Глава 24. Господь узрел, что Лия была нелюбима

Виктория неспешно приоткрыла один глаз, параллельно припоминая события вчерашнего дня, которые привели её в подмышечную впадину дьявола, который уже не спал, задумчиво глазея в потолок. Девушке вдруг стало так неловко за собственные чувства, которые её любимый отец несомненно назвал бы человеческой дуростью или слабостью, что она обратно закрыла глаза, надеясь на то, что Люцифер рано или поздно встанет сам, а она сможет незаметно улизнуть. Очень хотелось избежать неловкости, которая ещё вчера показалась ей бурлящей страстью. Очень хотелось, но не вышло. — Доброе утро, — хриплым баритоном сказал мужчина, продолжая смотреть в потолок. — У тебя что глаза на затылке? — раздосадовано шикнула блондинка, готовясь поклясться, что он не поворачивал голову в её сторону, а один глаз она открыла бесшумно! Люцифер все ещё не сводил взгляд с антикварной люстры над их головами, но легкая улыбка, посвященная недовольному сопению Виктории, тронула его лицо, украшая массивную челюсть двумя очаровательными ямочками, от которых у девушки каждый раз перехватывало дыхание. Исподтишка она опустила взгляд на торс дьявола, на котором покоилась её рука. В полном смятении, стараясь томно не глотать, разглядывая его тело, Виктория аккуратно убрала руку, мысленно заходясь в приступе истерики, представляя, что он должно быть подумал о её слюнявых обнимашках во сне. Стоило девушке плавно перекочевать на другой конец матраца, как Люцифер все же соизволил повернуть голову в её сторону, теперь разглядывая её с абсолютно серьезным и задумчивым выражением лица. Все три последних часа он неподвижно лежал на кровати, теряясь в собственных догадках. А виной тому была энергия Виктории, вспышка которой разбудила его посреди ночи. Вспышка энергии и удар локтем по горлу, в процессе кровавой баталии блондинки за монопольное владение одеялом при помощи непонятных шаманских кульбитов, вытесняющих дьявола на пол. Все остальное дьявола отнюдь не смущало: ни молчаливые признания в чувствах, ни её голая грудь, торчащая из-под простыни, с напряженными горошинами сосков, ни её резкие порывы заобнимать его до смерти во время сна. — Как спалось? — вежливо улыбнулся Люцифер, упиваясь общим смятением Виктории в его присутствии. В совокупности с её обыденной надменностью и самоуверенностью, это смущение, как у девственницы после первого секса, знатно его веселило. Каждый раз, стоило ему только открыть рот, как внизу её живота вспыхивал огромный жаркий ком. — Неплохо, пока не увидела твою рожу утром, — натягивая одеяло до подбородка, заприметив хищный взгляд дьявола на своей груди, крякнула блондинка, проклиная на чем свет стоит. Максимум недовольства и сарказма — и, возможно, он забудет, как она вчера лужицей растеклась перед ним, а потом податливо стекла по его члену, в порыве страсти выкрикивая какой-то несуразный похотливый бред. — А мне казалось, что твои сонные признания в любви — явные свидетели того, что утром ты будешь приятно удивлена, — зловеще ухмыльнулся мужчина, плавно пододвигаясь в сторону девушки, у которой теперь оставалось только два пути — к нему на член или с головой на пол. — Не было такого, — презрительно щурясь, зашипела Виктория, всеми силами избегая взглядов на тело мужчины, которое так маняще надвигалось в её сторону. Но, как оказалось, в глаза ему смотреть — идея ещё похуже, поэтому девушка просто не нашла иного выхода, как крепко зажмуриться, заставляя Люцифера громко заржать. Мужчина напористо навис сверху, обдавая блондинку своим горячим мятным дыханием. Виктория обреченно распахнула глаза, уже готовясь принять свою смерть от его губ на своей шее, с трудом сдерживая томительный стон, как Люцифер резко отстранился, вставая с постели. — Вставай, мой юный друг, нас ждут дела, — театрально поучительно произнес дьявол, с легкой усмешкой на губах направляясь в сторону душа, пятой точкой чувствуя, как раздосадовано Виктория провожает его спину взглядом, задерживаясь на его упругой заднице.

***

Поглядывая на часы, которые как раз показывали время вернуться в Ад, Мими перевела недовольный от ожидания взгляд на лестницу, с которой, о чем-то споря, спускались Люцифер и Виктория. Хотя скорее спорила блондинка, а дьявол просто над ней потешался, по-собственнически придерживая её за талию. Гилберт закатил глаза, проиграв Мими пинок под зад. Мими довольно облизнулась, а Карлайл смущенно отвел взгляд, который моментально наткнулся на россыпь укусов на шее Виктории. Оркестр стонов и криков так же не обошёл его стороной, как и всех остальных в этом доме, но, почему-то осознать, что девушка осталась ночевать в его спальне — оказалось страшнее всего. — Привет, — напоследок пнув Люцифера кулаком в плечо, улыбнулась Виктория, становясь рядом с Карлайлом. — Доброе утро, — сдержанно ответил учитель, стараясь отвести убийственный взгляд от затылка Люцифера, который что-то обсуждал с Гилбертом, закуривая сигарету. Но Виктория перехватила его раньше, чем Карлайл успел спрятать свое разочарование, разглядывая паркетные доски на полу. — Карлайл… — Все в порядке, Виктория. Прошу, не стоит оправданий. — Нам пора, — прервала их Мими, вклиниваясь посередине, многозначительно улыбаясь своей подруге, которая намеренно игнорировала её ухмылку. — Как спалось? — не сдавалась дьяволица по пути к парковке. Карлайл благоразумно отделился от их пары, плетясь где-то позади, с интересом разглядывая все вокруг. Люцифер, как обычно вальяжно, шагал впереди, со скучающим видом слушая Гилберта и куря сигарету, периодически оглядываясь для того, чтобы подмигнуть Виктории, все ещё обиженной за утренний облом. — Ужасно, — ответила Виктория, уже открывая дверь машины, на которой обычно ездила Мими. Меньше всего сейчас хотелось остаться в десятисантиметровой доступности к чему-то выпирающему у Люцифера в штанах. Но Люцифера такие нюансы абсолютно не смущали, поэтому локоть Виктории моментально оказался в его цепком захвате. — От меня не сбежишь, — коварно ухмыляясь, прохрипел дьявол прямо в ухо, не особо сопротивляющейся девушки, которая правда планировала какую-нибудь гадкую выходку, шагая в сторону машины Люцифера. Он галантно приоткрыл для неё дверь со стороны пассажирского сидения, а затем, махнув Гилберту в сторону машины Мими, элегантно плюхнулся за руль. — И какой у нас план? — отвлекая саму себя от невольного любования дьяволом в черном брючном костюме, спросила Виктория, отворачиваясь лицом к окну.

***

Дино рухнул на диван, руками зажимая голову, вспоминая отрывки своей беззаботной жизни на Небесах, где он — простой рядовой служащий, мечтающий поскорее дослужиться до пенсии и умотать в Эдем на заслуженный отпуск. Возможно, в процессе ему даже удалось бы заделать потомство, такое же обреченное на бессмысленную службу высшим чинам, запрограммированное лишь на то, чтобы разносить кофе и сортировать отчеты в архивах. Возможно, он мог бы даже влюбиться в какую-нибудь зачуханную белокрылую секретаршу, которая бы скрашивала его одинокие будни. Миллион возможных вариантов исхода событий, в которых он сидел на потрепанном диванчике на окраине Техаса, прокручивая в голове то, что пару часов назад повергло его в леденящий душу ужас. Ангел буквально почувствовал, как умер, а когда очнулся, валялся в луже крови в окружении по меньшей мере сотни восставших из мертвых людей. Вспышка белого света отвлекла Дино как раз посреди его внутреннего совещания по поводу того, что Виктория Уокер его нагло поимела, даже если в изначальном плане — имел её он, как бы смешно это не было, и как бы тяжело это не было представлялось. — Михаил, — устало выдохнул ангел, даже не глядя на белый свет, узнавая в потоке мощной энергии своего нерадивого начальника, которому, честно говоря, уже даже Дино хотелось начистить морду.

***

Виктория важно расхаживала между многочисленных рядов демонов, которые пару часов назад только закончили разграбление спиртных запасов этого города и сейчас с трудом держали оба глаза открытыми. — Странно, что Михаил ещё не явился сюда со своей пернатой сворой, — хмыкнула Мими, обращаясь к Люциферу, с которым они спрятались в дальнем углу церковной залы, куря сигареты и попивая утренний виски. Люцифер передал ей флягу, не сводя глаз с фигуры Виктории, которая, хотя и делала вид, что контролирует ситуацию, выглядела подавленной. Впрочем не она одна. Их всех волновала одна общая проблема, а именно то, что ритуал прошёл не так, как того ожидалось. В геометрической прогрессии наоборот, и от этого, у Гилберта начал дергаться правый глаз. — Меня больше волнует, где нам взять ещё пару тысяч демонов. — Да уж, шесть сотен калек в человеческих телах — не то, на что мы надеялись. — Ангел и Кроули тоже выжили. — Тогда предлагаю перерезать им глотки снова, — оскалилась Мими, в левой руке мастерски перекручивая пальцами небольшой складной ножик, всегда готовый к работе. — Заманчиво. — Он сразу представил, как чудесно было бы с концами разделался с этим сомнительным соперником за сердце Виктории. Сомнительным от слова ему неровней, но мертвые ангелы ему нравились больше в любом случае. Одно особенное исключение в лице его бывшей возлюбленной, всплыло в мыслях дьявола, напоминая ему о единственной причине, по которой он должен был находиться тут. Не из-за Виктории, которая как раз в этот момент, размашисто шагала в его сторону, пуская по ветру свои лохматые лохмы, которые в последнее время с завидной регулярностью лезли ему в рот по утрам. — Люцифер, — командным тоном выдала блондинка, подпрыгивая на месте, пытаясь привлечь к себе внимание. Но внимание привлекать не надо было. Оно всегда было всеобще только её, даже если дьявол всем видом показывал обратное, идя на поводу у своей тысячелетиями формировавшейся сущности. Мужчина лишь вопросительно приподнял одну бровь. — Что будем делать? — игнорируя его скучающее выражение лица, спросила Виктория, порядком привыкнув к его встроенной защитной реакции на любого рода проявления чувств. Чем сильнее он её игнорировал — тем мощнее она ощущала его привязанность к себе, даже если пока, единственный язык, на котором они научились выражать свои чувства — это секс. — Ты королева, ты и командуй. — Я серьезно. — Я тоже. Блондинка натянуто улыбнулась, на пятках разворачиваясь к скопившейся толпе, которая ждала от неё какого-то руководства к действию, но руководства не было, ровно как и какого-либо действия. Тупик и сотня демонов, которые сейчас выглядели скорее как бомжи, подравшиеся на заправке за бутылку водки. Сказал бы кто древним пророкам тысячу лет назад, что вершители судеб и убийцы человечества, сейчас хлестают похмельный пивасик на лавочке в церкви, они бы уписались от смеха. — Я так и знала, что у тебя просто нет никаких предложений, — решив пойти ва-банк, начала Виктория, взвешивая все «за» и «против», понимая, что в собственной пустоте «ничего», единственный выход к решению проблемы мог бы найти этот сексапильный дьявол, который, собственно, в корне был причиной всех проблем в их жизни. — Неа, Уокер, — выдохнул он девушке прямо в ухо. — Со мной такой номер не прокатит. — Какой номер? — пискнула Виктория, корча как можно более удивленное лицо. — Я не буду решать твою проблему за тебя, если ты решишь взять меня на слабо. — Мою проблему? — шикнула Виктория громче положенного, заставляя пару демонов обернуться в её сторону. — Тебе напомнить, кто саботировал в Аду бунт и прислал мне муляж своих крыльев, чтобы я оказалась здесь, вместо того, чтобы править? Люцифер лишь равнодушно пожал плечами, вспоминая свой гениальный план, который пошёл по демонической звезде в результате какого-то магического стечения обстоятельств, при котором он не мог отрезать девчонке крылья или почувствовать её энергию. Череда этих размышлений вновь натолкнула его на утренний казус, когда вспышка её энергии разбудила его. Мужчина ненароком глянул на спину Виктории, задумчиво прищурившись. — Что? — уже недовольно рявкнула блондинка. — Пойдём, маленький хоббит, — закатывая глаза ответил Люцифер, притягивая девушку за локоть к себе, ведя её прямиком в центр толпы, чтобы реализовать единственный план действий, который был им доступен.

***

— Просто возьмем и все массово ломанемся в Серебряный Град? Серьезно? Учитывая, что ты не можешь попасть на Небеса, то ты предлагаешь 669 и Кроули, который под вопросом, взять в руки вилы и атаковать несколько тысяч ангелов? — Больше всего в этом идиотском плане Люцифера раздражала реакция толпы, которая бурно его поддержала, будто это и впрямь было до смешного плевое дело. — Ты недооцениваешь демонов и переоцениваешь наши варианты, — с видом видавшего виды старца, ответил Люцифер, когда они поднимались по лестнице в его спальню. С одной ноги распахнув дверь, как к себе домой, Виктория нырнула в комнату, тут же без сил повалившись на кровати. Не хотелось ничего, кроме того, чтобы унять это ноющее отчаянье внизу живота, но единственный способ разрядки даже не намеревался сесть с ней рядом, столбом застыв в проходе. — Ложись спать, я скоро приду, — отрезал мужчина, даже не глянув на блондинку, уже ломанувшись по лестнице прямиком в гостиную, в надежде застать там Мими или Гилберта, но уж точно не Карлайла с книгой у камина. Минувшие сутки и все события, которые в них вместились, не позволили учителю сомкнуть глаз, поэтому все время он провёл в углу, пряча свою глубокую задумчивость за прочтением Вальтера, даже если читал он его уже в сто пятый раз и Виктория с легкостью могла вычислить обман. — Плохой день? — разворачиваясь в сторону Люцифера, спросил Карлайл, складывая книгу на колени, наблюдая за тем, как дьявол залпом осушивает стакан с виски, явно пребывая не в лучшем расположении духа. — Плохой век, — фыркнул Люцифер, намекая на отсутствующее желание продолжать вести с учителем диалог. Карлайл снова открыл рот, чтобы что-то сказать, но Люцифер нагло прервал его жестом одной руки, глазами приказывая оставить его в покое. Карлайл встал, напоследок одаривая Люцифера презрительным взглядом, а Люцифер — закурил сигарету, ослабляя ворот рубашки.

***

Три часа он просидел в гостиной, медленно убивая себя изнутри тысячей мыслей, которые, к его великому сожалению, были такими же разными, как и сиськи у его горничной. Одна половина её груди едва достигала второго размера и четко смотрела вверх, тогда как вторая — опущенная четверка почти до самого пупка. Стоило горничной в очередной раз предложить ему массаж любого органа на выбор, как дьявол окончательно вскипел, вскакивая на ноги, даже не потрудившись над тем, чтобы обуться. Прямо в стиле Уокер, босиком, с горящими глазами и ножом в руке, он залетел в спальню, в глубине души надеясь на то, что девушка ещё не спит. Но она храпела как паровоз, размазав свой пухлый рот по подушке. — «Прости, Уокер», — подумал дьявол, острием ножа оставляя легкий надрез у основания крыльев девушки. Несколько минут он сидел на постели, слушая её размеренное дыхание, ощущая её, до этого для него скрытую энергию, наблюдая за тем, как пара капель крови пачкают её же белую шелковую пижамку. Она выглядела так безобидно, что ему вдруг резко стало стыдно. Искренне пытаясь понять, причину того, почему все так резко переменилось, дьявол на самом деле просто пытался не принимать ту истину, которая зрела в его сознании ещё с того момента, когда девушка прощалась с ним, возвращаясь, как она думала, в Ад. Он просто до безумия боялся признаться себе в том, что сейчас, её слабость и уязвимость перед ним — это результат её чувства к нему. А он, просто собирался вырвать их с корнем, вместе с парой крыльев, которая была его единственным способом достичь желаемого.

***

Глаза Виктория открыла с похоронным маршем, ощущая до этого неведомую тяжесть в голове, с трудом сглатывая ком в горле. Но кое-что в её теле отозвалось импульсом посильнее, чем головная боль. Блондинка буквально взвыла, принимая вертикальное положение, от боли в спине, с ужасом оглядывая окровавленные простыни. — Что… — надорвавшимся голосом прошептала она, руками уже потянувшись к основанию крыльев. Лишь обнаружив их отсутствие, Виктория с трудом нашла в себе силы, чтобы закричать.