Глава 7

Утро начиналось с нежного света, пробивающегося сквозь занавески, когда Драко проснулся первым. Его взгляд скользнул по изящным чертам лица Гермионы, спящей рядом. Она выглядела такой беззащитной, такой мирной, что в груди у него зажглось теплое чувство, заставляющее его улыбаться. Аккуратно, как будто боясь разбудить её, он откинул выбившуюся прядку волос от её лба и заправил её за ухо. В этот момент Драко осознал, как приятно называть Гермиону своей девушкой. Да, он ещё не был готов признаться в этом вслух, но его сердце уже тянулось к ней. Решив сделать ей приятное, Драко встал с кровати и направился на кухню. Он всегда умел заботиться о себе, но теперь его заботы стали ещё шире: под его сердцем росло новое, волшебное существо. Одиночество, которое он пережил после смерти родителей, научило его многому, но ничто не могло подготовить его к этой новой роли. Он отпустил домовых эльфов и закрыл Мэнор, оставив лишь воспоминания о детстве, наполненном трагедиями и радостями. Уход Нарциссы оставил в его душе пустоту — она была единственным человеком, кто действительно любил его. Драко задумался о прошлом, вспоминая о том, как его мать всегда поддерживала его, несмотря на строгие правила отца. Люциус, с его фанатичными убеждениями о чистоте крови, сломал столько судеб, включая собственную семью. Он потерял любовь, а вместе с ней и возможность быть счастливым. Погруженный в воспоминания, Драко не заметил, как приготовил завтрак. Налив в чашку какао, он собрал простую, но сытную еду: кашу и сандвичи с курицей. С гордым видом он направился обратно в спальню. Когда он вошел, Гермиона уже проснулась и сладко потянулась, как будто только что вышла из сказки. Её волосы, собранные в небрежный пучок, лишь подчеркивали её естественную красоту, а округлый животик выглядел особенно трогательно. Драко не мог сдержать улыбку, глядя на свою гриффиндорку. — Доброе утро! — произнес он, пытаясь звучать как можно веселее. — Доброе утро! А это что? — с восторгом спросила она, указывая на поднос. — Это твой завтрак. Надеюсь, ты не против, — с нескрываемым волнением ответил он. — Драко, не стоило, но большое тебе спасибо! Ты просто лапочка, — её глаза светились радостью. — Эй, я не лапочка! — возразил он, не сдерживая смеха под её задорный смех. — Ещё какой лапочка! Не спорь со мной. Так все неси скорее мой завтрак, — с улыбкой на губах произнесла она. — Уже иду, принцесса. Давай покормим нашего маленького гнома, — подмигнул он. — Может, это девочка. И вообще, не обижай ребенка! — Гермиона, гладя животик, с улыбкой заговорила с малышом. — Не слушай папку, он дурак, но лапочка и никакой ты не гном. Драко, наблюдая за этой трогательной сценой, не смог не почувствовать, как его сердце наполнилось нежностью. Он аккуратно поставил поднос на столик и сам присел рядом, поглаживая её живот. — Конечно, дурак. У нас будет самый замечательный малыш или малышка, — произнес он, утыкаясь носом в её шею. — Давай кушать, пока не остыло. — А ты? Где твоя порция? — спросила она, поднимая брови. — Я не хочу. Завтракай, а я в душ, — ответил он, вставая. Пока Драко принимал душ, Гермиона жадно поедала завтрак. Она чувствовала, как в душе у неё распускаются цветы счастья. Когда он вышел из ванной, она уже была готова к новым кулинарным экспериментам. Она потянула его за собой на кухню, и, готовя сырники для него, они весело разговаривали. Драко, имея выходной, наслаждался каждым мгновением, проведенным с ней. Но их спокойствие нарушил звук стука в дверь. Драко, не желая отвлекать Гермиону, пошел открывать. На пороге стоял Гарри с группой авроров. — Поттер? Что случилось? — спросил он, чувствуя, как внутри него что-то сжалось. — Малфой, Гермиона дома? — Гарри выглядел обеспокоенным. — Да. Проходите, — произнес Драко, ощущая, как холодок пробегает по спине. Когда они вошли в зал, Гермиона, сидя на диване и поглаживая своё округлое пузико, подняла глаза и, увидев Гарри, бросилась в его объятия. — Гарри! Привет! — её голос был полон радости, но не на долго. — Привет, Миона! Как вырос малыш, ничего себе, — ответил Гарри, но его голос стал серьёзным. — Нам нужно поговорить. Присядь на диван, пожалуйста. Гермиона ощутила, как тревога заполнила комнату. — Гарри, что произошло? Почему здесь авроры? — её голос задрожал. — У вас вчера был Рон? — спросил Гарри, его тон стал тяжелым. — Да, он приходил, чтобы попытаться возобновить отношения с Гермионой, — ответил Драко, присаживаясь рядом с девушкой, ощущая, как напряжение нарастает. — Сегодня его нашли мертвым недалеко от вашего дома, — произнес Гарри, его голос стал тихим, как шёпот. — Ч-что? Это шутка? Он же не мог... К-как? — нижняя губа Гермионы тут же задрожала, и она начала всхлипывать, осознавая ужас происходящего. — Тшшш, не волнуйся, Гермиона, — пытался успокоить её Драко, гладя её по спине. — Что произошло, Поттер? — В него кинули смертельное заклинание. Вы ссорились вчера? — Не то чтобы... Просто он некорректно выразился в адрес Гермионы после того, как она отказала и подтвердила, что ребёнок, которого она носит, — мой, — сказал Драко, стараясь держать голос спокойным. — Понятно, — произнес Гарри, его выражение стало мрачным. Гермиона, наконец, не выдержав, расплакалась, её всхлипы становились всё громче. Она не могла поверить, что друг её детства и бывший парень мертв. — Малфой, тебя подозревают в убийстве, — сказал Гарри, смотря Драко в глаза. — Что ты несёшь? Я не делал ничего подобного! И весь вечер и ночь я был рядом с Гермионой. Она может подтвердить это, верно? — Драко метнул взгляд на свою подругу, её глаза были полны слёз. Она кивнула, стараясь успокоиться. — Видишь? — Драко обернулся к Гарри. — Гермиона, тихо, успокойся. — Малфой, этого недостаточно. Ты бывший Пожиратель Смерти, а Рон был у вас и вы ссорились. Ты главный подозреваемый. По приказу начальника аврората мы обязаны забрать тебя под стражу до выяснения и нахождения настоящего убийцы, — произнес Гарри, его голос был строгим, но в нем читалось беспокойство. — Ладно, только дай мне 10 минут. Ты видишь, что она в истерике? Ей нельзя волноваться. Я только успокою Гермиону и переоденусь. Ладно? — с надеждой спросил Драко, чувствуя, как его сердце стучит от страха. — Только без глупостей, — ответил Гарри, его лицо оставалось серьёзным. Драко взял Гермиону на руки, аккуратно унося её в спальню. В комнате он посадил её на кровать и, быстро подошёл к прикроватной тумбочке, доставая оттуда салфетки, успокоительное зелье и маленькую бархатную продолговатую коробочку. Он опустился перед ней на одно колено. — Гермиона, моя милая, послушай меня, пожалуйста. Я этого не делал. Ты мне веришь? Веришь, что я не убивал его? — его голос был полон искренности. — Верю, Драко. Но кто это сделал? — всхлипывала она, вытирая слёзы рукавом. — Не знаю, милая. Я молю тебя успокоиться и перестать волноваться. Малышу будет плохо. Вот, выпей это и держи салфетки, — протянул он бутылёк с серебристой жидкостью, излучающей спокойствие. Как только она выпила, он продолжил: — Моя дорогая Гермиона, я обещаю тебе, что вернусь, и всё будет хорошо. У тебя есть доступ к моей банковской ячейке, распоряжайся средствами как хочешь. Ещё раз прошу тебя, не волноваться. И вот, держи это, — он передал ей бархатную коробочку. — Что это? Кулон? — спросила она, распахивая крышку. — Да, кулон моей матери. Когда она... умерла, я забрал его. Это был её любимый кулон. И только ты, по моему мнению, достойна его носить. — Драко, не стоило... — она посмотрела на него, тронутый его жестом. — Стоило, — уверенно ответил он, глядя ей в глаза. — Спасибо. Я надеюсь, всё быстро разрешится, — её голос стал более уверенным, но страх всё ещё сверлил ей душу. — Конечно, иначе и быть не может. Сейчас тебе следует поспать. Сладких снов, милая! — он поцеловал её в лоб и укрыл одеялом. Когда Драко вышел в гостиную, авроры и Гарри сидели, ожидая его. — Малфой, ты так и не переоделся, — заметил один из авроров, но его тон был менее настороженным, чем у Гарри. — Слишком много времени успокаивал её, — ответил Драко, потирая виски. — Поттер, прошу, останься с ней. Либо приходи, когда сможешь. — Сейчас я не могу, — произнёс Гарри, глядя на него с сочувствием. — Она спит и, вероятно, проспит до утра. Беременность оставляет её без сил, — добавил Драко, чувствуя, как в груди нарастает тревога. Драко сдал палочку, и они направились к выходу. Выйдя за пределы антиаппарационного барьера, авроры вместе с Драко и Гарри трансгрессировали в Министерство Магии.

***

Там, в коридорах, наполненных гулом, Драко чувствовал, как его сердце колотится. Он знал, что должен доказать свою невиновность. Он должен вернуть всё на свои места и защитить Гермиону и их ребенка. Мысли о предстоящем допросе и о том, как быстро всё изменилось, грызли его изнутри. Но он не мог подвести Гермиону. Ему нужно было сделать всё, чтобы она была в безопасности и не переживала из-за него. С каждым шагом к неизбежному он клялся себе, что не позволит никому причинить ей боль.