Джей Джона Джеймсон — константа мультивселенной

      Джеймсон был доволен собой — сегодняшний эфир сулил рекордные рейтинги. Возможно, после такого шеф полиции, наконец, прислушается к его предупреждениям и выпишет ордер на арест, отравляющей город и жизнь самого Джоны, ползучей угрозы — Человека-Паука.       Джона поднялся в свой кабинет, но замер прямо на пороге. У окна в помещение стоял незнакомец в длинном твидовом плаще и фетровой шляпе с полями. Мужчина стоял к Джеймсону спиной, потому разглядеть его лицо не представлялось возможным. — ...нет, это было тремя этажами ниже, — бормотал он себе под нос.       Голос показался Джеймсону знакомым и не очень приятным. Преодолев первое удивление, Джона обратился к незнакомцу: — Кто вы? Как сюда вошли? — Добрый день, мистер Джеймсон, — произнес незнакомец, не оборачиваясь. — Кто я, не так важно. Я пришел, чтобы рассказать вам историю. Сюжет века, который вы никогда не сможете опубликовать. — Вздумали мне угрожать?! — вспылил Джеймсон. — Охрана быстро с вами разберётся!       Незнакомец поднял руки, демонстрируя, что они пусты. — Никаких угроз... Просто, выслушайте меня.       Поразмыслив с минуту, Джона ответил: — Выкладывайте. Только быстро.       Он прошел в кабинет и сел в своё рабочее кресло. Незнакомец устроился в кресле для посетителей и надвинул шляпу так, что её поля скрыли его лицо, оставив взгляду только подбородок. Джеймсон был уверен, что где-то уже видел этот подбородок, но никак не мог вспомнить где. — Скажу сразу, вам будет трудно поверить в то что я сейчас расскажу, — начал незнакомец. — Я собираюсь рассказать вам об одном журналисте. Настоящем правдорубе, который своим упорством и нежеланием ни под кого прогибаться проложил себе путь к вершинам индустрии. — Всё-таки угрожать решили! — снова распалился Джеймсон.       Незнакомец жестом призвал его слушать дальше. — Как я уже сказал, это история об одном журналисте и о юноше. Этот юноша, он отличался от большинства своих сверстников. Природа, а может и что-то иное, наделило этого юношу удивительными способностями. Но главным, что выделяло его среди других, были его доброе сердце и отвага, позволившие ему применить свои силы на благо других.       Журналист невзлюбил юношу с первого взгляда. Просто потому что юноша скрывал свою настоящую личность, — незнакомец невесело усмехнулся. — Журналист был стар, он не верил в анонимное добро. Не верил, что кто-то может помогать людям, ничего не прося взамен. Так зародилось подозрение, переросшее в предвзятость. Журналист спустил на юношу всех собак, в каждом добром поступке он видел злой умысел, каждую героическую победу он переворачивал с ног наголову, превращая в очередное злостное преступление. Худшим было то, что журналист был уважаем и любим многими, у него была власть и репутация, чтобы вложить свои подозрения, свою ненависть в умы людей. И люди поверили ему.       Но юноша не желал сдаваться. Не смотря на грязь, которой с подачи журналиста его поливали газеты, он стойко сносил удар за ударом. Он не отвернулся от людей, даже когда они отвернулись от него.       А после случилась трагедия, потрясшая весь мир. Огромная волна затопила Нью-Йорк... — Довольно! — оборвал рассказ Джона. — Что за бред вы несете?! — Я предупреждал — поверить будет сложно, — незнакомец остался абсолютно спокоен, — но, пожалуйста, дослушайте до конца...       В тот день Нью-Йорк умер. Вместе с городом погибли миллионы мужчин и женщин всех возрастов, рас и национальностей. В тот день журналист стоял у окна в своем офисе и наблюдал, как юный герой, которого он все это время поливал грязью, раз за разом погружается в этот глубоководный ад, пытаясь вытащить ещё хотя бы одного человека.       Журналиста, как и большую часть его редакции эвакуировали, но то, что он пережил и то, что он увидел, изменило его. Позже, вернувшись, журналист собирался написать хвалебную статью о юном герое, опровергнуть все те лживые слова, что писал о нём раньше, но было уже поздно. В тот день я написал некролог Человека-Паука.       Незнакомец снял шляпу. Джеймсон отшатнулся в кресле — перед ним сидел он сам. — Что было дальше мне и самому сложно понять, не то что объяснить. Просто в определенный момент я очутился в другом Нью-Йорке. Потом в ещё одном, и ещё, и так далее... Менялись детали, лица, места. Неизменным оставалось лишь одно — некролог. Как жестокая насмешка судьбы.       Он достал из кармана пальто флэш-карту и положил её на стол. — Они все здесь.       Джеймсон дрожащей рукой накрыл флэшку и воззрился на своего двойника. — Что мне делать? — спросил он. — Вот так взять и просто начать хвалить Человека-Паука? — Нет, — ответил двойник. — Ругай его. Ругай за каждую оплошность, за каждый промах. Так, как умеешь только ты. Но будь честен. Помоги ему стать лучше. Помоги ему стать настоящим героем.