчас…       Взгляд Лилит не скрывал пьяного блеска интереса, направленного на нее.       — Ты — что-то новое. Твое присутствие во дворце не остается незамеченным, а учитывая историю, из-за которой ты здесь… — она сдержала паузу, давая произнесенному осесть в голове. — Мне любопытно, что ты думаешь по этому поводу и что чувствуешь.       Вики напряженно всматривалась в расслабленное лицо дьяволицы и думала о том, что ей определенно было что-то нужно.       Это не безобидное любопытство, направленное на удовлетворение интереса. За ее состоянием, пьяным и менее сосредоточенным, существовала причина. За вопросами тоже находилось что-то, что она хотела узнать.       Вспомнив недавнее состояние дьяволицы, вспомнив разбитый бокал и кровь на руках, Вики сделала вывод, что с Лилит что-то происходило.       Что-то, что было за гранью ее понимания, но увиденного оказалось достаточно, чтобы понять, что сейчас Лилит была открыта к изучению и представляла меньше угрозы, чем обычно.       Вики это слегка успокоило, позволив почувствовать себя смелее для вопроса, который никогда не должен был срываться с языка.       — Ты выпиваешь всегда, когда что-то идет не так?       Затянувшееся молчание завязало в животе узел надвигающейся тревоги.       Но спустя время смех Лилит — заливистый и откровенный — залил комнату точно цунами. Тело дьяволицы подрагивало, охваченное эмоцией, которую Вики не могла с ней разделить.       Она не отрывала от нее немигающего взгляда, пока та не успокоилась, затихнув, и не взглянула на нее. На лице мгновенно образовалась хищная улыбка, а глаза одобрительно блеснули.       — Ты начинаешь мне нравиться намного больше, когда демонстрируешь зубки, — голос приобрел соблазняющий тон, от которого стало не по себе.       Дьяволица откинулась на подушку за собой, устраиваясь поудобнее.       — Допустим, я выпиваю, когда эмоциям внутри больше нет места. Когда вспоминаю о Создателе и о прошлом, — она странно улыбнулась и повернула к ней голову. — Намного проще думать в затуманенном состоянии над тем, как я хочу вырвать Его сердце из груди, чем в трезвом.       Вики подумала, что это было слишком… откровенно. Несвойственно и открыто. Она немного растерянно продолжала смотреть на нее, не зная, что сказать.       — О, я смогла тебя удивить, — в глазах Лилит показалось удовлетворение. Она в любопытстве наклонила голову. — Но неужели ты никогда не думала о чем-то подобном?       — О чем?       — О Создателе.       Вики мысленно подчеркнула, что крайне редко думала о Нем. Мысли всегда были быстро ускользающими, не поселяющимися надолго в голове. Напоминали легкий порыв ветра, который слегка касался кожи и больше не приходил.       Если она вспоминала о нем, то не чувствовала ненависти. Скорее сомнение и недоверие. Горечь, которая отчетливо выделялась на языке.       Она не горела ненавистью к Нему, не винила во всем, что с ней происходило. Удивительным образом огибала стороной, не прикасаясь своими эмоциями, которые действительно горели от потребности быть потушенными любым способом.       Расфокусированный взгляд вернулся к Лилит, растягивающей губы в издевательском жесте. В груди от осознания неприятно дрогнуло.       Ее ненависть, напоминающая кипящую лаву, не касалась Создателя, потому что уже принадлежала другому.       Люцифер был тем, кого она искренне ненавидела, в ком видела начало и конец своей жизни. Он являлся ее источником злости, бездонным колодцем, откуда бралась вода и никогда не заканчивалась.       Он являлся причиной кошмаров и головных болей, ноющего сердца и разбитой души. Ее ненависти было этого достаточно, чтобы вспыхивать от одного его взгляда, голоса или действий.       Вики было достаточно знать о его принадлежности в случившемся и ненавидеть, не замечая ничего вокруг из-за пелены ослепляющей боли.       Было достаточно, чтобы слепо позволять собственным эмоциям идти напролом вперед.       — Дай угадаю… — сквозь дымку мыслей пробился язвительный голос, от которого все снова сжалось внутри. — В твоей голове Люцифер был единственным злодеем и не существовало никого другого, кого тоже можно было считать виноватым.       Вики не заметила никаких вопросительных ноток в голосе и вернула свое внимание к дьяволице.       Лилит выглядела так, словно наконец-то нашла себе занятие, способное убить тянущееся время. Даже наклонилась всем телом вперед, не сумев сдержать открытый порыв в заинтересованности.       — Ты сделала его виновником всех грехов, как когда-то поступил с ним Создатель, — дьяволица не прятала в глазах блеска, скользя по ее напряженной фигуре острым взглядом. — Оказывается, в тебе было не больше света, чем в любом падшем из нас. И его явно больше нет, чтобы быть справедливой.       «Мне приносит удовольствие наблюдать, как все светлое внутри тебя умирает здесь. Рано или поздно ничего не останется от той, которая несмотря ни на что хотела верить в лучшее».       Вики тяжело сглотнула, ненавидя ощущение нестерпимого давления в груди. Снова взглянула на дьяволицу и не смогла проигнорировать огонька раздражения при виде ее довольной улыбки.       — Странно слышать о справедливости от тебя, не считаешь? — в вопросе не было злости или обиды.       Только усталость и глубокое истощение, неспешно поедающие изнутри.       — Я не святая. Больше нет, — последнее она добавила тише, словно напоминала самой себе об этом. Потом недовольно цокнула и махнула рукой в сторону, отгоняя лишние мысли. — Но я знакома со значением этого слова и считала его центром своего нутра, пока не поняла, что тьма намного вкуснее и приятнее.       На ее губах образовалась дьявольская улыбка.       — Думаю, мы с тобой в какой-то степени похожи, — ее карамельные радужки накрыла пелена глубокой задумчивости. — Обе верили в лучшее и обе шли ко дну. Сейчас разница лишь в том, что одна уже достигла дна, а другая еще нет.       Улыбка Лилит вдруг дрогнула, потеряв уверенность. В выражении лица появился интерес.       — Я бы хотела увидеть, как ты его достигнешь.       — Думаю, это то событие, которое ты действительно ждешь, — Вики не скрывала своего раздражения, когда уголок губы дернулся вверх. — И наверняка займешь место в первом ряду, чтобы получше на это посмотреть.       Лилит слегка приподнялась на локтях и отзеркалила ее усмешку, которая ощущалась острее лезвия. Наклонила голову набок, не отводя глубокого взгляда.       — Это вряд ли.       — Неужели? — Вики усмехнулась, но затем отдернула себя, тяжело выдохнула и поглотила вырвавшиеся эмоции. — Зачем весь этот разговор?       Дьяволица в притворном раздражении закатила глаза и цокнула, почти изящным движением поднялась с кровати и поправила волосы, смотря на Вики сверху вниз.       — Мне приносит большое удовольствие наблюдать за тем, как список ненавистников Создателя пополняется, — она улыбнулась так, словно была капризным ребенком, сделавшим гадость и оставшимся безнаказанным. — Думаю, теперь ты очень близка к тому, чтобы в него попасть.       Она задорно подмигнула, словно они были близкими подругами. Одарила каким-то странным взглядом, будто между ними появился секрет.       Вики с нахмуренными бровями наблюдала за тем, как дьяволица собиралась уходить, но почему-то остановилась у двери и обернулась.       Их взгляды встретились.       — Я знаю, что смерть тебя настигла в церкви, что ты была там, чтобы найти покой.       Вики старалась не показывать, что от промелькнувших воспоминаний стало нехорошо. Лишь тяжело сглотнула, чувствуя призрачный вкус пепла на стенках горла.       — Надеюсь, когда-нибудь ты все-таки проснешься с мыслью, что Он должен был гореть за все свои решения и действия. Не ты.       И вышла в коридор, оставляя после себя ужас от громких слов, шок и опустошение.       Вики поняла, что больше не сможет заснуть. Поэтому немного посидела на кровати, пытаясь осмыслить все.       Ничего не добившись, она поднялась на ноги и вышла из комнаты, чувствуя легкий голод в животе.

***

      Когда Вики спускалась вниз по лестнице, то слышала голоса, но стоило ей появиться в поле зрения, как помещение резко погрузилось в тишину.       Она не могла видеть Азриэля во весь рост, но заметила, что верх его тела облегали металлические доспехи, рукоятка меча выглядывала из-под стола, а темные волосы были в легком беспорядке.       Когда они встретились взглядами, Вики заметила, что золотые крупицы в его радужках сверкали. Он склонил голову в приветствии, растягивая на губах завораживающую ухмылку.       Когда она отодвинула стул и села напротив демона, то старалась не смотреть в сторону Люцифера, взгляд которого ощущался ожогом на коже.       Боковым зрением она заметила беззвучный щелчок его пальцев. Через несколько секунд рядом образовался бес, его незнакомый запах распространился по воздуху.       Вики заметила, как Люцифер склонил голову в ее сторону, бес понял беззвучный приказ и исчез. Через несколько секунд появился вновь с подносом и начал расставлять тарелки и приборы.       Рот наполнился слюной при виде сырников, политых небольшим количеством сгущенки и украшенных свежими ягодами малины и голубики. Но следующий вдох заставил переключить внимание на кружку.       От поверхности исходил легкий вьющийся пар, запах кофе моментально проник в легкие. Ее сердце дрогнуло и заныло.       Когда бес закончил, он поклонился и растворился в черной дымке. Теперь образовавшаяся тишина казалась неприятной, дергающей за нервы.       Она взяла приборы в руки и мельком взглянула на демона. Он с изогнутой бровью смотрел на Люцифера.       — Можешь продолжать.       Вики бросила незаметный взгляд в его сторону, но сразу же вернула к тарелке, поняв, что Люцифер продолжал смотреть на нее.       Скрывая нервозность, она наколола на вилку малину и отправила себе в рот. На языке кислота и сладость соединились в единое целое, удовлетворяя рецепторы.       — Что ж, я остановился на том, что теперь обстановка должна быть спокойной, — Азриэль не чувствовал никакого напряжения, вальяжно развалившись на стуле. — Тот, кто готовил на меня покушение, публично был казнен.       Вики резко подняла голову, ее глаза широко раскрылись и скользнули по телу в поисках каких-либо повреждений.       Ариэль заметил это и посмотрел на нее, одарив знакомой хищной улыбкой.       — О, неужели ты переживаешь за меня? — от его тона так и сквозила игривость. — Мое сердце сейчас растает.       — Азриэль.       Демон закатил глаза и сосредоточился на Люцифере, сложив руки на груди.       — Так, я остановился на том, что тот бесстрашный придурок был казнен, — он в задумчивости почесал подбородок. — Другие, которые ему должны были помогать, тоже мертвы.       — Что насчет остальных?       — Группа твоих недоброжелателей уже была побольше, еще и скрывались более тщательно, — он усмехнулся, на губах образовалась безжалостная улыбка. — Как ты знаешь, я — лучший, поэтому долго им прятаться не удалось. Все до единого были убиты публично.       — Какое настроение у бессмертных?       — Все довольно спокойно, — демон слегка скосил глаза в сторону, задумываясь. — Толпа выглядела довольной, потому что многие поддерживают и ждут твоего полноценного возвращения. Было только несколько демонов, которые выглядели подозрительно тихо, но за ними уже наблюдают мои помощники. Все под контролем.       — Хорошо, — Вики услышала нотки облегчения в голосе Люцифера, отправляя кусочек сырника в рот. — Выдели себе несколько демонов, которым можешь доверять. Не стоит лишний раз рисковать.       — Ох, им лучше не пытаться задеть мое красивое личико, — Вики не смогла скрыть улыбки, а Люцифер закатил глаза. — А если все-таки попытаются, то я самым тошнотворным и кровавым способом доберусь руками до их сердец, чтобы поджарить их. Они умрут самой мучительной смертью, вдыхая запах собственной горящей плоти.       Вики поморщилась, собираясь сказать, что она вообще-то ела, но передумала, медленно пережевывая голубику во рту и стараясь не воображать в голове сказанное.       Люцифер усмехнулся, одобрительно качая головой.       — Даже не буду пытаться тебя сдерживать.       — Правильное решение. Особенно этого не стоит делать, когда я жажду крови, — Азриэль снова ухмыльнулся, поднимаясь на ноги. — Как бы не было печально, но мне пора покинуть вашу прекрасную компанию.       Он снова бросил взгляд в сторону Вики, одаривая ее легкой улыбкой.       — Ну что, будешь скучать по мне? — демон заигрывающе поиграл бровями. Она сдерживала улыбку из последних сил, отрицательно качая головой. — Вот так? Признаю, это сильно ударило по моей самооценке. При следующей нашей встрече я ожидаю другого ответа.       Он кивнул Люциферу в знак прощания и направился к выдоху, возвращая в воздух невидимое напряжение, пылинки которого опускались на кожу.       Вики предпочла подружиться с тишиной, отправляя очередной кусочек сырника в рот, наслаждаясь его нежным вкусом.       Но не успело пройти и минуты, как послышались приближающиеся шаги. Вики незаметно вздохнула и поняла, то напряжение теперь станет более отчетливым и видимым.       Она даже не обернулась, когда Лилит легкой походкой показалась в поле зрения.       — Это же Азриэль ушел? — ее вопрос прозвучал бесцветно.       Люцифер почему-то усмехнулся, слегка поворачивая голову к ней, но не смотря.       — Ждала, когда он уйдет?       Дьяволица промолчала и одарила его нежной улыбкой. Сделала несколько шагов, и тени поползли в стороны, пропуская и позволяя остановиться за спиной. Ее ладони опустились на широкие плечи и начали медленно мять их.       Вики напряглась, неосознанно сильнее сжимая прибор в руке. Она мгновенно почувствовала себя здесь лишней.       — Ты же знаешь… — ласковым голосом начала, слегка склонившись к его уху. Вики заметила, как он напрягся, но не шелохнулся. — Сейчас наши с ним отношения не очень складываются. Но ты мог бы с ним поговорить и…       — Вы достаточно давно знакомы, чтобы самостоятельно разобраться в этом.       Лилит нахмурилась, услышав в его голосе безразличие и незаинтересованность. Ее руки с заметным усилием начали давить на плечи, продолжая расслабляющие движения.       — Неужели тебе плевать? — в том, как она вопросительно это произнесла, послышалось невесомое раздражение.       — Нет. Но вы не маленькие дети, чтобы мне приходилось вмешиваться и мирить вас. Да и у меня слишком много дел, чтобы заниматься чем-то подобным.       — Конечно-конечно, я сразу не подумала об этом… — Лилит забормотала, продолжая движения. — У тебя безумно много дел, еще и все происходящее… Я понимаю.       Когда большие пальцы начали поглаживать кожу его шеи, Люцифер отодвинул стул от стола и поднялся на ноги, слегка оборачиваясь телом к дьяволице.       — У нас с тобой сейчас есть дела. Собирайся.       Лилит при этих словах расцвела на глазах, на ее лице образовалась улыбка, полностью характеризующая нежность.       Вики прикусила нижнюю губу, стараясь не замечать шевелений в груди и продолжая чувствовать себя частью незаметного интерьера.       «Как будто меня здесь нет…»       — Куда мы идем? — в голосе не скрывалось нетерпение и предвкушение.       Люцифер поправил свою рубашку, разглаживая образовавшиеся складки.       — К демону Уфиру.       Вики показалось, что температура резко поменялась, опустившись на несколько градусов. Ее привлекло движение руки Лилит, которая прижалась в защитном жесте к животу.       — Зачем нам к нему?       Любопытство нетерпеливо зашевелилось внутри. Вики уже в открытую смотрела на них, изучая и анализируя эмоцию каждого.       — Дела в Аду становятся более напряженными. Времени на ожидание не осталось, — его взгляд стал серьезным и решительным. — Я отведу тебя к нему, чтобы он смог добраться до твоих забытых воспоминаний.       Еще до того, как они с Люцифером столкнулись взглядами, у Вики перехватило дыхание.       — Пора с этим заканчивать.       Он отвел взгляд через секунду, но ей и этого было достаточно, чтобы внутри все рухнуло. Из-за шума в ушах не сразу бросилось во внимание, что пальцы начали подрагивать.       Лилит молчала, чем привлекла внимание Люцифера. Он с некоторым беспокойством сжал ее плечи и заглянул в глаза.       — Обещаю, он не сделает ничего, что может заставить тебя почувствовать себя не так, — она продолжала молчать, поэтому он добавил еще тише: — Я буду рядом.       — Я не пойду к нему.       Он резко отстранился от нее и убрал руки, выглядя растерянным. Тени начали яростно пронзать воздух — создавалось впечатление, будто они могли шипеть. Лилит сделала шаг к нему с сожалением в глазах.       — Почему?       — Я не могу впустить его в голову, — она тяжело вздохнула, обхватывая его лицо ладонью. Поглаживая, будто пытаясь приручить или успокоить. — Пожалуйста, не заставляй меня переступать через себя. Я готова для тебя сделать невозможное, но только не это. Только не то, что кто-то может увидеть все мое нутро и всю меня.       — Он не будет смотреть ничего, кроме тех воспоминаний, где ты разговариваешь с Создателем, Лилит, — его голос потерял растерянность и становился более поучительным, с легким оттенком холода. — Ничего из того, что ты не захочешь показывать, он не увидит.       — Я все равно не могу его впустить внутрь, — она уже бормотала, перемещая руку ниже. Ее ладонь замерла на его груди, словно просила остановиться. — Может, надо подождать еще совсем чуть-чуть? Я думаю, что скоро уже все вернется, мы освободим тебя…       Люцифер смотрел на нее сверху вниз, все его эмоции быстро пропали с лица, оставляя непроницаемую маску, которая Вики была знакома.       Лилит продолжала говорить о том, что скоро все само вылезет наружу, просила еще немного времени, продолжая в успокаивающем жесте водить рукой вверх-вниз.       Ее ладонь скользнула ниже, рот открылся в стремлении сказать что-то еще…       Секунда — и маска треснула, громко ударившись о пол.       Люцифер схватил дьяволицу за запястье и дернул в сторону от своего тела. Ее глаза широко расширились, когда другая его рука сжала волосы на затылке и дернула вниз, заставляя запрокинуть голову и посмотреть ему в глаза.       В глаза, окутанные тьмой и тихой яростью.       — Не смей. Прикасаться. Ко мне.       Вики никогда не слышала, чтобы он цедил слова, чтобы его голос настолько сильно дрожал от эмоций, поэтому почувствовала самую настоящую тревогу, вонзивнушуюся в заднюю часть шеи.       Развернувшись, она тихо приросла к стулу и сжимала его спинку, впиваясь кончиками пальцев в дерево.       Она сама того не подозревая оказалась безмолвным зрителем внезапной сцены, оказалась свидетелем того, чего не должна была увидеть.       И удачно — в самом первом ряду.       — Больше не смей прикасаться ко мне, — повторил уже более спокойно, но в голосе невозможно было не заметить смертоносность. — Никогда.       Секунда — и истина столкнулась с лукавством, пронзая последнее насквозь.       Лицо Лилит, которое застыло в ужасе и непонимании, изменилось по щелчку пальцев. Ее всегда нежная и любящая для него улыбка превратилась в уродливую, очерняющую своей гнилой искренностью.       — Я уже думала, что начала сходить с ума, что мне мерещилось то, чего никогда не было, — голос был злобно-насмешливым, пропитанным смертельным количеством яда. — Теперь я наконец-то вижу, как ты на самом деле ко мне относишься.       — Надеюсь, ты не осталась разочарована, — он отзеркалил ее улыбку, выглядя жутко, на грани безумия. — Я старался сделать все возможное, чтобы не показать, как я тебя ненавижу.       Лилит попыталась вырвать руку из его хватки, но она оказалась очень крепкой. Она в интересе прищурила глаза.       — Где я просчиталась? Когда ты понял, что все это ложь?       — Так ты не догадалась? Это даже в какой-то степени разочаровывает, — глаза Люцифера вспыхнули жестокостью. — Неужели ты думала, что я не узнаю о том, что о нашем наступлении на Небеса ты рассказала Михаилу?       В выражении лица Лилит появилась трещина, открывающая больше, чем можно было. В глубине глаз мелькнуло смятение и паника. Две эмоции, кидающие в руки Люцифера орудие против нее.       И он без колебаний воспользовался им, сильнее сжимая волосы, смотря на нее со своего роста так, словно она омерзительная преграда перед его ногами.       Словно перед ним грязное пятно, требующее немедленного уничтожения.       — Ты действительно думала, что сможешь добиться моей смерти, но промахнулась. Не подумала, что пытаешься выиграть с тем, кому ты никогда не была интересна.       В ее глазах мелькнула злость, граничащая с какой-то другой эмоцией, напоминающей мрачное отчаяние.       И Люцифер питался этим безбожно и безгранично, делая глоток за глотком, с нетерпимой жадностью и обожанием вкуса.       — Ты хотела власти. Ты хотела его, — он кидался словами, словно копьями, насмехаясь над ней. — Но почему-то забыла, что перед падением и после он не замечал тебя. Михаил даже не рассматривал тебя как ту, что может оказаться рядом.       — Заткнись, — голос Лилит неожиданно дрогнул, став заметно тише.       — Он даже не задумался о том, что с тобой может что-то случиться, когда поведал мне о твоем предательстве, — Люцифер продолжал давить на открывшуюся рану, вдавливая туда пальцы, прокручивая и делая все, чтобы это невозможно было терпеть. — Он поставил тебя под удар, даже не думая об этом. Не пытался увидеть, хотя тайно от меня пребывал в Ад. У него было уйму возможностей, но Михаил не выбрал ни одну, потому что ему это не нужно. Ему не нужна ты.       Эмоции давно пропали с лица, а взгляд стал стеклянным и пустым. Она просто смотрела на него, слушая и впитывая каждое слово.       — Именно эти слова открыли мне глаза. После этого я увидел всю ту игру, которая длилась с Небес, с тех времен, когда мы пылали надеждой и верой в лучшее, — его голос понизился, звуча более жутко, но внушительно. — Я увидел тебя настоящую и испытал отвращение.       — Свадьба… — тихо произнесла, продолжая безразлично смотреть в его глаза. — Та клятва… ты перестраховался.       Люцифер с усмешкой кивнул, выглядя довольным.       — Я знал, что ты ждала моей смерти за каждым углом. Знал, что клятва загнала тебя в тупик, заставляя искать лазейки, которых никогда не было, — он наклонился к ее лицу, оставляя несколько сантиметров свободного пространства. — Я подпустил тебя как можно ближе, чтобы контролировать каждый шаг, чтобы собственными глазами увидеть, как ты промахнешься и оступишься.       Она продолжала молчать, на что Люцифер презрительно усмехнулся.       — Ты же ничего не забывала, — уверенность от сорвавшихся слов была непробиваемая. — Ты прекрасно помнишь разговор с Создателем и помнишь, что он тебе сказал.       — Ты и здесь перестраховался, — в ее голосе слышалась задумчивость. — Не был уверен, помню я это действительно или нет, и тянул время.       — Я рисковал достаточно, чтобы теперь стать терпеливым и дождаться подтверждения. Именно это помогло мне одержать победу.       Это была слепая игра. Пешки двигались, но никто не видел своих ходов, не мог предугадать последствия.       Слепая игра, которая стала судьбоносной для одного из них.       Лилит моргнула, и по щеке скатилась одинокая слеза. Люцифер завороженно проследил за ней и вернулся к ее глазам.       — Я правда пыталась полюбить тебя.       Нижняя губа задрожала, демонстрируя больше открытых мест и ран, по которым можно было ударить.       — Пыталась полюбить тебя и найти в тебе то, что всегда искала, но не смогла, — ее признание было тихим, пропитанным трагичной искренностью. — Я настолько долго и отчаянно пыталась полюбить тебя, что в какой-то момент стала ненавидеть это. Ненавидеть тебя, себя и всех вокруг.       Люцифер неожиданно отпустил ее руку. Его пальцы скользнули по лицу, переходя на щеку, и нежным, почти ласковым движением стерли одинокую слезу, которая так и не разбилась о пол.       Этот жест можно было бы принять за понимание, разделение разрушающих пополам чувств, но его глаза продолжали гореть жестокостью.       Его глаза продолжали источать тьму, которая желала прикоснуться к ней.       Которая не верила ни единому ее слову, соскальзывающему с языка.       — Это не меняет того факта, что тебе было удобно рядом со мной. Что ты знала, что я защищу тебя любой ценой. Что предавала, ожидая моей кончины, — его тени закружились вокруг них, словно хищники, ожидающие повода напасть. — Все кончено. Если в тебе осталось хоть что-то от той, кем тебя нарекали, то расскажи о словах Создателя. Скажи и не заставляй меня делать больше, чем я уже сделал.       Ее лицо дрогнуло, боль в глазах смешалась с ненавистью, отравляя пространство между ними. Он нашел еще одну рану, более значимую, по которой ударил.       Она попыталась дернуть головой, но Люцифер крепко держал за волосы.       Лилит странно усмехнулась, словно знала какой-то секрет, облизнула губы и на одном дыхании выдала:

— «Тьма темнее всех кругом,

Только цвет ее лица светлее снов.

Раз, два, три — злая мгла приди,

И свет навеки отбери.

Нависнут тени над душой,

И просочатся сквозь покой.

Ее сладкие сны обратятся мраком,

Его кошмары — покоем после краха».

      Вики показалось, что ее сердце замерло и перестало биться. Произнесенные слова начали безостановочно крутиться в голове, складываясь в цепочку, конец которой она не хотела видеть.       Она поняла, что задыхалась, борясь и не пропуская стучащее осознание внутрь. Боясь того, что как только оно окажется внутри, все превратится в руины.       Люцифер после произнесенного так долго всматривался в лицо дьяволицы, что показалось, будто остановилось время.       Его зрачки перемещались по ее лицу, ища хоть что-нибудь, дающее намек на ложь, но ее там не было.       Он плотно сжал губы, глаза блеснули смесью ярости и кровожадности. Пальцы, сжимающие волосы, побелели.       Лилит нахмурилась, явно испытывая дискомфорт, но все равно расплылась в улыбке, отражающей ее нутро.       Сломанное и гнилое, заполненное всем плохим, что только могло существовать.       — Внутри себя я на самом деле желала тебе счастья, — в ее глазах проскользнула странная эмоция, которая быстро скрылась внутри. — Только ты бы никогда не смог найти его со мной. Создатель был с самого начала прав.       Лилит впервые за все время бросила взгляд на Вики. Когда их взгляды встретились, она неожиданно подмигнула, словно вокруг не происходило ничего.       Словно они снова были наедине в комнате Вики, ведя разговор, который до сих пор вызывал недоумение и дискомфорт в груди.       Люцифер обхватил лицо Лилит и дернул на себя, наклоняясь ниже вместе с тенями. Она посмотрела на них и вызывающе улыбнулась, не скрывая темного восторга в глазах.       — А ведь я создала тебя таким. С помощью моих рук ты стал смертоносным и непобедимым, — вся боль пропала с ее лица, сменяясь отравляющей издевкой. — Не хочешь поблагодарить меня за то, что теперь никто не может тебя убить?       Люцифер наклонился еще ниже, кончики их носов соприкоснулись. Его глаза полностью заволокла тьма, не давая место сомнениям.       — Да, создала. И именно то, что ты породила, тебя и убьет, — на его губах растянулась беспощадная улыбка.       В следующую секунду мир содрогнулся, когда его тени коснулись ее, начиная медленный отсчет агонии.       Глаза Лилит расширились, из горла вырвался крик боли, когда она упала на колени. Люцифер с хищной улыбкой на лице отошел в сторону и стал наблюдать за происходящим.       Под кожей дьяволицы начала виться тьма, пожирая любой чистый участок, попадающийся на пути. Ее тело дрожало, охваченное мучительными судорогами, а лицо исказилось от боли.       Ее предсмертные звуки, всхлипы и вскрики полностью заполнили дворец. Вики резко отвернулась от происходящего, закрыла глаза и уши, шепча себе под нос, чтобы это поскорее прекратилось.       Ее сердце неистово билось о ребра, будто намереваясь сломать их изнутри.       Казалось, прошла вечность, но она все-таки осмелилась открыть глаза.       Тело дьяволицы безжизненно лежало на полу, кожа вся пропиталась отравляющих ядом.       Вики почувствовала, как тошнота подкатила к горлу, и перевела осторожный взгляд в сторону.       Люцифер не отводил взгляд от тела. Со стороны он выглядел так, будто цепи, все это время сковывающие его руки, наконец-то упали на пол.       Он выглядел так, будто наконец-то стал свободным и избавился от груза, постоянно и настойчиво тянущего его на самое дно.       Из ее рта вырвался громкий вздох отчаяния. Этот звук полностью привлек его внимание, заставив посмотреть в ее сторону.       Когда они встретились взглядами, Вики хватило мгновения, чтобы обратиться в разрушающийся хаос.