Часть 26 «Он не успевает»

− А почему ты переехала? Без тебя стало скучнее дома, − хмыкнула Злата, обнимая замученного Кико в руках. Август со второй сестрёнкой кидали друг в друга мячики мопса, и прятались за пуфиками. − Скучно? Вам что, не кого бесить стало? − Маша поглядывает за двумя младшими, чтобы она ненароком не попали в окно или ноутбук. Больше всего им приглянулась комната отдыха, поэтому пришлось сидеть тут. Оставить трёх детей, которые даже под присмотром косячат, это уже риск, причём не малых масштабов. − Мы тебя не бесили. А когда мы будем кушать? − Да! Мы хотим поесть! − Август и Ева подошли к старшим. Эйдан определённо всем тут зашёл, даже как-то слишком сильно. Да и сам парень спокоен и мил с детьми. К чему бы это? − Ладно, сейчас что-нибудь посмотрю, − только Мария поднимается с пола, как падает обратно, из-за того, что сёстры начинают громко кричать на Августа, который всегда дёргает их за волосы. − Твою мать, никогда рожать не буду! − Да ладно тебе, сладкая, тут нет ничего трудного, − Эйдан гладит щёку девушки и сдерживает себя, чтобы не навалиться на неё, погрузив в сладкий поцелуй, по которому уже соскучился. − Да? Ну раз так, − встаёт на ноги и отходит к двери − Мелкие! Весь Эйдан в вашем распоряжении! − Что? Маша просто закрывает дверь и идёт на кухню, сверкая ухмылочкой. Приходилось отгонять детей от парня, ведь они сильно налетали со своими вопросами. Номер Пять просто сидел и наблюдал как любимая таскает сестёр и брата в сторону под их звонкий смех, и сам тихонько усмехался с их игривого настроя. Теперь-то он познает всё, что считал лёгким и спокойным, поймёт какое оно на самом деле. − Маша! − раздался голос парня на верху, но уже поздно. Мария просто включает плиту и приступает к приготовлению ужина. Благо мама девушки научила её готовить с ранних лет, причём достаточно неплохо. Готовка шла спокойно, под весёлую песню, а главное никто не мешал, но только до того момента, как горячее тело сзади не прижало к столу, расставив руки по бокам. − Эйд...? − его рука берёт кисть Маши, в которой она держала лопатку, и начинает помешивать еду в сковородке. Парень прилипает губами к горячей коже шеи, начинает посасывать её и кусать. Вторая рука, обхватив сладкую за живот, прижимала к парню и задирала одежду. − Ты как от них ушёл? − Просто их очень легко отвлечь. А ты, девочка моя, ещё получишь сегодня, когда мы останемся одни! − За что? − Маша убирает руку Эйдана и свою, накрывает сковороду крышкой и вытирает руки о полотенце. − За то, что во-первых продолжаешь вести себя как подружка со мной, а во-вторых подставила и буквально отдала в руки трём мелким хулиганам, − освободившейся рукой Пятый легонько шлёпает девушку по бедру и тут же сжимает его. − Ай, Эйдан, ногтями больно! − Зубами будет больнее. − Только попробуй! Юноша отпускает Машу, оставив на её бедре полумесяцы от ногтей, а на последок усаживается на стул, стоящий рядом, и садит девушку к себе на колени, целуя в губы. Почему-то сейчас она решила поломаться и не отвечала на его жест, только толкалась и кусала за губы. Стискивает зубы сильнее, когда получает шлепок, но не отвечает. Сдерживает крик и как можно тише мычит в рот Пятому. Второй удар был с большим размахом и силой, поэтому от боли рот сам открылся, пуская горячий язык внутрь. − Ну ты доигралась, малышка. − Ой, да пошёл ты! Ты мне ничего не сделаешь! − Мария встаёт с его ног и возвращается к готовке, даже не оглядываясь на Пятого. − Ну-ну. Эйдан пошёл за младшими, видя как сладкая уже раскладывает еду по тарелкам и накрывает на стол. Хочется сделать всё поскорей, ведь как-только дети поедят, их уложат спать, а значит вся девушка будет в его распоряжении. − Пс, мелкие! Идёмте кушать! − шепчет парень когда заглядывает в комнату. Дети сразу оставляют игрушки и бегут к парню, с которым и направляются на кухню. − А сколько лет Кики? − Ева поглаживает мопса, который вообще-то тоже не против полакомиться тем, что едят они. Ей больше нравится называть его именно так, оправдываясь, что так милее. − Месяцев шесть, примерно − пережёвывая хлеб, отвечает Мария. Вся трапеза прошла более и менее спокойно, даже Пятый не лез к сладкой, а только подключался к их диалогу. После всего, пока Эйдан мыл посуду, девушка укладывала младших спать. Они поместились на её кровати, поэтому было решено, что она с Эйданом одну ночь поспит на диване, ну или на пуфиках в соседней комнате. Книг особо не было дома, но воспользовавшись интернетом, Маша быстро усыпила детей какой-то сказкой. Они немного опоздали, но всё же вышли на улицу гулять Кико. Стемнело. Эйдан шёл рядышком с любимой, просунув руку в задний карман её штанов, начиная сминать ткань. Далеко от дома отходить не стали, так как дети дома одни и погулять надо быстренько. − Всё, пойдём? Будешь получать, да? − Эйдан, давай без этого вот, хорошо? − замедляет свои шаг, но парень толкает её вперёд к дому. − Э-эйдан, убери это серьёзное лицо и ухмылку! Ты меня пугаешь! − Идём, милая. Заходят в дом и парень сразу подхватывает сладкую на руки, проходит в гостиную и закрывает двери. Укладывает её на диван животом вниз, стягивает чёрную резинку с её волос и закрепляет на запястьях, заведённые за спину. − Эйдан, ты с ума сошёл? А если мы мелких разбудим? − Я могу заклеить твои милый ротик, сладкая. Хочешь? − проводит языком по скуле и целует в щеку. − Не надо, просто ляг спать! Эйдан! − в полголоса возмущается Мария, когда чувствует как штаны спустили до коленок, а кончик носа начал щекотать бедро, а точнее, внутреннею его часть. − Блять, стой. − М-м, ты наказана! − Пятый огрел ягодицу хлёстким ударом, а затем перевернул Машу на спину, начиная целовать живот. − Обязательно меня одежды лишать? − Конечно! Паренёк пытается не подавать виду, но скулёж при виде нижнего белья на ножках Марии всё выдаёт. Одно движение. Всего одно, чтобы наконец-то сделать это, но нельзя. Эйдан зацепил острым кончиком языка край, самый край её белья. − Нет! Даже не вздумай, Пять! Чокнутый педофил! − Всё, не лезу! Только не дёргайся, − парень падет головой меж ног девушки и обнимает её талию. Одной рукой он пробрался за спину и стянул резинку с её рук, а затем положил их себе на голову, чтобы его погладили. Кареглазая чувствует как внизу становится теплее, от живота, до коленок, а всему виной парень, который лёг своей щекой прямо туда. В щёки Марии тоже прилилась кровь, от чего они стали красными, выдавая всю неловкость и смущение. На нервах она начинает перебирать пушистые волосы Пятого, дабы успокоить себя, но он начинает обтираться щекой о бельё. − Перестань... пожалуйста. − Ну, могу руками, − ухмыляется парень. − Нет, не стоит руками... Лучше... Лучше вообще перестань! − А что, боишься не сдержаться и отдаться мне? − Эйдан перестал баловаться своими издёвками и даже вернул штаны на место. Ложится рядом и укрывает одеялом, смотря в её шоколадные глазки, которые полны недовольства, но всё-равно такие милые. − Спокойной ночи, сладкая. − Очень надеюсь что она будет спокойная. Эйдан гладит плечо Маши, пока та потихоньку засыпает. Смотря на календарь, он понимает что до её шестнадцатилетия всего полторы недели. Он не успевает...